Читаем Румия онлайн бесплатно
Румия улыбнулась, вспомнив, как он допекал ее в первые дни работы. Выход нашелся благодаря Тимуру, который придумал, как его усмирить.
Однажды Румия подозвала Мади к себе:
– У тебя одни двойки и тройки по биологии.
– А у меня по всем предметам так, – горделиво сказал он.
– Знаю. А хочешь, чтобы были пятерки и четверки?
– Хочу. Нарисуете, что ли?
– Поставлю. Но и тебе надо будет постараться.
– Учить ничего не буду, – отрезал он.
– Да тут чуть-чуть, – Румия показала один раздел параграфа в десяток строчек. – Прочитаешь и расскажешь отсюда досюда.
– И все? Не врете? – недоверчиво протянул он.
– Да, именно эту часть. Я сейчас объясню. Но тебе нужно поднять руку. Договорились? А в конце спрошу тебя, каких рептилий знаешь, это же не сложно?
Он скривил губы, потом кивнул.
На следующий урок Румия спросила:
– Кто готов отвечать?
Сразу взметнулись руки с первых рядов. Отличники. На последней парте Мади приподнял ладонь.
– Алимов, к доске! – вызвала его Румия, нарочито по фамилии, чтобы не выдать заговор. В глазах отличницы Канапьяновой сверкнула усмешка.
Мади не спеша вышел и начал рассказывать. Даже нарисовал на доске схему строения скелета кошки, хотя этого не требовалось. Канапьянова начала шептаться с соседкой.
– Садись, пять! – сказала Румия, пряча улыбку.
На перемене Мади подошел к учительскому столу сам:
– А можно я и завтра так выучу?
За следующие две недели он получил кучу пятерок и почти перестал хулиганить. Даже стал помогать развешивать карту на стене, переносить экспонаты и утихомиривать других. Иногда у Румии мелькала мысль, что она поступает не совсем честно, давая ему фору, но, глядя, как горят его глаза, она успокаивалась.
Вышедшая с больничного классная руководительница спросила Румию:
– Что вы сделали с Алимовым? Я уж и по-хорошему с ним, и по-плохому, ничего не получалось. Добрый мальчишка, а после развода родителей превратился в неуправляемого. Но вы молодец!
Румие стало неловко, что похвала не заслужена, и на следующий день она решила поговорить с Мади: «Скажу ему, что это не совсем честно. И что он всегда может подойти с вопросом, как и любой ученик, я помогла ему достаточно».
Перед уроком поговорить они не успели, и она его решила в этот день не спрашивать. Но он тянул руку весь урок, хотя они договорились только на первый параграф.
– Алимов, ты готов отвечать?!
– Да. Я еще энциклопедию по этой теме прочитал, можно рассказать?
– Конечно, – обрадовалась Румия и после ответа с особым удовольствием поставила ему пятерку.
– А знаете, о чем я мечтаю? – сказал ей Мади после урока.
– О чем же?
– Я хочу стать певцом! Только папа говорит, что это не мужская профессия.
– Почему же не мужская? – Румия приподняла брови. – Есть очень много замечательных певцов-мужчин. И ты, если хочешь, обязательно своего добьешься!
Мади внимательно посмотрел ей в глаза, точно проверяя, правду ли она говорит.
За окном опять зашумели. Надо что-то придумать и с Анаргуль, подумала Румия, зевая, и отправилась спать.
Милицейский УАЗ подъехал к дому около шести вечера. Родители еще не вернулись.
Абика, завидев машину из окна кухни, вытерла о передник руки и засеменила к двери. Румия смотрела, как хмурый милиционер в голубой форме что-то говорил ей, как абика схватилась за голову и стала оседать на землю.
Румия выбежала во двор. Абика уже сидела на лавочке и приговаривала:
– Ай, Аллах, помоги нам!
Молоденький милиционер с тонкими усиками, увидев Румию, что-то промычал и глянул на второго, постарше. Тот откашлялся, посуровел, но его лицо быстро смягчилось.
– Ты Сеитовых дочка?
– Да.
Абика схватила Румию за руку и начала ее гладить. Румия непонимающе посмотрела на нее.
– Твои папа и мама в больнице, попали в аварию. Но они живы, – сказал милиционер.
Румия резко вдохнула, в груди закололо.
Абика обняла ее:
– Как чувствовала, что это добром не кончится!
Дома она то тихо плакала, то причитала в голос, что беда не приходит одна, то жалела внучку и успокаивала ее, хотя из них двоих именно Румия внешне сохраняла невозмутимость. Она не произнесла ничего с тех пор, как узнала об аварии. Абикины слова падали внутрь нее, как тяжелые камни. В конце концов Румия легла на диван и закрыла глаза, притворившись спящей. У нее заныло в животе, когда абика прошептала:
– Я говорила, мальчика нам нельзя. Ох, Айсулу, Айсулу, ну почему ты такая упрямая, прости Аллах. Пусть моя дочка выживет! И зять тоже.
