Читаем Путь к вершине онлайн бесплатно

Первые три рабочих дня ощущались так, будто Хару пробирался через шторм. К воскресенью он чувствовал себя невероятно уставшим, даже не смог встать на пробежку. Удивительно, но и будить его не стали. Он спустился вниз, когда было уже десять утра. Застал домашних за игрой в Blue Marble — это корейский аналог Монополии.

— Ты проснулся! — обрадовался Хансу.

— Доброе утро, — хрипло проговорил Хару. — Я едва помню, как выключил будильник… меня никто не пытался будить?

— Три дня спать по несколько часов! Конечно, ты его выключил. Хоть немного выспался? — спросила бабушка.

Хару неуверенно пожал плечами:

— Вроде, да. Мне нужно попить.

Он все еще сонно прошел на кухню, один за другим выпил два стакана воды. Даже взбодрился. Тихо играла музыка, в гостиной папа спорил с Хансу о каком-то этапе игры, а бабуля уже вышла на кухню, к Хару.

— Точно выспался? — участливо спросила она. — Я за тебя переживала, столько работал…

— Все в порядке, — уверенно ответил Хару, — Думаю, дальше будет чуть проще. В эти дни было очень много новой информации, я устал не столько физически, сколько морально.

Бабуля тепло ему улыбнулась, а потом задала ожидаемый вопрос:

— Ты голодный?

— Странно, но нет. Я пойду… хоть зарядку какую-нибудь сделаю. Умоюсь. Вещи соберу. И как раз обед.

Бабуля согласно кивнула. Хару налил себе еще воды и пошел обратно в комнату, по дороге потрепав брата по голове.

Хару специально оставил дверь в комнату открытой, чтобы слышать, о чем разговаривают домашние на первом этаже. Но там ничего особого не происходило, только иногда Хансу издавал громкий победный клич. Кажется, сегодня мелкому очень везет.

Из вещей Хару с собой возьмет только нижнее белье и пижамы — новый гардероб и так остался в общежитии. Но еще нужно брать книги, канцелярские мелочи, косметику, подушку, те же полотенца, еще и плед на всякий случай. Барахла набирается прилично. Сначала он думал, что не будет перевозить в общежитие так много вещей — близко же до дома, какой в этом смысл? Но эти три рабочих дня очень четко показали, что постоянно ходить домой он не сможет.

Это огорчало, на самом деле. И не только из-за бабулиной стряпни. Есть множество вещей, по которым он будет скучать. По вечерним прогулкам в супермаркет с мамой — она рассказывает о том, что случилось на работе, так весело, что Хару всегда много смеется. Или по игре в шахматы с Хансу — тот обычно выигрывает, но играть с ним все равно интересно. А еще будет не хватать разговоров с дедушкой. Несмотря на возраст, он не потерял ясности ума. Пожилые люди часто рассказывают одно и то же, словно мысленно ходят по самым важным моментам своей жизни. Дедуля же редко повторяется в своих историях. Он вообще очень «вкусно» рассказывает. Из-за того, как он описал свой медовый месяц с бабулей, Хару теперь хочет на Чеджу. И еще посетить ту деревню, где вырос его прадедушка. И пройтись по той земле, что когда-то принадлежала его семье… С дедушкой интересно. Жаль, что не получится разговаривать с ним постоянно, как было во времена, когда Хару залечивал последствия школьной травмы.

Ближе к обеду Хару собрал все вещи, уложил их в чемодан и несколько пакетов. Комната сразу стала выглядеть нежилой, хотя в ней все еще оставалось много вещей. Та же стопка старых школьных учебников — Хару ее на разобрал. В шкафу его вещи, кровать застелена, на полках книги. Просто… это все вещи прежнего Хару. Того парня, который постоянно сбегал в вымышленные миры и не особо задумывался о собственной жизни.

Внизу было тихо. Игра в Blue Marble традиционно закончилась семейной ссорой — папа был недоволен тем, что Хансу сегодня выиграл несколько раз подряд. Хару вообще начинало казаться, что отца к любым играм подпускать нельзя, он, кажется, даже от «камень-ножницы-бумага» беситься будет.

Мама и Хансу, в итоге, ушли в магазин. И чтобы отец остыл, и что-нибудь вкусненькое купить. Бабуля хлопочет на кухне. Дедушка сидит в кресле со старым планшетом — там он читает новости и некоторые книги. Хару рассеянно подумал, что нужно дедуле купить планшет получше. Не обязательно такой же навороченный, как у Хару, а просто что-то поновее. Дедулин страшно зависает.

Он сел на диван, с наслаждением вытянув ноги.

— Все вещи собрал? — тут же отложил планшет дедуля.

— Вроде бы, да. Остатки одежды, косметика, все для школы, подушка, гитара. Так, по мелочам.

Хару на колени запрыгнул Куки и осуждающе на него посмотрел — словно требовал возместить долг за три дня игнорирования. Хару с улыбкой начал гладить прилипалу, который тут же громко замурчал.

— Вам уже озвучили расписание на неделю? — спросил дедушка.

— С понедельника по четверг — школа и репетиции танцев. Мы, оказывается, будем выступать на церемонии награждения. Название группы объявят накануне премии. В пятницу начинаются съемки для дебюта. Насчет личного расписания — не помню. Вроде, все остальное будем делать позднее, ближе к дебюту. Надеюсь, что на неделе смогу к вам приходить…

Последнее он добавил неуверенно. На самом деле, до церемонии чуть больше двух недель. Обычно именно столько у них было на подготовку номера на шоу, но тут-то все сложнее. Три дня в неделю они будут на съемках, остальное время — в школе до трех часов. Времени немного. Вполне вероятно, что репетировать, в итоге, будут по ночам. И это если нет личного расписания.

— Черт! — вспомнил Хару, — Еще и уроки вождения должны на этой неделе начаться!

Он устало потер лоб. Он вообще выживет с таким графиком? А ведь ему еще нужно тренировать вокал и выносливость — как он потом вживую будет петь то, что записали с Роуном?

— И куда я полез? — с легким смешком в голосе спросил Хару.

Дедуля улыбнулся:

— И что, имей ты возможность отмотать все назад — поступил бы иначе?

Хару задумался. Выступления на Мёндоне, уроки актерского мастерства с Тэюном, знакомство с Шэнем, сценический кураж, любовь фанатов, первые заработанные деньги… Нет, не отмотал бы. Сложно, конечно. Но произошло слишком много хорошего.

— Нет, я просто ною и жалуюсь, — печально вздохнул Хару.

С кухни послышался тихий смех бабули, да и дедуля широко улыбнулся.

— Должен признать, что сцена тебе к лицу, — неожиданно сказал дедушка. — Я до сих пор не в восторге от того, что ты пошел по пути публичности, но со стороны кажется, будто ты рожден для сцены.

Хару признался:

— Так сцена мне и нравится. Это… я даже не знаю, как описать. То, что зрители в зале меня поддерживают, что они мне рады — непередаваемые чувства. А еще мне в студии работать нравится. Даже с Роуном, которого адекватным ни один психолог не назовет. Я даже от танца начал получать удовольствия. Мне не нравится только то, что сцены напрямую не касается… ну, и еще сроки. Постоянно нужно куда-то ездить, вечно какие-то ограничения, условия, все нужно было сделать еще вчера. И самое ужасное — это нормально. В том смысле, что все менеджеры говорят, что эта гонка является чем-то обыденным в индустрии развлечений.

Дедуля понимающе улыбнулся. Но их спокойный разговор был прерван появлением папы. Он шумно прошелся по дому и плюхнул на низкий стол у дивана папку с бумагами. Хару хорошо знал эту папку — в ней документы на дом.

— Вы даже не сказали мне, что переписали имущество на Хару! — в голосе отца слышалась какая-то детская обида.

— А почему я должен был тебе это говорить? — пожал плечами дедуля. — Это мой дом, мне и решать, кому он достанется в случае моей смерти.

— Разве я — не ваш наследник?

Хару немного непонимающе взглянул на отца. К чему это? Нет, недовольство тем, что дедуля за его спиной переписал недвижимость на Хару, более-менее понятно. Всегда.обидно, когда твои родители делают что-то подобное, даже если этот поступок оправдан. Но… в голосе отца сквозили какие-то прежде не знакомые Хару нотки. Он действительно был словно… обиженный ребенок. Наследник? Откуда вообще столь пафосное заявление, когда основное наследство давно растрачено?

Отец не злился, он был именно обижен.

— Нет, — меланхолично ответил дедушка, — Все, что я хотел отдать тебе, как своему наследнику, давно пущено по ветру из-за твоих же поступков. Ты свое наследство проиграл в карты.

— Не я виноват в том, что ваш второй бизнес провалился! Да, я сделал ошибку…

— Хватит, — жестко ответил дедушка. — В том, что мое второе издательство не смогло удержаться на плаву, я тебя никогда и не винил. Но и после этого ты сделал так много ошибок, что и перечислить сложно. Напомнить, кто связался с бандитами десять лет назад? Забыл, как твоя жена билась в истерике, потому что эти мордовороты обещали забрать Хару? Что ты сделал тогда? Ничего. Я отдал им практически все, что у меня оставалось, а потом мы еще несколько лет жили в страхе, что они вернутся. Только за этот поступок тебя стоило лишить всего наследства. Я все переписал на Хару. У меня больше ничего нет. У тебя тоже.

Отец тяжело дышал. Если сам факт передачи дома его не разозлил, то это заявление дедушки было воспринято иначе. Обстановка в комнате стала весьма напряженной.

Хару же чувствовал себя немного не на своем месте.

Кроме того, мысли его имели весьма… меркантильное направление. Он вообще нередко думал об этом: что будет, если отец психанет и уйдет до того, как Хару начнет нормально зарабатывать? Напишет на работе заявление, чтобы зарплату снова переводили ему на карту и не будет поддерживать семью финансово… Маминой зарплаты и пособий бабушки с дедушкой хватит только на питание и самые необходимые покупки вроде бытовой химии и какой-то одежды. Налоги, конечно, за теперь уже свой дом Хару платит сам — у него остались деньги на счете. Но недавно Хансу начал ходить на дополнительные занятия: английский, тхэквондо, платный кружок робототехники (больше всего это похоже на уроки физики в игровой форме). Почти все оплачено до марта, когда начинается следующий учебный год, а что потом? Что, если к этому моменту Хару еще не начнет нормально зарабатывать? Хотя… он же теперь совершеннолетний, может брать кредиты на себя…

Прокрутив все это в мыслях за считанные секунды, Хару вздохнул свободнее: потянут. Скандал перестал казаться страшным.

— Могли бы хотя бы сказать, что отдаете все Хару! — продолжил возмущаться отец, в его голосе все еще слышались эти нотки детской обиды.

— Зачем? Что бы это изменило? — пожал плечами дедушка. — Ты вроде не маленький мальчик, а ведешь себя все еще как ребенок. Я просто решил обезопасить своих внуков. Если меня не станет, кто-то должен позаботиться о женщинах и Хансу. Хару с этим справится точно получше тебя.

Отец криво усмехнулся. Дедушка так же спокойно добавил:

— И не особо надейся на то, что сможешь взять что-то у сына. Хару отказался от наследования. С юридической точки зрения он — сирота. Так что теперь свои проблемы тебе придется решать самостоятельно.

Отец молчал. Он все же не дурак, быстро понял, почему это все произошло именно сейчас:

— Вы, наверное, очень ждали, когда Хару исполнится восемнадцать…

— Откровенно говоря, я раньше не был уверен, что он сможет постоять за свою семью. Но в последнее время он вырос, возмужал, — дедушка посмотрел на Хару с таким теплом, что стало даже как-то неловко. — Я обрел в нем человека, которому могу доверить заботу о семье. Уверен, что он не бросит маму и бабушку, поможет Хансу получить хорошее образование.

— Дедуль, — выдохнул Хару.

Звучало так, будто дедушка собрался умирать. А Хару к таким изменениям в своей жизни не был готов.

— Помирать не собираюсь, не переживай. Тебе еще карьеру строить, а кто-то должен следить… за домом, — выдохнул дедуля. — Ну что, ты все понял? Зачем ты вообще полез в документы? Опять куда-то вляпался?

— Никуда, — буркнул отец. — Я недавно портмоне утопил, там id-карта была. У меня в документах лежит старый паспорт, плюс выписка из семейного реестра нужна, а как я ее без id получу? Вот, полез искать…

— Айгу-у! — покачал головой дедуля, выражая этим все, что он думает о растяпе-сыне.

Отец косился на Хару с некоторым недовольством, но скандала не случилось. Казалось, что он что-то еще хочет сказать дедушке, но его смущает присутствие Хару. Хару же не хотел уходить. Куки на коленях, дедушка рядом, до обеда осталось немного…

Затянувшуюся паузу прервал дверной колокольчик — мама и Хансу вернулись. Румяные с холода, они широко улыбались и тут же потребовали забрать у них пакеты с покупками. Любопытный Куки рванул к ним — там же столько новых запахов — поэтому и Хару поднялся с дивана.

Чтобы перевезти все вещи в общежитие, в итоге, взяли такси. Не хотелось выглядеть совсем уж погорельцами, таща через весь квартал кучу вещей. Погрузили в багажник вещи и Хару, и Тэюна, отправили бабулю на машине, а сами пошли пешком. Таксист, разумеется, пробираться по узким косым улочкам не захотел, поехал в объезд, так что Хару и Тэюн до общежития добрались всего на полминутки позже автомобиля. Шэнь уже стоял у машины и выгружал чемоданы. Вскоре вниз спустились и Сухён с Ноа. Сухён, в лучших традициях жителя Кореи, стоял в тапках на босую ногу и распахнутом пуховике. Ноа вышел в сапогах, застегнутый на все пуговицы, еще и в шапке, но все равно выглядел так, будто замерзает. То, что он в Корее жутко мерзнет, стало поводом для шуток. У Ноа есть родственники в Корее, но он ни разу не был здесь зимой. То, что здесь бывает так холодно, для него стало сюрпризом.

— Айгу! Малыш, не дрожи ты так. Поднимись наверх, тут помощников хватает, — бабуля насильно развернула Ноа и подтолкнула в сторону дверей.

— Гитары? — удивился Шэнь, — Вы будете играть в общежитии?

— Потом расскажу, — печально вздохнул Хару.

Гитара теперь — часть его образа, и он должен возить ее с собой даже в долгие поездки. Разумеется, при таких условиях он никак не мог оставить ее дома. Шансы, что он будет на ней играть не для какого-нибудь видео, минимальны.

Вчетвером они быстро разгрузили такси, а потом повели бабулю наверх, проверять их жилье. Агентство отдельно уведомило родителей, что те не могут приходить в гости к своим детям, но посмотреть общежитие при заселении им разрешили.

Пока Хару разбирался с чемоданами, бабуля успела осмотреть всю квартиру. Пришла к нему в комнату как раз тогда, когда он поставил пакеты на те места, где будет их разбирать.

— Хорошая квартира. Даже полы теплые сделали, ремонт свежий, — похвалила бабуля. — Мебели мало, конечно, даже стола нормального нет. Но ничего, со временем и сами себе купить сможете.

— Если мы вообще будем есть дома, — резонно заметил Хару.

Бабуля заглянула в ванную. Включила воду.

— А какая здесь управляющая компания? — спросила она. — Дома старые, проблем с горячей водой не будет?

[*В Сеуле, да и вообще в Корее, нет общегородского горячего водоснабжения. Газовые водонагреватели устанавливают либо на целый жилой комплекс, либо на отдельный многоквартирный дом. В новых жилых комплексах проблем с горячей водой не бывает, но в старых домах оборудование может быть старым, что и стало причиной беспокойства бабули Хару.*]