Читаем Пугало (СИ) онлайн бесплатно

Семья котов прилетела под вечер. Расселись рядком на узком подоконнике, повозившись перед тем совсем чуток — чисто для порядка, и уже оттуда поглядывали как Аля заканчивает сосредоточенно мешать в котле, отсчитывая про себя секунды с помощью нехитрого стишка.

— Что так долго? — подняла она глаза, отмерив и отправив по назначению последнюю порцию травок. — Думала не дождусь уже.

— Ну дождалась ведь, — недовольно мякнул серополосатый, классической шпротной окраски глава семейства. Сложил тут же ставшие незаметными крылья, выгнул спину и демонстративно потянулся. Очень демонстративно. Вот прям как есть на показ.

Аля тряхнула челкой, в который уже раз удивляясь, каким таким загадочным образом этот банальный кошачий мяв превращается в ее голове во вполне связную речь? И в который же раз не нашла этому хоть сколько-нибудь нормального логического объяснения. Впрочем, с тех пор как она унаследовала ведьмовской дар — вместе с домиком, где теперь жила, Аля много чему не могла его найти.

— Я, между прочим, человек солидный. И семейный, — продолжал тем временем кот… Вернее, не кот конечно, а самый настоящий крылатый катши. Но да неважно сейчас... — Чтобы подрываться по первому же свистку.

— Человек?! — не ответить оказалось невозможно, хотя делать этого и не стоило категорически. Что ей на такое скажут и без того было понятно.

— Барышня, — настолько противным тоном протянул тот у нее в голове, что стало ясно — ожидания оправдаются. А уж когда семейство, отрывисто помуркивая, словно пересмеиваясь, начало поудобнее устраиваться на своем подоконном насесте — будто в театральной ложе, возникли подозрения, что их еще и превзойдут. — Ты теперь не у себя в городе, вообще-то. А у нас здесь все люди — в той или иной степени. И зависит эта степень лишь от степени уважения к ним.

— Понятно, угу, — этого тоже озвучивать не следовало. Но попробуй тут удержаться, когда тебя начинают учить жизни даже те, кто и говорить-то по-хорошему не должен.

— Так вот, по этой шкале, барышня, ты на человека тянешь гораздо меньше меня.

— Угу, — повторила Аля под довольное шипение «публики», весьма смахивающее на смешочки, отвернулась и ухватила котел за дужку. А сняв с плиты, расчетливо шваркнула на стол прямо под подоконником, заставив содержимое плеснуть, а зрителей шарахнуться в стороны.

— Ладно, звала-то зачем, — «актер» намек понял и угомонился. — С чего это мы тебе так срочно понадобились?

— Не вы, — на широкий котел хлопнулась сверху еще и крышка, сразу делая его безопасным. — Я, между прочим, ждала только тебя. Одного! А семейство твое здесь совершенно лишнее.

— Это уж ты мне самому позволь решать, где оно лишнее, а где нет! — снова выгнулся и вздыбил шерсть кот, отчего маленький горбик из сложенных крыльев стал заметнее.

И Аля не выдержала:

— Два трупа у нас здесь! Два! За два дня! А ты всех своих сюда притащил — как специально!

— Л-люди? — с заминкой выдавил из себя он.

— Все мы тут люди, сам же меня, неразумную, только что просвещал.

— Алита! Сейчас не время для твоих шуточек!

— Зато твоим время всегда — это я уже поняла…

— Не злись, — вступила вдруг серая и очень пушистая «мать семейства». — Ирулан ведь и правда не нарочно — не думал, что у вас тут все так серьезно.

— Я не злюсь. — Аля почувствовала словно из нее воздух выпустили и не села даже, а упала на приткнувшийся возле стола табурет укрытый разноцветным, вязанным вкруговую ковриком. — Мне страшно! Здесь ведь и в самом деле непонятно что творится — вчера на околице придушенную кем-то мару нашли…

— Подумаешь, потеря, — буркнул кот, не иначе чувствуя себя неуютно за устроенное не к месту выступление. — Туда ей и дорога…

— А сегодня один из домовиков пропал, — продолжила она так, словно ее не прерывали. — Причем в той же стороне. Часа три искали, а потом из колодца выловили.

— Кто? Искал? — то ли спросил, то ли икнул от удивления кот.

— Так ваши же. Мелкий народец.

Пару секунд все молча переваривали эту невозможную новость: домовик и вдруг в колодце, а потом, все в той же тишине, Аля вздохнула:

— В общем, неладно у нас здесь сейчас. А тут еще и вы — с детишками.

— Да уж… Нам, наверное, лучше обратно отправляться… — поддержала ее серенькая мать семейства — Аля, к стыду своему, совсем забыла как ту зовут.

— Келасса, — тут же и очень кстати напомнил ей кот, — глупости-то чего городишь? Какое обратно — ночь, считай, на дворе!

До ночи на самом деле было не так уж близко, но Аля его поддержала:

— Теперь и правда не стоит. Кто поручится, что целыми доберетесь? Дела-то здесь совсем непонятные, и на что нарваться можно — непонятно тоже. Беда, короче.

— Так, — встрепенулся Ирулан, старательно демонстрируя привычную уверенность, но мало кого этим обманывая, — кончай заламывать руки и хоронить всех раньше времени. Толком рассказывай, с чего оно у вас тут началось. А заодно расскажи зачем я тебе понадобился — аж до такой степени, что прорву силы на ритуал вызова слить не пожалела.

— Началось с чего? — Аля вздохнула и постаралась собрать в кучу разбежавшиеся от страха мысли: поерзала на табуретке, устраиваясь понадежнее; глянула в наполовину распахнутое окно; обвела глазами кухню… Хорошая, кухня, кстати, удобная и просторная. Да и весь домик неплох — для настолько глухой деревни так особенно... — А кто ж его теперь знает? Но собаки стали пропадать с неделю назад примерно. Сначала этому даже значения никто не придал — лес-то рядом, так что и раньше всякое бывало, но после третьего случая всполошились… В общем, с цепи своих псов теперь никто не спускает и по улицам бегать не дает.

— Поня-ятно… — протянул кот и задумчиво уставился на свой хвост, аккуратно обмотанный вокруг лап — только нервно подергивающийся кончик хозяйское настроение и выдавал. — А не знаешь, что там насчет сроков? Интервалы я имею в виду.

— Знаю, — кивнула Аля, понимая — любопытство это не праздное. — Специально поспрашивала. Между первым и вторым случаем день прошел, а между вторым и третьим аж четыре. Потом опять двухдневное затишье, и вот вчера мара, а сегодня домовик. Кстати, все происходит примерно в одной и той же стороне — на западной окраине деревни.

— Думаешь, оно из леса сюда наведывается? — мигом уловил ее мысль Ирулан. Местную географию он знал не хуже Али — как раз с запада чаща деревню и поджимала, настойчиво тесня к речке и чуть ли не размазывая по ее берегу. С высоты здешние дома, окруженные огородами и разделенные улицами, выглядели широкой пестрой лентой, вытянувшейся вдоль воды — что крылатому катши и было известно получше кого либо.

— Похоже на то, — охотно подтвердила она его догадки.

— А люди что думают? Ну, я имею в виду совсем люди. Большие.

Удержаться и не хмыкнуть у нее получилось:

— Ничего не думают — не до того им. Думают они сейчас только об озимых. И о том, что если не успеть с ними до конца недели, потом можно будет уже и не стараться.

— То есть пока не начнут убивать их самих, не пошевелятся? Ну, как обычно все…

Аля на это лишь плечами пожала и вдруг спохватилась:

— Да, и еще одно. Я тут прикинула так и этак, и получается, что все случаи, о которых хоть что-то известно, могли произойти в сумерках — рассвет или закат.

— А могли и не в сумерках? — насторожился кот.

— Тоже могли. Но смотри как гладко все складывается: мара точно из леса перед самой ночью выбралась. По другому они не ходят, сам знаешь. И одна из собак еще — я потом с хозяевами поговорила… Так вот, те божатся, что перед рассветом их кобель точно на месте был, во дворе. Да еще и выть вдруг начал — громко так, аж сил никаких. Мужик там даже выйти хотел, чтоб унять, но пес и сам притих. А утром кормить вышли — уже нету его нигде.

— И вот тогда ты и остальные случаи к тем сумеркам начала примерять? — искоса глянул на нее кот.

— Начала, — не слишком удивилась такой догадливости Аля. Глупым Ирулан не был, иначе бы она его и звать не стала. — Про двух других собак не скажу — никто не видел, как и куда они делись. Вообще никто. А вот домовик… Тут, если подумать, что получается? Ночью у него и в избе дел невпроворот, прогулки устраивать некогда. Днем же он по другой причине выбраться не мог — там семья большая, все время по двору кто-нибудь шастает. А пугать народ, показываясь при свете, Зур не стал бы — подобные шуточки не в его привычках. Вот и выходит, что в тот колодец он скорее всего на рассвете угодил.

— Зур, говоришь? — кот опять уставился на свой хвост. — Да, солидный был человек. С понятием.

— Жалко очень, — поддержала Келасса, невольно собирая детей к себе поближе: и новости, с одной стороны, не радовали, а с другой — успевшая заскучать малышня, понимавшая из их разговора хорошо если половину, расшалилась и начала исподтишка спихивать друг дружку с подоконника.

— Угу, жалко, — стиснула зубы Аля. — Но чтобы завтра, скажем, не стало жалко кого-то еще, лучше бы нам в этом деле разобраться. И лучше бы прямо сегодня. Выяснить, что за нежить повадилась шастать сюда из леса.

Кот спорить не стал:

— Если ты не ошибаешься, тогда, выходит, и вправду нежить.

— Оно в любом случае выходит именно так. Никто другой не позарился бы сразу и на живое — на собак то есть, и на нечистиков.

О последнем невольно вырвавшемся слове Аля тут же пожалела, «мелкий народец» здорово не любил, когда их так называли. Но сейчас Ирулан придираться к мелочам не стал, как и обсуждать очевидное:

— Так ты для этого звала? — перешел он сразу к сути. — Хочешь, чтобы я нашел здесь какую-нибудь елку повыше и с вершины приглядел, кто тут к вам наведывается? По утрам и вечерам?

— Приглядишь? — Аля с надеждой вскинула на него глаза, и вдруг чертыхнулась — взгляд, скользнув дальше, невольно зацепил двор за окном и худосочную фигуру деревенского старосты, уже захлопнувшего за собой ее калитку и теперь бредущего прямиком к дому. — Быстрее!!! Прячьтесь!!!

А в следующую секунду едва успела прикрыть голову руками — воздух в кухне словно взорвался от мельтешащих крыльев, хвостов и лап. Кажется, с паникой в голосе она здорово переборщила, а семейство катши оказалось слишком взвинченным общей нервной обстановкой. Зато пару секунд спустя о присутствии гостей в ее кухне не напоминало ничего, кроме легкого разгрома.

Или не легкого.

Аля чудом поймала пару баночек приправ, опрокинутых с прибитой к стене полки; проводила ошалелым взглядом два последних слетевших на пол пучка травок — из тех, что до этого висели на протянутой под потолком веревке; и лишь в последний момент успела придержать перекосившуюся оконную створку — чтоб не вывернулась из петель совсем.

— Вот ведь!

И, не сдержавшись, тут же добавила кое-что покрепче — как раз в лицо сунувшегося в окно старосты.

— А-а, — такого «здрасти» мужик все-таки не ожидал, хотя и знал за собой кое-какие прегрешения против ведьмы, — а что это у тебя здесь стряслось?

— Мыши, — выпалила она первое, что пришло в голову, и перехватила сорванную «мышами» створку двумя руками. — Принесло тут, понимаешь, всяких!

— Мыши, ну конечно… — покивал мужик и попытался было сунуться ближе — оттуда, где он стоял кухня просматривалась далеко не вся. Но тут же шарахнулся обратно: на столешницу под окном, прямо перед его носом, шлепнулся откуда-то сверху взъерошенный черный с белым котенок — не иначе сорвался с прута для занавески.

— Мя-я-я… — растопырил он все четыре лапы и дернул хвостом. Но прежде чем успел распахнуть в панике еще и крылья, Аля подхватила его под брюхо и осторожно прижала к груди, успокаивая.

Черт! Ну вот зачем она вообще всю эту кутерьму с прятками устроила? От неожиданности, не иначе — дури бы у нее столько не нашлось, точно. Ведь даже застукай кто у нее все семейство целиком, ничего страшного не случилось бы. Мало ли кого она тут у себя прикармливает? Имеет полное право! А отличить этих нечистиков от котов можно, конечно, но далеко не с первого взгляда.

— Ну да! — окончательно взяв себя в руки, Аля погладила малыша и укоризненно уставилась старосте прямо в лицо — ничего другого над подоконником все равно видно не было. Заглядывал тот к ней с улицы, а дом в свое время ставили высоким. — Прибился тут ко мне котейка, вот они теперь с мышами друг дружку и гоняют.

— Ага, — теперь уже задумчиво выдал мужик, на глазах расставаясь со всеми своими подозрениями. И добавил: — Ты эта… За давешнее-то зла не держи. Ладно?

Староста Але не нравился. Совсем. И уж тем более не нравилось, что он все время пытался свалить на нее вину за всякие мелкие здешние неприятности — вроде внезапно околевших курят или побитой градом картошки. Зачем было искать виноватых в неизбежных, в общем-то, для любой деревни происшествиях — не очень понятно, но делал тот это с постоянством, заслуживающим какого-нибудь более полезного применения.

Вот и вчера тоже. Аля как раз шла от дома, где из дальнего колодца возле самой бани пара нечистиков выловила погибшего домовика и оттащила в сторонку — чтоб людей зря не пугать. Ну и сороку к ведьме сразу отправила — с приглашением заглянуть и посоветоваться, как теперь избежать совершенно лишних для мелкого народца слухов. По итогу решено было представить дело так, будто из воды всего лишь ежа выловили, что всех и устроило. А на обратном пути как раз и наткнулась на старосту, собравшего вокруг себя пару десятков человек и что-то убежденно им вещавших прямо посреди улицы. Но стоило ей подойти, притихли все настолько красноречиво, что сомнений не осталось — опять тот против нее воду мутит. Как пить дать.

— Чего гудим? — отступать Аля не собиралась — лучше уж прояснять все и сразу. — Опять виноватых ищем?

— Алита! — ахнули женским голосом где-то в задних рядах зрителей, отступивших так, чтобы староста оказался между ними и ведьмой. — Неужто и правда твоих рук дело?

Ну вот! Так она и знала — снова ей кости моют и снова с подачи здешнего «мэра». Недомэрка, вернее. Нет, ну что за человек, а? Сделал из нее, понимаешь, пугало на всю деревню — любую ее невинную фразу уже готовы сходу превратить в открытое признание вины. Знать бы еще, в чем, кстати…

— Может и моих — это смотря о чем вы здесь шумите. Если о том, что Мариса за три дня из горячки выкарабкалась — то да, моих. И что закрут на дальнем лугу больше нет — тоже. Или вы тут сейчас решали, кто мне за коров платить будет? Тех, что я от оводов заговорила?

— И молоко им всем заодно попортила! — обличающе подхватил все тот же голос. Але он вроде казался знакомым, но не видя лица, вспомнить, кто это, не получалось — все же деревня была немаленькой, а жила здесь она не так давно. — В рот же теперь эту дрянь взять невозможно.

— Горчит, что ли? — дело, кажется, начало проясняться.

— Ну вот — точно сглазила! Не зря разговоры-то идут. Шиш тебе тогда, а не плата!