Читаем Проклятие пикси (СИ) онлайн бесплатно

Annotation

Непросто быть некромантом. Особенно, когда тебе всего двадцать три и ты — хорошенькая девушка. А самый богатый и самый красивый жених столицы является ещё по совместительству твоим начальником.

Но природная любознательность, острый ум и характер помогают недавней выпускнице Академии магии, посвящённой Богу смерти с пяти лет — Эрике Таками, распутывать самые таинственные преступления.

Проклятие пикси

Глава 1 ПОСЛЕДНИЙ ДЕНЬ НЕДЕЛИ

Глава 2 НОВЫЕ ИМЕНА. НОВЫЕ ФАКТЫ.

Глава 3 МОЙ БЕСПУТНЫЙ СЫН

Глава 4 ПРОКЛЯТИЕ В ДЕЙСТВИИ

Глава 5 СМЕРТЬ НА ИВЕ

Глава 6. СТАРЫЕ ИМЕНА, НОВЫЕ ФАКТЫ

Глава 7 "КРАСНЫЕ И ЗЕЛЁНЫЕ КЛЁНЫ"

Глава 8 ЭШВИЛЬСКАЯ ШАЛЬ И ПРЧИЕ ДЕВИЧЬИ ШАЛОСТИ

Глава 9 СТАРЫЕ ВЕРСИИ И НОВЫЕ ПОДОЗРЕВАЕМЫЕ

Глава 10 ЛОВЛЯ НА ЖИВЦА

Глава 11 ДА СВЕРШИТСЯ МЩЕНИЕ!

ЭПИЛОГ

Проклятие пикси

Глава 1 ПОСЛЕДНИЙ ДЕНЬ НЕДЕЛИ

Четвёртый сын Дубового клана сэр Ви́лохед О́кку Верховный коррехидор Кле́нфилда собирался на еженедельный доклад к королю.

— Вы наденете бутоньерку, сэр, — его камердинер Фибс шагнул с ножницами кустику гардении. — Увы, Фибс, нет. Его Величество воспримет бутоньерку как излишнюю фривольность, а он и так не в восторге от меня.

Вил прошёлся расчёской по волосам, и поправил шейный платок.

— Как всегда вы прекрасно выглядите, милорд, а цвета клана придают вам солидность, — коррехидор вздохнул в его 26 лет последнее, чего не хватало в жизни, так это солидности. Лихо заломив на одно ухо клановый берет в зелено-коричневую клетку, четвёртый сын герцога Окку отправился в королевский дворец.

Во второй половине дня в Кленовом дворце был весьма оживлённо, по дороге в рабочий кабинет короля Вил пожал много рук, постоянно здоровался и кивал. Король Э́лиас сидел за письменным столом и демонстративно читал карманный томик стихов в потёртом кожаном переплёте. При виде вошедшего коррехидора он бросил выразительный взгляд на напольные часы и склонил голову в ответ на приветствие

— Не можешь не опаздывать, Вилли, — проговорил он, закладывая книгу ножом для разрезания бумаги, — опаздывать — весьма пагубная привычка, особенно для главы Королевской службы дневной безопасности и ночного покоя. Ну что ж, я готов выслушать твой доклад.

Вил вытащил из кожаной папки лист бумаги с тиснёными кленовыми листьями королевского клана, кашлянул и начал читать:

— За истекшую неделю во вверенной мне столице Арта́нии имели место следующие преступления и проступки граждан, совершенные в нарушении законов Кленовой короны и гражданских уложений о наказаниях…

— Умоляю, не утомляй меня рассказами о семейных распрях и пьяных разборках в трактирах, — усмехнулся король, — мне куда интереснее твои шаги по изменению и улучшению работы коррехидории, какие новшества ты придумал для повышения качества службы по защите граждан нашего королевства.

Вил все утро ломал голову над докладом, преступлений за последнюю неделю было совсем немного, и всей этой рутиной занимался Тура́да — его адъютант и личный секретарь, основными достоинствами коего были умение спроваживать посетителей и заваривать отличный чай. Посему к вопросу короля коррехидор был совсем не готов,

— Что примолкли, граф, — ядовито поинтересовался его величество, он переходил на «вы», когда собирался сделать выволочку Вилу, доводящемуся ему троюродным кузеном, — видимо усилия вашего уважаемого отца пропали втуне. Я не наблюдаю заинтересованности с вашей стороны в работе коррехидора.

— Сир, я изо всех сил стараюсь быть полезным Кленовой короне, — проговорил Вил, скромно опустив глаза.

— Ваши старания, мнится мне, чаще касаются салонов и альковов придворных дам, — сощурится король, — на борьбу с преступностью у вас просто не остаётся времени.

— Убийства, кражи и все прочие преступления расследуются мной в должном порядке, — отрапортовал коррехидор, изо всех сил имитируя служебное рвение, — только за эту неделю я передал в королевский суд четыре заверченных расследования.

— Целых четыре, — картинно удивился король, — надо же, только вот, малыш Вилли, какое ты принимал во всем этом участие? Ставил личную печать с дубовыми листьями клана на закрытые дела? По моим сведениям, тебя частенько видели в «Доме шоколадных грёз», королевской опере и на музыкальных вечерах мадам Сере́нити Аке́ри.

Хоть слова короля в большой степени соответствовали действительности, вила они весьма задели. Четвёртый сын Дубового клана расправил плечи и проговорил с аристократической надменностью:

— Для улучшения работы Службы дневной безопасности ночного покоя мною на службу в понедельник был принят новый коронер.

Его Величество выжидающе смотрел на стоящего перед ним светского шалопая в дорогом костюме. Он знал Вилохеда с детства: дальний родственник, красивый и умный, любимец матушки, теперь на королевской службе, но по всему видно, не очень-то ему по душе это новая служба.

— Эрика Таками — дипломированный чародей, — отвлёк короля от его мысли голос Вил, — я уверен, некромант на должности корнера окажется чрезвычайно полезен при расследовании убийств.

— Некромант?! — не поверил своим ушам король, — в моей Службе дневной безопасности и ночного покоя числиться некромант? Я не ослышался, вы взяли в коррехидорию некроманта?

— Чародейку с данной специализацией, — уточнил Вилохед, — она получила отличные отзывы Академии…

— Она? — повысил голос король, — мало того, что вы своевольно наняли некроманта, так это ещё и женщина! По-вашему нормально, что благородная дама (а насколько я знаю простолюдинов в Академию магии не принимают) станет вскрывать трупы. Кстати, она замужем?

— Мистрис Эрика Таками с детства посвящена богу смерти Эра́ру, — Вил позволил себе самую капельку иронии, — хотите оградить некроманта от трупов, она с молодых ногтей контактирует со смертью. Я обсуждал её кандидатуру с ректором Академии магии Ба́уэром. Он горячо поддержал мою идею применения некромантии в расследовании убийств. Семейное положение моего нового сотрудника мне неизвестно. Если ваше Величество изволит интересоваться этим вопросом, я прикажу Тураде прояснить ситуацию.

— Забудь, — отмахнулся король, —мне всё равно, просто с этической точки зрения заставлять девицу делать вскрытие мужских трупов, это, — он замялся, подбирая подходящее слово, — слишком смело,

— Смотря какая девица, — пробормотал Вил.

— В точку! — засмеялся король, — Она хоть симпатичная? Впрочем, о чём я, чародейки ещё в юности исправляют мельчайшие недостатки своей внешности. Если уж магистр Бауэр рекомендовал, то пускай работает. Я же хотел поговорить с тобой о другом. Помнишь сэра Чарльза Сакэ́да?

Вил кивнул, он несколько раз встречал этого джентльмена. Почему-то к этому воспоминанию прилепилось слово «суицид».

— Вдова сэра Чарльза написала в канцелярию письмо, —его Величество покрутил в руке сложенный листок бумаги нежного сиреневого оттенка, — изволь прочесть.

Вил развернул письмо и увидел аккуратные ровные строчки, написанные округлым женским почерком с затейливыми завитушками заглавных букв.

Государь!

Мне жизненно необходима ваша помощь. Врата в Неблагий двор снова открыты, зов их становится нестерпимым, он пронзает мои уши, моё сердце. Я ужасно боюсь, что стану последней жертвой. После этого уже не в человеческих силах будет сдержать короля Пикси. Артания, да и весь наш мир погрузятся в пучину страданий, глубину коих просто невозможно представить.

Остаюсь, искренне ваша Элеоно́р Сакэда.

— Что скажешь? — поинтересовался король Элиас.

— Жертва, врата, мир, погружающийся в пучину страданий, — иронично перечислял коррехидор, — на первый взгляд полная чушь! у леди Элеонорвсё в порядке с головой?

— Я, конечно, как и все дети Артании, читал сказки о маленьких человечках с крылышками. Но чтобы серьёзно писать о проклятии персонажей фольклора — это перебор, — его Величество откинул со лба светлую прядь.

— Леди Элеонорв девичестве была фрейлиной моей покойной матушки, — произнёс он с таким видом, будто сам этот факт обеспечивал гарантию, что написавшая письмо старая леди находится в здравом уме и твёрдой памяти.

— С того времени много воды утекло, — возразил Вилохед, — вполне разумная женщина с возрастом могла порастерять разумность или попасть под влияние какой-нибудь секты, проповедующей скорый конец света и пришествие демонов, маленького народца и прочей ерунды. К тому же у меня какое-то смутное чувство, что в не так давно с графом Сакэда произошло какое-то несчастье.

— Несчастье! — воскликнул король, — да он повесился на старой иве в заброшенном саду за собственным домом, весь Кленфилд целую неделю об этом только говорил. Ты газеты вообще, что ли не читаешь?

— Раздел некрологов как правило читают те, кто ищет недвижимость в столице, а светскую хронику — кто не вхож в свет, я же чужд и первого, и второго.

Под неодобрительным взглядом его Величества Вил осёкся и решил проявить заинтересованность, достойную Верховного коррехидора:

— Насильственность смерти графа Сакэда была исключена полностью?

— У твоего предшественника сомнений не возникало.

— Есть возможность, что самоубийство супруга повлияло на пожилую даму? Ей стало мерещиться какая-то ерунда с пикси, жертвами концом света?

— Вили, — проговорил король, — леди Элеонор я помню, как разумную добрую женщину, сейчас с ней явно что-то не то. Отправляйся и разберись во всём сам. — Он притянул коррехидору письмо, — ты с детства умеешь нравиться женщинам, а уж пожилые леди от тебя в полном восторге. Съезди к графине, поговори с ней, если мы имеем дело с невинной причудой пожилой дамы — успокой её. Коли дело совсем плохо, доложишь мне, я отправлю к ней лейб-медика. Но я сомневаюсь, стиль письма, почерк говорят скорее о душевном волнении нежели о душевной болезни.

Вил аккуратно положил письмо графини в папку.

— И прихвати с собой твою некроманту. Естественно, маленьких человечков не существует, но вокруг нас немало иных магических существ, и их проявление можно принять за шалости пикси. надеюсь в университете ты не только за девушками волочился, — сощурил серые глаза король Элиас, — выучил насколько опасные существа иной раз проникает к нам из потустороннего мира. Пусть дипломированная чародейка с прекрасными отзывами господина Бауера, проверит дом на проклятие и остаточную магию.

— Хорошо, — склонил голову Вил.

— У меня все, — монарх сделал отпускающий жест рукой, — передай привет Ге́вину.

— Отец в Оккуна́ри, — сказал Вил, — его там задерживают дела клана, он столицу вроде бы пока не собирался. Но как увижу, передам.

***

В утренний час Королевская служба дневной безопасности и ночного покоя более всего походила на муравейник: люди, одетые в форму, деловито спешили по коридорам, кивали, здоровались. Повсюду хлопали двери, и веял свежий морозный сквознячок от открытых форточек. Хотя ещё только был конец ноября, снега навалил уже порядочно. Молодёжь сетовала на такой ранний приход зимы, а старожила коррехидории качали головами и авторитетно заявляли, будто бы во времена их молодости зима в Артании начиналась чуть ли не в сентябре.

Среди привычной красной-золотой формы сразу бросалась в глаза невысокая женская фигурка, гордо вышагивающая по коридору первого этажа. Девушка одета была в черное платье горничной, островерхую шляпу с сомкнутыми пальцами скелеты вместо пряжки, полосатые чулки и башмаки на очень толстой подошве. Некоторые служащие удивлённо останавливались, один даже забыл, что протянул руку для приветствия. Разговоры смолкали сами собой, на особо любопытствующих из-под широких полей смотрели недобрые зелёные, глаза густо обведённые черным, а фиолетовые губы были готовы произнести заклинания, обращающие обидчика если не в прах, то по крайней мере в жабу. Обладательницей широкополой шляпы и недоброго взгляда из-под рваной чёлки была Э́рика Така́ми — дипломированная чародейка, недавняя выпускница Академии магии, практикующий некромант с пяти лет посвящённая Богу смерти.

«Я уже почти целую неделю тут работаю, а эти идиоты все продолжают пялиться на меня» — раздражённо подумала чародейка, поймав боковом зрением удивлённый взгляд юнца с баррикадой папок в руках. Начиналась пятница — последний день недели. Несколько ступенек, и девушка спустилась на цокольный этаж. Направо по коридору были камеры, куда временно сажали арестантов. Рика уже знала, что сотрудники их называют «зоопарком», а налево — окованная железом дверь кабинета коронера. Теперь на двери красовалась табличка с её именем и фамилией. За дверью находились её кабинет, прозекторская и морг. Из-за охлаждающих заклятий в этом крыле полуподвала всегда было довольно холодно. Рика приложила амулет к магическому замку, в коррехидории все двери так открывались, и вошла в кабинет.

В кабинете чародейка уже успела навести порядок: она разобрала и разложила по годам папки в архиве, вымела и вычистила многолетнюю пыль, выкинула кучу ненужного старья, оставленного её предшественником. Господин Пи́годи удостоился королевского пенсиона за долгую и беспорочную службу Кленовой Короне. С самим господином Пигоди чародейка не встречалась и оценить его заслуги перед Артанией не могла, но зато могла точно сказать, что неряхой этот господин Пигоди был презрядным!