В день церемонии вставать с постели было архитяжело. Ирина усилием воли заставила себя подняться, надеть приготовленное платье подружки невесты, и дошлепать до студии красоты, где мастер почти час возилась с макияжем и прическами девушек.
В назначенный час в оранжерее, где были расставлены стулья для гостей, и под самой пышной пальмой стояла белая кружевная арка, появились родители Лауры, ее сестра Лидия, Глэдос и Гарольд – приемные родители Дерека, пара знакомых техников во главе с Примулой, старик Баэлз, бывший Старший техник, и Старейшина Сетон, руководитель брачной церемонии.
Дерек встал под аркой, около старейшины, а дедушка Ирины взял под руку невесту и повел вперед. Ирина шла рядом, голова у нее кружилась, сердце готово было выскочить из горла. То, как она побледнела, не было заметно лишь благодаря макияжу.
Старейшина Сетон произнес приветственные слова, и обратился к Дереку:
– Согласен ли ты, Дерек Аэртон, взять в жены эту женщину, любить ее и защищать, быть с ней в горе и в радости, в богатстве и в бедности, в болезни и в здравии, пока смерть не разлучит вас?
– Да! – ответил техник.
– Согласна ли ты, Лаура Майерс взять в мужья этого мужчину любить его и уважать, быть с ним в горе и в радости, в богатстве и в бедности, в болезни и в здравии, пока смерть не разлучит вас?
– Да! – повторила Лаура ответ Дерека, Ирина с трудом сдерживала подступающие слезы.
– Если у кого-то есть причины, почему эта пара не может быть вместе, пусть скажет сейчас или молчит вовеки, – спросил старейшина. Ирен нервно сглотнула, но промолчала.
– Объявляю вас мужем и женой! – провозгласил старейшина, и Ирина почувствовала, как пол уплывает из-под ног, – можете поцеловаться!
Ирина удивилась, что до сих пор не упала, не убежала и не разревелась. Она уставилась в пол, чтобы не видеть, как Дерек целует Лауру. Гости подходили по очереди, пожимали руку молодому мужу, обнимали Лауру. Баэлз взял внучку под локоть и пристроился в конце очереди.
– Поздравляем, юноша! – обратился он к Дереку за них с Ириной вместе, – желаю вам счастливой семейной жизни, и… чтобы она не слишком мешала вашим карьерным свершениям.
Дерек улыбнулся и вопросительно глянул на Ирину. Та переводила глаза то на него, то на Лауру, потом не выдержала:
– Козел и бездушная сволочь! Ты за два года так и не заметил, что я тебя люблю! И ты, подруга называется! – обратилась она к Лауре, – тоже всю дорогу делала вид, что все в порядке!
Она вырвала руку из рук Баэлза и убежала из оранжереи прочь, всхлипывая и вытирая слезы.
