Читаем Приключение онлайн бесплатно

После вчерашнего подписания многомиллионного контракта и последующего затем фуршета с обилием текилы, Данила решил не брать машину а добраться до офиса городским транспортом. В принципе, он мог бы вообще не ходить сегодня в офис, но ему хотелось подготовиться к завтрашней встрече с зарубежными партнёрами и проверить, всё ли к приёму гостей подготовила офис-менеджер. Выглянув в окно, чтобы сориентироваться насчёт экипировки, выругался про себя. На улице моросил осенний дождь, ветер гонял опавшие листья, обрывки бумаги и целлофановых пакетов. Москва – один из самых грязных городов, где ему в последнее время приходилось бывать, пришло ему на ум. Хотя в последнее время она и стала чище за счёт мигрантов из среднеазиатских республик, но ещё недостаточно чистой, чтобы не вызывать раздражение каждый раз при выходе из дома.

Он был топ–менеджеров компании и на нём лежала ответственность за взаимодействие с зарубежными партнёрами. Его друзья и знакомые считали его успешным, многие завидовали его внешности, трудолюбию и способностям находить оптимальные решения в весьма не простых ситуациях. Он был рослый и широкоплечий шатен с серо-голубыми глазами, могучим торсом, свидетельствующим о хорошей спортивной подготовке в силовых видах спорта. Его жена, в прошлом фотокорреспондент, была членом редколлегии одного из читаемых гламурных изданий, относилась к разряду тех приятных и умных женщин, которые всегда в центре внимания в любой компании и всем своим видом, как бы подчеркивали достоинство своих мужей уже только тем, что именно их они и выбрали. Они были ровесниками, тридцати пяти лет отроду и ещё не имели детей.

Подойдя к остановке автобуса, он заметил девушку, очень элегантно одетую, высокую с красивой фигурой, напомнившей ему приму балета Большого театра Екатерину Максимову. Её глаза, сверкнувшие зелёной молнией, показались ему необычными. Они не только были очень большими, они ещё имели немного азиатский разрез и какую-то подсветку изнутри. Как будто из глаз струилась неведомая энергия. Скользнув по ней взглядом, отметил про себя, что никак не удаётся избавиться от оценивающего взгляда, успел заметить, что и девушка также с интересом посмотрела на него. Видимо в недоумении, что этот элегантно одетый и «фактурный» мужчина делает на автобусной остановке. Обычно таких можно встретить, разве что, разъезжающими в дорогих автомобилях, подумал, и улыбка непроизвольно осветило его лицо. Воспринимая его улыбку на свой счёт, девушка также улыбнулась.

Желания затеять разговор не было и, посмотрев на часы, решил, не дожидаясь автобуса поймать машину и протянул руку. Буквально через пару минут подъехала какая-то недорогая, но чистенькая иномарка, водитель опустил стекло для переговоров. Девушка, как-то не очень решительно, тоже подошла к машине и спросила, в какую сторону ему нужно ехать. Он назвал адрес, девушка сказала, что это рядом с её домом и спросила, не мог бы он подвезти и её. Причин для отказа, естественно, не было и он, назвав водителю адрес, открыл заднюю дверь машины и жестом пригласил её. Сам сел рядом с водителем и обратился к девушке за уточнением её адреса. Её дом находился на расстоянии одной автобусной остановки от офиса, и он попросил водителя подвезти их до её дома, сказав, что дальше с удовольствием пройдётся пешком.

Выйдя из машины, галантно открыл заднюю дверцу и протянул руку, помогая девушке выйти из машины. При выходе у неё непроизвольно высоко выше колен задралась юбка и его взору стали доступны её красивые длинные ноги в прозрачных чёрных чулках в крупную клетку. Этот вид вызвал обычную реакцию мужчины на «запретный плод», скрытый под одеждой привлекательного женского тела. В голове промелькнула мысль, что был бы не прочь познакомиться с попутчицей, таившей в себе какую-то загадку. Словно прочитав его мысли, девушка, улыбнувшись, сказала:

«С моей стороны было бы не вежливо не пригласить Вас на чай или кофе, раз уж Вы не отказали мне в любезности подвезти и при этом ещё и пожертвовали своим временем на пеший поход в офис. Но и отказ я приму, как должное, учитывая случайность обстоятельств нашей встречи».

Что-то интригующее было в интонации её голоса, когда она произнесла «нашей встречи» и это задело его.

«А знаете, я с удовольствием приму Ваше приглашение и выпью чай, предпочтительно зелёный, если это не принесёт Вам больших неудобств».

«Ни сколько. Меня зовут Инесса».

«Редкое имя. Напоминает мне историю Инессы Арманд и Владимира Ульянова-Ленина. Романтическая история, окутанная завесой тайн. Да, любовь вождей всегда привлекала любопытство толпы, которая автоматически отказывает им в праве на личную жизнь. Меня зовут Данилой».

«Тоже не очень популярное и совсем не избитое имя. В нём что-то от сказок Бажова, помните, Данила-мастер. Да и вид у Вас весьма внушительный, точно похож на камнетёса, только очень интеллигентного».

      Я определённо нравлюсь ей, подумал он и в то же время отметил необычность ситуации, поскольку вид недоступной элегантной девушки никак не вязался с её откровенной заинтересованностью в нём и, более того, проявленной ей инициативой в осуществлении знакомства. Решение продолжить игру, флирт или ухаживание было твёрдым, и он заставил себя сосредоточиться на ситуации, отодвинув служебные и семейные заботы на задний план, а вскоре они, как бы, выпали из его сознания.

Её просторная однокомнатная квартира на пятом этаже выглядела весьма респектабельно. По планировке это было шале, обставленное стильной и в тоже время функциональной итальянской мебелью, подчеркивающей определённый достаток хозяйки и наличие у неё или у привлечённого дизайнера хорошего вкуса. Такая квартира могла принадлежать высокооплачиваемому работнику крупной компании или любовнице весьма состоятельного покровителя. Вся мебель, включая кухонную, техника и прочие мелочи были выдержаны в одном стиле и создавали обстановку расслабленности и уюта в стиле «техно».

В прихожей, в шкафу-купе с зеркальными панелями, достаточно просторном, находилась её верхняя одежда, и он оценил её как весьма стильную и дорогую, скорее всего, от известных брендовых кутерье. В голове промелькнула мысль, что его жена одевается скромнее, и это, самокритично оценив себя, его недостаток.

Без верхней одежды она выглядела очень изящно, блуза и юбка подчёркивали маленькую античную грудь и правильной формы округлые ягодицы, венчавшие длинные и красивые ноги, выдававшие в ней хорошую спортивную подготовку. Показав ему ванную комнату и туалет, предложила помыть руки, что он и сделал. Указав на мягкую мебель, предлагая присесть, отправилась на кухню готовить чай. Пока её не было в комнате, он, продолжая разглядывать интерьер, задумался над необычностью ситуации. Интуитивно понимал, что интрига в её психологическом состоянии и что, скорее всего, впереди его ждёт близость, но не ординарная, а с какой-то игрой и пока непонятной его ролью. Интерес к Инессе рос, также, как и волнение, справиться ли он со своей ролью и в чем её суть. Как в мужчине, он в себе не сомневался, тем более, что уже чувствовал подъём тестостерона в крови и легкое возбуждение от её форм, которые легко ложились на его представление об идеале женской фигуры в смысле сексуальной партнёрши. Нужно определиться с линией поведения, с вариантами активного ухаживания или отдаться «на милость победителя» и ждать инициативы с другой стороны. Больше он ничего подумать не успел, она уже была в комнате, пока без чая, но расположенная к общению.

«Каким временем Вы располагаете», – спросила Инесса.

«Я свободен, ничего срочного, весь в Вашем распоряжении».

«Прекрасно, тогда будем не спеша пить чай с маминым вареньем под музыку. Нет возражений?»

«Никаких. А какое варенье, моё любимое – мирабель».

«Значит, будет мирабель, у меня оно есть, хотя я предпочитаю вишнёвое. Итак, Вы – мирабель, а я – вишнёвое».

Прежде чем выйти на кухню, она включила плеер и поставила диск. Полилась музыка. С первых нот он узнал её. Токката и фуга ре минор. Высочайшее достижение юного Баха. Под эту музыку в студенческие годы проходили его первые опыты общения с противоположным полом. Сотни раз он слушал это органное совершенство и каждый раз музыка растворяла его в себе, пронизывая необыкновенным сочетанием звуков каждую клетку его тела. От неожиданности такого совпадения музыкальных привязанностей стало немного не по себе. Она как будто проникла в архив его сознания и выбирает самые чувствительные файлы. Невероятно, думал он, и желание узнать эту женщину стократно возросло. Он снова погрузился в мир звуков и не заметил, как с подносом в руках она вошла в комнату и замерла, вглядываясь в его лицо, в его восприятие музыки. В момент паузы между токкатой и фугой он очнулся и поднялся, чтобы помочь поставить чайные приборы и розетки с вареньем на стол.

«Вам нравиться Бах?» – спросила Инесса.

«Да, и это самое любимое произведение. Оно вызывает какие-то глубинные явления духовной жизни, недоступные переводу на понятия. Примерно так выражался и математик Лейбниц, друг и современник Баха. Много раз слушал эту токкату и фугу в исполнении наших и зарубежных органистов, и каждый раз, совершенно различные образы возникали в сознании, от воспоминаний детства до космических представлений. Часто это океан сознания, как в фильме «Солярис» Тарковского, иногда река в горах в ярко красном закате, а то и просто фрагменты картин Кандинского и Леже, и даже блоковские зори и закаты».

«Интересно, у меня такое же отношение к этой музыке. В душе будто взметается пламя и всё земное наполняется страстями».

Она загадочно посмотрела на Данилу. Пока звучала музыка, они не прикоснулись к чаю. Теперь же она предложила выпить чай и спросила, не имеет ли он ничего против бокала вина, например, Гурджиани или Твиши, совсем недавно привезённые одним знакомым из Грузии. Это не из тех подделок, что продаются у нас. Это натуральные вина, я уже пробовала. Он согласился с предложением, вспомнив, что именно эти вина он с друзьями частенько «дегустировал» в Гагре в ресторане «Гагрибш», во время летних поездок на Кавказ. Она принесла бутылку Гурджиани, штопор и бокалы из тонкого прозрачного стекла. Разбирается в сервировке, подумал он про себя, аккуратно откупорил бутылку, демонстрируя технику открывания без взбалтывания осадков, и разлил вино.

«Хочу предложить выпить за гостеприимную хозяйку этого дома, у Вас очень уютно. За Ваши успехи и чтобы удача часто посещала этот уголок».

«Спасибо, рада, что Вам здесь нравиться».

Она поставила новый диск. Теперь это были блюзы времён 50-60 годов. Музыка особого философского настроя, определяющая состояния души, стремящейся к романтической любви. Пел Френк Синатра. Его приятный медовый баритон мало кого мог оставить равнодушным. Их глаза встретились, они оба хотели сближения, и музыка невольно служила тем самым связующим элементом. Он понимал, что она ждёт от него инициативы и протянул руку. Без всяких слов она поднялась навстречу. Промелькнула кем-то брошенная фраза: «… вертикальное воплощение горизонтальных желаний…». Её не нужно было прижимать к себе. Она это сделала сама. Рукой обняла его за шею, а ноги сплелись в технике страстного танго. Танцевали они не долго. Но и за этот короткий промежуток времени в голове пронеслась куча мыслей. В чём её проблема? Она не похожа на содержанку или девочку по вызову. Слишком воспитана и элегантна. Умна, не болтлива, не хвастается, легко поддерживает разговор, весьма эрудированна. Наконец, красива и приятна. Что с ней происходит? Не могла же она ни с того, ни со всего в одночасье влюбиться. Такие женщины на глупости неспособны. В этот момент она как-то по-особенному скользнула по его телу, он почувствовал её дрожь, однозначно выдававшую охватывающее её желание. Какая удивительная восприимчивость к телесным ощущениям, осязательная восприимчивость, радость близости с телом партнёра, промелькнула в голове где-то прочитанная фраза. Эротическое состояние души и тела, наслаждение достигнутой близостью… Опять промелькнула мысль. В это состояние её повергает не объект вожделения, а готовность к любви, желание отыграться за прошлые поражения и бегство от одиночества. Вот причина. Она была отвергнута и пытается преодолеть себя. Заставить снова поверить в свои способности управлять чувствами мужчины, вызвать у него встречное чувство, пусть временное, но поддающееся рефлекторному управлению, помимо его воли. И он оказался, как говориться, «в нужном месте и в то самое время». Вот в чём суть. Но эта дрожь. Это её объятие, совершенно откровенное. Неужели это игра, и он просто объект манипулирования, объект проверки на действенность тактильных ощущений. Как бы там не было, ему приятно. Он готов подыграть ей. Отвечая на близость, он опустил руки на бёдра и притянул её к себе. Она не сопротивлялась, подняла голову и посмотрела ему в глаза, лукаво улыбнулась. Он поцеловал её в голову, она откинула её и подставила лицо. Полузакрытые глаза и слегка приоткрыт рот. Хорошо очерченные красивые губы, за которыми белели два ряда безупречно ровных зубов. Он поцеловал её, она ответила долгим и страстным поцелуем. Его руки уже гладили её ягодицы и одновременно подтягивали вверх юбку. Когда его руки уже опустились ей в трусики, и он ощутил бархатистость её кожи на бёдрах, она прошептала:

«Не спеши, я должна принять душ».

Поцеловав его в щёку, и прижавшись к нему всем телом, скользнула рукой по брюкам и, ощутив упругость его плоти, отстранилась и ушла в ванную комнату. Дверь осталась приоткрытой, и через некоторое время послышался шум душа. Он подошёл к двери и заглянул во внутрь. Стоя в ванной за полупрозрачной занавеской с китайским или японским орнаментом в виде иероглифов, она была похожа на раздетую японку с календарей, которые в массовом порядке японские фирмы привозили в нашу страну накануне новогодних праздников. Он отодвинул занавеску, она щелчком ударила по струйке и капли тёплой воды упали на его лицо. Она засмеялась и выключила воду. Попросила подать ей висящий на вешалке белоснежный махровый халат и завернулась в него.

«Ты тоже можешь принять душ. Я принесу тебе полотенце».