Читаем Препод под прикрытием онлайн бесплатно

Дамир

— Алиев, к начальству на ковер, — гаркнул Серега на весь коридор. — Вазелину дать, али так справишься?

— И так могу, и так могу, — заржал я, — к начальству так к начальству.

Поднялся, расправил плечи и пошел, куда послали.

Заместителя начальника по оперативной работе мы за глаза звали Чехов. Потому что по протоколу он был Антон Палыч. Грызлов. Но «Чехов» было поэтичней, и не так обидно сказать, что мозг тебе имел сам Чехов, а не среднестатистический Грызлов.

Дошел до кабинета большого босса, постучал в дверь костяшками пальцев и вошел.

Антон Палыч хмурил брови, сидя за столом.

— Вызывали? — радостно уточнил я, вызывая у начальства зубную боль.

— Вызывал, Алиев, садись.

— Не за что пока, — вежливо ответил я, но сел.

Чехов скрипнул зубами, но промолчал. А когда я удобно устроился за столом и вытянул ноги, швырнул в мою сторону папку.

Та прокатилась по столешнице и остановилась в двадцати сантиметрах от меня.

— Что там? — заинтересовался я.

Открыл папку, и на столешницу высыпалась горстка фотографий молодых девчонок. Всем было лет от восемнадцати до девятнадцати, блондинки с длинными волосами и внешностью, словно всех на конкурс «Мисс Мира» подбирали.

— На конкурсе красоты нужна бдительная и обаятельная охрана? — обрадовался я.

— Алиев!

— Понял, молчу. Что это?

— Пропавшие без вести за последние пару лет девушки. Ничего общего не находишь?

— Да как на конкурс красоты отбирают, сволочи, — сплюнул я, уже по-другому рассматривая фото.

— Угу. И типаж один — блондинки, из хороших семей, хорошо учились, приличные, в плохих компаниях замечены не были. Чистые и невинные.

— Дальше, — жестко потребовал я, — что еще общего?

Девушек я любил. Особенно красивых. И никогда не обижал.

Зато любил обижать тех, кто обижал девушек. Дарил на день взятия Бастилии сломанные челюсти и другие важные части тела. Эдакий Робин Гуд на защите чести и достоинства красавиц.

— То, что все они учились в одном университете, Алиев. Первый и второй курсы, старше не брали. Копать нужно там, кто-то из преподавательского состава крыса. Пропадали по пути с занятий, среди белого дня, в слепых от городских камер зонах.

— Есть конкретные подозреваемые?

— Пока нет. Поэтому ты идешь работать в тот универ под прикрытием. Ты у нас бывший криминалист, парень толковый, умный, мелкие детали подмечаешь. Ты у нас умный и одаренный без меры. Пойдешь туда работать преподом по криминалистике. — с сарказмом протянуло начальство.

— Я такой, — согласился я.

А к чему ложная скромность?

— Документы мы тебе сделали, место работы освободили. Найди его, Алиев. Девчонки же совсем молодые, жить и жить. Вся документация в папке и на флешке внутри, — сквозь зубы процедил Чехов. — Включи артистизм, как ты умеешь. Отчитываться будешь мне лично, понял? Парни прикроют по надобности, но бо́льшую часть времени работаешь один. Справишься?

— Так точно! — отрапортовал я. — Что по легенде?

— Все в папке. Ключи от корпоративной квартиры и машины. Новые документы и биография, мобильный. Соседи там тихие, все проверенные, в основном старушки живут.

— Старушки — это же ценнейший источник информации, — обрадовался я и сунул нос в папку.

Открыл свой новый паспорт. Делиев Самир Муратович. Сойдет. Рожден, взращен и обучен в Воронеже. Тоже неплохо.

Я изучал легенду, параллельно доставая новый рабочий телефон.

— Нормально так, — присвистнул я, — а машина какая? Не «запорожец»?

— «Приора». Чем богаты, — хмыкнул Чехов.

— Антон Палыч, скажите честно, «приора» — это потому, что я приемный и темненький, да? А если я механику водить не умею?

— Врубай смекалку, — посоветовал мне Антон Палыч. — Головой отвечаешь за казенное имущество!

— Дык он же кнопочный, — протянул я, рассматривая аппарат.

— Я тебе по-грузински отвечу, поймешь?

— Давайте.

— Беричедали и невыпендривайся.

— Епта, я грузинский знаю, — снова развеселился я.

— Алиев, давно хотел спросить: а ты вот чего из криминалистов-то в опера ушел?

— Скучно стало, — выдохнул я, — адреналин уважаю очень. До свиданьица.

— Иди уже! — гаркнул Антон Павлович. — И давай там посерьезнее.

— Есть быть посерьезнее, — гаркнул я.

Подкинул в ладони ключи от машины, спрятал казенный мобильный в карман и поехал к себе домой.

Адреналина хапнул — на неделю хватит! Машина дергалась, фыркала и только что по-грузински со мной не разговаривала. Пару раз заглохла прямо посреди дороги, добавляя остроты в наши с ней отношения.

Надо будет ей заняться на досуге. Надеюсь, мне не прилетит за починку казенного транспорта.

По дороге заехал в строительный и прикупил себе инструментов для ремонта.

Я эту квартиру купил две недели назад. Пришлось ждать, пока старые хозяева вывезут из нее свои вещи и съедут, и новоселье я отметил только вчера.

С ремонтом тоже была проблема — времени, чтобы его делать, у меня не хватало, а знакомая бригада зимы была занята.

Я подъехал к нужному дому, припарковал машину в тени, достал из багажника тяжелую коробку, переставил на землю, матом и честным словом закрыл чертов багажник, подхватил коробку с земли, выпрямился и…

У подъезда стояла ангелочек. Настоящий такой белокурый ангел, только глазки карие. С двумя косичками на голове, пухлыми губами и фигурой — умри и не вставай. Подол белого сарафана ласкал ветер, будоража мою фантазию, а я даже завис немного от такой красоты и обаяния.

И девчонка смотрела на меня пристально, с явным интересом. Глазки прищурила и взгляд не отводила. Явно заинтересованный во мне как в мужчине. Я такие вещи чувствовал.

— Привет, малышка, — пропел я, подходя поближе, — подержишь дверь?

Она сильнее сощурила глаза и подалась ближе.

— Оу, прости, красивая, я немного занят, — галантно просветил я девчонку.

И не то чтобы она мне не понравилась, просто в ближайшее время я буду очень занят.

— В каком смысле? — не поняла она.

— Не готов к серьезным отношениям, — пояснил я, — но если еще пару минут так посмотришь, то могу пересмотреть свои принципы.

— Не льстите себе, вы не в моем вкусе, а смотрю я так потому, что линзы не надела, а очки сломались, — вспыхнула девчонка.

А я наконец понял, почему на меня смотрели так пристально! Меня не видели без очков!

Я хмыкнул, покачал головой, а блондиночка зло засопела, но дверь мне открыла и даже придержала.

Я легко поднялся на четвертый этаж, открыл дверь, занес коробку и поставил ее в прихожей. Насвистывая себе под нос, осмотрел свой честно заработанный геморрой на двадцать лет в виде ипотеки.

Жил я почти по-спартански. Из мебели — надувной матрас, стол и шкаф. На кухне из техники только чайник, микроволновка и электрическая плита, которая еще хана Мамая застала. Судя по степени загрязнения — хан на ней и готовил. Бывшие жильцы от всей широты души мне ее в подарок оставили.

В принципе жить можно.

Я сел на матрас, попрыгал, поржал и полез в холодильник.

Сегодняшний день у меня был свободен, и я решил временно не ехать обживаться в служебную квартиру, которая, я был уверен, ничем не отличалась обстановкой от этой.

Заглянул в холодильник, но нашел там только гордую висящую мышь.

Вздохнул и пошел в ближайший супермаркет — кормить себя любимого.

Дамир

Я вышел в подъезд, снова запер дверь и быстро спускался по лестнице, когда дорогу мне преградила бабуля с двумя баулами провизии.

— Я помогу, — галантно предложил я.

— Ой, сынок, не надо, — тут же замотала старушка головой с кокетливо повязанным платочком.

— Нельзя женщине тяжести носить, — не согласился я, — меня из семьи выгонят, если узнают, что в моем присутствии женщина сумки несла, а я мимо прошел. Давайте знакомиться, я Дамир, ваш новый сосед с четвертого этажа.

Я подвинулся, давая дорогу молодой женщине со связкой ключей в руках, которая поднималась по лестнице.

— Так это ты квартиру у Филимоновых купил? — заинтересовалась бабуля, отдавая мне свои торбы.

— Я, — гордо согласился я, — купил и вчера официально переехал. Если что нужно — я к вашим услугам. А вас как зовут?

— Ой, Марфа Семеновна я, одна живу через стенку от тебя, милый. Ох, какой ты богатырь!..

— Стараюсь, — улыбнулся я.

Донес бабуле сумки, получил в ответ благословение, не став акцентировать внимание на том, что я немного другой веры, и пообещал зайти в гости на пирожки.

Отряхнул руки и уже без приключений добрался до супермаркета, купил продукты и вернулся домой., Запер дверь и понес продукты на кухню.

Щелкнул кнопкой чайника, заварил себе лапшу быстрого приготовления и достал материалы нового дела, параллельно разрабатывая план внедрения.

Нашли, конечно, кого отправить… Преподаватель из меня, как из кисточки трактор, но Родина сказала «надо» — значит, надо.

Я разложил на столешнице фотографии девчонок, мысленно выругался, убрал и внимательно изучал все, что парни успели накопать.

Ни-чег-го! Никаких следов, никаких зацепок.

Место для выбора жертв выбрали грамотно — университет. Народу много, все контакты пропавших замучаешься разрабатывать. Крысой, ворующей девушек, может быть кто угодно, от студента до ректора. Ладно, первый курс можно вычеркнуть, у них алиби, а вот все остальные уже под подозрением, а это несколько тысяч человек.

Повезло мне, конечно, что я у мамы криминалист!

Я доел лапшу, выбросил судок в мусорное ведро, почти допил чай, когда в дверь кто-то постучал. Громко и требовательно.

Почему я сразу подумал на ту блондиночку без очков?

Наверное, уже тогда шестое чувство знатно и громко намекало, что эта девчонка мне послана сверху, дабы я искупил все грехи. Даже из прошлых жизней, оптом.

Я пошел открывать и обнаружил… Да, ее. Очень воинственную блондиночку в компании двоих моих коллег.

Она, заметив меня, удивленно округлила глаза и громко охнула.

Так решительно меня девчонки еще не добивались, конечно. А эти двое ей зачем? Чтобы засвидетельствовать брак, что ли?

— Лейтенант Рюмочкин, — гаркнуло чудо, у которого еще даже усы толком на лице не выросли.

За его спиной стоял такой же молодой и суровый лейтенант.

— Рядовые Биба, Боба и Птичка, — заржал я. — Чем могу помочь, господа?

— Документики предъявите, — потребовал Рюмочкин.

— На каком основании? — спокойно уточнил я.

— И регистрацию, — вставил второй.

— Представьтесь, лейтенант, — попросил я.

— Лейтенант Соболев, — сдвинул тот брови.

— Господи, это что за потешные войска? — не удержался я. — Блондиночка, твои валеты из колоды выпали?

— Разговорчики! Гражданка Тихая утверждает, что вы заняли квартиру незаконно.

— Правильно мне прежние хозяева сказали, что соседи здесь тихие, — продолжал прикалываться я. — Купил я ее, вчера только переехал.

У гражданки Тихой глаза стали размером с блюдца, а сама она достала мобильный и стала кому-то звонить.

Судя по недовольной моське и тому, как она сморщила носик, — не дозвонилась.

Я же медленно прошел в комнату, взял бумаги и сунул их под нос Рюмочкину.

— Вот, сюда смотри, вот паспорт, на фото я, одно лицо, видишь? Алиев Дамир Муратович. Блондиночка, я Дамир, приятно познакомиться. Так, смотри дальше, вот тебе договор купли-продажи, вот акт сдачи объекта, а вот договор с банком на ипотеку. Моя это квартира, я тут законно проживаю.

— Регистрация в другом месте, — листая мой паспорт, умничал Рюмочкин.

— Вай мэ, как сложно жить, когда в голове изюм, — закатил я глаза. — Говорю тебе, вчера переехал, не успел адрес регистрации сменить.

— По закону…

— Завтра поменяю, мамой клянусь, — пообещал я. — Еще вопросы есть?

— Один проживаете? — уточнил Соболев.

— Адын, савсэм адын, — косясь на красную как мак блондиночку, ответил я.

Красавица переминалась с ноги на ногу и прятала глаза, все время пытаясь до кого-то дозвониться.

— Всего хорошего, — пожелал мне лейтенант, возвращая документы.

— И вам не болеть, — кивнул я.

Двое из ларца как по команде развернулись и ушли, а я остался в компании девчонки.

Я уперся руками в косяк двери и насмешливо смотрел, как она сопит. Кажется, девчонка готовилась к побегу, но совесть не позволяла.

— Оригинальный подкат с ментами, надо запомнить, — подмигнул я. — Ну, заходи, красивая, знакомиться будем.

— Не хочу я с вами знакомиться, — испуганно отшатнулась она.

— Красавица, давай на «ты» перейдем, мы с тобой уже слишком близко знакомы. Я свой паспорт даже девушке бывшей не сразу показал, а ты молодец, сразу глянула, что не женат, да?

— Меня тетя Света просила за квартирой присмотреть, вот ее номер, мне не сказали, что она продана, а сегодня кто-то топал над головой, вот я и испугалась, вдруг воры или оккупанты какие, — оправдывалась она, но как-то по тону было непонятно, то ли извиняется, то ли наезжает.

— Ну, хвалю за бдительность, рядовой Тихая, еще немного подучишься и будешь главбабкой на районе. Мимо тебя ни одна мышь не проскочит и даже комар не пролетит. Бдительность наше все, — хмыкнул я.

Мне нравилось, как она виновато краснела.

— Тебя как зовут-то? — поинтересовался я.

— Варвара! — задрала она нос повыше. — Прости, что так получилось.

— А это ты бывшей хозяйке звонила, пока я тут с товарищами из ларца беседовал?

— Ей, — призналась Варвара, — но она трубку не берет. Правда, прости, я…

— Заходи? — предложил я, — у меня есть чай.

— У меня тоже есть чай, — фыркнула она, — прими, пожалуйста, извинения, и я пойду.

— А если не приму? — заинтересовался я. — К тебе на чай пойдем? Твой вкуснее?

— Ты какой-то невыносимый, — пожаловалась она.

— А ты меня куда выносить собралась? — Я склонил голову вбок, а Варвара приоткрыла ротик и явно соображала, что ответить.

— Прости и…

— Прощай? — подсказал я.

— Да, — она кивнула, развернулась и быстрым шагом ушла к себе.

Я прислушался: не соврала, действительно жила подо мной.

Повезло мне с соседями, конечно! Особенно с одной бдительной Варварой.

Я пошел на кухню, налил себе воды и уставился в окно, мысленно снова перестраиваясь на новое дело. Достал флешку, на которой были данные на всех преподавателей, и приготовился к бессонной ночи.

До утра делал пометки себе в блокноте. Пока я делал ставки только на интуицию и в основном выделял тех, кто не нравился лично мне.

К утру глаза слипались, а все лица слились воедино настолько, что я перестал их различать.

Я принял холодный душ, собрал немного вещей и решил съездить в магазин, чтобы войти в образ препода и постараться стать не таким заметным.

Переоделся, взял ключи и вышел в подъезд. С ручки двери упал бумажный пакет с логотипом какого-то парфюмерного магазина.

Я напряженно осмотрелся, двумя пальцами взялся за веревочные ручки, открыл и немного обалдел.

В пакете лежал розовый кружевной бюстик.

Я присвистнул, закатил глаза и попытался воспользоваться дедуктивным методом.

Вчера я умудрился пообщаться только с Марфой Семеновной и бдительной Варварой.

Это что, знак капитуляции? А розовый потому, что она не знает, что надо белый? Или белого нет? Или это очень непрозрачный намек на то, что меня хотят и не в контексте просто увидеть?

Я весело засмеялся, убрал вещицу обратно в пакет и, насвистывая, отправился по своим делам, сдерживая желание зайти в гости прямо сейчас…

Варвара

Боже, как стыдно! Очень стыдно!

И обидно, что этот Годзилла сейчас может решить, что он мне понравился и что я с полицией к нему знакомиться пришла.

Кажется, я все еще была красная как рак, пока спускалась с четвертого этажа на свой третий.