Читаем Право на доверие (СИ) онлайн бесплатно

«Бузина черная, называемая в народе шевейский[1] чай, представляет собой ветвистый кустарник или небольшое дерево от трех до семи метров в высоту. Для нее характерны бородавчатая кора, супротивно расположенные ветки с рыхлой сердцевиной, а также крупные щитковидные соцветия с желтовато-белыми неприятно пахнущими цветками, из которых осенью развиваются плоды - от глянцево-черных до черно-фиолетовых. В сельской местности кусты бузины растут вблизи хлевов, сараев или жилых домов. Встречаются они также и по берегам ручьев. Бузина применяется в качестве… Леди Лаанара!»

А? Где? Кто? Что?

Каблучки аккуратных черных туфелек, отстукивающие размеренный  монотонный ритм по холодным плитам Большой Библиотеки, замирают. Я поднимаю взгляд выше, вдоль темной шерстяной юбки, белой накрахмаленной кофты с выглаженным кружевным воротничком, морщин на шее, выдающих возраст женщины, остановившейся передо мной. Выше по раздраженной складке губ, острому носу. На его кончик упрямо сползли старомодные очки в большой круглой оправе, из-за которых их хозяйка получила прозвище Стрекоза. Встречаюсь взглядом с парой сердитых светло-серых глаз. Ой, что сейчас будет…

- Леди Лаанара, встаньте, пожалуйста.

Маретта тиа Ольгара, одна из старейших и уважаемых представительниц южного клана драконов, лучшая наставница по природным наукам и просто моя учительница. Или мучительница, если честно признать, что наукам я не приглянулась с первого дня нашего знакомства, как и они мне.

 - Сколько можно мечтать на уроке?! Ваше поведение не достойно эссы[2] Южного Предела.

Знаю-знаю. Снова провинилась, снова глупая, ленивая, несобранная. Но что я могу поделать, если в библиотеке даже в яркий солнечный день царит усыпляющая полутьма? Свет словно тонет в бесконечных тянущихся от пола до высокого потолка шкафах, заставленных толстыми пыльными фолиантами, наполненных мудростью предыдущих поколений, которые гораздо меньше привлекают девятилетнюю девчонку, чем происходящее за окном. А творится там следующее…

- Леди Лаанара! – учительница поправляет съехавшие на кончик носа очки. По-моему, совершенно напрасное занятие – скоро они вернутся на свое излюбленное место, - Когда Вы решили, что лекция о целебных свойствах трав, которую я читала, не достойна Вашего внимания?

На самом деле последнее, что я помню, были артишоки или анис – этих растений столько! Все не выучишь! Но я молчу, старательно уткнувшись взглядом в пол, пытаясь изобразить виноватый вид. Получается плохо, потому что глаза нет-нет, да скашиваются в сторону окна, где во дворе мальчишки пытаются подобраться к толстому белому коту, любимицу нашей кухарки. Кот развалился на прогретой весенним солнцем крыше сарая, лениво покачивая кончиком хвоста, и делает вид, что не замечает приближения вражеских сил.

- Леди Лаанара, - устало вздыхает учительница, делая очередную попытку привлечь мое внимание. Какие тут травы, когда Крис почти подобрался к коту! Давай! Еще чуть-чуть… - Вам должно поучиться прилежанию у Вашей сестры. Вот кто достоин быть примером для подражания.

Упоминание о сестре действует лучше ледяного душа. Я ненавижу, когда меня сравнивают с Харатэль, наверно, потому, что сравнение всегда не в мою пользу. Моя старшая сестра красивая, умная, решительная, образованная, справедливая, а главное ответственная, ответственная перед собой и миром - как и надлежит быть дракону. В общем, идеал, которым мне никогда не стать. А еще Харатэль после смерти матери отвечает за мое воспитание, и ей приходится выслушивать все жалобы насчет недостойного эссы поведения. Моя сестра – совершенство, и когда я вижу в ее взгляде, направленном на меня, разочарование, мне хочется провалиться от стыда под землю (может быть, и провалилась, да пока не умею).

- Леди Маретта, пожалуйста, не говорите ничего сестре, - не люблю клянчить, но стоит подумать, что сегодня за ужином у Харатэль будут грустные глаза и причиной ее плохого настроения снова окажусь я, меня пробирает дрожь. – Я выучу все растения. Честно-честно. И базилик этот, и…

- Бузину, - непроизвольно поправляет тиа Маретта.

- Да-да, бузину. И все остальные. Только не говорите сестре.

Учительница задумчиво изучает ветвь с темными плодами, изображенную в справочнике, откуда она зачитывала мне главы о лекарственных растениях, потом решительно захлопывает книгу и ставит обратно на полку.

- Я считаю, на сегодня достаточно. Вы свободны, леди  Лаанара.

Каблучки цокают по мраморным плитам библиотеки, учительница направляется к выходу. Я так и стою, провожая взглядом прямую несмотря на возраст спину и, наконец, решаюсь робко спросить.

- А сестра?

Учительница оборачивается и неожиданно улыбается мне, отчего ее лицо утрачивает холодную строгость и неприступность.

- Ваша сестра, несомненно, понимает всю важность образования, особенно для Вас. Но порой она забывает, что Вы еще ребенок, а дети должны  не только учиться, но и играть.

Она берется за позолоченную ручку, открывает тяжелую дверь из мореного дуба, и добавляет.

- На следующем занятии я надеюсь, что Вы будете внимательней, юная леди.

- Да-да, обязательно.

Дверь закрывается, и в этот момент с улицы доносятся восторженный вопль Криса и дикий кота. Я в мановение ока оказываюсь у окна, чтобы увидеть  следующую картину: пронзительно орущий кот (как подвывает! Будто его действительно режут!) пытается вырваться из объятий Криса (дурак! кто же так держит! сейчас ему достанется от вредной зверюги).

Распахивается боковая дверь, ведущая на кухню, из нее выбегает растрепанная женщина с метлой, обводя бешеным взглядом двор в поисках негодяя, осмелившегося покуситься на ее любимца. Кот решает, что хорошенького понемногу, и цапает острыми когтями по держащей его руке. Теперь орет Крис. И где он таких слов набрался? Достанется же ему от учителя риторики, если тот услышит, как выражается юный лорд, порученный его заботам. О, а вот эта фраза мне нравится, надо запомнить…

В несколько длинных прыжков удалившийся на безопасное расстояние, кот, прихрамывая, ковыляет к своей хозяйке, молча, но с таким страдальческим видом – не дать, не взять народный герой, потерпевший за правое дело.  Симулянт! Мало его мясом кормят, какие бока наел! Мышей совсем ловить разучился. Кухарка охая и ахая, подхватывает любимца на руки, обещая, что даст ему вкусненькой сметанки, а до его обидчиков она потом доберется…

Я отхожу от окна. Надо скорее сбежать из дома, пока кто-нибудь не обратил внимания, что юная леди слоняется без дела, следовательно, ее нужно к этому самому делу припрячь. Право же, обидно тратить хороший солнечный денек на ерунду, вроде изучения древних фолиантов или уборки (подумаешь, две недели не могу развесить свои платья, никуда они не денутся). Когда тебе девять лет, на улице весна и стоит отличная погода можно найти кучу совершенно бесполезных с точки зрения взрослых, но веселых занятий, например, ту же охоту на наглого кухаркиного кота. И, кажется, я догадываюсь, куда отправились незадачливые охотники.

Спускаюсь на первый этаж, на цыпочках пробираюсь мимо кладовых, подсобных помещений, кухни – лучше выйду через заднюю дверь, у парадного входа вечно кто-нибудь слоняется, а мне сейчас не хотелось ни с кем встречаться.  Поварята не в счет – остановить они меня не могут, а если и расскажут взрослым драконам, я к тому времени буду далеко. Дверь открывается с легким скрипом – опять сторож экономит на масле – я, постоянно оборачиваюсь, посматривая на окна (Хаос, только бы не заметили!), бегу к саду. Скоро густая листва деревьев скрывает от меня стены дома, а меня от любопытных взглядов. Все! Можно вздохнуть спокойнее. Свобода!

Я люблю этот сад, напоминающий скорее маленький лес. Невысокие ветвистые яблони, по которым удобно лазить за красными наливными плодами, и непроходимые заросли малины, несмотря на все старания садовника, растущие вперемешку с крапивой. Деревянные заборчики-стенки, на которых ветвится виноград. Полянки клубники и земляники. Но сейчас рано для ягод, да и цель у меня другая. Я мчусь через сад, напрямик, игнорируя проложенные дорожки и тропинки, огибая деревья и перепрыгивая через клумбы (не всегда удачно, но мне никогда эти тюльпаны не нравились).

Впереди показался просвет, последний рывок, и я выбегаю к реке, разрезающей лес-сад пополам. Чуть выше по течению растет старая яблоня, склонившаяся к самой воде. Невысоко над землей ветви ее расходятся, образуя уютное гнездо, в котором удобно прятаться (и где давно никто не прячется по причине общеизвестности этого места).   Именно там, как я и предполагала, расположились мальчишки.

- Эй, привет, бескрылые!

Рыжеволосая башка Криса резко крутится на тонкой шее, не веснушчатом лице расплывается озорная улыбка. Мальчишка встает на толстую ветку в полный рост (несмотря на возраст он довольно высокий, хотя и худой как жердь) и легко спрыгивает на землю.

- Ланка, привет! Сбежала от Стрекозы?

Я фыркаю, придумал тоже – он же знает, что я никогда не прогуливаю занятия, не желая расстраивать сестру. Если честно, почти никогда.

- Она меня сама отпустила.

- Наверно, она окончательно разочаровалась в твоих умственных способностях и решила не тратить свое драгоценное время.

- Заткнись, бескрылый!

- Сама такая!

Пока мы переругиваемся, на землю спускается второй мальчишка - Алик. Немного ниже Криса, темноволосый, бледнокожий, по сравнению с нами, опаленными лучами южного солнца, и более крепкий, кряжистый, этот драконенок был рожден в далеких северных горах, среди снегов и суровых холодных ветров.

Возможно, когда мы станем взрослыми, нас ждет разная судьба; возможно, глубоко в душе мы даже понимали это. Но если тебе всего девять лет, слово "предназначение" еще не имеет смысла, и ничто не мешает дружить трем озорным драконятам.

Порой Алик приезжал к нам, иногда я и Крис отправлялись к нему в гости. После войны, закончившейся три года назад, когда южный клан и северные племена объединились, чтобы противостоять безумию, охватившему Западный Предел и часть ренегатов из воинов льда, Старшие поощряли все, что сближало наши кланы.

- Смотри, Ланка, - Крис с гордостью показывает глубокие царапины на правой руке, оставленные когтями кота. – Боевые ранения.

- Ага, - хмыкаю я. – И что теперь?

- Как что? Теперь я раненый герой, а ты должна обо мне заботиться и восхищаться.

- С какой это стати?

- Ты – жрица!

- И что?

- Эй, Ланка, разве к тебе сегодня жених не должен приехать. Исхард тиа Инь.. Ань.. – перебивает Алик бессмысленный разговор, - Иньлэрт.

- Тили-тили тесто, жених и невеста, - сразу подхватывает Крис.

- Заткнись, бескрылый. Он мне не жених, - на самом деле Исхард из северных племен и вправду станет моим мужем, если мы выберем друг друга. Странное обстоятельство, смущающее меня, ведь обычно драконы находят себе пару из своего клана.

- Жених и невеста, - продолжает напевать гнусавым голосом Крис. Я подбираю голыш, задумываюсь, но запускаю камнем в реку, а не в противного мальчишку. Исхард - мой друг, не такой, конечно, как Крис или Алик, ведь он старше меня в четыре раза. Хотя... что значат для драконов, живущих сотни лет, какие-то двадцать-тридцать?

- А тебе завидно? – поддразниваю я Криса.

- Было бы чему завидовать. Тоже мне невеста нашлась – тощая, костлявая, да еще и конопатая… - Крис отпрыгивает назад, уворачиваясь от моего пинка, спотыкается о корень дерева и летит в густые заросли крапивы, растущие около реки.

 - Хаос! Ланка! – воет он, глядя на покрасневшие от жгучей травы руки, прежде чем сунуть их в холодную еще воду.

- Сам виноват! – парирую я, с интересом рассматривая склонившуюся к реке спину и размышляя, если его сейчас толкнуть, то, пожалуй, Крис окунется с головой. От мерзопакостной идеи приходится отказаться – мокрый Крис легко превращается в мстительного Криса, а купаться в холодной воде меня не тянуло, да и за испорченное платье по макушке не погладят. – Мы так и собираемся препираться или все же чем-то займемся?

- Вообще-то мы с Крисом хотели сходить к старой крепости, - сообщает Алик. – Говорят, когда наши ее оставляли, они не все унесли с собой – может, найдем что-то интересное.

- Ага, ага! Оно лежит там и дожидается, пока мы явимся. Если кто не помнит, нам строго-настрого запретили приближаться к развалинам.  

- Трусиха ты, Ланка, - бурчит Крис. – Не хочешь -  не иди.

- А вот и пойду! – иначе ребята мне до конца жизни припоминать будут, как я сдрейфила. К тому же я вполне успею вернуться к вечернему чаю, на котором меня ждут сестра и мой так называемый жених. Да и на развалины мне посмотреть интересно – как говорится, запретный плод сладок. Мысли о каре, постигающей сладкоежек, я старательно отгоняю прочь. – Давай, вылезай уже из болота и пошлепали, иначе мы туда до холодов не доберемся, бескрылый!

Сначала наш путь лежит через сад – по узкой тропинке, ведущей сквозь заросли крапивы, в которую совсем недавно свалился Крис. Крапива молодая, невысокая, даже до пояса не достает. Подняв повыше руки, мы легко преодолеваем это препятствие. Дальше по широкому, потемневшему от времени и сырости бревну, перекинутому через реку. Можно, конечно, пройти еще немного и перебраться по мосту, но настоящий следопыт никогда не выйдет на проложенную дорогу, где его способны заметить разъезды противника. Мы вытягиваемся в цепочку, стараясь ступать след в след. Крис, идущий впереди, тихим шепотом отдает приказы, предупреждая нас с Аликом, в каких безобидных, на первый взгляд, кустах таятся вражеские секреты, ждущие подходящего момента, чтобы захватить врасплох трех отважных разведчиков.

Сад плавно переходит в лес. Цветущие яблони и груши постепенно сменяются березами, липами, рябинами. Над головой переливаются трели вернувшихся с зимовки птиц. Сквозь просветы в молодой листве виднеется синее-синее небо. Пахнет мокрой землей, зеленой травой, свежестью, весной. И мир кажется огромным, таинственным, прекрасным.

Начинается подъем. Дорога ведет нас вверх, склон незаметный на первых порах становится круче и круче, вскоре мы все тяжело дышим, жадно глотая воздух, и даже Крис забывает о своих командирских обязанностях. Лес кончается, волнуется позади зеленым морем, за которым белеют стены дома. На мгновение я чувствую укол совести – когда сестра узнает, о том, что мы ходили к старой крепости, она сильно расстроится, - но отступать уже поздно. Впереди нас ждет увлекательное приключение, прочее становится неважно.

Мы идем по зеленому лугу, любуясь первыми распустившимися цветами. Забираемся все выше и выше, туда, где кончается земля и до небес, кажется, можно дотронуться рукой. Серые непокорные вершины гор манят неприступностью, но наш путь сегодня лежит не к ним, а по едва заметной тропе, ведущей через Перевал.