Читаем Поль Гольбах онлайн бесплатно

РЕДАКЦИИ ФИЛОСОФСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

Кочарян Мусаел Тигранович (род. в 1920 г.) — кандидат философских наук, доцент, заведующий кафедрой марксистско-ленинской философии Ереванского института народного хозяйства. Работает в области истории философии, автор ряда статей о Гольбахе.

Главы I и II написаны совместно с Р. Р. Мавлютовым.

оль Гольбах — один из наиболее выдающихся материалистов XVIII в. В своих произведениях он систематизировал и в обобщенной форме изложил философские, атеистические, социально-политические и этические взгляды всей школы французского материализма XVIII в.

Своеобразие философского метода Гольбаха состоит в том, что материалистические концепции он разрабатывал с учетом достижений естественных наук. В новых исторических условиях он развивал материалистические и гуманистические традиции предшественников. При этом философские взгляды Гольбаха отличаются рядом своеобразных черт, определяемых историческими условиями Нового времени.

В теории познания Гольбах развивал материалистический сенсуализм, решительно выступал против агностицизма и идеалистического учения о врожденных идеях, значительное внимание уделял вопросам социологии и этики. Представляют интерес его поиски решения проблемы социального неравенства, попытки постичь природу власти, найти способы ее усовершенствования.

Гольбах принимал активное участие в создании «Энциклопедии наук, искусств и ремесел», на страницах которой он отстаивал материалистический взгляд на природу и выступал с резкой критикой идеализма и религии.

Своими боевыми атеистическими произведениями французский мыслитель наносил сокрушительные удары по феодально-религиозному мировоззрению. Отвергая теологическое учение о сотворении мира, он убедительно показал, что «природа — причина самой себя». Гольбах признавал материю единственной вечно существующей субстанцией, лежащей в основе многообразия явлений природы. Можно сказать, что он автор самой острой критики богословской догматики во всей философской литературе XVIII в. Гольбах смело разоблачал религию как средство одурманивания масс, вскрывал связи ее с феодальным строем, с деспотизмом и призывал вести против них решительную борьбу.

Талантливое и убедительное опровержение религиозных догматов с точки зрения здравого смысла и логики, материалистическое объяснение явлений природы нанесли серьезный удар по авторитету церкви в глазах общественности. Но этим еще не исчерпывается все то, что сделал Гольбах. В. И. Ленин в «Философских тетрадях» указывал на то, что философская система Гольбаха является важнейшей ступенью в процессе человеческой мысли, в развитии материалистической традиции. Этика Гольбаха, его социально-политические идеи сыграли немаловажную роль в истории возникновения французского утопического социализма (см. 13, 321 и 32)[1].

Сочинения Гольбаха отличаются отточенностью и яркостью стиля, тщательностью подбора фактов и примеров, убеждающих читателя. Легкий юмор, острый сарказм, бичующую сатиру использует он для беспощадной критики идеализма и религиозного мракобесия, для разоблачения социальных пороков.

Великолепные сочинения Поля Анри Гольбаха, написанные два столетия назад, сохраняют свою актуальность и в наши дни. Его идеи, аргументы, афоризмы широко используются в борьбе с современными идеалистическими и религиозными учениями.

оль Анри Дитрих Гольбах родился 8 декабря 1723 г. в городе Гейдельсгейме, на севере Ландау (Пфальц), в семье мелкого торговца Иоганна Дитриха. Мы имеем очень скудные сведения о семье философа. Специальные поиски в архивах и публичных библиотеках не дали желаемых результатов. Известно только, что его отец не принадлежал к богатому роду. Рано лишившись матери[2], Гольбах остался на попечении своего дяди — старшего брата матери — Франциска Адама де Гольбаха[3]. Именно от своего дяди будущий философ получил фамилию Гольбах с баронским титулом и значительное состояние, позволившее ему впоследствии посвятить жизнь просветительской деятельности. Живя с малолетства в Париже в культурной и образованной среде, он благодаря усидчивости, прилежанию быстро освоил французский и английский языки, изучил латинский и греческий. Ему нравились древние авторы, и он с упоением отдавался чтению их сочинений. Гольбах был знаком с идеями Эпикура, Лукреция. Когда пришло время поступить в университет, он по совету дяди отправился в Лейден. Католическая Сорбонна была ему не по душе. Лейденский же университет имел тогда всеевропейскую славу, его преподаватели и администрация отличались веротерпимостью. Голландия в то время была развитой буржуазной страной с республиканской формой правления, и ее граждане пользовались определенными демократическими правами.

В отличие от университетов и колледжей других стран, где изучению природы мешала господствовавшая церковная идеология, в Лейдене преподавание естественных наук было поставлено хорошо. Это обстоятельство оказало значительное влияние на формирование мировоззрения Гольбаха. За время учебы здесь он познакомился с передовыми естественнонаучными теориями, прослушал курсы лекций крупнейших ученых своего времени, таких, как Рене Реомюр, Питер ван Мушенбрук, Альбрехт фон Галлер, и др. Особенно глубоко и увлеченно занимался Гольбах изучением химии, физики, геологии и минералогии. В то же время он расширял свои знания в области философии, читая в подлинниках древних авторов. Можно полагать, что уже в Лейденском университете сложились материалистические и атеистические взгляды Гольбаха.

После окончания университета, в 1749 г., Гольбах возвращается в Париж, где вскоре знакомится с Дидро. Это знакомство, перешедшее в тесную, преданную дружбу, сыграло огромную роль в жизни и творчестве обоих мыслителей.

Следует сказать, что буржуазные ученые в немалой степени, конечно, из-за неприязни к воинствующему материализму и атеизму Гольбаха утверждают, что в дружбе и сотрудничестве с Дидро Гольбаху принадлежала роль всего лишь популяризатора и распространителя чужих идей, что в материализм ничего своего он не внес, а атеистом стал лишь под влиянием своего великого друга.

Подобные утверждения совершенно необоснованны. Нельзя согласиться с отрицанием роли Гольбаха в развитии материализма, с принижением или недооценкой оригинальности его философских взглядов. Следует учитывать взаимное влияние Дидро и Гольбаха друг на друга, взаимную помощь в разработке ряда вопросов и совместные поиски аргументов в защиту материалистических принципов их философии.

Дело в том, что к моменту возвращения в Париж Гольбах не был уже новичком в вопросах философии. В семье Франциска Адама Де Гольбаха, как отмечается в последних публикациях о Гольбахе (см. 53 и 50), религия не была в почете, здесь царил дух свободомыслия. «Все располагало к тому, пишет Шарбоннель, — чтобы он (Поль Гольбах.— М. К.) очень рано проникся освободительными и антирелигиозными идеями: превосходное образование, окружение людей, скептически настроенных в отношении религии» (50, 67).

Известно, например, что Гольбах сразу же после своего приезда в Лейден устанавливает дружественные отношения и связи с прогрессивно настроенными студентами. Сохранились сведения о его продолжительной дружбе с некоторыми из них, например англичанами Марком Акенсайдом и Джеймсом Дудсуэллом. Последний позже стал одним из лидеров вигов и был известен своей приверженностью к материализму. Врач, философ и поэт, Акенсайд был учеником Локка, но тяготел к материализму Лукреция. В период учебы в Лейдене Акенсайд увлекался вопросами происхождения жизни и в 1744 г. защитил докторскую диссертацию на тему «Происхождение и развитие зародыша». Именно в этот период Гольбах изучает произведения английских материалистов XVII—XVIII вв., в частности сочинения Бэкона, Гоббса, Локка и Толанда (см. 53, 28). Он проникся огромным уважением к философии Гоббса и Толанда и впоследствии перевел на французский язык произведения этих замечательных мыслителей Англии. Французские читатели получили возможность ознакомиться с «Письмами к Серене» Джона Толанда и книгой Гоббса «О человеке», которая до сих пор остается единственным переведенным на французский язык произведением этого выдающегося английского философа-материалиста.

К периоду пребывания в Лейдене следует отнести и знакомство Гольбаха с материалистическим учением Ламетри. Сочинения Ламетри «Естественная история души» и «Человек-машина» вышли в Лейдене: одно — в 1745 г., а второе — в 1747 г. Любознательный и жадный до философской литературы, Гольбах, естественно, не мог пройти мимо этих книг. Весьма вероятной представляется, особенно если учесть узость тогдашнего круга ученых людей, и возможность личной встречи и знакомства Гольбаха с Ламетри, проживавшим в 1746—1747 гг. в Лейдене.

Таким образом, причиной сближения между Дидро и Гольбахом были сходство интересов, образа мышления, обусловленное приверженностью обоих к материалистической философии, общая любовь и стремление к истине и добру, а не гольбаховский салон[4], как это обычно утверждают буржуазные историки.

В предуведомлении издателей к читателям II тома «Энциклопедии, или Толкового словаря наук, искусств и ремесел», вышедшего в свет в 1751 г., Дидро писал: «Мы особенно многим обязаны одному лицу, родной язык которого немецкий и который является весьма сведущим в минералогии, металлургии и физике. Это лицо дало по этим различным отраслям удивительно большое количество статей, значительную часть которых вы уже найдете в этом втором томе... Этот ученый не ограничился тем, что оказал нам такую большую услугу. Он к тому же написал нам еще множество статей по другим предметам. Однако он потребовал от нас, чтобы его имя оставалось неизвестным. Это именно и помешало нам сообщить общественности имя этого философа-гражданина» (46, 2, 1; см. также 50, 22).

Этим философом-гражданином был Гольбах. В III томе «Энциклопедии», вышедшем в 1753 г., есть указание Дидро о том, что «г-н барон де Гольбах, который знакомит французов с лучшими немецкими авторами и пишет о химии, дал нам статьи, подписанные знаком (—)». (Цит. по: 53, 75.)

Писать и редактировать статьи для «Энциклопедии» Гольбах начал сразу же после того, как он обосновался в Париже и познакомился с Дидро на одном из представлений парижской оперы. Поводом к знакомству и сближению, по-видимому, послужила статья Гольбаха о современном ему состоянии французской оперы, где он подверг критике музыкальные вкусы аристократической публики. Точки зрения Дидро и Гольбаха по вопросам литературы и искусства совпадали. Они, например, выступили с одинаковыми замечаниями в адрес одноактной комической оперы Жан Жака Руссо «Деревенский колдун» (1752).

Широкие познания во многих областях науки и культуры и огромный популяризаторский талант Гольбаха ярко проявились в издании «Энциклопедии». Друзья и современники Гольбаха (Дидро, Руссо, Д’Аламбер, Гримм, Лагранж, Нэжон, Галиани, Мармонтель, Сюар, Морелле, Юм, Чезаре Беккариа, Пристли и др.) все без исключения отмечали, что он обладал энциклопедической ученостью, редким трудолюбием, самостоятельностью суждений и исключительной честностью.

Мейстер, секретарь Гримма и соредактор его «Корреспонденций» писал о Гольбахе: «Я не встречал человека более ученого и универсально образованного» (цит. по: 53, 473).

Морелле[5] говорил, что Гольбах был одним из самых образованных людей своего времени и владел многими языками: немецким, французским, английским, итальянским, греческим и латинским (см. 51,127). Гольбах никогда не был простым регистратором умных мыслей, высказываемых при нем выдающимися посетителями его салона. Мармонтель, описывая в своих мемуарах салон Гольбаха на улице Сен-Рош, отмечал: «Гольбах, который все читал и никогда ничего интересного не забывал, обильно уснащал свою беседу сокровищами своей памяти. В его салоне я, укрепляя свою душу, развивал, оплодотворял и расширял свою мысль и знания» (цит. по: 26, 72). А вот что говорил о Гольбахе историк и мемуарист того времени Ж. Гара: «Он поглощал все, что выходило из печати всех народов, и упускал из своей громадной памяти лишь то, что хотел забыть» (цит. по: 26, 72). Близкий друг и помощник Гольбаха Нэжон вспоминал о нем: «Каков бы ни был предмет его бесед,— разговаривал ли он с друзьями или совсем чужими людьми,— Гольбах с необычайной легкостью возбуждал среди своих слушателей энтузиазм к тому искусству или науке, о которых он говорил; и всякий, покидая его, жалел, что он не отдался той отрасли знания, о которой в тот день говорил хозяин салона; всякому после этого хотелось стать более просвещенным и образованным, всякий восхищался ясностью ума, справедливостью суждений и необычайной стройностью, с которой Гольбах излагал свои идеи. Его знали и уважали все ученые Европы. Иностранцы, которые имели какую-нибудь известность, мечтали быть принятыми в его общество» (цит. по: 53, 469).

И наконец, сам Дидро не раз отмечал, что Гольбах «обладает оригинальным характером и идеями» и что он «не меняет с легкостью своего мнения». «Какую бы систему не выдумало мое воображение,— говорил Дидро, восхищаясь ученостью своего соратника, — я могу быть уверен, что мой друг Гольбах всегда найдет мне факты и аргументы для ее доказательства» (55, 394).