Читаем Побеждаю и сдаюсь (СИ) онлайн бесплатно

В то утро Эйдэрд проснулся по обыкновению рано, ещё до восхода солнца. Муж королевы Леолии, герцог и хранитель Медвежьего щита, Защитник королевства Элэйсдэйр… Титулов было слишком много. Разве что не король. Но от короны Эйд отказался добровольно, оставив супруге все права и регалии. Зато остальные бремена тягот государственной власти взвалил на себя так, что на что-либо иное времени просто не оставалось.

Семь щитов — обширных, пограничных земель, словно щитами закрывающих собой Королевские земли Элэйсдэйра от коварных врагов. Семь герцогов-хранителей. Но Эйдэрд вот уже почти тридцать лет был больше чем герцог. Некоронованный король. Раб на галере, носящей славное имя Элэйсдэйр.

Эйд открыл глаза, всматриваясь в мрак. Беспросветный, темнее, чем ночь. Прислушался к собственным ощущениям. Было не меньше семи часов утра. Обычно герцог вставал не позже пяти, но зимой, когда солнце не спешило подниматься, Медведь, как называли хранителя Медвежьего щита, иногда давал себе поблажку. Особенно если засиделся за документами допоздна.

Он осторожно встал, протянул руку, коснулся потушенной свечи. Чиркнул кремнём и замер. Его грубые пальцы обожгло искрой, но мужчина не увидел вспышки.

Эйд подошёл к окну, распахнул его. И вздрогнул.

Ночью выпал снег. Столичный Шуг не был зимним городом, как, например, Кедровый — столица Медового царства. Зима здесь продолжалась не более месяца, а снег лежал тонким пушистым ковриком и тут же таял, едва пригревало солнце. Но… Сейчас — утро. Солнца ещё не было. Ветер дул с севера. Значит, снег не должен был растаять.

Тогда почему так темно?

— Лео, — хриплым от волнения голосом позвал Эйд. — Прости, что разбудил. Зажги, пожалуйста, свечу.

Он услышал, как королева зашевелилась, пробуждаясь. Зевнула, потянулась, откинула тяжёлое одеяло. Леолия любила тепло. Это была одна из немногих её слабостей. Королева безусловно доверяла мужу и не стала уточнять причину столь странной просьбы. Снова чиркнул кремень.

— Что с тобой? — удивилась Леолия, просыпаясь окончательно. — Эйд?

Но он не мог ей ответить. Горло перехватил спазм. Медведь впервые за много лет почувствовал страх. Страх, что голос выдаст его панику.

Жена, шлёпая босыми ногами по полу — ковры она ненавидела с той же силой, с какой любила тёплые, мягкие одеяла — подошла, коснулась его.

— Эйд?

В любимом голосе, чуть сиплом от сна, поднималась тревога, и герцог-Медведь привычным усилием подавил собственные эмоции.

— Лео, — прошептал, ненавидя себя за слышимую дрожь в словах, — не пугайся. Надо позвать лекаря.

Он притянул её к себе, нагнувшись, поцеловал в глаза.

— Да, — шепнула она в ответ. — Конечно. Что с тобой?

— Я тебя не вижу.

Эйд почувствовал, как она вздрогнула всем телом.

Ещё пять лет назад, когда была магия, неожиданная слепота не стала бы проблемой. Но сейчас медвежьи камни, драгоценные артефакты, стали дешевле булыжника.

Леолия отстранилась. Пошла к кровати и позвонила в колокольчик, вызывая слугу.

— Позови Арна, — велела она, когда дверь приотворилась.

Практически бесшумно приотворилась, но Эйд услышал. «Кто сегодня дежурит?» — задумался он. И тут же вспомнил: Гисла. Худенькая, тонконогая девушка с огромными испуганными глазами. Леолия спасла её, проданную в бордель за долги отца. Дала ей работу, еду и кров, но Гисла продолжала отчаянно бояться Чёрную королеву, о которой в народе шептались, называя ведьмой.

Исполнительная. Старательная. Что ж, неплохо.

— Что это может быть, Эйд? — тихо спросила Лео, когда дверь аккуратно затворилась.

— Возможно, последствия удара, — отозвался Медведь.

Он уже успел взять эмоции и страхи под контроль и низкий голос звучал привычным железом. Лишь пальцы дрожали от напряжения.

— Удара? — непонимающе переспросила королева.

— Затылком о лестницу, — пояснил Эйд. — Я не стал обращать внимания на такую мелочь. Видимо, зря.

— Затылком о… В каком смысле? Нет, я знаю, что ты скажешь. Объясни, каким образом это произошло.

Герцог пожал плечами.

— Ничего такого, о чём следовало доложить. На пару секунд потерял сознание, вот и упал. Хорошо, что был один и никто не видел.

— Хо-ро-шо? — прошипела Леолия, одеваясь. — Ты…

Но она тоже взяла себя в руки. Чёрная королева умела не вопить, когда очень хотелось вопить.

— И как давно ты стал терять сознание, Эйд?

— С полгода назад, наверное, — задумчиво отозвался тот. — Кажется, после того пожара… Нечасто. За все эти месяцы — лишь пару раз.

— Это — второй?

— Третий.

Королева шумно выдохнула сквозь ноздри. Герцог её понимал. Безусловно, к здоровью нужно относиться бережно. Особенно, когда тебе за пятьдесят. Но… Как-то уж очень незаметно проскочило полвека. Эйдэрд иногда забывал, что ему уже не двадцать, и даже не тридцать. Он привык не щадить себя.

Дверь снова отворилась. Лёгкий танцующий шаг. Арн — королевский лекарь. Маленький, худенький, со спины казавшийся мальчишкой, если бы не седые волосы.

— Ваше величество, Ваша светлость, доброе утро.

Эйдэрд вздохнул. Он ненавидел обращаться к лекарям, отвечать на бесконечные вопросы. Терпеть не мог, когда его осматривали и ощупывали, словно племенного жеребца.

— Герцог Эйдэрд сегодня утром перестал видеть, — холодно отозвалась Леолия. — Он весь — в вашем распоряжении. И да, если это утро доброе, то — доброе утро, господин Арн.

Особняк Серебряных герцогов нравился Джайри: соединённые друг с другом корпуса, разбросанные по саду флигели, башенки со стрельчатыми окнами, изящные балкончики… Пять лет назад, когда отец забрал мать с собой в одно из своих далёких странствий, а Джайри, наконец, возглавила Серебряный щит, этот особняк, восточным фасадом выходящий на набережную полноводной Шугги, стал отрадой новой герцогини. Он казался изящным домиком сказочной принцессы.

Джайри отыскала портреты прежних Серебряных герцогов, так ужасно погибших лет тридцать назад, и расположила всех троих — герцога Инниса, его супругу и дочь — в собственном кабинете. Новая хозяйка узнала всё, что могла, о событиях той давности, о последнем представителе династии древних Серебряных королей. Конечно, она не могла всецело одобрить затеянную ими интригу, но сама тонкость игры!.. Да что там говорить, если обманутыми оказались не только королева Леолия с её супругом, но даже отец Джайри — Ларан! Ларан, про которого говорили, что никогда, ни до ни после, не рождался человек, способный перехитрить Морского герцога. А ведь перехитрил…

Джайри подмигнула синеглазой Ильсинии на портрете, допила крепкий чай, встала, расправила нежно-голубое, отливающее серебром, платье и вышла.

На улице таял снег, превращаясь в золотисто-синие лужи. В них плескались воробьи, и жирные голуби топтались вокруг голубок, надувая зелёные горлышки и урча.

Весна!

Серебряная герцогиня вышла из сада на каменную набережную, отделанную чугунной оградой, и взглянула в сторону Запретного острова, разделявшего Шуггу на западный и восточный рукава. Поздоровалась с почерневшими развалинами заброшенного королевского замка. Никто из её знакомых не знал, что произошло в тот день, когда древний замок погиб. А кто знал, тот не рассказывал. И эта тайна волновала Джайри. Девушка вообще любила тайны и загадки.

На набережной ждала карета. Слуга помог герцогине подняться и усесться в экипаж. Предстояло много дел. Самым важным был Совет щитов, который должен был поставить точку в вопросах брака престолонаследника, разрешить территориальные претензии между Ингемаром, герцогом и хранителем Горного щита, и Нэйосом, хранителем Шёлкового.

Горный щит закрывал Элэйсдэйр с северо-востока, разделяя (а, может, напротив — соединяя) его с северным Медовым царством. Шёлковый — с востока.

Лазутчики доносили, что в восточном княжестве Тинатин неспокойно. Воинственный князь Тивадар явно собирал войска, готовясь отомстить за предыдущее поражение. На пути тинатинцам вставал Шёлковый щит, или, попросту — Шёлк.

Но больше всего Джайри волновало два других вопроса: университет и… Ну да, ну да. Собственное замужество. В двадцать четыре года она всё ещё не была замужем и даже женихов на горизонте не наблюдалось. То есть, один как раз-таки появился, и нужно было решить этот вопрос.

Не то, чтобы Джайри очень хотелось замуж. Признаемся честно: а кому хочется-то надевать узы брака на собственные руки? Но без официального супруга невозможно родить наследника герцогства. И с каждым годом этот вопрос всё больше волновал Джайри. Если она умрёт, не оставив наследника или наследницу, способных взять щит крепкой рукой, то новый герцог будет назначен королём. И Джайри эта мысль категорически не нравилась.

Муж должен быть в меру умным, покладистым, но вызывать у окружающих уважение. Одним словом — та ещё задачка.

Новая королевская резиденция располагалась загородом, в прекрасных сиреневых садах. Сейчас кусты сирени выглядели не так красиво, как летом: огромные клубки сплетённых ветвей походили на комки паутины, оставшиеся от гигантского паука. Но Джайри вот такая сирень нравилась больше. Когда она зацветала, у девушки кружилась голова, резко возникал насморк, глаза слезились… И каждая поездка на Совет щитов становилась пыткой.

Когда Джайри вошла, почти все уже собрались: черноглазый Ойвинд, представлявший интересы престарелого Нэйоса, хранителя Шёлка. Ингемар — высокий, русобородый, юный — ему было не больше тридцати, но брови уже кустились — герцог и хранитель Горного щита. Рандвальд — сын герцогини Ювины, говорящий от имени Южного щита. Светловолосый красавец и подкаблучник, как о нём шептались. И Юдард — боевой товарищ герцога Эйдэрда. Рыжеволосый, как огонь, тронутый сединой, хранитель Золотого щита. Южный сосед Джайри.

Не было Эйдэрда, королевы, наследника и Лэйды — Морской герцогини.

Сестра ворвалась как обычно — в последнюю минуту. Грохнула дверью, скинула алый капюшон.

— Давайте сегодня без баталий! — провозгласила зычным голосом, не здороваясь. — Некогда. Закончим всё побыстрее?

Джайри не удивилась: Лэйда всегда куда-то спешила. Старшая из дочерей герцога Ларана, наследовала его Морской щит и внешность, однако характером больше походила на мать — Джию, бывшую герцогиню Серебряного щита.

— И тебе доброе утро, — мурлыкнула Джайри.

Дверь снова отворилась, на этот раз очень аккуратно, и в зал Совета вошёл наследный принц Ульвар. И как всегда Джайри стиснула пальцы, преодолевая нежелательное волнение. Следом за наследником появился его старший брат — Ярдард. Так получилось, что пять лет назад братья поменялись претензиями на наследство: Яр получил надежду на Медвежий щит отца, Уль — на трон матери. А всё из-за мезальянса: принц-Медведь решил, что рука и сердце Лэйды стоят всего королевства.

Все поклонились обоим особам королевской крови. Даже Лэйда, ненавидящая формальности. Впрочем, Морская герцогиня тотчас широко улыбнулась любимому мужчине.

— Рад всех приветствовать, господа, — произнёс Ульвар негромко. — Сегодняшний Совет пройдёт без присутствия герцога Эйдэрда.

Хранители с недоумением уставились на него. Герцог ни разу не пропускал Совет. Наследник кивнул:

— Прошу всех садиться. Её величество задержится.

Да что происходит-то? Джайри украдкой глянула на лица остальных. Один лишь Ойвинд остался бесстрастен. Шёлк и есть шёлк. Достойный наследник Нэйоса.

Все расселись вокруг восьмиугольного стола, каждый на свой трон. К всеобщему удивлению, Ярдард опустился на Медвежий: грубо сколоченный из каменного дуба и покрытый медвежьей шкурой. Ульвар встал позади трона королевы.

— Начнём? — спросил, тонко улыбаясь.

Джайри невольно залюбовалась им. Ульвар был красив, как настоящий сказочный принц: золотистые кудри, лазурно-голубые глаза. Высокий, широкоплечий, узкобёдрый. Его портила лишь сухая правая рука — последствие ранения пятилетней давности. Как раз тогда иссякла магия, и целители не смогли излечить. С той поры стало модным набрасывать плащ на правое плечо. Наследник одевался очень просто, даже скромно: бежевый камзол, коричневые штаны, тёмно-зелёный плащ.

Словно почувствовав её взгляд, Ульвар взглянул на герцогиню. Но девушка уже наблюдала за Ярдардом.

— Предлагаю для начала обсудить предложение герцогини Джайри, — по-прежнему негромким, ровным голосом продолжил наследник. — Нужен ли нам Университет. Ваша светлость?

Джайри улыбнулась. Этот вопрос был давно решён между ними. Оставалось лишь разыграть это решение перед остальными хранителями и получить согласие Совета.

— Что такое — «университет»? — хмуро поинтересовался Ингемар.

— Универсум — общий, объединяющий. Храм знаний, — начала Джайри, взмахнув русыми ресницами и улыбаясь до появления ямочек на щеках.

Она знала, что Ингемар к ней неравнодушен. Год назад Джайри едва не стала невесткой Горного хранителя в одной из отчаянных попыток выйти замуж. Сам Горный герцог давно и надёжно был женат, породнившись с Золотыми щитами, и всё равно откровенно любовался Серебряной герцогиней.

— А за чей счёт будет строиться и содержаться этот храм? — сумрачно уточнил Ингемар.

В последние годы значение Горного щита выросло: оттуда везли металл и уголь, а так же товары из дружественного Медового царства, и всё-таки горняки оставались скуповатыми и не спешили участвовать в благотворительных проектах.

— За счёт доброхотов, — Джайри продолжала улыбаться.

— У нас уже есть один храм, — насмешливо заметила Лэйда. — На один больше, чем нужно, не находишь?

— Разве королевская библиотека не является храмом знаний? — уточнил Ойвинд, щурясь.

— Скорее хранилищем, — ответила ему Джайри. — Пять лет назад иссякла магия. Мы оказались в равном положении с Медовым царством, в котором её никогда не было. Без могущества медвежьих камней медовики все свои усилия направили на науку, на изучение природных явлений, свойств металла и так далее. Посмотрите на свои сабли. Вспомните о системах отопления своих замков, о подвесных мостах, о строительстве новых крепостей… Кого вы приглашаете, когда вам нужно построить нечто новое, сложное и прекрасное? У кого покупаете лучшее оружие? Откуда приглашаете лучших целителей? И кто рисует портреты ваших жён? За годы магического превосходства мы отстали от антимагического царства, господа. Мы слишком полагались на силу медвежьих камней. И остались беспомощными, когда…

— И причём тут университет? — резко оборвала её Лэйда. — Всему тому, что ты перечислила, нужно учиться у мастеров…

Джайри ненавидела, когда её перебивают. У них были странные отношения: сёстры любили друг друга так же крепко, как и раздражали. Бесцеремонность Лэйды выводила Джайри из себя. Грубый юмор бесил.

— Мало просто повторять действия наставников, — насмешливо заметила Джайри, и в голосе её прорвалась язвительность. — Ты поставишь у штурвала неопытного сельского парня, который не соображает ни в ветрах, ни в кораблях? Даже если ты ему покажешь, куда крутить колесо…

— Колесо? — Лэйда приподняла бровь и откинулась на спинку трона.