Читаем Первый всадник онлайн бесплатно

До конца экзамена оставалось семь минут, передо мной лежал шестой билет, девственно чистые листы спецбумаги, ритуальный карандаш и…

Свежий труп.

— Медведев, вы готовы? Ровно в 15:00 я покину аудиторию, и тогда прошу на пересдачу через месяц. Всё как положено — с допуском и комиссией, — произнёс седой старичок в пропитавшемся мелом сером костюме.

Профессор Преображенский Лев Давидович. Заведующий кафедрой прикладной некромантии и тёмной ритуалистики. Очень въедливый и требовательный преподаватель.

— Не готов он, — прохрипел труп, который уже пару минут не сводил с меня мутных буркал.

— Что же, в таком случае… Что? Опять? Медведев, но сколько уже можно⁈

Профессор подскочил со своего места и попятился в сторону выхода из аудитории. По пути он судорожно нажимал тревожную кнопку, которую выдрал из стола вместе с проводами.

Это он зря, конечно.

Прекрасно же знает, что поднятые мной трупы получаются очень быстрыми и пакостными.

Уже не первый раз с этим сталкивается.

Сам не может их упокоить и всё равно заставляет сдавать этот чёртов экзамен, который идёт в разрез с моей основной специализацией.

А ведь всё так хорошо начиналось…

Восемнадцать лет назад

— Ваша светлость, срочное сообщение из Лейпцига, — бесшумно войдя в кабинет главы тайной канцелярии, произнёс секретарь. — Всадники найдены мёртвыми. Все.

— Детали? — так же невозмутимо спросил Пётр Дмитриевич Романов.

— Сильнейшие были найдены за общим столом, без признаков жизни. В руке у каждого был зажат стакан со спиртным, а на лицах застыли улыбки.

— Всё, как они и хотели. В одно время, в одном месте, за рюмкой «отменного чая». Активизировать все ячейки. Мы должны знать, где появятся новые столпы. Андрей обещал мне, что как минимум его сила останется в империи.

— Я взял на себя смелость и распорядился сразу после получения сообщения, — ответил секретарь и слегка скривился, что не укрылось от Петра Дмитриевича.

— Сколько и где?

— Восемь групп полностью. По одной у Бритов, Норманов и Индов. Две у Инков и сразу три в Поднебесной. Ещё от десятка групп пока не поступало никакой информации, так что их пока так же считаем потерянными. Мы ликвидировали пять групп, но это далеко не предел.

— Что же, не всё так плохо. Теперь вся Европа будет стоять на ушах, пока не найдут, где переродились четыре великие силы.

Секретарь уже собирался что-то ответить, но замер. При этом его глаза закатились и начали слегка светиться. Такое состояние продлилось всего несколько секунд.

— Керчь, Ладога, Муром и Сахалин остались без одарённых. Местные родильные дома фонят магией так, что все приборы сходят с ума.

На этот раз даже невозмутимый секретарь позволил себе эмоции.

Он был ошарашен, сбит с толку и буквально размазан полученными новостями.

Силы четырёх сильнейших магов Европы возродились в одной империи. Подобное случалось всего три раза за всю мировую историю, что ведут с незапамятных времён.

Андрей Благославенный не просто сдержал своё обещание, он совершил настоящее чудо, переиграв своих закадычных друзей из Вены, Лейпцига и Дублина.

— Поднимай императорскую гвардию. Родильные дома должны быть под максимальной защитой — минуту назад. Закрыть воздушное пространство, как и все въезды и выезды из этих городов. Подготовить в Слободе всё необходимое для проживания юных дарований и их семей. Ближайшие лет двадцать для империи будут очень трудными.

Секретарь уже смог взять себя в руки, поэтому просто поклонился и покинул кабинет, на ходу начав раздавать указания.

Стоило закрыться двери, как Романов потянулся за телефоном.

— Готовься, Борис Алексеевич, скоро на империю навалятся со всех сторон. Андрей сделал гораздо больше, чем обещал. Силы четырёх всадников переродились в России.

Шесть лет спустя

Яркое июльское солнце совершенно беспардонно заглянуло в окно и бессовестно принялось светить мне в глаза. Открыл один — и тут же закрыл его, увидев на часах 5:43.

Нет!

Ну это издевательство какое-то.

Сегодня суббота, и не нужно вставать в сад, а меня разбудили таким наглым образом.

И сделали это совершенно точно специально.

Я вчера проверял, чтобы шторы были плотно задвинуты и чтобы ни один луч предательского светила не попал в комнату. А сейчас окно закрывала лишь прозрачная тюль, не способная остановить безжалостную звезду.

— Твою мать, — не смог сдержаться я, сразу после этих слов дверь в комнату открылась и в неё заглянула мама.

— Доброе утро, Максим. Ты что-то говорил?

— Тебе показалось. Утро добрым не бывает, — буркнул я, чем вызвал звонкий смех.

Я её вообще очень веселю по утрам. Говорит, что похож на сварливого деда, который вечно всем не доволен.

И в чём-то мама была права.

Вместе с осознанием себя в этом мире ко мне начали возвращаться воспоминания из прошлых жизней.

Правда, как-то очень странно.

Все обрывались где-то в возрасте двадцати с хвостиком.

И прошлых жизней пока было четыре.

Почему «пока»? Так потому что воспоминания о каждой предыдущей жизни появились не все сразу, а постепенно, с разницей между ними в несколько месяцев.

Вот поэтому я и думаю, что четыре далеко не предел.

— Ты не забыл, что у нас на сегодня грандиозные планы?

— Помню. Большой город, куча ярких впечатлений, развлечения и стоптанные до задницы ноги. Мам, может, ну его? Давай просто сходим в парк, подышим свежим воздухом и всё такое.

— Ну уж нет, Максим Сергеевич. Хватит! Поднимайся и бегом собираться. Папа уже ушёл за машиной. Сегодня едем в столицу. Заряжаться эмоциями и впечатлениями перед новой рабочей неделей.

Радостная мама в пару шагов оказалась возле окна и распахнула его настежь, впуская в комнату утреннюю прохладу и невероятно манящий аромат свежей выпечки.

Что же, это совсем другое дело!

Я радостно подскочил с кровати и уже через минуту сидел на кухне, уплетая омлет за обе щеки.

Всё дело было в том самом манящем аромате.

В нашем районе отродясь не было никаких пекарен, булочных и даже магазинов, куда могли привезти свежую выпечку. А аромат появился не просто так. Он говорил мне, что поездка обещает быть очень интересной и полезной.

Единственное, что объединяло все мои прошлые жизни — запахи, появляющиеся в определённые моменты.

Эти запахи были своего рода подсказками, которые помогали избегать неприятностей или предвещали удачу, победу, благосклонность девушки, приглашённой на свидание, и так далее.

И я всегда понимал, что это знак, а не просто запах, услышанный совершенно случайно.

Что-то волнующее и невероятно интересное ждало меня в столице.

Так же, как и в прошлых жизнях — это была Москва.

Примерно одно и то же время. Многие исторические события совпадали, но в основной массе всё очень сильно отличалось.

Вот сейчас я оказался в магическом мире Российской Империи, где не было никакой революции. Империя разделена на два сословия: аристократов, которые практически все поголовно являются магами, и простолюдинов. Здесь маги так же встречаются, но очень и очень редко.

Годуновы восседают на престоле уже больше пяти веков, а Российская Империя по праву считается одним из сильнейших государств на планете.

Нет, не сильнейшим, а лишь одним из.

Здесь я толком ещё не разобрался.

Всё же детский разум, пусть в нём и находится сознание человека, уже прожившего, как минимум, четыре жизни, всегда развивается с самого начала. Большинство навыков и знаний открываются постепенно.

И да, каждый раз мне приходится проходить через все вехии взросления с их характерными моментами.

От этого никуда не деться.

Сейчас я нахожусь в своей самой любимой поре, когда большинство забот и проблем сводятся к тому, что конфеты уже закончились, каша в детском саду оказалась с комочками, а Ленка из параллельной группы отчего-то решила, что мы жених и невеста и обязательно поженимся, когда вырастем.

Можно творить всякую дичь, и максимум, что мне за это грозит — ремень отца.

Но не в этой жизни. Здесь мне очень повезло. Долгожданный ребёнок, которому сходит с рук практически всё, а самое страшное наказание по мнению родителей — час в углу.

В этом мире меня зовут Максим Медведев. Мне шесть лет. Жизнь только начинается, а аромат свежей выпечки манит на встречу приключениям.

И кто я такой, что бы не откликнуться на его зов?

Звонок в дверь оповестил о приходе Сергея Святославовича, то есть папы.

К этому моменту я уже стоял полностью готовый. В любимой футболке с изображением самых крутых магов современности, почивших примерно в одно время с моим появлением в этом мире, синих шортах, коричневых сандалях, обязательно на белые носочки и панаме с вышитым на ней смайликом, показывающим настроение того, чья голова находится в ней.

Сейчас смайлик растянулся в ехидной улыбке, не предвещающей ничего хорошего.

— Мам, ну ты долго ещё? — крикнул я, когда дверь открылась, и папа вздрогнул, увидев меня.

— Максим — возмутилась мама, но, увидев ждущего папу, уже готового меня и, самое главное, смайлик на моей панаме, просто махнула рукой и продолжила собираться.

Минут через восемь я уже сидел в стареньком, но ещё очень бодром «Енисее» и слушал, как завораживающе урчит его механическое сердце.

Лучи ласкового июльского солнца падали в открытое окно, а аромат свежей выпечки стал ещё более потрясающим.

— Как же хорошо, — сказал я, закрыв глаза и наслаждаясь моментом.

— Вот, а ты ехать не хотел, — произнесла довольная мама. — Пристегнись, а то папе снова штраф за тебя выпишут. Ещё три в этом месяце и тогда машину заберут на штрафстоянку, а нам ещё тебя в школу нужно собирать. Первый класс — это самый важный этап на пути к становлению гражданином и патриотом своей страны.

Мама затянула очередную лекцию.

Всё же это её работа — агитировать молодёжь на любовь к родине.

Как-никак ответственная за патриотическое воспитание младших классов в управлении образования небольшого городка Светлый, что находится в Тульской области. Где мы, собственно говоря, и проживаем.

Вот так, под звуки маминого голоса и мерного урчания мотора, машина медленно покатилась по тихим городским улицам, практически опустевшим этим прекрасным субботним утром.

— Цель визита в столицу? — спросил усатый патрульный на одном из пропускных пунктов, к которому подкатил наш «Енисей».

Дядька был в форме имперской гвардии, с двухглавым орлом на кивере, зафиксированном под подбородком резинкой в цветах государственного флага.

Белый, синий, красный — естественно. Неизменная деталь во всех моих жизнях.

С саблей в портупее, прикреплённой к кожаному ремню поверх форменного кителя. Начищенных до блеска сапогах с вырезом в виде сердца, окантованным золотой тканью и двумя золотыми кисточками, свисающими из разреза.

Форма гвардейца мне понравилась.

Усатый дядька смотрелся в ней отлично.

Настоящий гусар.

Только коня не хватает.

— Осмотреть достопримечательности столицы нашей империи, — ответил отец и протянул дядьке заранее подготовленный спецпропуск для туристов, на котором усатый не задумываясь поставил печать.

Затем он зашёл в коморку, которая стояла в паре шагов от пропускного пункта, и вместе с пропуском передал папе небольшую книжечку.

— Пропуск действителен до двадцати нуль нуль. Для продления обратитесь к любому патрульному и приготовьте десять копеек. Фиксированная такса для всех жителей империи. Разрешённые места для проезда, как и все достопримечательности, для просмотра которых не требуется специального допуска, отмечены в путеводителе. Добро пожаловать в столицу.

— Благодарю, — ответил папа и, забрав пропуск с путеводителем, медленно проехал через КПП.

Вновь меня накрыл аромат выпечки, заставив в очередной раз растянуться в широкой улыбке.

— Вот мы и в Москве, — потрепав меня по голове, сказала мама. — Я и не знала, что в столице какой-то праздник. Вон, даже гусаров поставили в качестве простых патрульных.

— Сегодня исполняется семьдесят пять лет с тех пор, как Благославенный Андрей пробудил свою силу и сорок, как одарил столицу величайшим благословением, которое до сих пор так никому и не удалось повторить, — с гордостью произнёс папа.

— И что это за благословение такое? — спросили мы с мамой в один голос.

Она хоть и была взрослой, но никогда не интересовалась жизнью магов и тем, что они там делают.

— Время, — отец важно поднял указательный палец. — Благославенный Андрей дал дополнительный час каждому, кто уходит из жизни в пределах столицы. Даже получив смертельное ранение, если мозг не задет, человек будет жить ещё целый час, за который должен успеть завершить самые важные дела. После наложения этого благословения приток посетителей столицы увеличился в сотни раз. Даже было время, когда она становилась забита до предела понаехавшими со всех уголков мира. И тогда император сделал очень грамотный ход — установил плату для всех иностранцев, желающих продлить свою жизнь ещё на час. Пять тысяч рублей.

Я присвистнул. Пять тысяч имперских рублей очень большая сумма по меркам любого государства. К примеру, «Енисей» новой модели стоит около тысячи. Видел, как-то рекламу между мультиками.

— А не для иностранцев? — спросил я.

— А для граждан империи такая услуга совершенно бесплатна. Даже построили специальный район на окраине Москвы. Его так и называют — «Последние шестьдесят». Очень знаковое и атмосферное место.

— Но мы туда точно не поедем, — бескомпромиссно заявила мама. — Не хватало нам ещё на умирающих людей смотреть. Как подумаю об этом, так сразу в дрожь бросает.

— Как скажешь, — согласился папа. — Для начала предлагаю заскочить в «Имперский Трактир», а уже оттуда, сытым и довольными — на Воробьёвы горы. Говорят, там лучший парк аттракционов в империи. А ещё самая высокая смотровая в столице, оснащённая магическими биноклями. Главный корпус ММУ, где учатся сильнейшие маги империи, и ещё куча всего интересного.

— Я согласен. Вперёд, на Воробьёвы горы! — опередил я маму, которая явно имела другие планы на сегодняшнюю поездку, но аромат свежей выпечки манил и становился всё прекраснее с каждым новым словом отца.

Я даже не обратил внимание на каплю гнили в аромате выпечки, что промелькнула где-то в отдалении.

Но пойму я об этом гораздо позже. Когда уже ничего нельзя будет повернуть вспять.

А пока — вперёд и только вперёд!

— Это сколько же сегодня народу соберётся? Никогда ещё подобной толпы не видел, — произнёс техник, который отвечал за одну из сотен световых установок, что сегодня должны будут явить столице почившего благодетеля.

После смерти Благословенного столичные маги-инженеры пошаманили и создали это чудо, которое каждый год двадцать девятого июля ровно в пятнадцать двадцать две создаёт магический образ, который поздравляет гостей и жителей столицы с этим великим праздником.

— Много. Годовщина. Семьдесят пять лет, как Благословенный пробудил свой дар. И сорок лет, как наложил на столицу своё величайшее благословение, — ответил молодому его напарник, который был раза в два старше. Родился и провёл всю жизнь в столице, в отличие от молодого, приехавшего сюда только в том году.

— Да, дело он великое сотворил. Утёр нос магам во всём мире. И прошлым, и будущим. Кто ещё сможет такую магию сотворить?