Читаем Переведено специально для группы https://vk онлайн бесплатно

Переведено специально для группы https://vk.com/teen_books_teen. BOOKWORM | Переводы

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения. Любая публикация данного

материала без ссылки на группу и коммерческое использование материала кроме предварительного ознакомления

строго запрещена. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта

книга способствует профессиональному росту читателей.

Ребекка Яррос - Крайние меры

Автор: Ребекка Яррос

Книга: Крайние меры

Переводчик: Карина Шарипова

Редактор: Анна Кривоносова (1-21), Алина

Гайфуллина(22-27)

Руссификатор: Ксения Субботина

Всего глав: 27+Эпилог

Оригинальное название: Full Measures (Flight

& Glory, #1)

Язык: Русский (в оригинале Английский)

1

Аннотация

Три стука могут изменить всё.

Она это знала, поэтому не торопилась открывать дверь. Она знала, что он погиб...

Двадцатилетняя Эмбер Говард, дочь полковника, знала о чём сообщат солдаты, стоящие за её

дверью. У неё нет больше сил думать о своей семье, но её матери становится хуже с каждым

новым днём.

Одновременно с этой невосполнимой утратой в жизни Эмбер появляется Джош Уолкер, - её

новый сосед и звезда хоккея. Он снова и снова принимает участие в её жизни.

Эмбер понимает, что только одним своим взглядом Джош способен исцелить её, но пытается

игнорировать взаимное влечение до тех пор, пока тайна Джоша не ставит её перед выбором, -

стоит ли рисковать любовью человека, который может быть первым мужчиной во всех смыслах

в её жизни?

2

Глава 1

Кто, черт возьми, может стучать в дверь в 7:05 утра? Три коротких удара в дверь моей

комнаты повторились.

- Войдите! – крикнула я и убавила звук на IPod.

Музыка начала играть чуть тише. Подъем был адским, но я уже подсчитала, сколько мне

нужно пройти, чтобы компенсировать вчерашние Рождественские сладости. Снаружи термометр

показывал 13 градусов, а это значит, что в Колорадо на Рождество будет беготня. Ура!

Когда открылась дверь, я увидела русые кудри Гаса и лабораторные очки от Chem 101,

сидевшие у него на лбу. Они делали похожим его семи-летнее-грусное-лицо на лицо ученого.

– Что случилось, приятель? – спросила я.

- Эмбер? Можешь открыть дверь? – попросил он.

Я выключила музыку на ноутбуке.

– Дверь?

Он кивнул, чуть не уронив очки. Мои губы дрогнули, борясь с улыбкой, которая

распространялась по моему лицу.

– Мне нужно идти на хоккей, а мама не открывает двери автоработникам, – сказал он.

Я сделала серьезное лицо и оглянулась на часы.

– Хорошо, Гас, но время только семь, не думаю, что у тебя есть занятия до полудня. Мама

никогда не забывает это. Откуда-то я унаследовала характер типа «А»(прим.пер.: Как правило, это

напористый, всегда готовый твёрдо отстаивать свою точку зрения человек с развитым чувством

ответственности. Он чрезвычайно активен и всегда готов интенсивно работать. Ему постоянно не

хватает времени, и поэтому он привык ускорять все, что делает. Он тороплив, опрометчив,

нетерпелив, с трудом выносит стояние в очередях.).

Он разочарованно вздохнул:

– Но рано же?

– Шесть часов - это рано?

– Ну, да! – сказал он, выставляя меня самой глупой сестрой в мире.

– Ладно, приятель, – я, как всегда, сдалась.

В прошлом году он много плакал, когда я уехала в колледж, поэтому сейчас у него есть некая

власть надо мною. Гас был единственным, ради кого я могла нарушить свое расписание.

Проверив Скайп ещё раз, в надежде увидеть папу «онлайн», я закрыла ноутбук. Его не было

дома три месяца, две недели и шесть дней, поэтому особо-то не рассчитывала…

– Он позвонит сегодня, – пообещал Гас. – Он должен. Это правило. Он обязан позвонить на

день рождения своего ребенка.

Собираясь пойти открыть дверь, я с улыбкой обняла его. Не важно, что мне сегодня

исполнилось двадцать, просто я хотела услышать поздравления именно от папы. Снова раздался

стук.

– Мам! – крикнула я. – Дверь!

Схватив резинку со стола, я собрала волосы в хвост.

– Я же сказал тебе, – пробормотал он. – Она не откроет. Это все равно, что я буду считать

хоккей скучным видом спорта. Ведь тогда я стану сосунком. А я не хочу, чтобы тренер Уокер

думал, что я сосунок.

– Не говори «сосунок». – Я поцеловала его в макушку; от него пахло шампунем «Человек

Паук» с апельсиновым ароматом. – Пошли.

Он помчался по коридору впереди меня, потом быстро забрался по лестнице и на носках

проскользил по кухне, захватив бутылку воды из холодильника. В дверь снова постучали, мама до

сих пор не ответила. Скорее всего, она ушла по поручениям Эйприл, хотя, семь утра – это слишком

рано для моей младшей сестры.

Я прошла мимо столовой в гостиную. Две тени стояли за дверью, готовясь постучать снова.

– Минуточку! – крикнула я, перепрыгивая через конструктор «Lego», который был разбросан

по полу; хождение по «Lego» – настоящий ад, и это можно понять, только если у вас имеется

младший брат.

– Не открывай, – послышался шепот мамы недалеко от входной двери.

3

– Мама? – я замедлила шаги и увидела, что она, погрузившись в себя, раскачивается взад-

вперед; руками она держалась за голову, пропустив пряди волос сквозь пальцы, - что-то не так. –

Мам, кто это?

– Нет, нет, нет, нет, нет. – Пробормотала она, прижимая голову к коленям.

Подняв одну бровь, я посмотрела на Гаса. Он, с что-ты-на-меня-так-смотришь видом, пожал

плечами.

– Где Эйприл? – спросила я.

– Спит.

В семнадцать лет Эйприл только спала, гуляла и снова спала.

– Верно.

В дверь снова постучали, - стук был уже нетерпеливым, и он сопровождался мягким мужским

голосом.

– Миссис Говард? – послышался голос из-за двери. – Пожалуйста, мэм.

Подняв голову, мама встретилась со мной взглядом. Глаза были мертвы, словно кто-то

высосал из нее всю жизнь, - она не была в этот момент похожа на мою идеальную мать.

– Что происходит? – зевая, спросила Эйприл.

Она села на последнюю ступеньку лестницы в пижаме, и ее рыжие волосы уже были собраны

в хвост.

Я покачала головой и повернулась к входу. Дверная ручка была теплой. В школе нас учили

никогда не открывать теплые ручки во время пожара. Почему я об этом думаю? Снова посмотрев

на маму, я сделала свой выбор, - проигнорировав ее просьбу, я открыла дверь тихо, как в

замедленной съемке. Два офицера стояли в парадной синей форме на крыльце со шляпами в руках.

Мой желудок сжался. Нет. Нет. Нет.

Она знала. Поэтому она не открывала дверь. Она знала.

Слёзы появились на глазах еще перед тем, как мужчины начали говорить. Бутылка выпала из

моей руки и облила их чистую обувь. Младший солдат хотел заговорить, но я остановила его,

подняв палец, и медленно закрыла за собой дверь.

Мое дыхание переросло в тихое рыдание, мне пришлось облокотиться. Я открыла дверь во

время пожара, который сейчас разрушит мою семью. Глубоко вдохнув, я попыталась натянуть

улыбку на лицо и сказала Гасу.

– Эй, приятель, – я погладила его по маленькой головке, - не могу остановить то, что уже

произошло, но постараюсь избавить его от этого. – Мой iPhone лежит на тумбочке. – В самой

дальней комнате дома. – Не хочешь поиграть в Angry Birds в своей комнате? Это не хоккей, но

очень взросла штука. Посиди, пока я не приду за тобой.

Его глаза загорелись, из-за этого мне стало тяжелее улыбаться. Когда я снова увижу это в его

глазах?

– Здорово! – закричал он и бросился наверх, сшибая Эйприл со своего пути. – Смотри, Эмбер

разрешила мне поиграть в ее телефон! – дразнился он.

– Что случилось? – спросила Эйприл.

Проигнорировав ее, я повернулась к маме. Я упала на колени перед мамой и откинула ее

волосы.

– Нужно впустить их, мам. Мы все здесь. – Я слегка улыбнулась.

Она не отвечала. Прошла минута и я поняла, что она не собирается впускать их. Она была…

не здесь. Эйприл села на ступеньки рядом с мамой.

Я снова открыла дверь, чуть не утонув в жалости молодого солдата. Старший заговорил

– Джун Говард?

Я покачала головой.

– Эмбер… Дисэмбер Говард. Моя мать, – я указала на нее, – Джун.

Я коснулась ее спины. Может быть он ранен. Просто ранен. Они пришли к нам, чтобы

сообщить о ранениях. Да, только об этом. Мы справимся с этим.

Солдат кивнул.

– Я капитан Винсент, а это лейтенант Морган. Можем мы войти?

Я кивнула. Он был в том же звании, что и ее отец. Обтряхнув обувь, они зашли внутрь и

закрыли за собой дверь.

4

– Джун Говард? Жена подполковника Джастина Говарда?– спросил он, и мама слабо кивнула,

а капитан Винсент разрушил мой мир.

– Министр попросил меня выразить искреннее сожаление по поводу смерти вашего мужа,

Джастина, который был убит в Кандагаре, Афганистане, сегодня утром, двенадцатого декабря. Он

был убит в больнице «Зеленым на Синем» во время выполнения задания. Министр выражает

глубочайшие соболезнования.

Я взялась за перила, чтобы не упасть, слёзы тут же полились из моих глаз. Я знаю устав. Они

сообщили нам через определенное время. Часы. Он был жив несколько часов назад. Я не могу

дышать, мои легкие не могут принимать кислород. Это невозможно. Невероятная боль пронзила

каждую клетку моего тела, я зарыдала навзрыд. Эйприл закричала, - это разорвало моё сердце .

Боже, как это больно… Больно.

– Мэм, - спросил молодой лейтенант, – Можем мы вам чем-нибудь помочь? Скоро прибудет

CAO(прим.пер.: CAO - Casualty Assistance Officer - офицер оказания помощи в трагических

ситуациях.

Так же существует СМО - Casualty Notification Officer – офицер несчастных уведомлений.).

Несчастный случай. Мой отец был убит. Убит. Зеленым на Синем. Он был застрелен

человеком носившую афганскую форму. Мой отец был доктором. Доктором! Кто, черт возьми, будет стрелять в доктора? Это не должно было произойти. Разве отец носил оружие?

– Мэм.

Почему мама не отвечает? Она молчала, приковав взгляд к ковру, отказывалась отвечать.

Невозможно ответить.

Что-то давит на меня, - груз ответственности наваливается мне на плечи, сдвигая боль, и я

могу дышать. Ответить никто не может, поэтому сейчас я должна стать взрослой.

– Я позабочусь о ней, пока не приедет САО, – дрожащим голосом удалось ответить мне,

перекрикивая крики Эйприл.

– Ты уверена? – спросил капитан Винсент с заботой в голосе.

Я кивнула.

– На всякий случай у них есть…, – я сжала пальцы, чтобы успокоиться, глубоко вдохнув. -

Почему мне так чертовски сложно дышать? – Если что-то произойдет… произошло.

Папа верил, что ничего плохого не случиться. Он не захотел бы знать, что ошибся.

Капитан кивнул. Вытащив его форму, он заставил меня убедиться; это был папин почерк: наш

адрес, наши номера телефонов, наши имена и даты рождения. Лейтенант вздрогнул:

– С днем рождения, Дисэмбер, – прошептал он.

Капитан Винсент посмотрел на него.

– Нам очень жаль. САО приедет с часу на час.

Я кивнула. Знаю: маме они нужны.

За ними закрылась дверь и мой мир разрушился.

Весь следующий час мама молча сидела на лестнице, а Эйприл ревела на моем плече. Это не

правда. Это не могло произойти. Я не могла остановить ее рыдания. Команда прибыла примерно

тогда, когда рыдания Эйприл немного утихли.

Вооружившись кастрюлями, три женщин из группы взяли на себя кое-какие задачи. Овощи

для завтрака были очищены, прачечная - вычищена, вода, которую пролил на пол Гас - исчезла.

Кого я обманываю? Мама по-прежнему сидит на лестнице. Мы не можем позаботиться о

себе. Один из членов команды отнес Гасу перекусить и заверил меня, что мой брат все еще

погружен в игру. Я ещё не смогла рассказать ему. Я этого не сделаю.

Спустя час постучал офицер, я открыла дверь.

Эйприл подошла к маме и усадила ее на диван, обложив подушками, чтобы она оставалась в

горизонтальном положении. Теперь она смотрела не на ковер, а в тёмный экран телевизора и

отказывалась смотреть на нас. Я не уверена в том, что она понимает происходящее. Однако, и я не в

состоянии представить, что произошло на самом деле.

– Меня зовут капитан Адам Уилсон, – представился он.

– Держите, – тихо сказала женщина и протянула ему блокнот.

Мужчина был в синей военной форме, которая была ему не к лицу. Я знала, кто он на самом

деле.

5

Капитан Уилсон вынул стопку бумаг из своего портфеля и поправил свой галстук.

– Есть еще один ребенок, верно? - он пролистал несколько бумаг пока не выбрал нужную. –

Август Говард?

– Гас наверху, – ответила я, усаживаясь рядом с мамой.

Из кабинета мамы я взяла папину черную рубашку, она была последней вещью, в которой я

видела отца

– Я ещё не сказала ему.

– Хотите, это сделаю я? – тихо спросил капитан Уилсон.

Я посмотрела на него. Мама не в состоянии, чтобы что-то обсуждать с ним. Конечно, Уилсон

хорошо знал, как предоставить такого рода информацию ребёнку. Но я не могу позволить

незнакомцу изменить вселенную моего маленького брата.

– Нет. Я сама сделаю это.

Эйприл снова начала плакать, но мама даже не зашевелилась, словно она была не здесь и не с

нами.

– Я хочу дать ему чуть больше времени. Пока что его мир цел. Он еще ничего не знает. –

Подавив свой собственный всхлип, я продолжила, - Ему семь. Все, что он знает, рухнет в один миг.

Думаю, ему нужно еще несколько минут.

Прежде чем я сломаю его.

Мои щеки покраснели, когда по ним потекли слезы. Я знаю, что какое-то время будет так.

Мне нужно научиться сдерживать их.

Капитан Уилсон откашлялся и кивнул.

– Ясно. – Он объяснил, что будет нам помогать: поможет нам с документами, церемонией и с

тем, чтобы никто не ждал.

В некотором смысле, он был проводником между нами и обществом. Я ненавидела его

присутствие, но была благодарная лично ему.

Мы не позволим ему уйти, - он будет с нами.