Читаем Перелетная птица-3 онлайн бесплатно

Недалеко от Вашингтона, в живописной и уединенном урочище стоит небольшое поместье, куда периодически выезжает отдыхать президент Вильсон. Поместье хорошо именно своей уединенностью и возможностью строго контролировать всех без исключения посетителей, а, значит, до минимума снижается риск утечки важных сведений. В обычное время Уайт Пайн Камп охраняют всего пять отставных рейнджеров, а перед заездом важных гостей к ним добавляются полторы сотни тренированных бойцов: начальник охраны Вильсона отлично знает своё дело.

Так было и на этот раз: сначала приехало подразделение морских пехотинцев, тщательно проверило территорию, а также все без исключения здания и сооружения. Новинкой было использование собак: они обнюхали всё, что возможно, и даже кое-что нашли: в траве канавы обнаружился револьвер. Впрочем, тревога оказалась ложной: оружие накануне потерял один из постоянных охранников, когда обучал молодого жеребца прыгать через препятствие.

Президент устроился в кресле-качалке, взяв в руки томик любимых стихотворений: сегодня ему удалось выкроить часок-другой свободного времени. Здесь, среди удивительной тишины, вкушая волшебно вкусный воздух, человек даже за короткий срок надолго заряжался жизненной силой. Но вот солнце переместилось к западу, его горячие лучи заглянули под крышу веранды — скоро придётся уходить.

За углом раздались лёгкие шаги и деликатный стук ухоженным ноготком о полированные деревянные перила:

— Папа, я тебе не помешаю?

— Не помешаешь, Джесси. Я уже собирался уходить, здесь становится жарко. Ты хотела поговорить?

— Ничего серьёзного, просто возникло желание поделиться.

— Проходи, милая, присаживайся. Что же ты хотела рассказать?

Джесси неторопливо уселась в кресло, расправила складки платья, чтобы они красиво лежали, поправила волосы. Отец терпеливо ждал: он любил эти моменты общения, когда близкий человек совершает такие привычные, такие уютные действия.

— Веришь ли, но я не рассчитывала, что план мистера Павича окажется столь успешным. Раскопки в восьми городах инков, майя и ацтеков принесли золота и драгоценных камней на сумму почти двадцать миллионов долларов, правда, в печати звучит иная цифра, значительно больше.

— Гигантская сумма! — искренне восхитился президент — Признаюсь откровенно, я не знал этого.

— Но знаешь что самое невероятное? — Джесси взяла театральную паузу.

— Что же?

— Поразительным оказался результат осуществления плана Алекса.

— Если не затруднит, расскажи подробнее. Международная и внутриполитическая обстановка настолько запутаны и сложны, что я упускаю почти всё, что непосредственно не угрожает и не таит отдалённых грозных последствий.

— Бедный папочка, у тебя такая тяжёлая и ответственная работа! Как же я тебе сочувствую! Что до плана Алекса, то он таков: все находки, что мы добыли в заброшенных городах, были переданы правительствам стран, на территории которых артефакты оказались подняты. При этом были поставлены условия: на местах раскопок или в столицах этих стран будут созданы музеи, где будут экспонироваться сокровища. Сами сокровища объявляются достоянием человечества и не подлежат продаже, дарению и вывозу из страны, за исключением участия в выставках. Это положение закрепляется специальными законами, принятыми во всех Центральноамериканских странах.

— Благородно. Но отдать двадцать миллионов долларов…

— А вот здесь и начинается неявная, но удивительно эффективная реклама, позволяющая зарабатывать просто невероятные деньги.

— Очень любопытно. И в чём же она заключается?

— Мы не собирались скромничать и в прессе всех уровней — от международной до местной — рассказывали о своих достижениях и о стоимости сокровищ, переданных в дар народам. Потом организовали несколько выставок и отправили их в нашу страну, в Россию и в европейские государства. Папа, за два года эти выставки посетило более тридцати миллионов человек, а цена за билеты составляла не менее пятидесяти центов. Вычитая накладные расходы, только выставки покрыли почти половину цены сокровищ. Наша суфражистка Дороти Дженкс, на которую, каюсь, я смотрела весьма пренебрежительно, написала три книги, и уже первая из них сделала её миллионершей. Остальные книги добавили Дженкс и поклонников, и доходов.

— Не собирается ли замуж ваша суфражистка?

— Ах, папа! Вокруг неё теперь вьются сонмы воздыхателей, но бедная Дороти мечтает лишь об одном мужчине.

— Неужели этот Павич так привлекателен в женских глазах?

— Необыкновенно привлекателен. — скупо ответила Джесси и слегка порозовела — Но я не закончила. Мы издали фотокаталог своих находок, причём огромного объёма и пребольшим тиражом. Вообрази, каталог в трёх томах, общим объёмом на полторы тысячи страниц, тиражом в семьсот тысяч экземпляров распродали в течение двух месяцев! Сейчас печатается очередной дополнительный тираж. Фильм, который мы сняли о своей экспедиции, изначально планировался в качестве своеобразной шутки для избранных зрителей. Но неожиданно он стал необычайно популярен по всему миру. Папа, чистые доходы от фильма уже превысили сорок миллионов долларов, и значительная часть этих доходов пришла после того, как стало известно о торжественной процедуре дарения древних сокровищ народам Латинской Америки на многолюдном мероприятии.

— Вот как? Не ожидал! Видимо, мистер Павич действительно весьма талантливый бизнесмен. Однако, я думаю, что ты хочешь о чём-то попросить. Слушаю.

— Россия одержала большую победу, разгромив на своих рубежах огромную наёмную армию.

— Да, это известно. О подобных событиях мне докладывают сразу.

— Мне принесли сценарий фильма об этой войне. Как только о замысле узнали деловые люди, ко мне явилась целая депутация с серьёзным предложением. Суть предложения такова: они полностью финансируют эти съёмки при условии, что в качестве второго сценариста будет приглашена Дороти Дженкс. Режиссёром фильма желают видеть Тома Гугенсона, а продюсером — меня. Все творческие детали остаются на наше усмотрение.

— Хм… И каков предполагаемый бюджет фильма?

— Вообрази, папа, вплоть до трёх миллионов долларов.

— Господь Вседержитель! Съёмки фильма обойдутся дороже моей избирательной кампании!

— Да, папа. Дельцы уверены, что свои расходы они многократно перекроют. Признаюсь, я думаю так же.

— Что же ты хочешь от меня?

— Совсем немного: разреши мне поехать со съёмочной группой в Россию.

— Гм… А что по сему поводу скажет твой муж?

— Фрэнсис согласился с необходимостью этой поездки. Возможно, он поедет с нами, так как его пригласили прочитать лекции в петербургском университете.

— В таком случае, дорогая леди, я не имею никаких возражений. Кто-то ещё едет?

— Да, папа. Принцесса Химэ писала мне, что собирается посетить Россию и сочла наш проект удобным поводом для поездки. Элеонора тоже заинтересовалась, но о своем решении она скажет сама. О Дороти Дженкс я уже упомянула. Мистер Павич и его супруга, как и в прошлом фильме, окажутся центральными фигурами, они незаменимы. Если великий князь Игорь присоединится к нам, компания станет полной. Папа, если бы ты упомянул в переписке с русским императором, что участие принца в съёмках желательно для американской стороны… Ты же сможешь, да?

— Хорошо, я попрошу специалиста по международному праву подобрать соответствующую формулировку.

Совещание, которое состоялось несколько часов спустя, было, в какой-то мере, продолжением разговора президента Вудро Вильсона с дочерью.

— Мистер Бьеласки, прошу ознакомить нас с предварительными итогами вашего расследования. — открыл заседание сам Вильсон.

— Благодарю, сэр. Предыстория события такова: в поместье Морган-Хаус, расположенного недалеко от города Таллахасси, штат Флорида, собрались выдающиеся деятели мирового финансового сообщества. Были представители большинства известных финансовых групп и семейств. Всего в поместье присутствовало двести пятнадцать гостей. Нам стала известна повестка дня собрания: русский император Иван разослал большинству руководителей государств меморандум, в котором предупредил об опасности объединения международных финансистов и осознании ими возможности захвата власти во всём мире. Примечательно, что вскоре после рассылки меморандума, император пережил три покушения. Самый известный и кровавый теракт произошел в Петербурге, когда в царя стреляли из пулемёта. Погибло и было ранено множество людей, а сам император спасся случайно — наш общий знакомый Александр Павич вовремя увидел приготовления стрелка, успел затолкнуть императора за автомобиль, и тем спас. Однако я отвлёкся. На собрании планировали обсудить использование нашей Федеральной резервной системы для создания наднациональной расчётной структуры на основе американского доллара. В какой-то мере ныне эту функцию выполняет английский фунт стерлингов, что весьма выгодно Великобритании. Но это, так сказать, первый, легальный уровень переговоров. Вторым уровнем были планы нанести удар по России в наказание за разглашение так называемого «заговора международных финансистов». Кстати, любопытное соображение: заговора, как утверждают апологеты финансистов, нет. Но кто-то собрал три огромные армии, нацеленные против России. И кто-то отдал приказ британскому флоту атаковать русскую эскадру. Как мы все знаем, британский монарх до сих пор не сказал ни единого слова о войне, которую ведёт его флот и армия, базируясь как на метрополию, так и на колонии. Это предыстория. Когда все гости собрались, поместье внезапно окружило не менее семисот отлично экипированных бойцов Все были облачены в тёмно-синие мундиры, бронежилеты того же цвета, стальные шлемы со стальными масками, имеющими бронестекло в смотровом окошке. На ногах у всех были башмаки на толстой подошве со стальными пластинами, защищающими ступню.

— Для чего такая обувь? И откуда вы узнали о подошвах?

— Как выяснилось, внутри вдоль забора поместья были расставлены острые шипы, причём некоторые из них смазаны ядом. Что до подошв, то нам достался единственный башмак: один из налетчиков был ранен в ногу и для оказания помощи башмак сняли да и бросили за ненадобностью. Итак, нападающие частой сетью прошли по поместью и застрелили многих находящихся там людей. Убивали не всех, прислугу старались оставить в живых. При этом часть гостей, не менее тридцати человек, связали, надели на головы чёрные мешки и вывезли. Никаких существенных улик, кроме упомянутого мною башмака, гильз от автоматического оружия и пуль в телах жертв, не оставлено. Версий об организаторах и исполнителях не имеется.

— Кто бы это мог быть? Может, русские? — предположил Вильсон.

— Первая мысль была о них, но очень быстро мы её отвергли. Во-первых, это не их стиль. Русские всегда действуют в рамках законов и обычаев, принятых в благородном обществе. Русское оружие свободно продаётся во всём мире, защитное снаряжение тоже. На наш запрос кому была поставлена партия тёмно-синих бронежилетов, русские ответили, что снаряжение было отправлено адресату во Францию.

Из Франции пришло подтверждение прохождения такого груза, доставленного государственной почтой, но получатель, гражданин Голландии, выехал из страны через итальянскую границу…

— Замысловатая комбинация. — заметил Генеральный прокурор Томас Грегори — Замечу, что нарочито замысловатая.

Как раз в эту минуту, по ту строну Атлантики, в самом центре Сити, Дэвид Ллойд Джордж беседовал с Уолтером Лайонелом, вторым бароном Ротшильдом. Джентльмены расположились в курительной комнате, на столиках стояли бокалы с выдержанным портвейном, лежали гильотинки, зажигалки, возвышались хьюмидоры, но солидным мужам было не до курения.

— Его королевское величество решил продемонстрировать своё упрямство? — говорил плотный лысоватый мужчина с ухоженной бородой. — Причём упрямится он не по какому-нибудь пустяку, вроде очередной серии линкоров, а в вопросе принципиальном, можно сказать, стратегическом. Жаль. Мне он симпатичен как личность и как глава государства, но то, над чем мы работаем, выше всяких симпатий или антипатий. Сэр Дэвид, вы не подскажете в каком состоянии сердце нашего повелителя?

— С сердцем у его королевского величества относительный порядок, но я слышал о повышенном артериальном давлении.

— Ну, что вы! Апоплексический удар в таком возрасте в глазах окружающих будет выглядеть несколько вызывающе. Может быть, король неуверенно управляет своим автомобилем?

— Не автомобилем, сэр Уолтер. Его величество получил в подарок от судостроительной фирмы «Фэйрфилдс» гоночный катер, так называемый глиссер, и теперь со всей страстью предаётся новому увлечению.