Читаем Пехотинец Системы онлайн бесплатно

'Дай мне грацию гепарда,

Эластичность миокарда,

Безупречность всех сортов,

Чтобы влюблять в себя врагов'.

С самого начала утро не задалось. Звуки просыпающегося города, проникая через распахнутые пластиковые окна, раздражающе заполняли комнату и эхом отражались от стен.

Шум машин, разговоры прохожих, крики и смех детей переплетались в звуковой гул, который, смешиваясь с моим дремлющим сознанием, создавал кошмарные химеры снов. Город со своей привычной суетой вынудил меня очнуться.

Кое-как открыв глаз, взглянул на телефон и чертыхнулся: семь часов. Гадство, как же хотелось спать. Я лёг-то только два часа назад, заигравшись в четвёртую «Хойку» за самураев. Не открывая глаз, на ощупь встал, закрыл окна и с трудом задвинул тяжёлые тёмно-бордовые шторы, надеясь хоть немного отгородиться от этого звукового хаоса и снова погрузиться в сон.

Стало значительно тише. Упал обратно на жёсткий, но такой манящий матрас, укутался в тёплое одеяло. Решено, сегодня буду спать до победного. Торопиться мне было некуда — уже второй день я беззаботный безработный.

И только блаженно закатил глаза в сладком предвкушении приближающегося провала в долгожданный сон, как громкий звук гонга, будто инструмент находился сразу возле моей головы, разорвал мои попытки уснуть.

«Бум-Бац-ц-ц!!! Бум-Бац-ц!!! Бум-Бац!!!»

Я вскочил с кровати, будто меня ударили под рёбра берцем, и, зажимая уши, растерянно оглядывался, пытаясь понять, откуда исходит этот ужасный звук. Перед глазами, словно из ниоткуда, появилась загрузочная полоска.

Проценты стремительно увеличивались, достигли ста и тут же исчезли, уступив место мрачной красной рамке. Внутри неё на белом фоне начал медленно проявляться чёрный текст.

Сначала это были странные символы, абсолютно непонятные. Я щурился, напрягал зрение, но слова ускользали, написанные на неизвестном языке. Постепенно, словно настраиваясь, текст начал трансформироваться. Линии и завитки символов перетекали, искривлялись, пока не стали формировать знакомые буквы. Через несколько секунд они сложились в осмысленные слова, и я наконец смог разобрать сообщение:

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В СИСТЕМУ, ЗЕМЛЯ!

НАМЕСТНИК НАЗНАЧЕН И УЖЕ В ПУТИ,

БУДЬ ГОТОВА ПРИНЯТЬ СВОЮ СУДЬБУ.

ДА ВОЗВЫСЯТСЯ СИЛЬНЫЕ!

ДО СТАРТА ОСТАЛОСЬ 58 СЕКУНД…

— Да что, млять, происходит⁈ — Я, озираясь, вертел головой в разные стороны, пытаясь понять, что творится вокруг и разобраться, откуда появилось это окошко. Но рамка с текстом продолжала маячить перед глазами, иногда немного подрагивая, когда я резко поворачивал голову, но немедленно возвращаясь точно по центру моего поля зрения.

С каждой секундой отсчёта времени моё недоумение и тревога только усиливались. Что за Система? Какой наместник? Это какой-то новый прикол? Розыгрыш? Я про такие технологии даже не слышал!

Попытки освободиться от этой навязчивой рамки были безуспешными, и плашка с текстом оставалась там же, где и раньше, словно я сидел в шлеме виртуальной реальности. Шлема у меня точно не было, да и заметить такую хрень на своей башке было бы достаточно легко.

Панически помахав дрожащей рукой перед собой, заметил, что пальцы свободно проходят сквозь текст. Всё-таки виртуальность или такой неожиданный сон? Сердце бешено колотилось в груди от испуга, давно я так не боялся чего-либо, спать расхотелось категорически.

От текста веяло каким-то замогильным холодом; обычные буквы, появившиеся столь странным образом, будто живой первобытный ужас, отталкивали и одновременно притягивали к себе мой взгляд. Было ощущение, что текст, как живой пылесос, втягивал окружающую его действительность в себя, засасывая заодно и моё сознание.

Все мои инстинкты орали, что происходит что-то очень страшное, неправильное, неестественное и надо бы куда-нибудь спрятаться, забившись зверем в тёмную безопасную пещеру.

Но разумом, где-то в глубине себя, я прекрасно осознавал, что спрятаться уже не получится, не я управляю происходящим и не мне решать мою дальнейшую жизнь. Как травоядное животное, попавшее в лапы тигра и смирившееся со своей участью. Таймер внизу продолжал методично отсчитывать тяжёлые секунды. Больше в окружающем меня мире ничего не происходило.

Неожиданно, я абсолютно успокоился. Испуг ушёл. Ситуация всё равно находится не под моим контролем, а значит, смысла паниковать и бояться нет. Видимо, из-за слишком сильного эмоционального шторма мой организм запустил защитный механизм, который, помимо избавления меня от страха, дал возможность сохранить спокойствие и ясность мышления в критической ситуации. Тем более времени осталось считанные секунды, за которые я бы и не успел сделать ничего адекватного со столь непонятным явлением.

Я спокойно сел на кровать, сложил руки на колени и, глядя на текст, стал ждать развязки. Всё это время внутри меня происходила какая-то буря, не мешающая мне быть спокойным. Как будто проснулся новый, неизвестный мне орган, или, наоборот, он только сейчас начал формироваться, проявившись в результате столкновения с новой реальностью.

Что-то добавлялось и наливалось силой внутри, посеянное миром под воздействием внешних изменений. Но подумал я об этом мельком, — почему-то казалось, что это не существенно и не самое важное. То, о чём не нужно беспокоиться.

Когда таймер показал нули, надпись просто исчезла. Нагнетающая атмосфера тоже пропала. Я просидел ещё минуты три, то потирая колени, то массируя лицо, но ничего не происходило. Сквозь занавешенные тяжёлые шторы по-прежнему тихо гудел город.

Электричество на месте, судя по рабочей лампочке роутера. Апокалипсис либо задерживался, либо имел другую форму. Устав ждать продолжения, я раскинул руки в разные стороны и упал на кровать, где — видимо, от пережитого стресса — сразу уснул.

— Приснится же порой, не отмахаешься, — пробормотал я, проснувшись спустя шесть часов. Голова раскалывалась как с похмелья, а ощущение, что вообще не спал, не покидало. В глаза будто песка насыпали. Повалявшись полчаса в постели, понял, что дальше спать организм напрочь отказывается, и со стоном поднялся с кровати. Еле найдя таблетки от головной боли, поморщившись, как от укола, я выпил сразу две штуки. Сначала решил, что это всего лишь сон, но, умывшись, понял, что это было необычно реально, до дрожи.

Я всегда любил свои сны, — они обычно были такими яркими и безумно интересными, что я ценил каждую возможность поспать. Стоило только лечь, как передо мной разворачивались настоящие приключения, полные красок и фантастических событий. Каждый раз я использовал любую свободную минуту, чтобы насладиться этими снами, пусть они и забывались почти сразу после пробуждения.

Оставались лишь яркие эмоции — иногда приятные, иногда не очень, но всегда насыщенные. А этот сон… Я помню его до мельчайших деталей, словно это было нечто большее, чем просто ночное видение. Всё было настолько реальным, что я до сих пор не могу отделаться от ощущения, что это было наяву.

Тем временем желудок ненавязчиво подсказал, что пора уже хозяину что-нибудь сожрать, и я отправился готовить.

Достал оставшуюся пару яиц и немного тёртого сыра из ставшего пустым холодильника. Завтрак был скромным: поджарил яйца, щедро закидал остатками сыра и запил кипятком остатки кофейной пыли из банки. Сахар тоже кончился. Это напомнило мне, что пора сходить в магазин, жрать больше было нечего. Полки тоже были пусты: ни крупы, ни макарон.

— Да-а, с таким рационом я долго не протяну. А если апокалипсис? — пробормотал я себе под нос, усмехаясь.

По работе я уезжал в командировку на неделю, поэтому не позаботился о закупках и подъел все запасы, что были. Но из-за жёсткого спора с директором, охреневшего до такой степени, что он решил полностью пренебречь техникой безопасности на производстве, из-за чего могли серьёзно пострадать люди, я оказался безработным.

Насчёт этого я не переживал: куда надо были отправлены письма, охреневший дядька, погнавшийся за длинным рублём за счёт здоровья работяг, попадёт на проверках и комиссиях по полной, — это я ему обещал, и я это сделал. Уволившись одним днём, без средств к существованию я не оставался. Полный расчёт должны были закинуть на днях, и на счетах у меня оставалась ещё приличная сумма, которую я непонятно куда откладывал.

Не могу сказать, что я обеспеченный человек — машины у меня нет, зато есть две квартиры, одна из которых мне досталась по наследству и которую я сдаю. Жил я одиноким бобылём, полностью погружённым в свою работу. Подружки тоже не было, последние отношения закончились крайне неудачно полгода назад, и пока я не собирался заводить новые.

В качестве хобби и убийцы времени имелся у меня отличный навороченный комп, на котором, правда, я играл только в хардкорные старые игры, и книги, поглощаемые мной с пятилетнего возраста в неимоверном количестве. Эти интересы, собственно, занимали всё моё свободное от работы время. Старые товарищи обзавелись семьями и разлетелись кто куда, а я куковал один, и, если честно, мне это нравилось.

Через полтора часа выйдя на улицу и прикуривая сигарету, я осознал, что всё-таки это был не сон. Живой, спешащий по своим делам утром город сейчас выглядел ребёнком, играющим в прятки. Вокруг царила невероятная тишина, разрываемая только далёким грохотом производственных цехов. По обычно оживлённой торцевой дороге в сотне метров от меня изредка проезжала одинокая машина.

В небе над городом, на высоте в сотню метров, не меньше, висел огромный белый куб, из которого бегущей строкой текли чёрные буквы, переливающиеся позолотой. Сам куб выглядел как живое существо, во все стороны от него расходились щупальцами белые лучи света, не уходя вниз к городу, а мягко стелясь по небу, заполняя всё воздушное пространство над городом.

НАМЕСТНИК ПРИБЫЛ!

ЗЕМЛЯ ВХОДИТ В СЕКТОР ПОДЧИНЕНИЯ

ВЕЛИКОГО СЕРОГО БОГА

АТИЛЛЫ.

СЛАВА ЕМУ!

КАЖДЫЙ ПРИМЕТ УЧАСТИЕ В ВОЙНЕ ЗА ВОЗВЫШЕНИЕ.

ДОСТОЙНЫЕ ОБРЕТУТ БЕССМЕРТИЕ,

НИЗШИЕ СТАНУТ ПИЩЕЙ.

СОПРОТИВЛЕНИЕ СИСТЕМЕ БЕСПОЛЕЗНО.

ВАША ЖИЗНЬ ПРИНАДЛЕЖИТ СИСТЕМЕ.

ВАША ДУША УЖЕ ПРИНАДЛЕЖИТ СИСТЕМЕ.

ПРАВИЛА ВОЗВЫШЕНИЯ МОЖНО УЗНАТЬ В ХРАМЕ.

— Правила? Храмы? Это что, я, блин, проспал всё, что ли? — я перечитал текст и задал вопрос, будто ожидая ответа на него. Ответа, естественно, не последовало. — Я что, не проснулся ещё, что ли? Алло! Что вообще происходит?

Неожиданно хлопнула дверь соседнего подъезда. Показался мужичок в старом трико и майке, хотя на улице было едва плюс семь. В правой руке он крепко сжимал пакет с мусором. Я видел его раньше — хозяин старой Тойоты Марк-2, которую он обычно паркует у меня под окнами. Тело мужика было покрыто выцветшими татуировками в восточном стиле, с драконами и иероглифами. На его правой кисти резко выделялось белое пятно, свободное от татуировок, как будто ожог.

Он неспешно подошёл ко мне и тоже поднял голову, разглядывая странный белый куб в небе.

— Походу, инопланетяне к нам.

Помолчав пару секунд, он смачно сплюнул на землю, закатал видавшим виды сланцем плевок в безнадёжно старый, ещё советский потрескавшийся асфальт и громко, на весь двор, произнёс:

— Сосед, будь добрый, угости сигаретой, а! Ёп, я, походу, с дуба рухну с этой хернёй. Это ж, ёп, хуже, чем настоящий глюк. Я чего, брат, только не жрал в молодости, ёп, но таких галюнов не видел никогда. А щас ещё в завязке, ёп, пить нельзя, глотка сухая, смотреть боюсь, крышу снесёт нахер. Своей курить бросить обещал, неделю, ёп, пытаюсь-пытаюсь, но, походу, не судьба, ёп!

Я протянул пачку мужику, дал прикурить, и мы молча вдвоём продолжали смотреть на куб и каждый думать о своём.

— Точно инопланетяне? — спросил я, чтобы поддержать беседу, хотя и так всё было понятно, ну, почти всё. — Мне похожая надпись с утра привиделась, думал, что просто приснилось.

Двор был абсолютно пустым, детская площадка соседнего подъезда была непривычно тиха, там что-то межд собой делила пара голубей, и на этом всё. Мимо проехала ещё одна машина. Гайцы.

— Угу, и я, и Ленка моя, ёп, такую же хрень видели, как только проснулись. Пересрались знатно, вот реально почти. А этот куб появился минут десять назад, ёп! Бац! И всё, стоит, даже без спецэффектов, — поделился новостью сосед, окончательно меня убедив, что этот странный утренний текст перед глазами — это не просто мой глюк или недосмотренный сон.

Что там было-то? Наместник в пути, Земля в Системе, и вот наместник прибыл. Здрасте, как говорится. Интересно только, куда именно прибыл — в Штаты, Европу? Если он один, то пока разберётся, что тут у нас и как, времени пройдёт куча. Ну, наверное. Хотя чего там за технологии — кто его знает. Да и что за Система? РеалРПГ? Я повертел глазами в разные стороны, никаких иконок значков или артефактов, показывающих скрытое меню, нет. Орать для проверки: «Система, меню!» — не хотелось, чтобы не показаться соседу совсем шизанутым.

— А по новостям чего? — спросил я, выбрасывая бычок в урну и глядя на дядьку. Телевизора я дома не имел и, как все более-менее просвещённые молодые люди, к телевидению относился скептически, кроме обжигающей пропаганды там ничего не крутили, ну, рекламу ещё разве что. А радио никогда и не было по умолчанию. Дом был сдан лет двадцать назад, радиоточки тогда уже вышли из моды. А в инете радио у меня также популярностью не пользовалось.

— Да хрен там плавал, — отмахнулся сосед, повторил мой жест и успешно попал в урну. — Думаешь они что-то скажут, ёп? Черти они беспозвоночные. Не дождёмся. Да ты не переживай, парень, нам всё равно, ёп, кто они: инопланетяне, Обама — один хрен. Если бы они хотели нас убить, сделали бы это сразу. Дорогу вроде тоже не строят. Значит, им нужно что-то. Может, поторговать, ёп, захотят или отберут, как америкосы. Или мы им так отдадим, кто их шаромыжников космических знает, тут ещё, ёп, поди разбери. Ну, паря, бывай и спасибо! — закончил он на не особо смешной шутке, махнул рукой, прощаясь, и исчез за углом дома.

— Ну, бывай, — чуть улыбнулся в ответ. Сосед напомнил мне одного человека из прошлого, когда я случайно подвязался работать на верфи. Был там у меня интересный начальник — капитан дальнего плавания, естественно, бывший, из-за постоянного пьянства. Погоняло у него было смешное — Блябля. Так вот он, как и этот новый знакомец, через каждое слово вставлял мат — какой, думаю, понятно, а тут вот «ёп» прицепилось к человеку.

Идти куда-то мне как-то сразу расхотелось. До куба по прямой было километра полтора ходу — ну его на фиг. Начнёт ещё шмалять лучами смерти, как в голливудских блокбастерах, а ты тут как на ладони на атомы, значит, разбираешься.