Читаем Парни из Карго онлайн бесплатно
Парни из Карго
Наши дни. Экипажу русского грузового самолета по прозвищу «Веселый Роджер» ставится нелегкая задача – доставить на высокогорный аэродром Катманду надувной домкрат для эвакуации выкатившегося накануне пассажирского лайнера. Ситуация осложняется тем, что часть взлетно-посадочной полосы заблокирована тем самым лайнером. И это только начало целой цепочки их приключений. Будет сложно оставаться хладнокровным, когда мир вокруг тебя буквально рушится, а твой самолет остается единственным средством спасения – но другого выбора судьба экипажу «Веселого Роджера» не оставит. Содержит нецензурную брань.
Детективы / Боевики / Современная русская литератураОглавление
От автора.
Глава 1. Воздушными дорогами.
Глава 2. Срочная доставка.
Глава 3. Горными тропинками.
Глава 4. Огни Бенгалии.
Глава 5. Танцы с бубном.
Глава 6. Хвостик.
Глава 7. Без труб и барабанов.
Глава 8. Под черным флагом.
Глава 9. Пыль и перья.
Глава 10. Во все тяжкие.
Глава 11. Операция «Биг Мак».
Глава 12. Арабская ночь.
Глава 13. На атоллах.
Глава 14. Кошкин дом.
Глава 15. Неудачный день.
Глава 16. Приговор.
Глава 17. Путь под нож.
Глава 18. Дела земные.
Глава 19. Полярное сияние.
Глава 20. За три моря.
Глава 21. Ливийский гандикап.
Глава 22. Ковер-самолет.
Эпилог.
От автора.
Как писал Иосиф Бродский в стихотворении «Генералу Z», «…
Настал и у меня однажды день, когда жизнь положила передо мной лист бумаги и сказала: пиши! И я стал писать. О людях и самолетах, о путешествиях и приключениях. Что-то в этой книге вымышлено. Но у всех людей, самолетов, событий были реальные прототипы. Кое-кого из участников описанных событий я даже знал лично. Впрочем, все совпадения, безусловно, случайны.
Музыка многое для меня значит. Она создает определенное настроение, иногда удачно оттеняя развитие ситуации. Не поленитесь – для создания нужной атмосферы найдите упомянутые в тексте композиции и прослушайте, пока читаете.
Добро пожаловать на борт. Пристегнитесь, и приятного вам полета на грузовом самолете через горы и моря!
Глава 1. Воздушными дорогами
.
Вопреки уверениям второго пилота, экватор планеты вовсе не был отмечен цепью буев с красными огоньками, протянутой поперек моря. Солнце погружалось в красные воды океана, почти прямо по курсу. На островах внизу уже смеркалось, но здесь, на высоте в десять тысяч метров, все еще царил день – даром, что часы показывали семь пятнадцать вечера. И, если не смотреть на приборы, то было бы и непонятно, что лайнер уже в северном полушарии, а не в южном.
Белоснежный транспортный самолет с ярко-красной надписью «
Позади пилотской кабины располагалась кухня, выкрашенная в белый цвет и залитая желтоватым светом потолочных светильников. Была она крохотной – всего несколько квадратных метров, зажатых между кабиной и грузовым отсеком. Слева от входа в кабину располагался туалет, справа – столик, под которым находились контейнеры для провизии (а над ним – духовка и чайник). Задняя стенка кухни представляла собой защитный барьер – толстую стальную плиту, отделявшую грузовой отсек от носовой части фюзеляжа и страховавшую экипаж от пожара или смещения груза. Вплотную к этому барьеру стояли в рядок три обычных пассажирских самолетных сиденья с поднимающимися подлокотниками. Две двери – по одной в каждом борту – вели из кухни наружу. В каждой из них был установлен маленький – с чайное блюдце – иллюминатор. На левой двери его перечеркивал оранжевый ремешок, под которым грозные надписи красными буквами предупреждали о том, что эта дверь оборудована автоматически надувающимся при открытии аварийным трапом. Последняя же дверь – самая маленькая – вела через защитный барьер в грузовой отсек. В ней тоже был установлен иллюминатор для визуального контроля происходящего в отсеке. На этой двери кто-то в шутку в свое время нарисовал по трафарету пиратский флаг с черепом и костями, отчего самолет быстро получил прозвище «Веселый Роджер» (благодушно принятое всеми его экипажами и ставшее фирменным его названием в компании, помимо сухого официального имени «Оскар», данного по последней букве бортового номера1).
Бронированная дверь в кабину пилотов была открыта и зафиксирована стопором, так что кухня казалась немного просторнее. Здесь коротали время два члена экипажа в серых рабочих комбинезонах со множеством карманов и с нашивками в виде русского триколора на левых рукавах. Двадцатисемилетний бортоператор Саша, темноволосый худощавый парень со скуластым лицом и голубыми глазами, читал исторический роман, сидя в кресле, а инженер Эдик, выбритый налысо тридцатипятилетний зеленоглазый и круглолицый здоровяк, уплетал баранину с тушеными овощами, стоя у столика.
– Куда мы после Дакки-то летим? – спросил Эдик, выбросив разовую касалетку из фольги в контейнер для мусора, располагавшийся под столиком.
– В Индию, порожняком, оттуда – в Москву с грузом, – отозвался Саша. – Пока решают, в какой аэропорт, клиент не определился, откуда ему удобнее везти.
– В Дакке бывал раньше?
– Был пару раз. Кормежка неплохая, но специй многовато. Потом неделю воешь в сортире. А вода местная – отрава, свою с борта бери в отель.
У Саши (в чьи задачи входили погрузка-разгрузка самолета, подготовка груза, заказ отеля, транспорта, питания и обеспечение всех бумажных дел в рейсе) было три градации качества еды: «хреново», «неплохо» и «прекрасно». Саша был гурманом – что, однако, никак не сказывалось на его поджарой фигуре.
– Так от специй молоко помогает, – авторитетно заявил Эдик, наливая себе в стакан воды. – Кстати, у нас оно закончилось.
– Согласен, – кивнул Саша и достал из нагрудного кармана блокнот с присоединенным к нему веревочкой карандашом. – Дозакажем в Сингапуре.
Последний свет уходящего дня, пробившиеся вдруг через иллюминатор входной двери, высветили оранжевый солнечный зайчик на переборке. Из туалета вышел коротко стриженый и тщательно выбритый кареглазый крепыш в кедах, шортах и белой футболке – второй пилот Миша, ровесник Саши и обладатель самой волевой челюсти среди всех пилотов компании. За ним на кухню потянулся легкий, еле уловимый запах табачного дымка. Несмотря на то, что на двери туалета было написано грозное «NO SMOKING!
– Приятного аппетита! – пожелал Миша. – Что сегодня на обед?
– Мерси! Все, как заказывали, – отозвался Саша и, сняв очки, потер уставшие глаза. – Тебе сочный бургер, Бате бараньи ребрышки с картофелем. Ну, и ланчбоксик каждому, как обычно.
– Превосходно, – улыбнулся, потирая руки, Миша и ушел в кабину, чуть пригнувшись, чтобы на входе не врезаться лбом в ее верхние панели с множеством переключателей. Кабина пилотов была лишь чуть менее тесной, чем кухня. Зато с хорошим обзором в три направления.
Капитан – он же Дмитрий Львович, сорокапятилетний элегантный голубоглазый брюнет с аккуратной щетиной – был одет неброско: пляжные пестрые шорты, синие кеды на босу ногу, белая футболка со стилизованным силуэтом самолета и надписью «
– Джейтаун-Контроль, добрый вечер! «Жар-Птица» девять ноль ноль семь, прошел точку BABLO, следую на ZAKAT.
На жидкокристаллическом дисплее перед ним затейливо извивалась розовая линия, соединявшая несколько навигационных точек, разбросанных между хаотичных зеленых, желтых и красных пятен. Каждая точка была обозначена кодом из пяти букв латинского алфавита, иногда случайно складывавшихся в более-менее осмысленные слова, а чаще – нет. Это и был маршрут их самолета, проложенный в обход наиболее опасных метеоявлений и высоких горных пиков вдоль побережья, которые на дисплее обозначались разноцветными пятнами – красными, желтыми, зелеными.
– Понял Вас, «Жар-Птица», – отозвался издалека диспетчер, – разрешаю спрямление на RAPSI, проход точки доложить.
– Конец связи.
Двигатели ровно шумели, поглощая топливо – по тонне в час каждый. Борт иногда потряхивало в турбулентности. Второй пилот поудобнее устроился в кресле и застегнул привязной ремень:
– I have control4.
– Не возражаю. На RAPSI спрямляй. Ты дом достроил уже? – спросил Львович, отметив в плане полета остаток топлива. Миша тем временем скорректировал курс в памяти бортового компьютера. Самолет плавно лег на крыло, доворачивая к северу в соответствии с пересчитанным маршрутом.
– Строю, Дмитрий Львович. Крышу делают сейчас. А что?
– Посоветоваться хотел…
– Отцы-командиры, sorry! Галю дернем? – сунулся с кухни Эдик. – Чаю с кофе охота!
– Дернем, – отозвался второй пилот, поднимая руку и щелкая переключателем Galley на верхней потолочной панели, где теснились предохранители и вспомогательные тумблеры. Без этого не включились бы ни печка, ни чайник. На взлете и посадке кухню отключали от генераторов электрического тока, чтобы снизить нагрузку на них (мало ли откажет двигатель, а с ним и один из генераторов). А в горизонтальном полете – включали по необходимости.
– Благодарствую! – инженер исчез, и с кухни в кабину донеслось журчание воды, лившейся из бутылки в металлический чайник. Затем звонко лязгнула крышка, и вдруг заиграла музыка:
– Саня, опять балуешься? – крикнул Батя через плечо.
«Веселый Роджер» в прошлой своей жизни был пассажирским самолетом, который после пятнадцати лет полетов переделали в грузовой (убрав пассажирские сиденья, прорезав в левом борту здоровенный грузолюк, усилив стальными балками пол и установив в получившемся грузовом отсеке роликовые дорожки, по которым перекатывались грузовые контейнера и паллеты). По странной прихоти инженеров, при конвертации самолета в грузовик на его кухне оставили динамик и магнитофон для объявлений по громкой связи, проигрывавшей обычные аудиокассеты. Прознав об этом, экипажи натащили на борт множество кассет с разной музыкой и иногда от скуки слушали ее даже в полете.
– Балуюсь, Дмитрий Львович.
– Погромче тогда сделай, что ли!
– Слушаюсь, мой капитан!
– Так что хотели спросить, Дмитрий Львович? – поинтересовался Миша.
– Ты крышу чем крыл, если не секрет?
– «Жар-Птица» девять ноль ноль семь, снижайтесь, эшелон6 триста двадцать, – сказал вдруг динамик радиостанции.
– Принял, «Жар-Птица» девять ноль ноль семь, – второй пилот подкрутил колесико на приборной панели, задавая автопилоту нужную высоту полета, и самолет плавно пошел на снижение, чтобы занять назначенную ему высоту в тридцать две тысячи футов7. Стремительно смеркалось, но на западе, там, где закатилось за горизонт солнце, еще тлела заря, выхватывая из темной синевы светло-голубой лоскут неба. – Проект надо смотреть, так не помню навскидку. Могу на планшете глянуть, как до отеля доедем.
– Добро. А то мне как раз проект делают. Хочу сравнить.
– Сделаем, конечно.
– Гран мерси!
– Чай, кофе, круассаны! Чай, кофе, круассаны! – пародируя пляжных торговцев, пробасил с кухни Эдик.
– Я чай буду, – отозвался Львович.
– А я кофе, – решил Миша.
– Два сахара, без молока? – осведомился инженер.
– Да, пожалуйста.
– Прошу! – Эдик вскоре сунулся в кабину с подносом, на котором стояли два стакана с напитками и лежали два разогретых в печке сэндвича с сыром и ветчиной. – Угощайтесь.
– Ай, спасибо, дай бог тебе здоровья и бабу покрепче, – крякнул Львович и забрал стакан. – Миша, ну, что, по стаканчику – и брифинг?
– Поддерживаю!
– Приятного!
Потрапезничали, обсудили порядок снижения и действий в нештатных ситуациях. Когда солнце окончательно скрылось за горизонтом, и настала ночь – транспортник влился в воздушную карусель над Сингапуром. В темном небе тут и там вспыхивали навигационные огни десятков самолетов – небольших бизнес-джетов, грузных пассажирских лайнеров, грузовиков и даже крошечных частных самолетиков на три-четыре пассажира. Кто летел из далекого Нью-Йорка, кто с соседнего острова – все выстраивались в очередь и заходили на посадку, повинуясь командам диспетчеров, следивших за самолетами с вышки при помощи локатора. К приземлявшимся самолетам присоединялись те, кто взлетал из той же воздушной гавани, или соседнего аэропорта, так что в небе над морем и сушей постоянно висел не один десяток бортов, и лишь внимательность и опыт диспетчеров позволяли безопасно развести потоки летающих машин.
Эдик разместился на откидном сиденье позади пилотов, – ему хотелось посмотреть на ночной Сингапур во время посадки. Саша остался на кухне. Свет там приглушили, чтобы он не мешал пилотам, читать стало невозможно – поэтому бортоператор отложил книгу и воткнул в правое ухо наушник плеера. Левое ухо он оставил свободным, чтобы слышать команды Львовича, если пилотам вдруг понадобится какая-то помощь, или прозвучит какая-то команда – приготовиться к аварийной посадке, например. Маловероятно, но – мало ли.
В наушнике звучала одна из его любимых песен:
И после роскошной переклички синтезатора со скрипкой – финальный взрыв:
