Читаем Парадиз онлайн бесплатно

Парадиз

Это – книга стихотворений о метафизике Петербурга, весьма необычная книга о Городе. Автор книги, коренная киевлянка, впитавшая в себя первообраз Матери городов русских, воспринимает Киев как начало, а Петербург как венец единой цивилизации. Петр и Пушкин, Гумилев и Ахматова, Хтон и Олимп, закоулки Коломны и регулярные парадные проспекты для автора – реальные собеседники. Петербург стал для поэта призмой, сквозь которую он переживает себя, время и вечность.

Евгения Витальевна Бильченко

Поэзия

Евгения БильченкоПарадиз

В оформлении обложки использована фоторобота Сергея Адамского

@biblioclub: Издание зарегистрировано ИД «Директ-Медиа» в российских и международных сервисах книгоиздательской продукции: РИНЦ, DataCite (DOI), Книжной палате РФ

Чай с малинойТаджичка стоит на Фонтанке и нервно курит:её накрыло.Постмодернист выставляет фаллос в «Свиное рыло».Туристы пытаются всё запомнить, шалея от круговертиАмпира, готики, классицизма…Павел – жив, но боится смерти.«Прадеду правнук» ставит, как водку, злато.Над светской черньюЛиберализма по универам насмехается ополченец.Между Пестеля и Некрасова – оконца багровыйломтик:Хочется верить, что там живёт волшебник,а не кислотник.Горло болит, заложенный нос, хроническая простуда…Завари мне окно малиновым чаем, в сердца налейпосуду.Я буду пить его, не остужая, с ветром балтийским,сизым:Это окно – хипана? Шамана? Идиота? Эмомарксиста?Когда же меня накроет всерьёз сплином,как ту таджичку,Появится мисс с черепами в ушах – эдаким русскимживчиком, —Волоча за собой тома Елизарова, Прилепинаи Лимонова,Улыбаясь во весь свой сибирский рот,а не сдержанно – так, как Мона.И космос, вселенскою добротою принятияёкнув-охнув,Примется пить негасимый свет мировыхпетербургских окон.И где-то там, за тысячи километров,на улице Красноармейской,воё зажжётся в ответ…Не боись, Павел, нет никакой смерти

7 ноября 2021 г.

ВакцинаКогда твоя комната – чуть больше шкафа,чуть меньше Монако,Когда твой коммунизм воскрес христианскоюкоммуналкой,Когда все, что ты можешь, – валяться простудно и сироВ кровати, которую сам у себя же и аннексировал,Становятся странными и чудными мечты поэтовО тиражах и славе, об Инстаграме и «обо всём вотэтом».Твои же мечты ограничены: плечом, нимесилом,чем-то,Сбивающим жар и ломоту, спиртом от ополченцаИ чаем с малиной от сестры твоей, блокадницыТатианы:Русская медсестра важнее любых ti amo.Русское поле экспериментов важнее, чем вакцинация.А ты упал.Ты лежишь в раю.Ад устал за тобою гнаться.

7 ноября 2021 г.

Расстрельная стена поэтовВ этом мире, где хамом на хамеРазмножается тля из трухи,Я живу у стены со стихами,И меня ненавидят стихи.Будто лепет младенца учуяв,Вырвусь в полночь к стене той однаНараспашку в пальтишке и в чунях,И меня расстреляет стена.Позабыв весь свой рэп, все былины,Балалаечный дикий азарт,Стану нежной, ахматовской, длинной,Обучусь, как в семнадцать, азамБезупречно точёного метра:Мысль, ясней, чем платоновский «Пир»,Поскользнётся на шкурке из ветраИ ударится лбом об ампир.И опять Маяковского всмяткуБудет жадно ерошить душа,Наступая хорею на пятки,Амфибрахию в темя дыша.И взорвётся стена недовольством:Что за шкет к ней пришёл от сохи —Беспорядочный, высоковольтный,Убивающий током стихи?!И я ей отвечу: «Анна Андревна, в мире, где хам на хамеРазмножается тлёю, способной вертеть трушными нестихами,Как девицами на тую, где брат убивает кровногоБрата на самой дурной войне, я не умею – ровно.Вот такая теперь русская, мать её, литература:Из таджикской шавермы, из французского рататуя,Из книг запрещённых про ополчение, из икающего Икара,Из Рыжего и Лимонова, из припадочного Захара.Из нас из всех, «сильных, злых и весёлых»,Как говорил Николай Гумилёв, спасибо ему за всё.Блаженны те, кто правильны и тихи, кто неправильны и лихи…Я живу у стены со стихами, и меня ненавидят стихи.

8 ноября 2021 г.

«Дарю лишь жизнь»Свято-Преображенский, где вокруг на велосипедеЕздил Бродский, интересует сегодня не Александровичем,А своей соборной оградой, знаменующей о победе:Кольца трофейных орудий, чьи имена я сам доучу.Из цепей с моей рокерской шеи (потому что рок умер)Свиты изящные, несмотря на свою громоздкость,Шнуровки чугунные. В их сетях пушки стоят, как кулерыВ платных клиниках: дулом вниз… А были такие монстры!Одна называлась: «Дарю лишь смерть», – и где онасмерть та, где она?Врыта по самое некуда, дабы более не стреляла,В болотную магму земли русской, угомонившей демонов:Всяка лярва, сверни ей кранник, становится просто ляля.При правильном обращении пушка – деталь ограды:Так, дедушка плёл из траурных лент, после бабушки похорон,Бантики для коробочек. И всё повторял: «Не надо!Не смейте Неличкино лицо ховать в этот чёрный схрон!»Вот такие уроки, непацифистские и полковничьи,Дарят военные храмы, дарят военные наши деды.Чё ж это, зря пропадать добру? Пусть послужат, пока покойнички.А в день Воскресения Бродский всем даст по велосипеду.

13 ноября 2021 г.

ПушкинЛюбовь и космос: день ноябрьскийПронзён четырехстопным ямбомТого имперца, маргинала,Что жил на Мойке, дом двенадцать,И, говорят, дружил с царём иПри этом шлялся к декабристам.Но царь его прощал, посколькуЕго доклады были кратки,Как в Таврии, где саранчою,Что прилетела, села, съелаВесь урожай и улетела,Был ниспровергнут губернатор.Хотя возможно эту байкуПридумал Хармс в угаре бунта.Единомышленники ж взялиИ превратили в чёртов дискурс,Чтоб сделать Сашу либераломРукопожатной их тусовки.А космос – тот же: он – ноябрьский.И вновь четырехстопным ямбомС цесурою в конце четвертойСтрофы он поражен навеки,Как я, когда не травануласьЯичком с красною икроюЗа сто рублей в кафе «Маяк», гдеНа двести можно обожраться,Как те бояре на тойотахУ старика Гребенщикова,Когда он был ещё вменяемИ гениальный делал космос,А Пушкин в меру пушкиньянцаЕму завидовал и злился,Поскольку ямб лепить не трудно.Труднее петь, как Елизаров.Ещё ж труднее: на рассветеНазначить секс своей же смерти…Как много девушек хороших.

14 ноября 2021 г.

Свет в окнеИнтеллектуальная гуманитарная молодежь из СПбГУ,Чьи предки слушают Розенбаума («Ара-губа» и «Ау»),Называет подобные вещи словами: «хтонь»,«хэлловин», «инферно», —В концептуальных клише лексики постмодерна.Молодежь в куцых штанах в ноябре с оголеннымиикрамиБывает на удивление злой, на удивление искренной.И мне они даже нравятся, если день с утра задаётся.Жаль, что, чем дальше в ночь,тем меньше во мне толерантненького нью-йоркца.Несмотря на то, что меня в шизо убедить имедва ль удастся,На какую-то долю депрессняка, я делёзю их декадансы.Но, если в свинцовом полночном небе светит одно окно,Значит, Невою – любви, болезни, смерти – горит оно.А если в этом окне собор иконою отражён,Это значит, что хомячок в шмотках брендовых имспасён.От света в воРонке двора-колодца инфернальнаяблекнет тень…Мармеладова Сонечка зачинает новую диалектику.

18 ноября 2021 г.

Вода