Читаем Отвергни меня онлайн бесплатно

◈ Переводчик: Lana.Pa

◈ Редактор: Иришка К.

◈ Вычитка: Настёна К.

◈ Обложка: Wolf A.

Переведено для группы «Золочевская Ирина и её друзья» — vk.com/zolochevskaya_irina

Музыка всегда играет такую важную роль в моем писательском процессе. На самом деле, во всех аспектах моей жизни. Я слушаю ее постоянно, и обычно именно песня, которую я слушаю в машине, вдохновляет на сцену или момент, разделяемый моими персонажами. Я хочу поделиться с вами тем, какие песни помогли мне в работе над этой книгой.

Elle King — America’s Sweetheart

Zac Brown Band — Beautiful Drug

Pharrell Williams — Come Get It Bae

Eli Young Band — Even If It Breaks Your Heart

Sheppard — Geronimo

Leona Lewis — Happy

Adele — I Miss You

Sam Smith — Like I Can

Volbeat — My Body

Imagine Dragons — Not Today

Delta Rae — Run

Beyoncé — Run the World (Girls)

LMFAO — Sexy and I Know It

The Lumineers — Stubborn Love

David Guetta (ft. Nicki Minaj) — Turn Me On

Adele — Water Under the Bridge

Sir Mix-A-Lot — Baby Got Back

Missy Elliot — WTF (Where They From)

Demi Lovato — Confident

Гордость переполняла меня, когда я заехала в бар брата моей лучшей подруги. Увидев написанное курсивом «Кингз» над тяжелыми деревянными дверями, я вспомнила, как усердно Джеймсон надрывал задницу, постоянно работая, чтобы сделать бар успешным, и это принесло свои плоды.

С тех пор как я встретила Луэллу в колледже, я хранила маленький огонек для ее брата; десять лет я тосковала по Джеймсону, главным образом потому, что он давал мне отпор с самого начала. Несмотря на то, что он отрицал все мои успехи, мы с его сестрой постоянно приставали к нему, и я флиртовала с ним, просто чтобы попытаться вывести его из себя. Он относился к жизни слишком серьезно, а я не могла сдержать прилив радости, который испытывала каждый раз, когда он терял терпение по отношению к нам, или, что еще лучше, смеялся.

Этому человеку нужно было расслабиться и перестать отказывать себе во всех удовольствиях, которые мог предложить мир.

Таких как я.

Но поскольку он был братом моей лучшей подруги, я не заходила слишком далеко. И хотя Джеймсон крутил с кем-то романы от случая к случаю, я знала, что в конечном итоге он хотел вечности с единственной, а это было просто не по мне. Секс — много хорошего секса — был моим коньком. И ничего больше, чем секс. Мне не нужны были отношения или кто-то серьезный в моей жизни.

Я тихо открыла дверь и вошла в полутемный пустой бар. Джеймсон, Луэлла и я встречались здесь каждое воскресенье за семейным ланчем, хотя на самом деле я не была членом семьи. Поскольку моя семья жила на другом конце страны, в Калифорнии, Луэлла и Джеймсон приобщили меня к своим семейным традициям.

— Э-э-э-эй? Есть кто-нибудь дома?

Я огляделась по сторонам, пытаясь понять, где все находятся. Я видела грузовик Джеймсона на стоянке, но не знала, приехала ли Лу с ним. Мой взгляд остановился на свете, льющемся из коридора, ведущего на кухню.

Пока я пробиралась между столами, мои каблуки тихо стучали по деревянному полу. Я прошла мимо бара, освещенного фонарями над бутылками с ликером на стене, и положила свою сумочку и куртку на стойку. Когда я приблизилась к задней части бара, я услышала тихую рок-музыку, вероятно, приглушавшую мое приближение. Хорошо. Может быть, я могла бы воспользоваться возможностью потрахаться с Джеймсоном.

Красные складки моей юбки развевались вокруг бедер, когда я возвращалась, и я думала обо всех способах, которыми я могла бы связываться с Парнишкой-Джейми. Он ненавидел, когда я его так называла. Тем больше для этого причин.

Может, я могла бы выскочить и напугать его? Нет. Недостаточно хороший план.

Может быть, я могла бы раздеться догола и понаблюдать за выражением шока на его лице? Ха! Смешок сорвался с моих губ при мысли о выражении его лица. Но я не знала, насколько точно мы были здесь одни. Ллойд, шеф-повар, возможно, сидит сзади, и, хотя мне нравилось баловаться с Джеймсоном, я не хотела делиться своей наготой со всеми подряд.

Я остановилась на интенсивном флирте. Мне нравилось, как он пытался отвернуть меня, и он становился таким злым, когда не мог заставить меня остановиться. Его лицо вспыхивало, а губы поджимались. Я чуть не захлопала в ладоши от головокружения при мысли о том, что увижу его злость.

Прижавшись плечом к дверному косяку, я наблюдала за Джеймсоном, склонившимся над коробкой, и наслаждалась тем, как перекатываются мышцы его спины под облегающей серой футболкой. Джеймсон был сложен как грузовик, ростом шесть футов шесть дюймов (прим. 198 см.).

Я свистнула, давая ему понять, что я здесь.

— Подними-ка эту коробочку, малыш, и напряги мышцы.

Если не считать подергивания плеч, он оставался спокоен. Он медленно встал с коробкой в руках и повернулся, пронзая меня своими полуночно-синими глазами. Издалека они казались почти черными, но я знала глубину их цвета. В тот момент они выглядели раздраженными и скучающими одновременно. Я приподняла бровь и ухмыльнулась в ответ.

Мои действия заставили его закатить глаза, когда он прошел мимо меня, не сказав ни слова, но убедился, что его плечо коснулось моего на выходе. Джеймсон, возможно, был зол на меня, но он не мог отказаться от вызова. Именно это делало общение с ним таким забавным.

Он поставил коробку за дверью поверх остальных и повернулся, чтобы вернуться в комнату. Но прежде чем он успел пройти мимо меня, я нанесла еще один удар.

— О-о-о-о, сильный молчаливый тип. Давай же, Джеймсон, ты знаешь, как сильно это меня заводит.

Он остановился в дверном проеме, заставляя меня прижаться спиной к косяку, пока смотрел на меня сверху вниз. Мне пришлось выгнуть шею, чтобы увидеть его лицо. Мне всегда было интересно, о чем он думал, когда вот так останавливал на мне свой пристальный взгляд. Такой сосредоточенный. За этим скрывалось так много, и меня раздражало, что он мог быть таким спокойным. Я многозначительно приподняла брови и попыталась вернуть его внимание к своему комментарию.

Вместо этого он вернулся в комнату, говоря через плечо.

— Здесь никого нет, Эвелин. Возьми что-нибудь выпить и подожди за нашим обычным столиком.

Я поджала губы из-за его необычной неприветливости. Я была уверена, что он примет вызов.

Но Джеймсон знал, что меня нелегко будет спугнуть. Мы играли в эти игры достаточно долго.

Мои каблуки властно застучали по полу, когда я последовала за ним.

— Итак, мы совсем одни? Прямо мечта сбылась, — промурлыкала я, подходя к нему достаточно близко, чтобы провести пальцами по его плечу. Быстрый подъем и опускание его спины были моим намеком на то, что, возможно, мои прикосновения не так уж и не затронули его, как бы ему хотелось, чтобы я поверила.

Он встал, чтобы убрать мою руку, по пути взглянув на мою грудь. То, как его взгляд задержался на мне, придало мне ощущение победы. Когда я сильнее выпятила грудь, он поднял глаза и покраснел, понимая, что его поймали. Вместо того, чтобы что-то сказать, он продолжал смотреть на меня, ожидая моего следующего хода. Он знал, что я еще не закончила.

Я облизнула губы, привлекая его внимание к своему рту. Я подняла руку к его широкому плечу и медленно провела по его грудным мышцам и рельефному прессу, задаваясь вопросом, как далеко он позволит мне зайти. Смогу ли я пройти весь путь и ощутить, что этот мужчина прячет у себя в штанах? Адреналин покалывал мои конечности при мысли о такой возможности.

Моя рука добралась до пуговицы на его джинсах, прежде чем он почти болезненно сжал мое запястье.

Я вторглась в его личное пространство, позволив своей груди коснуться его живота. Даже на своих пятидюймовых каблуках (прим. 12 см.) я чувствовала себя крошечной по сравнению с ним.

— Будь со мной груб, малыш, — выдохнула я.

— Мне не хочется играть в твои игры, Эвелин. Так что прекрати, — выговорил он своим глубоким баритоном. Тем не менее, он не отошел от меня ни на шаг. Комната была небольшой, но я проскользнула между ним и стеной, и у меня было не так много места, чтобы пошевелиться. У него, однако, было достаточно места, чтобы уйти.

— Давай, Парнишка-Джейми. Я могла бы заставить тебя чувствовать себя намного лучше. — Я использовала прозвище, надеясь, что это снимет его напряжение. Добавила движение своими бедрами к его, чтобы продвинуться еще на шаг вперед.

Очевидно, это стало последней каплей для Джеймсона, потому что следующее, что я помню, это то, что меня прижали к стене позади меня, его руки зарылись в мои волосы, а его губы крепко прижались к моим, густая щетина на его щеках царапала меня. Я была благодарна, что сегодня распустила свои длинные волосы. Если бы не это, я бы пропустила ощущение, как его толстые пальцы тянут меня за них, чтобы запрокинуть мою голову назад и впиться в мои губы.

На мгновение я застыла в шоке от того, что губы Джеймсона прижались к моим. Мы так долго играли в эту игру, что я никогда не думала, что она доведет ее до такого. Я предполагала, что он выйдет из себя, но я никогда не думала, что он, наконец, уступит и поцелует меня вот так. Я справилась с шоком, не зная, как долго это продлится, и стала активной участницей.

Я приоткрыла губы и позволила его языку коснуться моего, поощряя его двигаться дальше. Я хотела, чтобы он почувствовал вкус моего желания. Если ему нужно было что-то, чтобы отвлечься от стресса, который он испытывал из-за Луэллы, тогда я была готов стать этим чем-то.

Луэлла.

Как это повлияет на нашу с ней дружбу? Я колебалась всего мгновение, прежде чем отбросила все мысли в сторону, зная, что наша дружба не изменится, несмотря ни на что. Братаны важнее шлюх и все такое.

Он отстранился, чтобы перевести дыхание, и я потянулась вперед и прикусила его нижнюю губу, успокаивая ее облизыванием, прежде чем снова втянуть в рот. Я так долго смотрела на его полные губы, что хотела воспользоваться возможностью запечатлеть их в памяти и дорожить каждой секундой этого поцелуя. Жар поглотил меня, и потребность распространилась по мне.

Мне нужны были его руки на мне.

Мне нужны были мои руки на нем.

Мне нужно было больше.

Одна рука скользнула под мою юбку и переместилась вверх, чтобы приземлиться на мою голую задницу. Слава Богу, что существуют стринги. Я бы не хотела упустить ощущение его большой, горячей руки на моей коже.

Моя голова откинулась на стену, оставляя шею открытой в качестве приглашения. Мне было трудно сосредоточиться на том, что ощущалось лучше: агрессивный массаж моей задницы, широко раздвигающий меня, или влажные, сердитые поцелуи и укусы в шею. Я всегда задавалась вопросом, что бы я сделала с ним, если бы мне дали шанс, и вот я здесь, в состоянии только держаться за его сильные плечи, пока он насилует мое тело.

Когда его губы опустились к моей ключице и ниже, к вершинам грудей, я поняла, что мне нужно что-то сделать, чтобы заставить его опуститься ниже. Мои руки начали расстегивать пуговицы моей кремовой блузки, но пальцы так сильно дрожали, что я с трудом смогла расстегнуть их.

Он прикусил мягкую ткань моей груди и заставил меня вскрикнуть. Блядь, он был агрессивен. Не желая, чтобы он останавливался, я обхватила ногой его бедро, прижимаясь к нему, позволяя ему получить доступ к моей киске. Он был так близко, я хотела, чтобы он прикоснулся ко мне. Я хотела, чтобы он сорвал с меня трусики и трахнул меня.

— Трахни меня, Джеймсон. Да, — подбодрила я его.

Он переместил свободную руку на другую мою ягодицу и приподнял меня на стену, заставляя обхватить его обеими ногами. Кружево моих трусиков не было преградой против шероховатости его джинсов, и я наслаждалась тем, как они трутся о мой клитор.

— Это то, чего ты хочешь, Эвелин? Чтобы я поддался своему желанию? — прорычал он мне в шею. — Всегда ходишь, покачивая сиськами. Всегда дразнишь меня своими подтянутыми ногами, говоришь, что хочешь, чтобы они обхватили мою талию. Мое лицо.

Я действительно старалась носить топы с глубоким вырезом, когда могла находиться рядом с ним. Мне нравилось, как вспыхивало его лицо, когда он видел, что я наклонилась.

— Даже не думала, что ты заметил, — выдохнула я. Я была удивлена, что вообще могла говорить, когда его рука пробиралась к передней части моих трусиков.

— Ох, Эви. Я всегда замечал. Знаешь, сколько раз я дрочил, увидев тебя в купальнике? Как долго я представлял, как раздвигаю твои длинные ноги и трахаю тебя? Сколько раз я думал, что бы ты сделала, если бы я, наконец, принял все твои предложения?

— Даже не представляю. — Слова едва сорвались с моих приоткрытых губ, когда я тяжело дышала.

— Ну, теперь знаешь. — Его толстые пальцы оттянули мои стринги в сторону и скользнули в мою влагу. — Такая чертовски влажная. Не могу дождаться, когда почувствую тебя вокруг своего члена. Ты этого хочешь?

Черт возьми!

Я не знала, что Джеймсон — замкнутый, задумчивый, контролируемый Джеймсон — был грязным болтуном. Мне это чертовски нравилось. Было похоже будто Рождество, мой день рождения и День благодарения, произошли одновременно.

Лучший. Подарок. Когда-либо.

— Это то, чего я хочу, Парнишка-Джейми, — сказала я, задыхаясь. В какой-то момент в этом сценарии я оказалась сабмиссивом. Но я не была сабмиссивом в сексе (прим. сабмиссив — тот, кто хочет подчиняться).

Он зарычал и грубо ввел в меня два пальца, заставив меня ахнуть от осознания того, что он наполняет меня. Его большой палец растирал мой клитор, пока его пальцы входили и выходили из меня. Он продолжал глубоко вдавливаться и прижимать их к моей точке «G», покусывая верхнюю часть моей груди. Я не удосужилась полностью снять рубашку, и мой лифчик все еще плотно прилегал к груди. Я проклинала барьер между нами, но сосредоточилась на своих ногах, обхвативших его узкую талию, и на том, как он без усилий прижимал меня к стене.

Музыка отошла на задний план, и я могла слышать только звук его пальцев, двигающихся в меня и выходящих из меня. Я откинула голову на стену, пытаясь набрать в легкие побольше воздуха. Я была в нескольких секундах от взрыва, и мне хотелось одновременно взростить оргазм и ускорить его, потому что я хотела почувствовать его.

— О, боже. Джеймсон. Пожалуйста, — умоляла я, отчаянно впиваясь пальцами в его плечи, подталкивая его. Я хотела быть сильной, но была вынуждена умолять мужчину позволить мне кончить на его руку.

— А-а-а-а-а-а-ах.

Из-за двери донесся булькающий звук, заставивший меня вскрикнуть и дернуть головой в сторону шума. Там я увидела свою лучшую подругу и сестру Джеймсона, Луэллу, которая смотрела на нас с выражением ужаса на лице.

Джеймсон вытащил из меня свои пальцы, пробормотав: