Читаем Оттенок ночи онлайн бесплатно

Ронан поднялся со стула.

— Ты мудак, знаешь ли.

— Люди постоянно говорят мне это.

Ронан фыркнул и схватил свою куртку.

— Так мы можем теперь поесть? — спросил Кир. — Я умираю с голода, бл*дь.

Они поднялись на кухню и увидели, что Клэр стоит у кухонного стола с открытой старой книгой в кожаном переплёте и водит пальцем по какому-то слову.

— Но здесь написано te, и я не понимаю.

— Это не мужской и не женский род, — сказала Сайрен.

Клэр нахмурилась, сбитая с толку.

— Кир? — подсказала Мира, ставя на стол кастрюлю с горячим супом. — Ты можешь объяснить te? Я тоже не совсем понимаю. Привет, Ронан.

— Мира.

— Привет, сварливая задница, — поприветствовала его Сайрен.

— Привет, избалованная засранка.

Кир забрал обратно свой виски.

— Ведите себя хорошо, дети. И это местоимение не имеет принадлежности к тому или иному полу. Это изменчиво, потому что гендеры Идайоса и Вимоноса изменчивы. Они являются всецелыми. В них есть как мужской, так и женский пол, и они могут выдвигать любой из них на первый план.

Клэр закрыла книгу.

— Тогда почему я всё время слышу «он»?

Кир пожал плечами.

— Привычка? Влияние человеческих религий на нас?

— Шовинизм? — предположила Сайрен.

— Может, мы уже поедим? Я…

— Умираешь с голода, бл*дь, — раздалось несколько голосов.

Кир плюхнулся на стул.

— Ну, так и есть.

Когда остальные заняли свои места за столом, Кир воспользовался секундой, чтобы насладиться зрелищем и постараться не думать о тех, кого здесь не хватало.

Глава 29

Исандра помедлила у двери комнаты Риса. Как и многие другие, он пришёл в «Ластеру», потому что это заведение было отдельным от всего остального в его жизни. В отличие от многих других, он не всегда приходил сюда за сексом. Иногда он приходил сюда, чтобы побыть одному.

Сейчас он был один. Он появился на рассвете, рассеянно поздоровался с ней и Миссой, прежде чем исчезнуть в комнате, которую Исандра выделила для него.

Хотя она и не хотела его беспокоить, ей нужно было поговорить с ним о Луке. Ей нужно знать, что происходит. Лука несколько раз писал ей сообщения, чтобы узнать, как она, но отмахивался от её осторожных расспросов. Дело в том, что… ей было неудобно выпытывать у него ответы. У неё не было на это права. Она потеряла данное право, когда не смогла защитить его от отца.

Она не стала стучать в дверь Риса, просто на случай, если он спит. Она тихо позвала:

— Рис? Ты не спишь? Это Исандра.

Звук его шагов не удивил её. Обеспокоенное выражение его лица, когда он только пришёл, и тот факт, что он был один… Он не всегда хорошо спал.

Дверь открылась. На Рисе были только чёрные спортивные штаны, и его обнажённый, рельефный торс блестел от пота.

Он был красивым мужчиной, с идеальным телосложением и великолепным лицом. Но Исандра знала, что это не всегда было благом. Её собственный сын был сногсшибательно красив, и в детстве он был красивым мальчиком, и некоторые мужчины, в том числе и плохие, заглядывались на него. По крайней мере, она защитила его от этого.

— Привет, — сказал Рис. — Это вино?

Она подняла бутылку рислинга.

— Ты ведь говорил, что это вполне сносное вино? — Рис не был любителем вина, но иногда выпивал с ней по бокалу.

Уголок его губ дёрнулся, и он широко распахнул дверь, отступая назад.

— С этим я могу смириться.

Исандра прошла в гостиную и поставила вино и бокалы на низкий столик, стоявший перед диваном.

— Ах, тебе не обязательно сидеть на полу, — запротестовал Рис, когда она устроилась на коврике.

Она отмахнулась от него. Ей не хотелось давить на него.

Но, конечно, Рис отказался сидеть на диване, когда она села на пол. Он устроился на коврике по диагонали от неё. Он согнул ноги в коленях, свесив с них одну руку. Поза выглядела небрежной, но Исандра расценила её как попытку самозащиты. Вероятно, он даже не осознавал, что делает.

Лука ненавидел, когда Рис проводил так много времени в «Ластере», всегда называя это вредным для здоровья, но Исандра знала правду: это было безопасное место для мужчины, который не всегда был в безопасных местах. Это место, где он мог принимать решения о том, чего он хотел и что ему нравилось, где он мог контролировать свой опыт.

Исандра гордилась тем, что создала такое пространство. Рис не единственный из её знакомых, кому нужна была такая вещь.

Но она понимала — или, по крайней мере, могла догадаться — почему Луке не нравилось это место. Он всегда говорил, что это не дом. У него никогда не было дома. Он вырос в другом борделе, который был местом для жизни, но не домом… и его забрали оттуда. Для Луки идея дома была фарсом.

Исандра разлила вино по бокалам и подвинула один из них к Рису.

Он поиграл с ножкой.

— Так вот… я, возможно, побуду здесь ещё немного. Какое-то время, я думаю.

— Тебе здесь всегда рады, Рис.

Он расслабился, явно обрадовавшись, что от него не требуют объяснений. Дело не в том, что Исандре не было любопытно или что ей всё равно; скорее, это не входило в её роль по отношению к нему. Всё, что ему нужно от неё — это просто быть принятым.