Читаем Осколки онлайн бесплатно

1

Маруся. Москва.

Я иду босиком по заросшей дикой травой тропинке. Прохладные стебельки приятно щекочут ступни. Пахнет детством в деревне. В душе ощущение, что на пригорке вот-вот появится бабушка в цветастом хлопковом халате с большими накладными карманами, в которых чудом всегда отыскиваются леденцы “барбариски”. Она, приложив ладони к губам на манер рупора, позовет пить тёплое молоко со свежеиспеченным хрустящим хлебом. Дышать так легко. Абсолютно точно знаю, впереди ждет что-то очень хорошее.

Внимание привлекает движение в низине. Прищуриваюсь, чтобы как следует рассмотреть. Сердце на мгновение замирает, а потом пускается в пляс: на старом бревенчатом мостике, соединяющем противоположные берега мелкой речушки, сидит Он, так по-детски свесив ступни в воду. Вот она та радость, то абсолютное ощущение счастья, которое просыпалось в груди пару мгновений назад. Теперь я уже не просто иду, а несусь, лечу на всех парах, обгоняя даже ветер.

Как всегда Он сразу же замечает моё присутствие, улыбнувшись в ответ. Бег, точнее полёт такой стремительный, что остановиться получается только у самой кромки воды. Слегка перевожу дух, не от того что устала, а от бури чувств, захлестывающей при каждой нашей встрече. Забираюсь на мостик, очень осторожно сажусь рядом, также опуская ноги в тёплую воду.

Наши руки совсем близко. Если приглядеться, можно увидеть, как их связывает тоненькая золотая ниточка, протянувшаяся от моего запястья к его. Ниточка вела меня сюда, она всегда приводит к нему, где бы Он ни был.

Так хочется обнять его, прижаться каждой клеточкой своего тела, глубоко вдохнуть родной запах, ощутить приятно пьянящее тепло. Хочется, чтобы Он обнял в ответ, я бы стала маленькой пушинкой в его руках, здесь и сейчас. Ловлю хитрый как у лисы взгляд, понимаю, Он чувствует то же самое.

Где-то в глубине серых глаз притаилась тоска. Мы находим друг друга всегда, и мы навсегда разлучены судьбой. Всё что у меня осталось, это лишь его улыбка и золотая ниточка.

Если я попытаюсь, даже легонько, к нему прикоснутся, Он исчезнет, растает дымкой на ветру.

Вдалеке догорает закат. Мы сидим рядом, молча смотрим как засыпает солнце.

Когда оранжевый шар полностью прячется за горизонтом, тихонько шепчу:

– Я люблю тебя…

Он улыбается, а сердце вновь замирает. Он нежно смотрит на меня и ласково говорит:

– Маленькая, просыпайся…

Я проснулась как всегда за пять минут до будильника. Рядом смешно надув пухлые розовые губки сопел Мишка. Этот пока ещё крохотный человек занял добрую часть кровати, раскинув ручки в стороны, водрузив одну ногу меня, а вторую на престарелого, но довольно массивного рыжего кота Филю. Осторожно выбравшись из хитроумной ловушки, чтобы ненароком не разбудить сладко спящего сына, шатаясь спросонья из стороны в сторону, я медленно побрела на кухню. Филя недовольно приоткрыл левый глаз, предостерегающе махнув мне хвостом, лизнул Мишкину и ладошку остался стеречь сон своего маленького человека.

Впереди очередной бой со старой кофеваркой, которая любит своевольничать, и не даёт раскрутить свой корпус, чтобы засыпать молотый кофе залить воду.

Хмуро пригрозив поменять старую посудину на современную кофемашину, я стиснула изо всех сил металлическое тельце маленькой упрямой кофеварки. Кофеварка, противно пискнув, наигранно нехотя поддалась моим мольбам.

– Спасибо кофейным богам за день благословленный на удачу, – довольно буркнула себе под нос.

После чего тщательно собрала вчерашнюю гущу в специальный контейнер, который завела моя старшая сестра Даша. Она потом приготовит из остатков кофе скраб или какую-нибудь питательную маску.

Дарья никогда ничего не выбрасывает просто так, сестрёнка может во что угодно вдохнуть вторую жизнь. Даже в меня. Где-то внутри, под лопаткой проснулось противное, ноющее чувство стыда, за то что близким пришлось из-за меня пережить.

Но я вовремя вспомнила, что в холодильнике припрятаны два эклера со сливочным кремом и шоколадной глазурью, которые мы с Мишкой раздобыли вчера в небольшой кондитерской неподалеку от дома. Один эклер мне, а второй для нашей няни – Анны Павловны или просто Нюши, как мы ласково её называем. Нюша – подарок судьбы, драгоценное сокровище без которого весь наш зыбкий быт давно бы уже развалился. Даже не знаю кто больше её подопечный: я или мой полуторагодовалый сын.

Даша познакомилась с Нюшей немногим больше года назад, гуляя с Мишкой в парке. Они мгновенно подружились. А вскоре и я буквально с первого взгляда влюбилась в эту невероятную женщину. Наша будущая няня стройная высокая, подтянутая, предстала впервые передо мной в стильных узких джинсах, нарочито неаккуратно обрезанных выше щиколоток, ярко красных лаковых лоферах, широкой фланелевой чуть заправленной рубашке, с копной идеально гладких длинных и абсолютно белых как снег волос, похожая скорее на модель, нежели на женщину пенсионного возраста. И я даже подумала, что это одна из бывших Дашкиных сокурсниц, какая-нибудь очередная художница или дизайнер.

В двери тихонько щелкнул замок, мой подарок судьбы предстал во всей красе.

– М-м-м… нас сегодня ждёт хороший день! – вдыхая бодрящий аромат свежесваренного кофе, протянула няня.

– Нюшенька, доброе утро! Ага, хороший знак, – зевая пробормотала я.

– Всё, беги в душ, я уже на посту!

– Так точно мой генерал! Есть приступить к выполнению боевого задания! – отрапортовала я.

Муж Нюши полковник в отставке.

Тёплые струи воды окончательно выдернули меня из сладкой дремоты и приятных воспоминаний о ночных грёзах. Наступил новый день, а значит, я сделала ещё один шаг вперёд. В голове звонко пронеслось бодрое и такое бесячее “Только вперед, Маленькая!”, мысленно пробубнила ему в ответ “да, иду я, иду!”.

Тщательно высушила волосы, они мгновенно завились в упругие кудряшки. Сейчас с ними легче управляться. Давным-давно, в той самой прошлой жизни у меня были длинные, почти по пояс, золотистые локоны.

Через неделю после “Тёмного дня” я под корень остригла их кухонными ножницами. Тем самым избавившись от жестокого напоминания об утрате. После чего отключилась прямо на полу в ванной среди кучи того, что некогда было моей шевелюрой. Без волос, без желания жить. Золотистые локоны так напоминали Его. У нас был абсолютно идентичный цвет волос и кудри. Мы с лёгкостью могли сойти за брата и сестру. Бедной Дашке потом пришлось обрить меня почти налысо, оставив только небольшой ёжик, чтобы как-то выровнять ситуацию.

Волосы отрастали плохо, мой организм даже в этом отчаянно сопротивлялся, он отрицал саму жизнь в любых её проявлениях. Когда, наконец, появился первый прогресс, мы с удивлением обнаружили, что я превратилась в шатенку. Теперь только небольшие пряди у лба чуть отдавали знакомой золотинкой.

А сейчас я ношу каштановый «боб» достающий по плечи, упрямо выпрямляю непослушные кудри и не имею абсолютно ничего общего с той некогда привлекательной, жизнерадостной, мягкой и улыбчивой девушкой, которой была пять лет назад. Она ушла окончательно и бесповоротно.

Теперь человек в зеркале похож скорее на нескладного угрюмого подростка, болтающегося даже в самых узких джинсах, а не на взрослую женщину тридцати трёх лет.

Ещё с вечера приготовила новенький синий брючный костюм. Мой любимый цвет. Мне кажется, если любовь окрашена красным, то надежда имеет именно синий оттенок. Надела свободный пиджак, укороченные брюки и широкую белую рубашку с воротником стойкой, нужно создать хотя бы иллюзию объема и вещественности.

Сегодня великий день, под кодовым названием «Возвращение Джедая». Ещё один шаг, просто ШАЖИЩЕ, мой первый выход на работу, в офисе кишащим незнакомыми людьми, после возвращения в реальность.

Год после “Тёмного дня” я не помню совсем. Только редкие обрывки сновидений, так словно всё это время пролежала в коме. Потом благодаря семье научилась различать голоса, а после и выполнять простые действия. Стала похожа на живое существо.

Погрузившись в свои мысли, не заметила как собралась. Нюша заставила воспользоваться тональным кремом и румянами, она настаивала на яркой помаде, но я отстояла свой любимый прозрачный блеск для губ.

– У меня для тебя подарок, – хитро улыбнулась моя прекрасная няня и вытащила из-за спины коробку с красным бантом.

В коробке прятались новенькие белые «броги» на толстой подошве. Такие брутальные, но вместе с этим делающие меня ещё более хрупкой.

– Нюшенька, они просто нереальные!

– Это чтобы тебя ветром не сдуло! – расхохоталась злодейка, – к каблукам ты ещё не готова, но моя крошка будет самой стильной в этом здании, – пропела она и расцеловала меня в щеки, – Удачи!

Крепко обняв свою покровительницу няню, сделав пару глубоких вдохов, я вышла с гордо поднятой головой навстречу новому дню.

2

Маруся. Москва

На парковке во дворе дома покорно ждал старенький хэтчбек. Моя самая первая машина. Мы купили его с Дашкой вскладчину, когда вместе же получили водительские права. У Дашки уже давным-давно сменилось не менее пяти авто, я же так и не смогла отдать его в чужие руки. Оставила старика просто доживать свой век в гараже. А теперь, он стал для меня настоящим якорем, что напоминает о той девушке, которой я была в прошлой жизни, до всего этого, до «Тёмного дня», до Сашки.

Хэтчбек встретил свою хозяйку по-отечески ласково зарычав двигателем.

Офис располагался недалеко от дома, всего в получасе езды. Из-за чего у меня почти не было времени морально подготовиться.

Припарковавшись на служебной стоянке, специально подальше от входа, чтобы выкроить мгновение перед неизбежностью, закрыла глаза, попыталась вытряхнуть все навязчивые мысли. Прошептала:

– Пути назад нет…

Вышла из машины. Контрольный раз встряхнула каштановой копной и двинулась навстречу своим призракам.

Такое знакомое здание, но теперь от чего-то совершенно чужое и холодное. Сколько воды утекло. Я долго сопротивлялась возвращению сюда, но в моём, довольно сложном случае это оказалось единственно возможным вариантом. Очередной ступенью к возвращению себя.

Собрав всю храбрость в кулак, вошла в современное здание, залитое светом и наполненное воздухом.

В желудке противно ныло от волнения. А что если кто-то меня узнает? Справлюсь ли я с вопросами, смогу ли нормально дышать, вдруг снова накроет паника? Бормоча про себя “только вперёд!”, вошла в лифт и нажала кнопку номер шесть.

В приемной мне официально-приветливо улыбнулась сногсшибательная брюнетка:

– Мария Иванова? – уточнила она.

– Да, я на собеседование к Максиму Андреевичу!

– Он скоро будет, присядьте, – вежливо кивнула на кожаные кресла брюнетка.

Но моё внимание отвлекла золотая табличка на знакомой двери “Александр Земцов Генеральный директор”. Я неосознанно двинулась навстречу золотому отблеску. Пять лет прошло, неужели табличку до сих пор не сняли?

Мы познакомились с Сашкой – Александром Михайловичем Земцовым, когда я училась на четвертом курсе по специальности «Прикладная математика и информатика». Он вёл у нашей группы курс лекций по современным корпоративным информационным системам и был старше на девять лет. Как водится в классических историях любви, мы естественно невзлюбили друг друга с первого взгляда, с самого первого занятия. Он злобно “шикал” стоило мне хотя бы на секунду отвлечься. Закатывал глаза, когда я задавала как он говорил “глупейшие вопросы”. Подтрунивал надо мной, ругал мой программный код, заставлял по многу раз переписывать даже самые простые приложения, придираясь к малейшим ошибкам. При этом все остальные студенты, в том числе и мои одногруппники его обожали. Особенно женская половина курса. Девушки не давали ему прохода, откровенно заигрывая, да что там студентки, даже женская часть кафедры. И только я оказалась козлом отпущения.

В конце года мне пришлось приходить на пересдачу зачета четыре раза. В то время как самые отсталые слои факультета уже успешно получили свои отметки. Пытая меня в четвёртый раз, когда в аудитории, да и по-моему во всём корпусе, не осталось совсем никого, он хитро улыбнулся в стиле Чеширского кота, и снисходительно расписался в моей зачетке. А когда я хотела забрать её сказал:

– Я несказанно счастлив, что вы Мария, больше не будете в числе моих студентов!