Читаем Олигарх (СИ) онлайн бесплатно

- Олигарх -

(Рассказ)

- Деньги в жизни не главное -

Лето.

На небе ни облачка.

Жарко.

Даже в кабинете чувствуется духота, несмотря на кондиционер.

- Эх, сейчас бы искупаться да позагорать, а не сидеть тут, - подумал Иван Михайлович. - Но расслабляться нельзя, какой пример для подчинённых, если начальство раньше времени будет с работы уходить.

Во время этих размышлений зазвонил на столе телефон. Кого это приспичило в конце дня звонить? Он нехотя снял трубку, сказал:

- Скворцов слушает.

На другом конце связи знакомый мужской с хрипотцой голос спросил:

- Это ты, Иван Михайлович? Привет.

- А, Александр Александрович, здравствуй. Как дела? Что-то давно не звонил, последний раз мы с тобой разговаривали недели две назад.

Проблемы или просто так поболтать?

- Слушай, Иван Михайлович, как насчёт рыбалки, сегодня с ночёвкой, не получится организовать? Завтра же у нас суббота.

- Ты, Александр Александрович, прямо мои мысли читаешь. Я только сейчас про речку думал, а тут как раз ты звонишь.

- Так что, организуем?

- Да не вопрос. Если до конца дня всё будет спокойно,

я тебе позвоню. Только поедем на моей машине, ты свою "Ниву" не бери, чего зря бензин жечь. Уговорил?

- Хорошо, против начальства не попрёшь. Только ты купи наживку: опарыша, червей, а то я совсем на мели, сам знаешь, пенсия будет только через неделю.

- Не беспокойся, Александр Александрович, уже всё давно приготовлено и лежит в холодильнике. Как закончу, сразу домой - переодеваться. Жди звонка, Александрович.

Через час он заехал за своим старым другом, с которым уже почти десять лет не расставался. Именно такой настоящей мужской, ненавязчивой, несмотря на разницу в возрасте, дружбой они связаны.

С ним, его дорогим Александром Александровичем или Санычем, а когда они вдвоём, просто Дедом, как часто называл своего друга, он полностью расслаблялся. Уходили все заботы, на какой-то момент он вдруг становился подростком, во всём подчиняясь и подражая своему старшему товарищу. Можно быть самим собой, не надо подстраиваться, тем более что немногословный Саныч всё прекрасно понимал без слов. И только его пронзительно-синие глаза за толстыми стёклами очков то темнели осуждающе, то излучали такой блеск и тепло, что душа начинала петь и окружающий мир вдруг становился светлее и добрее.

- Ну, Дед, говори, куда кони двинем?

- Да, вот думаю - может, на наше место: под старый мост, там плотву можно половить на перекате, а в омутах и более серьёзная рыбка есть. Если не возражаешь, то давай, Михалыч, двигай под старый мост.

- Понял, Дед, едем.

Через полтора часа прибыли на речку, начали распаковывать всё, что приготовили: провизию, палатку. Достали снасти.

- Ты давай, Михалыч, ставь палатку и разожги костерок, а я пойду с удочкой, осмотрюсь, где лучше всего провести вечернюю зорьку да поставить перемёты на ночь.

- Слушаюсь, Дед!

- Дай-ко, Михалыч, мне немного червячков, да и "опарышей" отсыпь вот сюда.

Саныч достал из кармана баночку из-под каких-то таблеток, отвинтил крышку и протянул её Михалычу. Тот взял баночку в левую руку, а другой начал шарить по многочисленным карманам своего рыбацкого костюма. И тут вспомнил, что забыл взять наживку из холодильника. Его бросило в жар, пот выступил на лбу.

- Что случилось, Михалыч? - встревожился Саныч.

Понимаешь, оказия какая, забыл взять наживку.

- Ну вот, - огорчённо вздохнул Саныч, - плохая примета, видимо, сегодня хорошей рыбалки у нас не будет.

Он посмотрел на огорчённое лицо своего друга, потом тихонько толкнул его плечом: - Да не расстраивайся ты так, давай спокойно съезди в город за наживкой, время ещё есть. Если сегодня не получится, то завтра обязательно улов будет хороший, на это тоже есть хорошая примета.

Глаза его заискрились знакомой хитринкой.

- Я с хлебушком попробую порыбачить, а пока ездишь и ужин приготовлю.

Чертыхнувшись за свою оплошность, Иван Михайлович завёл автомобиль. Проезжая по трассе очередную деревню, заметил стоящую около деревенского магазина очень крутую иномарку "Хаммер" необычно белого цвета. Около неё возился человек в светло-коричневом костюме, белой рубашке и ярко-красном галстуке.

- Ну да, только при таком параде и возиться с машиной, видимо, в другой форме ремонт явно не получится, - с ехидцей подумал Иван Михайлович.

Надо посмотреть на этого крутого водителя, - решив остановиться, подумал он, - да и в магазин зайти, может, что-нибудь из продуктов подберу.

Заглушив машину, подошёл к "Хаммеру". Человек у машины пытался подставить домкрат, при этом сразу было понятно, что длины выхода упора домкрата не хватит без подкладки под его основание толстой плахи или бруса, а вблизи ни того, ни другого не наблюдалось. Когда человек это понял, то с остервенением отбросил в сторону домкрат и разогнулся.

Внимательно посмотрев на владельца дорогой иномарки, Иван Михайлович поймал себя на мысли, что тот очень похож на его друга детства Сашу Иванова, с которым, как говорят, прошли огонь, воду, медные трубы и даже вместе окончили один университет. Правда, у того были вьющиеся светлые волосы, а у этого лысина во всю голову, рыжие усики и борода с бакенбардами.

Тот также молча очень внимательно его разглядывал и почему-то улыбался.

- Извините, - нарушил молчание Иван Михайлович, - вас, случайно, не Александром зовут?

- А вас, случайно, не Иваном? - последовал встречный вопрос. - Как, Сашка это ты! - воскликнул Михалыч. С первого взгляда тебя не узнал: усы, борода.

- Да, я это я, Ваня.

- Эх ты, чертяга, дружок ты мой закадычный.

Он первый подошёл к Ивану, протянул руку. Друзья обнялись.

- Постарел ты, Саня, - отметил Иван .

- Ты хотел сказать - полысел и одновременно зарос.

- Ну, в общем, как-то так.

- Да и ты тоже потёртый жизнью, Ваня. Сколько же мы с тобой не виделись?

- Сейчас прикинем. Так, в 1985 мы закончили учёбу, сейчас на дворе 2010, получается - 25 лет. Целая вечность, поколение людей успело вырасти.

- Стоп. А ты почему, Ваня, мне ни разу не позвонил? В отличие от тебя я звонил, даже два раза. Кажется, в 1987 и 1990 годах.

- Это помню, ты тогда сказал, что решил заняться бизнесом и предлагал объединить наши усилия, а я отказался.

- А почему, Ваня, ты отказался, не сказал.

- Понимаешь, Саня, бизнес - это не моё, а сейчас через двадцать лет в этом окончательно убедился. Я инженер до мозга костей, люблю что-то создавать, работать с людьми.

- Ну, а сейчас ты кем, Ваня, вернее, Иван Михайлович, работаешь, каких высот достиг?

- Работаю на государственном предприятии по выпуску оборудования для

нефтяников и газовиков - директором, руковожу коллективом в тысячу человек.

- Здорово, Ваня.

Про меня ты уже знаешь, но не всё: занимаюсь бизнесом, живу в Москве, своя фирма, филиалы в России, Германии, Франции и трёх странах нашего ближнего зарубежья. Живу хорошо, ни в чём себе не отказываю. У меня две квартиры в Москве, две в Санкт - Петербурге, во всех странах, где у меня есть бизнес, имею либо квартиры, либо дома, чтобы не таскаться по гостиницам. Вот так, Ваня, всё это дал мне мой бизнес, от которого ты отказался.

- Ну, Александр, ты прямо как Рокфеллер и как вас теперь называть?

Для тебя, Ваня, моего друга детства, я всегда останусь Саней, как бы меня там ни величали.

- А чего ты здесь-то, у нас оказался, за каким, прости, Господи, ладаном тебя в наши нищенские края занесло или на родину потянуло?

- Ну так, Ваня, получилось, я тебе чуть попозже расскажу, не торопи меня.

Лучше помоги мне, пожалуйста, колесо поменять. Понимаешь, решил ехать сам, без водителя, а тут прокол. Час бьюсь и никак.

Когда управились с колесом, он вдруг спросил:

- Ваня, а ты сейчас куда едешь?

- Понимаешь, мы с товарищем решили сегодня на рыбалку с ночёвкой. Приехали на берег, а на крючок насаживать нечего: я наживку дома забыл, вот еду в город за ней, родимой.

Ваня, а меня с собой не возьмёшь?

- В смысле, в город?

- Нет, рыбу удить. Ты не бойся, у меня всё есть. Я в Англии купил: костюм, удочку, различные блёсны, так, на всякий случай. Возьми, Ваня, я вам не помешаю, прошу тебя, возьми.

Первый раз в жизни видел Иван своего друга таким растерянным. Он всегда завидовал Саше, его независимости, умению дать сдачи при случае, упорству, настойчивости в достижении поставленной цели и никогда не размениваться по мелочам. В школе, а потом в университете Саша всегда был среди первых, все преподаватели пророчили ему карьеру учёного или, по крайней мере, преподавателя. А он ушёл в бизнес и там почти с нуля добился за 15 лет таких высот, чего не смогли многие другие, имеющие достаточный капитал и влияние.

Иногда до него доходили слухи о кипучей деятельности друга не только как бизнесмена. Несколько раз упоминалась его фамилия в новостях, как о начинающем общественном деятеле. Но сейчас он был явно чем-то подавлен, хотя, как всегда, держался уверенно.

- Саня, у тебя всё нормально? Я думаю, ты не случайно здесь оказался, только не говори, что заскучал по родимым местам. Иван внимательно всмотрелся в лицо друга. Саша сразу как- то сник, плечи его опустились, а огонёк, горевший в момент их встречи в глазах, вдруг погас. Как будто человека, который стоит на этом месте, подменили, от той первоначальной уверенности и энергичности не осталось и следа.

- Саня, то, что говорил сейчас про бизнес и квартиры - это неправда?

- Нет, Ваня, правда.

- А что тогда?

- Тут другое. Не знаю, как тебе сказать.

Он с трудом начал говорить, постоянно останавливаясь и подбирая слова.

- Понимаешь... у меня была семья, Ваня. Хорошая дружная семья - любимая жена и сын. Всё было хорошо. Мой Игорёк с отличием закончил тот же университет, что и мы с тобой, работал руководителем в одном из наших филиалов. А три года назад во время тренировочного полёта на своём самолёте он не справился с управлением и разбился насмерть. Жена очень сильно переживала. На этом фоне у неё развился рак мозга. Я её возил по всем, самым престижным клиникам мира, потратил кучу денег, но вылечить не смогли. В прошлом году её не стало. Еле выжил после этого, даже пить начал. Но судьба, видимо, решила меня окончательно добить.

Ты ведь знаешь - мои родители очень рано умерли, меня вырастила бездетная тётя Галя - старшая сестра отца. Так вот, четыре дня назад и её похоронил.

Сейчас у меня ни одного родного человека на всём белом свете.

После всего, Ваня, у меня внутри что-то оборвалось, как будто весь воздух вышел, я не чувствую опоры. И как назло начались проблемы за границей с одним из филиалов.

Надо быть там, а я не могу, не могу сейчас, понимаешь, не могу!! В любой работе, а в нашей особенно, Иван, не любят слабых. Если почувствуют, что сдаёшь, съедят не свои, так конкуренты. А у меня, чувствую, лимит прочности исчерпался. Со своим горем справиться не могу и помочь мне некому. Там, в таком состоянии я никому не нужен, подчинённые должны видеть во мне сильного уверенного человека, иначе всё развалится.

Он отвернулся. Ваня видел, как из последних сил Александр сдерживался и только благодаря огромной природной воле, упорству это ему удалось. Немного успокоившись, он повернулся и продолжил:

- Честно отвечу на твой вопрос, почему я оказался в наших родных краях. Ваня, я тебя искал, родней человека у меня нет. Понимаешь, жить не хочется. Да, всё есть, денег куча, даже, наверное, целая гора, а для кого и для чего? Если ни спереди, ни сзади ни одного родного человека нет и уже никогда, наверное, не будет. Мне нынче летом исполнится пятьдесят лет, почти совсем старик. Жизнь активная, можно сказать, закончилась. Как же мне тошно, если бы ты знал. Ну почему это всё со мной, почему так жестоко жизнь меня наказывает, за что? Прости меня, Ваня. Тебе, наверное, противно меня слушать... Но поговорил с тобой и мне, ты знаешь, стало гораздо легче, не так стало давить внутри. Вот, я всё сказал, ещё раз прости за то, что нагрузил тебя своими заботами.

- Не надо, Саня, так говорить, очень хорошо, что ты приехал. Мы с тобой как братья, всегда помогали друг другу и когда были совсем маленькие, и потом в более взрослой жизни. Помню, как ты меня защищал от старших ребят, как помогал потом по учёбе, как заставил меня учиться, когда я хотел бросить университет. Я думаю, Саня, прорвёмся, всё образуется.

- Ладно, Ваня, ты прав, хватит нюни распускать, надо ехать, дела делать, на работе всё пройдёт. Вот увидел тебя, поговорили, давай прощаться, поеду.

Он обнял Ивана и со словами: - Будь здоров, дружок ты мой дорогой, и звони,

не забывай - пошёл к машине.

- Стоп. А на рыбалку с нами разве не поедешь?

Александр остановился и растерянно посмотрел на Ивана.

- Сейчас уже и не знаю.

- Саня, время у тебя сейчас свободное есть? Мы ведь собрались с ночёвкой.

-Да вагон у меня времени. В крайнем случае, имеется телефон со спутниковой связью, берёт из любой точки мира, даже там, где вообще никакой связи нет.

- Так что решил, Саня?

- Думаю, что за день-два ничего страшного не случится, как считаешь, Ваня?

- Полагаю, что и за три дня фирма твоя сразу не развалится.

- Саня, для справки: между прочим, там, где будем рыбачить, ни один сотовый не берёт.

- Этот телефон где угодно возьмёт.

- Посмотрим.

Ну что,Саня, едем, но сначала в город.

- Едем, Ваня.

- Только давай поедем на моём "Хаммере", чего две-то гонять. А твоя пусть пока постоит, когда поедем обратно из города, заберём и на берег.

Когда Иван, вернувшись из дома с наживкой, сел в машину, Саша спросил:

- Слушай, а вы всё для рыбалки взяли: поесть, выпить.

- Да там у нас много припасено, чай, не первый раз едем.

- Но вы рассчитывали на двоих, а сейчас надо на троих. Давай заедем, где у вас тут самый шикарный продовольственный магазин. Зайдя в супермаркет, он направился не к прилавкам, куда обычно идут все покупатели, а в подсобку, спросив предварительно у продавца:

- Где у вас находится начальство?

Через полчаса около его машины стояли 2 работника супермаркета с четырьмя большими коробками, которые едва уместились в багажнике вместительного "Хаммера".

- Саня, ты что, решил весь магазин скупить?

- Ваня, здесь всё необходимое и в основном то, чего нет на витрине.

- Это что, как раньше: из-под прилавка или по блату.

- Нет, Ваня, скорее всё самое свежее и качественное.

На берегу его уже заждался Саныч. По мере приближения машин лицо его становилось всё пасмурнее. Он понял, что на сегодняшнем уединении с Михалычем можно будет поставить крест. Машины остановились.