Читаем Огненный Зверь онлайн бесплатно

Будильник верещал вот уже полчаса.

Надо вставать… Вставать…

Мысли путались, а мой организм отказывался просыпаться. Наконец, одна мысль все же приобрела форму: "Еще десять минут, и я опоздаю на работу". Она меня отрезвила, и я все-таки заставила себя открыть глаза, протянула руку и выключила будильник.

— Ненавижу… — простонала я, и рывком села на кровати.

Часы на прикроватной тумбочке показывали 7:30, а, чтобы все успеть, я должна была встать ровно в семь.

— Ч-черт-т! — я выругалась и вскочила с постели.

Еще один безумный день моей скучной жизни.

Я галопом понеслась в ванную, включила холодную воду и забралась под ледяной душ в надежде, что это поможет избавиться от сонливости. Я жадно подставляла лицо под холодные струи, радуясь, что это подействовало, я проснулась!

Я выбралась из ванны и побежала на кухню, налила себе огромную кружку черного кофе, кинула туда льда, чтобы остудить, и выпила все залпом. Все, теперь можно было собираться.

Так вот уже четыре года начинался каждый день моей однообразной жизни. Ну, конечно, были еще и выходные, которые я неизменно проводила дома в обнимку с книгой.

Мои подруги давно уже от меня отстали, поняв, что звать меня в клубы и всевозможные тусовки бесполезно, и ограничили свое общение со мной редкими звонками. Признаюсь, иногда я скучала, но даже одиночество не могло вытащить меня из водоворота "работа-дом-работа", в который погрузилась моя жизнь.

Я с детства была нелюдима, лет до пятнадцати у меня вообще не было друзей, книги, домашние задания, семья. В старших классах школы я сделала над собой усилие, став "как все". Но на самом деле, ни шумные сборища, ни возлияние алкоголем, которые так популярны в возрасте восемнадцати-двадцати лет, никогда не были мне действительно интересны.

Моего запала, чтобы быть "как все", хватило до конца студенческих лет. А, получив диплом, я вдруг поняла, что мне все это не нужно. Я обнаружила себя дипломированным преподавателем русского языка, то есть представителем вымирающей и давно невостребованной профессии, я встречалась с парнем, единственным интересом которого было вечернее пиво и посиделки с такими же нетрезвыми друзьями. День, когда я застукала его в постели с девицей с красными губищами и накладными ресницами, стал для меня поворотным. Как мне казалось тогда, я начала новую жизнь.

Но надежды на прекрасное и светлое будущее не оправдались, едва я занялась поисками работы. Одному богу известно, почему я пошла учиться на преподавателя. Я и сама не могла себе ответить, почему меня туда понесло. Суровая реальность не заставила себя долго ждать после окончания университета. Мои родители, чтобы оплатить мое обучение, перебрались из города в сельскую местность и сами еле сводили концы с концами, на материальную помощь от них рассчитывать не приходилось. Во время учебы я жила в общежитии, теперь же я столкнулась с тем, что мне нужно где-то жить, а снимать квартиру на зарплату преподавателя было не то что сложно, а просто невозможно.

Долгие поиски работы завели меня в частную строительную фирму, где меня взяли работать секретарем. Работа была однообразная и неинтересная, директор редкостный подонок, но платили там прилично. И вот уже четыре года я работала именно там, периодически стряхивая со своих ушей лапшу по поводу скорого повышения.

Второпях натягивая на себя капроновые колготки, я вдруг ужаснулась, во что превратилась моя жизнь. Каждое утро начиналась с ожидания вечера, когда я все же смогу вырваться с работы и поспать. У всех моих подруг уже были семьи, и большинства дети. Я же в свои двадцать шесть могла лишь похвастаться тем, что я хорошо справляюсь со своей работой.

— А ну не ныть! — сказала я сама себе вслух. Нужно было бежать, поплакать в подушку можно будет после работы.

В прихожей я быстро пробежала щеткой по своим волосам, наскоро завязала их в пучок, схватила с трюмо ключи от машины и выбежала из квартиры, с грустью отметив, что синяки под глазами не смог спрятать даже дорогой тональный крем.

Когда я появилась на работе за пять минут до начала рабочего дня, наш директор, Лосев Олег Семенович уже рвал и метал.

— Люся! — заорал он, едва я появилась на пороге. — Дел по горло, а ты шляешься!

Я с силой прикусила нижнюю губу, чтобы не ответить так, как мне на самом деле хотелось. Наверное, я его даже ненавидела, кругленький маленький человечек с глазками-пуговками, болеющий манией величия. Сейчас его большие ноздри раздувались как у быка перед тореадором.

Родители наградили меня необычным и совсем не русским именем — Изольда. После долгих мытарств и издевательств в школе, я все же к нему привыкла, и порой оно мне даже нравилось. Но мне точно не нравилось, что мой начальник непременно звал меня Люсей. Однако за все годы работы у него мне так и не удалось переломить эту привычку.

— Простите, Олег Семенович, — выдавила я из себя, до боли вдавив ногти в ладонь.

— То-то же, — он довольно ухмыльнулся, радуясь моей покладистости. — Закажи мне билеты в Рим на завтрашний рейс, бизнес-класс! — выкрикнул Лосев, уже торопясь в свой кабинет.

Когда дверь за ним захлопнулась, я позволила себе выдохнуть и разжать кулаки. В Рим, так в Рим.

Я села за свой рабочий стол, включила компьютер и телефон, сразу же набрала номер авиакомпании и заказала билет. Я ненавидела привычку начальства все решать в последний момент.

Как я и предполагала, не прошло и десяти минут, как раздался звонок по внутренней связи из кабинета директора.

— Слушаю вас, Олег Семенович.

— Люся! Ты заказала мне билет в Рим?! — раздался в ответ гневный бас.

— Да, Олег Семенович, — осторожно ответила я, чувствуя подвох.

— А какого черта ты мне не сказала, что мне не надо в Рим?!

— Разве? — растерялась я.

— Ты, что, вообще не интересуешься делами компании?! — слава богу, что мы разговаривали по телефону, мне бы очень не хотелось быть забрызганной слюной. — Мне надо в Париж! Париж! Я понятно говорю?

Интересно, сколько я так выдержу, подумала я. Последние полгода, с тех пор, как я отказалась лечь с ним в постель, стало совсем невыносимо. Я уже несколько раз писала заявление на увольнение, но что-то всякий раз меня останавливало. Я никогда не была из тех, кто способен шагнуть в неизвестность и выиграть.

— Я поняла, Олег Семенович, я попрошу поменять билет.

— И поживее! — буркнул он и отключился.

Наверное, в колл-центре авиакомпании уже начинается приступ нервного хохота, когда они слышат мое имя и название нашей компании. Я была уверена, что это изменение билета на сегодня еще не последнее. Удержания при обменах и возвратах билетов начальство мало волновало.

Разделавшись с вопросами перелетов, я с головой погрузилась в бумажную работу, периодически заставляя себя выдохнуть и успокоиться. День с утра не заладился, меня раздражало буквально все.

К обеду, когда пришлось менять билет в Париж на Прагу меня уже начало потрясывать, и я подумала, что пора писать заявление по собственному желанию в очередной раз, может, на этот раз у меня хватит смелости отнести его на подпись.

— Обедать идешь? — в приемную заглянула Светлана из отдела смет.

Я посмотрела на часы и кивнула. Я чувствовала, что еще полчаса работы в таком эмоциональном состоянии, и я не просто напишу заявление, я заставлю Лосева его сожрать.

Я поставила телефон на автоответчик, взяла сумочку и последовала за Светланой.

Светлана была единственным человеком в нашей организации, с которой у меня были приятельские отношения, несмотря на то, что она была старше меня на добрые пятнадцать лет, имела мужа и троих детей, и, казалось бы, ничего общего у нас не могло быть. Светлана умела слушать и подбодрить в нужный момент. Правда, большинство ее советов сводились к одному: "Найди себе мужика". Меня это немного раздражало, но она всегда так искренне пыталась участвовать в моих проблемах, что я боялась ее обидеть, если признаюсь в своем раздражении.

— Кислая ты какая-то сегодня, — сказала Светлана, когда мы устроились за столиком в кафе напротив нашего офиса.

Я отхлебнула кофе.

— У тебя бывает, что встаешь утром, и так тебе противно становится от своей жизни, что хоть вой?

Между ее бровей появилась морщинка. Она смерила меня придирчивым взглядом.

— Ну, у меня-то бывает, но у меня кризис среднего возраста, мне положено! А ты-то чего? Тебе-то всего двадцать пять.

— Двадцать шесть, — поправила я, обхватив руками горячую кружку. Сегодня было ветрено, меня знобило, может быть, еще и от кондиционера простудилась, Лосеву всегда было душно, и у нас в офисе вечно стояла температура холодильника.

— Эх, Изка, — махнула рукой Светлана, агрессивно впившись зубами в бублик, — замуж тебе надо, — сказала она с набитым ртом.

Я и сама это знала. И совет Светланы был не нов. Вот только где взять этого самого мужа? Объявление на заборе повесить: "Ищу мужа"?

Я опустила глаза, уставившись в черноту кофе.

— Ты же встречалась с кем-то, — вспомнила Светлана. — Костя, кажется? Ничего такой был парнишка, сама говорила, квартира машина, не алкаш. Чего еще желать? Сама же прогнала.

Я печально улыбнулась. Раньше девушки мечтали о принцах на конях, а теперь квартира, машина и не алкаш — предел девичьих мечтаний.

— Он зануда, — ответила я. — В первый месяц, он уже заявил, что уже все распланировал, вплоть до того, в какой школе будут учиться наши дети.

Светлана явно не видела в этом ничего плохого.

— Перспективный! — она погрозила мне пальцем. — Эх, Изка, такого мужика упустила.

Я попробовала посмотреть на отношения с Костей с точки зрения Светланы. Не урод, перспективный, с хорошей работой… Все равно не получалось. Он был, как говорится, герой не моего романа. Мне было с ним скучно, неинтересно, от его шуток я засыпала. Моя мама часто журила меня, что с моими требованиями я никогда не выйду замуж.

— Возможно, — печально согласилась я, чтобы не вступать в дискуссии. — Но с этой работой мне уже ничего не хочется.

— А я о чем, — Светлана продолжала жестикулировать бубликом, — я тебе уже полгода говорю, что хватит свое терпение тренировать. Даже меня тошнит от его "Люси". Ты же умная, красивая, молодая, — она принялась загибать пальцы, — ты ответственная, работоспособная.

— Стрессоустойчивая, — подсказала я, вспомнив слово, которое все так любят использовать при составлении резюме.

— Ну! — Светлана не заметила моей иронии. — Давно пора отсюда уволиться. Я, конечно, скучать по тебе буду, но хватит уже себя гробить.

Я покачала головой и уставилась в окно. Осень в этом году решила начаться раньше обычного, август, а листья уже начали желтеть. Лето пролетело, а мне так и не дали обещанный отпуск.

Может, Светлана и права, и пора перестать влачить такое жалкое существование?

— Я подумаю, — пообещала я, посмотрела на часы и отодвинула от себя кружку. — Нам пора.

Светлане всегда удавалось поднять мне настроение и воодушевить на подвиги. После обеда мое настроение значительно улучшилось, и я в добром расположении духа принялась составлять резюме для поиска новой работы.

Снова затрещал телефон. Лосев.

— Да, Олег Семенович?

— Люся, зайди ко мне! — и тут же отключился.

Меня снова накрыла волна злобы, ну все, сейчас он у меня сгрызет свои ботинки!

Я вскочила со стула и рванула к его кабинету, впечатывая каблуки в пол. Рывком распахнула дверь.

— О, Люсенька, заходи-заходи, — похоже, после обеда не только мое настроение улучшилось.

— Мое имя Изольда, — выдавила я через сжатые зубы.

— Вот об этом я и собирался с тобой поговорить! — его лицо напоминало морду кота, только что обожравшегося сметаной. — Проходи, садись, — он указал мне на стул напротив себя.

Я насторожилась. Когда Лосев был мил, это еще ни разу не предвещало ничего хорошего.

— Нам предложили новый объект, — без предисловий выдал он.

Я недоверчиво изогнула бровь. Прямо так и предложили? Наша организация не была лидером на рынке, и уже давно позорно плелась где-то в хвосте. Нам не предлагали объекты, нам приходилось за них биться.

— Мы выиграли тендер? — удивилась я вслух. И почему я об этом ничего не знаю, черт возьми?

— Еще не выиграли, но мы уже у финишной черты!

Мне захотелось скривиться, но я сдержалась. Любопытство было уж слишком сильно.

— Но есть подвох… — я так и знала. — Компания-заказчик хочет построить торговый центр в районе выезда из города. Они уже выкупили большую территорию. Но есть одно НО… — Неужели одно? Обычно их как минимум пятнадцать. — Одна старуха заупрямилась и не соглашается продавать свой домишко и участок, на котором он стоит. А это напрямую мешает строительству.

— Какое мы имеем к этому отношение? — все же не выдержала я. — Это проблемы заказчика, мы не занимаемся куплей-продажей земли.

— В точку, — Лосев довольно потер руки. — В том-то и дело! Этот заказ наш, если мы вытурим оттуда бабку!

Я все же поморщилась. Все это звучало омерзительно. То, как в нашей стране не уважают старость, меня всегда поражало.

— Ты поняла, к чему я веду?

Я кивнула.

— Вы намерены выселить старушку.

— Не выселить — уговорить! И этим займешься ты!

Я ошарашено распахнула глаза. Приехали, называется. Думала же, что надо увольняться, теперь, похоже, придется уволиться в срочном порядке.

Я уже было открыла рот, чтобы возразить, но Лосев оказался быстрее.

— Если тебе это удастся, я лично обещаю, что отныне ты будешь не какая-то там секретарша Люся, — мне захотелось его придушить, — а Изольда Викторовна, мой заместитель, — надо же, он помнит, как меня на самом деле зовут! — А секретаршей посадим кого-нибудь, нечего тратить ценные кадры на неблагодарной работе.

Как интересно, еще утром, он считал, что я должна целовать ему ноги за то, что работаю на такой завидной должности.

Но в логике Лосеву отказать было нельзя. Он сделал ставки правильно. Именно долгожданным повышением меня и можно было удержать.

Я внимательно смотрела на него, пытаясь понять, не лжет ли он в очередной раз. Но, похоже, он так жаждал получить этот заказ, что произвел бы меня в фельдмаршалы, лишь бы ему это помогло.

— Я попробую, — наконец сказала я.

В конце концов, от одного разговора с незнакомой старушкой от меня не убудет. Нет, так нет, я все равно собиралась увольняться. А если да… "Изольда Викторовна" звучало очень заманчиво, особенно после того, как тебя зовут Люсей, обращаясь, как к собачонке.

— Нет, мам, не на работе…

Я уже как раз вышла из офиса и направилась выполнять поручение, сулящее новую должность, когда мне позвонила мама.

— Чего это ты так рано? — мама тут же заподозрила неладное, уж она-то знала, что я днюю и ночую на работе. — На свидание собралась?

Мне стало обидно оттого, какой радостью наполнился мамин голос при таком предположении.

— Мама, боже, какое свидание! — воскликнула я, забираясь в свой автомобиль. — Я еду по работе!

— У тебя работа, а я хочу внуков, — в ответ обиделась мама. — Когда я была в твоем возрасте, тебе уже было три годика.