Читаем Однажды в Городе - 1 (СИ) онлайн бесплатно
Annotation
Трунова Татьяна Юрьевна
Трунова Татьяна Юрьевна
Однажды в Городе - 1
Голос Кримбля был скрипучим и всепроникающим, как песок в месяц Огненного Сакара. Проклятая птица. Вселю в тебя другую сущность, поприличнее. По крайней мере, голос у нее точно будет мелодичным. Сегодня же этим займусь. Эта мысль одолевала меня каждое утро и каждое утро, всосав в себя чашку бодрящего алуя, я откладывал ее на когда-нибудь потом.
- Вставай! Вставай!
Настойчивость пернатого мерзавца не знала границ.
- Встаю, - обреченно согласился я и, не открывая глаз, сотворил себе чашку алуя.
Опрометчивый поступок. Покалеченная когда-то рука была неуклюжей, а сосуд горячим, в результате чего половина напитка оказалась у меня на животе. Розовые ушки богини рассвета, наверняка, окрасились алым от произнесенным мною слов. Зато проснулся. Наскоро залечив ожог, я омыл тело в бассейне, надел свежий хитон, быстро, глотая слова, восславил богов и сожалением покосился на уже приготовленный служанкой завтрак. Время поджимало, а если я опоздаю на оперативку, начальство мне печень вырвет, поэтому я лишь накинул гиматий и выскочил из дома.
На улице, несмотря на раннее утро, было уже жарко. Остатки прохлады прятались в камне домов и тени деревьев, уходящих вдоль переулка, но оранжевое светило поднималось все выше, обещая в скором времени раскалить все до состояния сковородки в очаге. Родной переулок вывернул на проспект с его величественными храмами и ажурными башнями. Далеко впереди виднелся хрустальный купол башни мыслесвязи. Солнце зажигало в его гранях золотые огни, и он сиял так, словно над Городом разожгли небольшой костер. Мой путь лежал через центральную площадь, круглую, как глаз Бога Солнца. Сегодня на площади было что-то слишком много праздного народа. Необычно. Шестая стража - время трудов, заповеданное богами, а тут такое... Пестрые стайки горожан толпились, в основном, на ступенях ареайи. Эта пирамида в центре была посвящена богу, имя которого за сто тысяч лет существования Города уже забылось. Рядом, почти незаметная по сравнению с такой громадиной, притулилась стела. На стеле были выплавлено предсказание провидца Меланда Медоуста: "Человек с мечом придет, играя музыку смерти. Город вознесется в языках пламени. Не останется ничего". Медоуст прославился тем, что редко предсказывал что-нибудь хорошее. Предки посчитали весьма назидательным запечатлеть его слова в камне. Что-то вроде - помни о тщете всего сущего и не возгордись. Сейчас это выглядело грустной насмешкой - наш народ, народ магов, когда-то могучий и многочисленный, стремительно вымирал. Вполне возможно, мы сами станем назиданием для потомков, вроде той стелы, когда от былого великолепия останутся развалины, затянутые слоем земли.
"Дикари!", "говорят, сожгли ферму Лахма", "огромная орда!", "солдаты их не сдержат!"
Отдельные голоса поднимались в жарком воздухе, сливаясь в один тревожный ропот.
Я остановился и прислушался. Потом вздохнул и пожал плечами - ну что ж, этого следовало ожидать. Черноволосые твари чувствовали нашу слабость. Хотя, скорее всего, в этот раз тоже пронесет.
- Драконы тебя заешь! Ты где?! - ментальный голос мгновенно выдул из головы лирические мысли.
- Сейчас буду! - клятвенно пообещал я и прибавил ходу.
Наверняка, что-то случилось, иначе начальство не стало бы использовать ментальный призыв, чтобы подогнать нерадивого подчиненного. Я вздохнул и побежал.
В доме Ищущих царила утренняя суета. Из отдела в отдел свистели справки, показания и результаты осмотра места происшествия с помощью Истинного Зрения. Свитки для лучшей сохранности были засунуты в чехлы разных цветов, обозначавшие принадлежность к отделу, вид сведений и их срочность. Красный чехол с тремя фиолетовыми полосками едва не саданул меня по лбу. Я увернулся и столкнулся с идущим мне навстречу человеком. Человек потер пострадавшее место и вежливо поклонился:
- Приветствую тебя, Элишва.
Манеры Нинуса всегда были безукоризненны.
- Извини, Нинус, я не специально, - вздохнул я.
- Да понимаю я, - отмахнулся тот. - А куда ты так спешишь?
- Начальство вызвало. Срочно. Интересно, зачем?
- Вот и узнаешь, - улыбнулся Нинус. - Удачи тебе. Вечером в "Белой собаке", как обычно?
Я кивнул. Он снова поклонился и пошел дальше. Наверное, вежливость заразна - свитки притормаживали перед ним, осторожно облетали и лишь потом набирали скорость.
- Вот бы мне так уметь, - завистливо вздохнул я и поспешил дальше.
Нинус был моим другом. Вернее, не так, он позволял мне быть его другом, а я с восторгом пользовался этим разрешением. Умный, интересный, ироничный, он считался лучшим Дознавателем дома Ищущих, а его талант Истинного Зрения горел ярким пламенем. Я же был обычным середнячком, добивавшимся результатов трудом и усердием. Да и вращались мы в разных слоях. Нинус происходил из благородного рода, пусть и обедневшего, я же не знал имени свой матери. Мы, жители Великого Города, все маги, но талант Истинного Зрения встречается крайне редко, именно поэтому мальчишке из дома Призрения дали очень хорошее образование, чтобы он мог служить на благо Города.
- Элишва!!
От рыка Верховного Ищущего Юханны дом, казалось, сотрясся от фундамента до статуй на крышах.
- Я здесь, Верховный, - осторожно просочившись через дверь кабинета, я поклонился и замер.
- Ты не торопился, - отметил Юханна.
Я промолчал, сдерживая рвущееся из груди дыхание.
- Впрочем, ладно. Есть задание.
Я слушал и не мог поверить своим ушам. Убили одного из шести Соправителей Города. Убили кроваво, безнаказанно и никто ничего не заметил. Согласен, возмутительно. И обязательно полетят головы. Если мы, конечно, не найдем виновных. Но самое главное, старшим назначается младший Дознаватель Элишва. Тут я забыл, как дышать.
Юханна заметил мое состояние и соизволил улыбнуться:
- Ты хороший дознаватель, с талантом. Но если я не буду давать тебе ответственных заданий, ты так и не вырастешь.
И тут же снова стал привычным Юханной.
- Смотри у меня, чтоб аккуратно все!
На задание я решил взять с собой лучших Нюхачей - близнецов Нода и Тода. Они могли унюхать ушедшего даже на третьем уровне астрала. А уж как они умеют уговорить духа пообщаться!
К вилле Шестого Соправителя Найгнина мы выдвинулись при полном параде - на запряженной цугом шестерке магически сотворенных лошадей, кои пыхали на прохожих дымом из ноздрей и косили огненными глазами. Нас сопровождали слуги на львах той же конструкции, изо всех сил дувшие в надраенные трубы и торопившие прохожих уйти с нашей дороги. Прохожие чихали от дыма и с руганью разбегались. В общем, было шумно, помпезно, а, главное, не так уж и быстро. Я б быстрее пешком дошел, но не полагалось.
На вилле нас встретили плач и стенания домочадцев и слуг покойного. Сам покойный лежал во внутреннем дворике среди фонтанов и зелени и, несмотря на живописное окружение из цветущих мандариновых деревцев, выглядел не очень. Да он по-другому и не мог выглядеть. С размозженной то головой.
- Мда, - почесал подбородок я и приступил к работе.
Настроив Истинное Зрение, прошелся по комнатам. Комнат было много, так что времени поиск занял прилично. Впрочем, результата он не принес. Самой крупной добычей стала начинающаяся гниль в стволике мандаринового дерева и переставленный со своего давнего места горшок с розовыми филомеями. Мелкие вещи, которые часто переносили с места на место, я отследить не мог, но для этого и существовала техника устного опроса. Но сначала нужно было узнать, как дела у Тода и Нода. Вдруг дух покойного соизволил с ними поговорить?
Тод и Нод как раз закончили и уже стирали пентаграмму вызова. На мой вопросительный взгляд отрицательно покачали головами. Ну что ж, такое происходит в половине случаев. Покойного так задрали дела земные, что возвращаться для разговора он не хочет ни под каким предлогом. Даже для того, чтобы покарать своего убийцу.
Вдова была молода и хороша, как богиня Весны. Особенного горя я в ней не заметил, скорее, она хлюпала в кусочек вышитой ткани, отдавая дань необходимости. Вместе со слезами она заливала меня потоками совершенно не нужных сведений. Ну, скажите, пожалуйста, какое мне дело служанки, которая переперчила ее кушанье, и неведомого Априма, страдающего по потерянным сандалиям? Сначала я, было, подумал, что она таким образом пытается меня запутать, но, взглянув в ее большие, без тени мысли, глаза, понял - она просто напросто глупа. Все-таки смог выяснить, что муж должен был с кем-то встретиться во внутреннем саду. Обнаружил его личный слуга, Априм. Тот самый, потерявший сандалии.
- Может, пропало что? - спросил я.
Вдова резко оживилась:
- Мои драгоценности! Их нет!
- Вы не могли их куда-нибудь переложить? - на всякий случай уточнил я.
- Их же много, - захлопала пушистыми ресницами Вардия, - Большая шкатулка. И она исчезла!
Опрос слуг показал, что чужих на вилле не появлялось. Хотя, судя по тому, сколько здесь суетилось народа, в дом сам черный Даймон мог зайти, даже не скрывая рога и хвост. И никто бы его не заметил. Еще раз выразив положенные обстоятельствам соболезнования, я удалился.
Не успели мы влезть в повозку, как меня снова настиг начальственный вызов. Новости были хуже некуда: опять убийство. На этот раз жертвой неизвестных злодеев стал купец Камбусий, известный богатей и коллекционер.
- Да что же они, сговорились что ли, - пробормотал я и отправился осматривать еще одно место преступления.
В доме Камбусия все повторилось до мельчайших деталей: труп хозяина с размозженной головой, для разнообразия в своем кабинете, причитающие родственники и никаких следов убийц. Хотя улов здесь все-таки был. Купца не только убили, но и ограбили. Украли коллекцию монет, которые Камбусий собирал с любовью и тщанием.
- Дорогие? - спросил я, обозревая взломанную витрину.
- Вряд ли, - пожал плечами сопровождавший меня слуга, - золотых там почти не встречалось, а серебро и медяшки кому нужны?
- А остальное? - я указал на ряд других витрин, где четко виднелись следы взлома.
Витрины еле заметно светилась от охранных заклинаний, уже восстановленных до прежнего уровня готовности, поэтому близко я к ним подходить не стал. На всякий случай.
- Не справились, наверное, - предположил слуга.
- Угу...
Я медленно прошелся вдоль витрин, оглядывая их содержимое. Достопочтенный Камбусий был явно помечен демоном собирательства, потому что собирал он все, что казалось ему мало-мальски интересным. Ножи желтолицего народа Хе, знаменитые шали горного Харабда, статуэтки людей и животных... Одна из статуэток привлекла мое внимание - танцовщица, навеки застывшая в повороте танца. Небольшая статуэтка - всего-то сантиметров 20, едва намеченное лицо, слишком тяжелая фигура, да и сам камень статуэтки был отшлифован весьма небрежно, но, боги, она была живая! Вот сейчас я отведу глаза, и она поведет руками, продолжив начатое движение.
- Какое чудо! - выдохнул я. - Кто мастер?
- Неизвестно, - сообщил мой сопровождающий. - Но я знаю, что она очень старая и хозяин ею дорожил.
- Неудивительно, - пробормотал я, не в силах отвести от нее глаз.
- Что? - не расслышал меня слуга.
- Ничего, - вздохнул я, освобождаясь от наваждения. - Говорю, очень красивая.
Добросовестно записал все, что могли мне сообщить домочадцы, я вышел из дома Камбусия. На улице уже стемнело, и магические светильники, невидимые днем, наливались светом, походя на круглые желтые луны, свободно плавающие над головой. В дом Ищущих возвращаться смысла не было, и я направился сразу в "Белую собаку".
- Надеюсь, Нинус уже взял целый кувшин холодного светлого, - пробормотал я и облизнулся.
В трактире "Белая собака" подавали просто чудесное пиво. Пивоварение было магическим даром его владельца, почтенного Чори. Талант оказался устойчив и передавался от отца к сыну уже очень много веков, хотя общеизвестно, что направленность дара у последующих поколений выявить практически невозможно. Через жаждущих отведать этого замечательного напитка я протолкался с трудом. Сегодня, казалось, всех занимала одна тема - черноволосые дикари на дальних рубежах.
Я плюхнулся на скамью рядом с Нинусом и жадно присосался к кружке, которую он мне заботливо налил.
- Слыхал новости? - поинтересовался он.
- Опять дикари? - я отвалился от кружки и довольно вздохнул. - Ерунда, отобьемся.
- Не скажи, - голос Нинуса был озабоченным. - Пришли вести, что у них появился единый вождь. Мало того, этого вождя поддержало королевство Луциния.
Это уже серьезно. Для окрестных королевств мы всегда были проклятыми колдунами. Между собой королевства частенько дрались, но не любили и боялись именно нас, хотя повода мы не давали. Ну, может, сожгли пару орд дикарей, которые были самые смелые и самые глупые, чтобы объявить нам священную войну. Да мы и внешне отличались, будучи светловолосыми и сероглазыми среди моря черноволосых и смуглых обитателей королевств. Луциния было единственным государством, которое предложило нам торговать. Подозреваю, все то, что они покупали или выменивали у нас, там продавалось с баснословной выгодой. Да и боги с ними. Мы тоже торговали себе не в убыток. И теперь Луциния против нас...
- Что-то день сегодня не задался, - пробормотал я.
- Найгнин, - понимающе покивал Нинус.
- Угу. А еще Камбусий.
И чтобы не расстраиваться, сделал большой глоток.
Нинус присвистнул.
- Какой-то очень наглый убийца, - пожаловался я другу. - Поднять руку на таких важных людей да еще и ограбить! Он же не может не понимать, что мы носом землю рыть будем.
- А что украли? - поинтересовался Нинус.
- Драгоценности и коллекцию монет. На обычного грабителя убийца не похож - слишком чисто, следов нет. Да и не будет обычный грабитель убивать. К тому же, явно хороший боец - Найгнин бывший мечник, его не так просто убить. Хотя, может, подкрался незаметно. Но опять же, зачем? Он же воровать пришел, а не убивать.
- А если убивать? И ограбление всего лишь прикрытие?
- Думал об этом, - признался я. - Но сведений пока слишком мало.
- Да-а, - протянул Нинус, откидываясь на камень стены.
- Кстати, - оживился я, - я тут такое чудо видел!
- Что за чудо?
- Статуэтка.
И я описал фигурку женщины со всем жаром почитателя.
- Да, знаю, - безразлично кивнул Нинус, кидая в рот шарик соленого козьего сыра. - Их, на самом деле несколько.
Мы снова приложились к кружкам. В голове уже приятно шумело.
Нинус откинулся спиной на стену и задумчиво протянул:
