Читаем Один за всех (СИ) онлайн бесплатно

Annotation

Нет больше Наполеона. Но никуда не делась империя созданная им. Она огромна, она сильна, и она не собирается сдаваться. А Пётр Брехт остался на её границе совсем один.

Красавчик. Книга седьмая. Один за всех

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Красавчик. Книга седьмая. Один за всех

Глава 1

Событие первое

Реклама турагентства: «Мы пустим вас по миру!».

Мюнхен — это не Дербент. Брехт дворцами своими в ханствах гордился. И этот, пусть маленький, но красивый, и этот необычный, а тут, так вообще, витражи замечательные. Нет, он и до этого Зимний или Царицыно видел, но это были соизмеримые почти величины. Ну, чуть больше, да, картин больше и даже статуй есть. Даже несколько статуй. Всё одно соизмеримо, сложи все его пять дворцов и больше и красивее «Зимнего» получится. Живописи больше в Питере, так это временно. Картины же с бюстами в последние время шли если не потоком, то вполне себе ручейком — фальшивые деньги, гульдены в основном, меняли не только на серебро и золото, но и на произведение искусства. А за два с лишним года он уже чуть не восемь миллионов гульденов напечатал. Благо, первые все были уничтожены Францем, и инфляции не заметно, тем более, на фоне войны.

И в Мюнхене или Минихе, как местные его называют, Брехт в начале двухтысячных был. Когда лечил желудок в Карловых Варах водами целебными, то купил на субботу — воскресенье путёвку по замкам Баварии. Европа она маленькая, вот ты в Карловых Варах садишься в комфортабельный автобус, спишь пару часов и вот уже Мюнхен. Там день экскурсий, ночёвка, и потом замки эти, что безумный король Людвиг, понастроил. Он, наверное, внук того пацана, что сейчас сидит перед ним и рожи корчит. Ну, про рожи потом. Мюнхен тогда такого впечатления не произвёл. Да красиво, да Мариенплац, Резиденция и прочие кирхи с пинакотеками. В любом большом европейском городе не хуже. Зато сейчас произвёл. Если Питер со всякими Петергофами считать за точку отсчёта, то Мюнхен это десять Петербургов. Это огромный благоустроенный, чистый и красивый мегаполис. Со зданиями в сто метров высотой. С огромными площадями и даже парками. С кучей дворцов. А ещё те сто пятьдесят тысяч жителей, что в нём обитают, работают. Брехт уже успел посетить несколько металлургических и оружейных заводов. Это почти, как тульский оружейный. Не меньше в сумме, но Бавария — не Россия, она раз в тысячу меньше по территории и в пятьдесят раз меньше по населению. Чуть больше миллиона жителей. Миллион двести или триста, а то и полтора. Минус есть. Это дым. Город, как и Петербург на дровяном отоплении, и ветер дует так, что весь дым от печей в городе, струится по улицам, заставляя прохожих кашлять. А ещё маленький минусочек — это снег. Он выпал и так как температура близка к нулю, то серой кашей лежит на дорогах и улицах. Портит весь вид.

Максимилиан — курфюрст Баварии, который примкнул в Реале к созданному Наполеоном Рейнскому союзу, чтобы откусить от Австрии, точнее от существующей ещё Священной Римской империи немецкой нации Тироль с Инсбруком и стать королём, сейчас похоронен в лесу рядом с Наполеоном. Печально закончилось предательство. В Реале Максимилиан извернулся и на Венском конгрессе, как победитель, оставил за собой титул короля, и королевство Бавария не вступило, и не было завоёвано Германией, и осталось независимым королевством до 1918 года. Там, кстати, есть один удивительный факт. В 1918 году почти целый месяц существовала Баварская Советская Социалистическая республика. Это гид рассказал, когда группу русских из Карловых Вар водил по Мюнхену. Даже пиво завёл попить в тот самый пивбар, где Гитлер в 1933 году свою речь толкнул.

Брехт специально даже не спрашивал у Марата Карамурзина, где точно все маршалы и генералы вместе с Буонопартием и Максимилианом похоронены. Просто, чтобы не знать. Где-то в лесу, недалеко от командного холма Зурич, кажется. Всегда можно сказать, что ничего не знает, похоронили черкесы императора и ладно, он не при делах. Там, если кто вздумает перезахоронить Наполеона, столкнётся с тем, что количество голов и тел не совпадает и зачем-то все трупы обезглавлены. Нужны ему эти вопросы про головы? Да ни разу.

Сейчас черкесы с казаками и тысячей Мехти собираются в обратную дорогу. Ограбить Мюнхен не получилось. Чего это себя самого грабить?! Оторвались казаки в Вене. Вообще, французы оказали очень серьёзное сопротивление, баррикадировали улицы, стреляли из окон домов и в целом вели себя, словно и не убивали Наполеона. Может, маршал Эдуард Мортье не поверил. А казаки лезли везде напролом. Брехт поддерживал их, как мог, снайперским огнём, но часто уже поздно было. Задунайцы сходились с французами в рукопашной и при приблизительно равных количествах почти всегда одолевали. Как бешеные сражались. От потерь это их не уберегло, и теперь из пяти с лишним тысяч, что отправились с Брехтом в поход, осталось чуть более двух тысяч. Зато эти все увешаны оружием дорогим и у них полные сумы серебра и золота. Магазины и мастерские в Вене все подверглись разграблению. Только в комплекс дворцов Хофбург Брехт казаков не пустил. Из него все ценное сам вынес и, погрузив добычу на корабли, отбыли в Линц. Войско идёт по берегу, а весь хабар чуть севернее по реке плывёт. Не пропустили и банки, и государственный, и частный какой-то. Серебро и золото изъяли, а бумажные деньги спалили. Чем меньше их будет, тем меньше шанс попасться с фальшивыми. Только для казаков и черкесов оставили немного — на обратной дороге продукты у населения покупать.

С Веной управились за два дня. Освободили от французов, а передавать некому. Император Франц, видимо, с разбитым своим войском боится пока соваться в столицу. Про Александра никаких известий Брехт не получал. Сам курьеров на поиски не отправлял и его курьеры императора не беспокоили. Как и положено, поближе к ништякам и подальше от начальства. Бывает же — армейская мудрость пригодилась.

Раз сдавать освобождённую столицу некому, то ушли по-английски, не прощаясь. Добрались до Линца, там тоже около батальона французов. Этих без всяких казаков перестреляли снайпера, и город грабить не стали. Перебор будет. Ещё через неделю неспешным маршем добрались до Мюнхена. Корабли оставили в Дунае, уже в Баварии у города Ингольштадт под охраной тех же казаков. Пусть своё добро стерегут. Там много всего. Одних сёдел и всякой разной другой сбруи задунайцы несколько тысяч комплектов поснимали с конницы Мюрата и Лана. Брехту тоже тысяча досталась и полторы тысячи почти нагрудников и шлемов от кирасир французских.

Не все трофеи, в сумме с французов и австрийцев с русскими поимели больше трёх сотен пушек. А нефиг бросать. Всё это вместо балласта сейчас лежит на тех шестидесяти корабликах, что стоят в Дунае. Ружей всего захватили больше сорока тысяч. И примерно столько же пистолей. Эти Брехт привёз почти все с собой в Баварию. Выделил по пять тысяч ружей Марату и Ивану Губе, а вот все остальные привёз с собой. Если на него кто сейчас войной пойдёт, то есть чем защищаться.

Лошадей три огромных табуна. Казаки себе один выбрали, и Марат один. Но перед этим Брехт всех коняшек перешерстил. Искал чего интересного для увеличения племенного стада в Студенцах или в Дербенте. И ничего. От слова совсем. Ни одного шайра, есть немного першеронов, но вороных нет. Тогда просто отобрал высоких вороных. Придётся ещё и третью породу выводить.

Казна Буонопарта исчезла. Конечно, можно было черкесов поспрашивать. Сто процентов — Исмаил с дядей к рукам прибрали. Да, и ладно. Там, скорее всего, бумажные франки и гульдены, Петру Христиановичу они не нужны. Если надо, сам напечатает, а если и были серебряные и золотые монеты, то и чёрт с ним. Черкесы заслужили. Угробили Наполеона и два десятка генералов и маршалов, тут за такой подарок и миллиона не жалко, а там, всяко разно, не лишку было, всё же компания уже к концу подходит и деньги потрачены, о чём баварцы и сообщили, говорят, что в последнее время провиант у чехов изымали, выдавая им не деньги, а расписки.

Переселять казаков в Дербент после более близкого знакомства с ними князь Витгенштейн передумал. Приучать к дисциплине этих пожилых уже людей бесполезно. А зачем ему там эта вольница? Пусть турки с ними маются. Дойдут вместе с черкесами и Мехти до Измаила, и бог с ними, скатертью дорога. Тем более что лучших выбило, как всегда на войне.

Событие второе

Только плебеи обсуждают личную жизнь королей. Аристократы никогда не обсуждают плебеев.

На второй день после прибытия в Мюнхен Брехт решил переговорить с власть имущими. Всё же курфюрста нет, и ситуация не сильно понятная. Каринтия, права на которую, хоть и призрачные, есть у князя Витгенштейна, как у потомка рода Спанхеймов — это не совсем Бавария, это кусочек самый восточный Баварии, а так-то это Австрия. С другой стороны за дорогу он с генералами все обговорил и вся троица за него, в том числе и родственник Максимилиана покойного. Только ведь и у старшего сына Максимилиана есть права только на курфюршество. А на королевство? Нет. Как нет ещё и самого королевства. Маловата Бавария для королевства. Это Наполеон ей земель прирезал, в том числе откусив от Австрии Тироль. Но сейчас ситуация в корне другая — Наполеона нет, а Австрия хоть и разбита, но войну, можно сказать, и не проиграла.

То есть, нужно либо миром потребовать от Франца II (Франц Иосиф Карл) Тироль, за освобождение Вены и разгром Наполеона, либо взять его силой. Вернее, ползучим захватом. Ввести туда войска и короноваться. Сейчас в Священной Римской империи такая неразбериха, а с гибелью Наполеона, который её и разваливал, совсем кутерьма начнётся. Не всё ещё. Толстенький крепыш генерал-лейтенант Карл Филипп Джозеф Ред, или Карл Филипп фон Вреде спросил на одном из привалов Брехта, а что он собирается делать с герцогством Берг?

— Стоять, бояться! А что это за герцогство и почему мне надо что-то с ним делать?

— Там правила младшая ветвь дома Виттельсбахов, но сейчас герцогство захвачено французами и я лично слышал, как Иоахим Мюрат хвастался, что после победы император сделает его герцогом Берг. Но теперь нет ни Мюрата, ни Наполеона. Нужно выбить французов из нашего вассального герцогства и присоединить его к королевству Бавария. — На замечательной карте, изъятой у французов, герцогство было, и генерал ткнул в него пальцем.

Брехт подвинул карту к себе. Оказывается, герцогство Берг — это вытянутое вдоль Рейна приличное такое государство со столицей Дюсельдорф. Замечательно… Вот только общих границ у них нет и даже три или четыре государства между ними. В том числе и не любимый им Гессен-Дормштадт. Зато княжество Сайн-Витгенштейн граничит с этим Бергом. Получается, что можно смело присоединить княжество к Бергу, а герцогство к Баварии. Сейчас полно таких земель ну, в смысле анклавов, которые не имеют общих границ. Сначала можно попробовать мирно договориться с соседями о создании коридора. Кусочек купить у Бадена, кусочек у Вюртенберга, а потом у Франции забрать Страсбург с землями. Это ведь те самые Эльзас и Лотарингия. Сразу и общие границы появятся.

Брехт поделился на следующем привале этими мыслями и заметил, как у вояк глаза загорелись. Побить унижавших их недавно французов под руководством этого гиганта краснобородого просто сбыча мечт.

— А справимся? — Чуть более осторожный генерал-майор Штейнгель широко замахнулся, ногтём на карте круг очертив. Да, Франция в разы больше Баварии.

— Посмотрим. Готовиться надо, как только домой придём, так и начнём ваши войска переучивать. У меня с собой почти две тысячи учителей. За год из ваших солдатиков настоящих профессионалов сделаем.

— Так, а что сейчас с герцогством Берг? — гнул своё фон Вреде. — Не будем освобождать от французов? Пока они новое войско соберут.

— Я подумаю.

Сейчас Брехт сидел на заседании руководителей Баварии и рассматривал трёх старичков и одного юношу. Юношей был Людвиг Максимилианович — старший сынок бывшего курфюрста, самым старым и главным, наверное, был Канцлер Тайного Совета или глава правительства Баварии Иоганн Фридрих фон Хертлинг. Старичку было под восемьдесят, и он был совершенно седой и скрюченный, но глаза были хоть и по старчески блёклые, но живые и умные. И вопросы он задавал правильные. Вторым старичком был министр королевского дома и иностранных дел граф Максимилиан фон Монтгелас. Гораздо более молодым старичком. В районе шестидесяти. Этот сидел с полуприкрытыми глазами. То ли прятал, как там это генетическое недоразумение называется, когда один глаз серый, а другой карий, то ли и в правду кемарил. Цвет — хром. Точно — Гетерохромия. Этот был прилично так лыс, только седые кучеряшки затылок с висками окаймляли, зато усы были будёновские. И нос прямо длинный — длинный.

Последним министром, точнее, заместителем министра иностранных дел был Георг Фридрих фон Центнер. Он и выглядел на целый центнер. Высокий и толстый. Даже пухлый.

Ну и четвёртым собеседником был наследник Максимилиана Людвиг. Ждали, когда подойдёт ещё и тройка военных. Нет, не опаздывали, это Брехт этих четверых чуть пораньше собрал, чтобы познакомиться и обсудить одну интересную провокацию, что он задумал. Прямо пальчики оближешь, какая классная мысль князю фон Витгенштейну в голову пришла.

— Уважаемые херы, а поведайте мне, пожалуйста, что у нас с казной и вообще с финансами? — Брехт устремил взгляд в переносицу канцлера.

А херы как давай все вчетвером галдеть, друг друга перебивая, сначала, а потом, забыв о князе Витгенштейне стали покрикивать друг на друга и собачиться.