О Д И Н Н А З Е М Л Е
Счастьем зовётся страна недоступная,
В жизни земной, только призрак обманчивый,
Вечно зовущий в погоню за будущим, и,
Заманив, позади остающийся.
(Лена Масленникова. 14 лет)
П Р О Л О Г
Это произошло в те горестные для Земли времена, когда с Вершины Мира стали сползать
гигантскими языками ледники. Царящая на Земле райская жизнь с тёплым влажным климатом,создающим условия для буйства флоры, сменилась лютым холодом и мглой. Некогда богатая
растительность, покрывавшая сушу, насыщала атмосферу кислородом, а растворённая в воздухе
лёгкая солнечная энергия – прана была основной пищей для всего живого, доступной и легко
усвояемой. Наступившая эпоха оледенения привела к оскудению растительной пищи. Глобальное
похолодание, названное впоследствии Великим ледниковым периодом, поставило человека перед
выбором – погибнуть от голода, или, уподобившись хищникам, есть мясо убитых животных.
Оказавшись лицом к лицу с непреодолимыми трудностями, без поддержки, человек стал
дичать.
Отчаянное положение, в котором он оказался, оставшись в одиночестве, без опеки Отца,явилось следствием давнего конфликта, произошедшего в Небесной Семье эоны лет назад.
Как во всякой семье, вопросы воспитания ребёнка, будучи продиктованы исключительно
благими намерениями, всегда вызывают разногласия, споры и конфликты.
Так и произошло… в тот раз.
Пока ребёнок был мал, его растили в заботе, которой в детстве не бывает много. Но вот
чадо подросло, и появилась опасность вырастить его инфантильным, безответственным.
Настало время дать ему возможность проявлять самостоятельность, право самому выбирать.
“А трудности, ну что ж, они только укрепят его, преодолев их, он вырастет как личность. Ведь
замышлен он со-творцом, а не роботом, послушным командам и инструкциям”.
Часть небесного семейства была категорически против. Их доводы были достаточно
серьёзными – дать свободу выбора, возложить ответственность на неразумное дитя?.. Ведь он
погубит себя! Спор, о предоставлении взрослеющему ребёнку права выбора привёл к разладу, и его
последствия исказили первоначальный План. Ценой раскола в небесных сферах, была оплачена
свобода выбора, с тех пор являющаяся главным принципом жизни человека.
Первое, что сделал любопытный сорванец, воспользовавшись своей свободой – ослушался.
Имея право выбора, нарушил единственный запрет, существующий для его же безопасности, а
вместе с ним порядок вещей, – сорвал плод с Древа познания. Мир, с любовью созданный Творцом
специально для Человека – Рай, был разрушен. Его единство расколото, гармония расстроена.
Тогда-то на их месте возникли Добро и Зло.
Пришлось в срочном порядке подыскивать новое место для жилья неразумного дитяти, где
он смог бы проявлять свою самостоятельность на безопасном расстоянии ото всей Вселенной.
Закончилось безмятежное детство, настала пора взрослеть, в борьбе со Злом учиться
различать Добро.
Решив, что испытания и напасти, посыпавшиеся на его голову, посылает в наказание
рассерженный Отец, с жалостью к себе, сын отвернулся от Него.
Обида, поселившаяся в сердце человека на строгого Родителя, нашёптывала ему, чтоб
отказался от Него совсем и постарался забыть Его. Льстиво и вкрадчиво, исходя из уязвлённого
самолюбия, из куцых представлений о мире, она давала советы своему протеже, возвеличиваясь,разрастаясь от собственной гордыни и значительности, постепенно прибирая к рукам сына Бога.
– Кто ты? – как-то спросил человек своего «мудрого» наставника.
– Э,..г,..о.. – закашлялся от неожиданности тот.
– Эго? А я думал, ты ангел! Это же они приставлены «смотреть и защищать меня на всех
моих путях.., чтоб я о камень не споткнулся!»
– Да никто нам не нужен! Обойдёмся Сами! Ты Сам построишь свой мир, а я всегда буду
рядом! Это ТВОЯ СОБСТВЕННАЯ ЖИЗНЬ и ты САМ знаешь, как лучше ею распорядиться.
И как всякий беспризорник учится, у кого попало, так и Человек доверился своему новому
покровителю.
Но, отказавшись от Отца, приняв ”самость”, а с ней, выбрав сиротство, человек отверг
свою божественность. Он чувствовал себя безмерно одиноким и потерянным, несмотря на
чуткое руководство нового приятеля по имени «Эго».
И пустился человек по миру в поисках счастья, каждый раз называя его по-новому,множеством пустых слов; на самом деле подразумевая под счастьем, здоровьем, миром, изобилием,успехом, любовью, гармонией, процветанием – то, что есть Любовь Бога, за которой не нужно
гоняться, добиваться, которую не нужно завоевывать и заслуживать, а всего лишь принять.
Вот так получилось, что человечество выбрало более трудный и долгий путь эволюции, через
познание двойственности мира и болезненное преодоление иллюзий и зависимости от эго.
Чувство вины перед суровым Божеством, за якобы совершенный грех и неминуемая кара –
изгнание из Рая на грешную Землю запечатлелись клеймом в глубинной памяти человечества,отделив Человека от мира Духа непреодолимой межой, укоротив его земной срок, оставив
одиноким и беззащитным, но… самостоятельным.
Наступил поворот в эволюции человека. Возникла необходимость самому заботиться о
хлебе насущном, в труде добывая пищу. Так появилась охота, а потом скотоводство. А затем ...
– неравенство.
Это было начало разворачивающейся великой драмы под названием «Жизнь на планете
Земля». Человечеству предстояло пройти через эпоху конфликтов, убийств и войн – эпоху
взросления.
Ч А С Т Ь 1.
Г л а в а 1. Г У С И – Л Е Б Е Д И.
Предки Николая были родом из деревеньки, расположенной в самом сердце озёрного края.
Крупные озёра в обрамлении мелких, малых рек и проток перемежались непроходимыми
лесами и болотами. Заросшие высоким тростником и густыми травами в чередовании открытых
плёсов, лесные озёра и старицы были излюбленными для множества водоплавающих птиц, при
перелётах стаями останавливающихся здесь. Глухие труднодоступные места, речные поймы, заболоченные травянистые луга среди камыша, осоки и рогоза – мир сокрытый от глаз человека, для многих из них стал родиной.
Дед Николая был страстным рыбаком и охотником. Часто он с друзьями, такими же
увлечёнными, ездил на далёкие расстояния охотиться на дикую утку – лысуху. С охоты дед иногда
привозил целый мешок битой птицы. Семья отказывалась есть эту дичь, – их мясо пахнет рыбой, ведь утки кроме прочей живности и рыбку ловят.
Этих уток бабушка ощипывала, потрошила и продавала на базаре. Время было тяжёлое, послевоенное. Птица шла нарасхват.
Однажды дед уехал на охоту и задержался на несколько дней. Бабушка, предчувствуя беду, встревожилась.
Но вот послышался гул мотора, отворились огромные ворота, и во двор задом въехал
грузовик. Шофёр и дед с двух сторон окрыли борта.
– Принимай, хозяйка, – как-то нерешительно сказал дед, коротким брошенным взглядом, пытаясь поймать произведённое на неё впечатление.
Маленький Коленька стоял со всеми, кто выбежал встречать деда.
Бабушка, стоявшая рядом, бросилась на колени и запричитала:
– Что ты сделал, Ирод окаянный! Ты ж погубил всю семью, весь наш род. Господь
отступился от тебя, когда тебя бес попутал! Что ты наделал! Как нам теперь жить?
– Да как-нибудь,.. с Божьей помощью, – буркнул дед, шаря в карманах брезентовой куртки.
Достав оттуда кусок газеты, сосредоточенно ловкими движениями стал скручивать "козью
ножку".
Коленька не мог понять, почему так кричит бабушка, показывая рукой на странный
белоснежный ворох, наваленный в кузов грузовика.
– Как ты можешь надеяться на Его помощь, если сам отступился от Него! Ты навлёк беду на
весь род! – Не могла уняться бабушка.
– Да не голоси ты, – ему было неудобно перед приятелем. – Всегда люди охотились. –
Присев на скамейку, стоящую рядом с бревенчатой стеной избы, и словно ища опору, прислонился к ней спиной. Неторопливо закурил. – Охота кормила их. Птица давала мясо, перо и
пух. – Он пытался весомыми доводами, привлечёнными из седой древности, вытравить
зарождающееся в себе чувство вины. – Подушек и перин наделаешь. – Дед старался убедить в
своей правоте в первую очередь себя. – Для младшенькой пора приданное готовить. – Он не знал, какие ещё аргументы привести в своё оправдание. – Да и самим ещё не поздно на перине поспать.
– Криво усмехаясь, он бросил взгляд в сторону дружка. – Будешь спать у меня на лебяжьей перине
как царица!.. Принимай! Двадцать девять их, ...двадцать девять штук! – Он закурил, пристально
вглядываясь вдаль, туда, где чёткая линия горизонта разделяла синее небо и тёмно-коричневую
вспаханную землю, словно стараясь там найти поддержку.
– Запомни, Иван, теперь мы остались без Божьего покровительства. Никогда, никогда нам не
будет прощения! – Сказала, поднимаясь с земли, бабушка. – Зачем? Ты что, голодный? Утку и ту
не ешь! Как ты мог?
– Да,.. поехали на утку, но видно, чего-то не угадали. Ни одной утки, ни на Глубоком озере, ни на Гнилушах. Может у них сейчас линька – и они попрятались? – Он сдвинул кепку на глаза, почёсывая затылок. – Тогда мы решили заодно заехать на Чёртог – рядом ведь. Подъехали... Я там
никогда раньше не бывал. Не зря его так называют, скажу я тебе...
В окружении высоких сосен, среди песчаных дюн лежит хрустальным зеркалом водная
