Читаем Ночь Дракона онлайн бесплатно

Он был заперт… заперт… заперт…

Тьма его каземата давила на него. Он не мог дышать, не мог пошевелиться. Как так получилось? Что за мерзкой мелюзге удалось поймать его в ловушку? Паразиты схватили левиафана! Это было невозможно!

Но это произошло…

Ему хотелось прореветь, но он не смог. По крайне мере вокруг не раздалось ни звука. Тишина сводила с ума. Он должен был освободиться! Должен был сбежать…

Ослепительная изумрудная вспышка охватила его. Он завопил, поскольку мучительный свет сломал его тюрьму и вытолкнул его наружу.

Но тот вопль перешел в громкий рев облегчения, смешанного с яростью. Он распахнул свои величественные мерцающие крылья, его гигантская бирюзовая фигура занимала большую часть помещения, в котором он оказался. Острые почти прозрачные треугольные наросты простирались по его спине и формировали на голове внушительный гребень, похожий на тот, что носят на шлеме генералы. Огромные, блестящие белые сферы - скорее жемчуг, чем глаза - осмотрели просторную пещеру, полную горных образований, выступавших словно клыки с округленного потолка и шероховатого пола.

Затем он злобно уставился на тех паразитов, которые посмели - каким-то образом! - схватить его, великого и ужасного. Внезапно от него изошла тонкая пурпурная аура, и он проревел в своей справедливой ярости.

- Мерзкие букашки! Мелкие гремлины! Вы посмели обращаться с Зераку как со своей домашней зверюшкой? - пока Зераку кричал, его итак эфирное тело становилось все более и более прозрачным. Он взирал на небольшое сборище его тюремщиков. Они представляли собой уродливых небольших существ, которые двигались как неуклюжие дренеи, только у них была чешуя, а кое-где виднелся и мех. Их мерзкие крошечные ротики были полны острых зубов, их тела скрывала броня, а головы - капюшоны. Их глаза пылали лютым красным пламенем, и, несмотря на только что озвученную угрозу, не было похоже, что они напуганы.

Зераку подумал, что они не связывались ранее с драконами пустоты.

- Мерзкие букашки! Мелкие гремлины! - повторил он. Вокруг его тела стали внезапно потрескивать грозовые разряды, что поразило даже его. Он протянул свою когтистую лапу, словно собираясь смахнуть этих надоедливых существ, и внезапно из нее вылетела молния.

Первый удар необычно сошел со своего пути, развернувшись от мелких существ в самый последний момент. Одновременно на лбах каждого коротышки показалась странная пылающая руна.

Без промедления дракон-пленник запустил в них очередное заклятье. На сей раз, молния ударила в землю рядом с его угнетателями. Во все стороны полетели камни и грязь, а вместе с ними в воздухе оказались и эти, наконец, зарычавшие твари. К радости дракона, их шипящие тела попадали на землю.

- Мерзкие букашки! Зераку раздавит вас всех!

Он призвал еще больше силы. Его грудь внезапно покрылась темными лазурными венами. Молния затрещала еще яростнее.

Вдруг откуда-то взялась длинная прочная нить из серебряной энергии. Она обмоталась вокруг его передней лапы и сильно сжала ее.

Пораженный этим Зераку даже забыл, что собирался нападать. Дракон пустоты был существом из энергии; нить должна была пройти сквозь него. Он попытался разорвать ее зубами, но лишь получил мощный удар по челюсти. Его лапа повисла, внезапно лишенная всей силы.

Как только это произошло, его другая передняя лапа была точно также обезврежена. Зераку напрасно противился - тонкие магические нити оказались сильнее его.

Тело дракона пустоты охватила рябь, синие вены, обычно выделяющие Зераку издалека, теперь стали почти черными. Он стал еще более призрачным, словно растворялся в тумане.

Серебряные нити вспыхнули.

Зераку выдал полный страданий вопль и упал, обрушившись на землю, словно он состоял из плоти и крови. Пол пещеры покрылся трещинами. Образовалась большая расселина, куда упали и встретили свою смерть два крошечных существа.

Оставшиеся проигнорировали гибель своих товарищей, поскольку они впустили в ход еще две серебряных веревки. Пятерка этих заморышей орудовали зловещими нитями энергии, будто это были гигантские кнуты. Нити безошибочно обматывали Зераку и прикреплялись к земле позади него своими маленькими изумрудными кристаллами на конце.

- Отпустите Зераку! - проревел дракон пустоты, поскольку лески опять вспыхнули, и по его телу пронеслась агония. - Освободите меня!»

Новая порция нитей намертво прижала его к полу. Зераку боролся, но магические оковы полностью сводили на нет его силы.

Чешуйчатые фигуры вокруг него торопились, запуская одну нить из кошмара за другой, пока те почти полностью не обволокли дракона. Каждое их прикосновение казалось ему и обжигающим, и леденящим. Зераку корчился от ярости и боли, но не мог ничего поделать.

Существа продолжали лихорадочно работать, очевидно, будучи неуверенными в силе своих пут. С помощью изумрудов они постоянно подправляли сдерживающие нити, что часто доставляло дракону пустоты дополнительные страдания. Одного из них эти пытки даже насмешили.

Зераку сконцентрировал последние остатки своей силы на этом истязателе. Черная энергия окружила то существо, которое теперь вопило от страха в расплату за причиненные муки. Магия дракона пустоты превратила угнетателя в кровавое месиво, которое потом обернулось в кристалл черного эбонитового цвета.

Немедля другая нить охватила его пасть, прижав ее к полу. Сверкающий титан продолжал свою борьбу, но теперь его челюсти держались так же крепко, как и остальная часть его тела.

Его тюремщики продолжали мельтешить по огромной пещере, словно их что-то сильно беспокоило, хотя Зераку больше не был уверен, что это имело хоть какое-то отношение к нему. Он прошипел – с закрытым ртом он не мог издать нечто иное - и попытался вновь освободиться.

И снова все его попытки были тщетны.

Вдруг ни с того ни с сего чешуйчатые коротыши остановились. Все они, как один, уставились куда-то мимо дракона пустоты, вне поля его зрения. Однако Зераку все же мог ощутить, как кто-то пришел, кто-то, кто обладает огромной силой.

Его настоящий надзиратель…

Все вокруг него упали на землю в знак уважения. Зераку услышал слабый шум, который можно было принять за ветер, если не учитывать, что в этом проклятом месте не могло быть никакого сквозняка.

- А вы преуспели, мои скардины, - прозвучал очаровательный женский голос, от которого у дракона кровь застыла в жилах. - Я рада…

- Они неплохо справились с вашим наказом, - вторил ей мужской голос. В его тоне явно чувствовалось презрение к тем существам: - Хотя они раскрыли крисалиновую палату слишком рано, моя госпожа. Зверь чуть не сбежал.

- Нет повода для беспокойства. Оказавшись здесь, сбежать уже невозможно.

Судя по голосу, женщина приближалась… и вот, она предстала перед Зераку. Бледная дама, одетая в облегающее платье цвета ночи, изучала его и давала в свою очередь возможность ему изучить ее. Она напомнила Зераку другую, ту, что пыталась помочь ему и показала, что есть нечто отличное от абсолютного хаоса, с которым он был хорошо знаком в мире, прозванным Запредельем. Дракон пустоты смог учуять в некоторой степени нечто знакомое, и в то же время что-то было совсем не так.

Длинные черные волосы спадали вниз с ее плеч. Казалось, она выражала сочувствие, будто она была не причастна к его заточению, хотя Зераку не сомневался, что в этом виновна именно она. Дракон пустоты смог заметить идеальные черты ее лица, а у ее собеседника они были вообще безупречны.

Все же Зераку почувствовал себя неуютно от этого полуприкрытого взгляда, и он снова изо всех сил попытался вырваться из ловушки.

Женщина усмехнулась краем своих красных губ.

- Тебе не нужно так волноваться, мой мальчик. Наоборот, тебе должно быть хорошо. Ведь, в конце концов… я всего лишь привела тебя домой.

Ее слова для него были полной бессмыслицей. Зераку напрягся, отчаянно ища спасения… спасения от этих крох, которым каким-то образом удалось сильно напугать его.

Она наклонилась, чтобы быть прямо перед ним. Ее левая сторона лица была скрыта шелковистой вуалью… но когда она повернула голову, эта вуаль не скрыла от дракона ужасающую, опаленную плоть и зияющую брешь там, где должен был находиться ее глаз.

И хотя женщина казалась мошкой при сравнении с драконом пустоты, ее обезображенный лик усилил страх Зераку тысячекратно. Он хотел оказаться подальше от нее, желал никогда больше ее не видеть. Даже когда вуаль опять скрыла уродливую часть ее хозяйки, дракон все еще мог ощущать, что под ней скрывается ужасное зло.

Зло, которое превосходило все, что он знал в Запределье.

Ее губы вновь расплылись в улыбке, намного большей, чем мог бы позволить себе обычный человек.

- А теперь тебе нужно отдохнуть, - сказала она властным тоном, требующим повиновения. Пока Зераку не потерял сознание, она добавила: - Отдыхай и не бойся… ведь здесь ты среди своей родни, моё дитя…

Время летит так незаметно, если тебе суждено жить так долго, подумала закутанная фигура, восседавшая в своем горном святилище и смотрящая на мир через бесконечный ряд мерцающих сфер, витающих вокруг него. По одному лишь жесту своего создателя они перемещались вдоль гигантской овальной палаты. Те, которые он выбирал, подлетали к нему и устанавливались на пьедесталы, созданные магией из сталагмитов, когда-то переполнявших это место. Каждая основа пьедестала была словно вырезана искусным ремесленником, настоль идеальны были их линии и углы. Однако чем выше шел постамент, тем больше он казался плодом сна, а не продуктом ручного мастерства. В росписях того сказочного пьедестала просматривались драконы и души, а сама вершина напоминала оцепеневшую руку с длинными, когтистыми пальцами, тянувшимися, но не хватающими сферу над собой.

И в каждом таком шаре показывалось то, что наиболее интересовало этого волшебника, Краса.

Слабый рокот грома, чудом донесшийся до этого скрытого святилища, говорил о надвигающейся буре. Одевшись на сей серый вечер в фиолетовые одежды, говорящие о его принадлежности к Кирин Тору, долговязый, бледный заклинатель наклонился к шару, чтобы все разглядеть. В синем свечении сферы в свою очередь отражался высший эльф – представитель теперь уже почти исчезнувшей расы - у него была та же структура лица, аристократический нос и длинная голова и уши. Все же, несмотря на сходство с той красивой и павшей расой, происхождение Краса было точно не эльфийское. Это можно было сказать не только потому, что его ястребиное лицо было покрыто морщинами и шрамами - из которых более всего выделялись три длинных рубца на всю правую щеку, что не мог заработать ни один эльф, если он, конечно, не прожил несколько тысячелетий - не только потому, что у него были экзотические черные и темно-красные пряди в его серебряных волосах. Скорее его сверкающие черные глаза - глаза не эльфа и даже не смертного - говорили о древнем возрасте существа.

Возраст, возможный только у одних из самых старших драконов.

Крас было ему имя, когда он принимал эту форму, под этим именем его знали многие, когда он однажды был старшим членом правящего круга совета даларанских волшебников. Но Даларан не смог остановить быстрорастущий поток зла, несмотря на все свои усилия, как этого не удалось многим другим королевствам во время войны против орков и последующих битв с демонами Пылающего Легиона и нежити Плети. Мир Азерота перевернулся вверх тормашками, были погублены тысячи жизней, и все же затем вновь наступил баланс сил… баланс, который с каждым мимолетным днем казался все призрачнее.

- Мы как будто пойманы в ловушку бесконечной игры, и наши жизни зависят от броска игральной кости или поворота карты, - подумал он, вспоминая катастрофические события еще более далекого прошлого. Тогда Крас стал свидетелем краха цивилизаций, намного старше, чем любая существующая ныне, и хотя у него была возможность тогда спасти многих, этого оказалось недостаточно. Что тогда мог сделать он один, один дракон… даже если он был на самом деле Кориалстразом, супругом великой королевы красной стаи Алекстразы.

Даже сам великий Аспект, его возлюбленная госпожа, возможно, не могла предвидеть все и вмешаться в ход событий. Крас знал, что он берет на себя гораздо большее бремя, чем должен бы, но дракон-маг не мог отказаться от своих попыток помочь народам Азерота, даже если некоторые из его усилий были заранее обречены на провал.

И прямо сейчас происходило множество событий, которые привлекали его внимание, события, которые могли повергнуть этот мир в пучину хаоса… и в корне этих проблем была его собственная раса - драконы. Огромная брешь - портал, ведущий в удивительный мир, называемый Запредельем - одновременно очаровывал и беспокоил синих драконов, хранителей всей магии. Оттуда прибыло таинственное лекарство от безумия, которое давным-давно охватило повелителя синей стаи. И хотя Аспект магии, Малигос, теперь находился в здравом уме, Краса ничуть не радовал текущий ход мыслей левиафана. Будучи возмущенным, что, по его мнению, младшие расы необдуманно пользовались разрушительной магией, Малигос начал намекать другим Аспектам, что, возможно, понадобится чистка всех обладателей данной силы, дабы сохранить Азерот. Малигос был непреклонен в своем решении в последний раз, когда он, Алекстраза, Ноздорму Вневременной и Изера Спящая собрались вместе на далеком севере в древнем, высоком храме Драконьего Покоя скованного льдом Драконьего Погоста на обязательный ежегодный ритуал, начатый с тех пор, как они объединили свои силы, дабы одолеть ужасного Смертокрыла чуть более десятилетия тому назад.

Опечалившись еще сильнее, Крас отозвал рассматриваемое им видение и вызвал следующее. Однако он даже не обратил на него внимания, все его мысли теперь были о другом великом драконе, Изере. Ходили слухи о кошмарах, появившихся в эфирном царстве, хозяйкой которого она была - мифическом Изумрудном Сне. Но что точно там произошло - вопрос, на который никто не мог ответить, но Крас начинал беспокоиться, что Изумрудный Сон может стать проблемой, потенциально более пагубной, чем любая другая.

Он было начал призывать следующую сферу, быстро охватив взглядом текущую… но вдруг он запоздало признал показываемое в ней место.

Грим Батол.