Читаем Няня для майора (СИ) онлайн бесплатно

Инна

Шёл обычный рабочий день, такой же серый, как и все предыдущие. Но я была лишь рада, ведь мой необходимый минимум по жизни – быть невидимкой. И кабинет у меня под стать. Каморка под запасной лестницей. Архив, в общем. Практически никто и никогда сюда не суётся, я ведь занимаюсь электронным документооборотом, контролем за исполнением распоряжений, ну и канцелярия вся на мне. Ко мне приходит только Лилия Николаевна, секретарь, да директор – Илья Романович, пару раз заглядывал, узнать, оправдывает ли работа мои ожидания. Оправдывает, еще как!

Сегодня вторник, двадцать пятое мая. Через пару дней лето, а это значит, что работы прибавится. Ведь, в период отпусков обязанности с одного перекладывают на другого, а мне все это нужно контролировать, спасибо, что только по почте и внутреннему чату. Ну и главному списки регулярно подаю, естественно.

Мне с кабинетом не просто повезло, а очень подфартило. Иметь свой запасный выход, которым, невзирая на упреки охраны, я пользуюсь на постоянной основе; свой санузел и почти пустой этаж, ведь здесь рядом находится только архив, КТП, и склад какого-то арендатора.

Поэтому, когда дверь в мою обитель распахнулась – я аж подпрыгнула. Но не сразу увидела посетителя из-за монитора, и вскоре стало понятно, почему. В мой кабинет забрел малыш, на вид ему – лет пять, но может и больше, просто мальчик не крупный.

– Привет, малыш, – робко поздоровалась я. – Ты как сюда попал?

Мальчик лишь молча пожал плечами.

– Не бойся меня, дружок, я сама всех боюсь, – глупо улыбнулась. На самом деле это правда – я действительно всех боюсь.

Мальчик закрыл за собой дверь и пошел мне навстречу, а я в это время уже вставала из-за стола.

Очаровательный рыженький парнишка с большими карими глазами оказался одетым в джинсовый комбинезон с голубой футболкой под ним. Удивительно, как голубой цвет оттеняет его глаза.

Не делая слишком много шагов вперед, присела на корточки и протянула руки. Все-таки, он ребенок, я не должна боятся такого пупсика, тем более, что дома ждут Пашка и Мишка, которые ненамного старше этого персонажа.

– Меня Инна зовут, будем знакомы? – малыш улыбнулся и подошел ко мне, пожал обе руки.

Надо хоть что-то узнать о мальчике и искать родителей – просто так, из ниоткуда, он сюда попасть не мог.

– А ты представиться не хочешь? – робко спросила ребенка. Мой гость лишь поджал губы и отрицательно покачал головой.

Страшная догадка посетила меня. Вот же дурочка!

– Ты не разговариваешь, да? – малыш лишь грустно кивнул.

Я не выдержала, и притянула его в объятия. Мальчик сначала замер, а потом и сам прижался ко мне, тихонько всхлипывая. Бедная кроха. Интересно, а с кем он здесь, где его родители? Точно! Я же должна сообщить на пост охраны, иначе, как родители смогут найти сына?

– Дружочек, ты не голоден? А то у меня обед начинается, я бы перекусила.

Правильно, ребенку нужно найти занятие, чтобы он и от меня не сбежал, а не то странная картина получится.

Мальчик подозрительно посмотрел на меня. Боже, у такого малыша, и такой пронзительный взгляд!

А потом произошло то, чего я не ожидала: мальчик показал мне рисунок на майке, отстегнув нагрудник комбинезона.

– Дональд, тебя так зовут? – малыш лишь отрицательно помотал головой на мою первую ассоциацию.

– Может быть ты Дак?

И снова тот же жест. Я призадумалась. Дональд Дак, как его еще можно назвать? Точно!

– Утенок?

Малыш заулыбался и довольно кивнул. Я попала точно в цель. Ну и чудно, значит, контакт налажен, а я теперь знаю, как называть безымянного малыша и о чем с ним поговорить.

– Ну что, Утенок, кушать будем? Моя тетя напекла умопомрачительные блинчики, хочешь?

Заманивая рыжика к столу, быстро выуживаю из термосумки коробочки с едой, одну из них кидаю в микроволновку. Да, у меня есть и личная печка, и чайник, и сумка-холодильник. Ведь я настолько привыкла к уединению, что и в местную столовую тоже не хожу. Поэтому, меня хорошо снабжает ссобойками тетя Зоя. Общественным транспортом, к слову, я также не пользуюсь: я пробегаю остановку вперед, через лес, к старой насосной башне, а там меня подбирает или дядя, или сестра, и отвозят домой. Не люблю я людей. Боюсь их.

А вот Утенок меня быстро очаровал. Юный рыжий красавчик. Пока блинчики разогреваются, мальчик с интересом заглядывает в контейнер с салатом, коробочку с нарезкой. Фыркает. Я поняла – сладости! Точно, детки же все хотят глюкозу. Достаю еще и шарлотку с глазированными сырками. Угу. Кормят меня, как на убой, только, к счастью, на мне ничего не откладывается.

И вот, пока Утенок, с вновь возникшим любопытством, изучает обновление набора продуктов, я быстренько строчу на пост охраны сообщение:

«Мальчик, лет пяти-восьми, мелкий, в джинсовом комбинезоне и голубой футболке, у меня».

Отправить. Какая же прекрасная штука, внутренний чат. Я иногда завидую программистам и системным администраторам – они такие крутые штуки придумывают, а я… Трусиха. Не смогу пойти куда-то еще учиться, да и просто общаться с кем-либо желания нет.

Бояться людей начала после, так называемого, дня посвящения первокурсников. А начиналось все многообещающе. Когда я поступала на специальность ПГС (промышленное и гражданское строительство) технического университета, на меня обратил внимание первый красавчик, старшекурсник, общественный деятель, Макар Стрельников. Он занимался помощью абитуриентам в ходе работы вступительной кампании. Поступила я легко, школу окончила с золотой медалью, поэтому мне было все равно, куда идти учиться дальше, а родители сориентировали, чтобы у дяди под боком была.

И вот, Макар начал оказывать мне знаки внимания, а после первого сентября и вовсе – открыто ухаживать. Это очень льстило. Нет, я не страшилка, а очень даже ничего. Рыженькая, худая, среднего роста. В школе занималась биатлоном – отец настоял, да и климат позволял.

За развитием моих с Макаром отношений, казалось, следил весь универ. Я влюблялась в него, а иначе и быть не могло. Моя жизнь стала сказкой. Только вот, я не знала, что и у сказок бывает плохой финал, а принц может оказаться чудовищем.

Макар пригласил меня на праздник, посвященный первокурсникам – его у нас проводили в середине октября, чтобы «малыши» уже успели влиться в ритм университетской жизни. На официальной части все было идеально, а мой кавалер – галантен и учтив. Дальше, по плану, мы оказались на закрытой вечеринке. Это что-то нереальное! У меня строгие родители, да и спортивный режим в прошлом, накладывали на мою жизнь множество ограничений, коих не было у сверстников. И, вот здесь, на этой вечеринке, я впервые дала себе возможность расслабиться. Яркие напитки, громкая музыка, откровенные танцы – вся эта обстановка затягивала, манила, будоражила.

А потом – словно выключили свет. Бум – и пустота. Я долго пыталась продрать глаза, но никак не могла. Осознавала лишь, что где-то лежу. Двигательная активность тоже подводила, а шум в ушах не давал уловить происходящее. Когда ко мне вернулся слух, все, что я смогла различить – смех. Смеялся мой Макар!

– Ребят, я не буду заниматься этим... с ЭТИМ! – скривил лицо от отвращения. – Вы только посмотрите на нее! Сразу весь боевой настрой пропал. А белье-то, кошмар какой! Тело – вообще мрак. Готов оплатить всем выпивку завтра.

Дальше я ничего расслышать не смогла – уши заложило, глаза начало щипать, а тело дрожало. Мне было страшно и больно. Спустя какое-то время, когда все рефлексы восстановились, я осознала, что нахожусь одна, в каком-то странном помещении без окон, на кровати. Но хуже всего было другое – я оказалась абсолютно голой. Метания по комнате в поисках вещей не увенчались успехом, как и истерика, в которую я несколько раз впадала. В конце концов, я стянула с кровати одну-единственную простыню, что была на ней, замоталась, как могла, и вышла. Меня вновь оглушила музыка, а приглушенный свет заставлял прищурить глаза в поисках заветного выхода. Но и это был далеко не финал! Внезапно свет включился, а музыка стихла. На небольшом выступе, играющем роль сцены, показался Макар, с микрофоном в руках.

– Друзья! Наше сегодняшнее посвящение в первокурсники не состоялось. Как вы все видите – простыня абсолютно чиста. Простите, но я не смог, глядя на ЭТО. Внимание на экран!

Проектор осветил стену за Макаром видосом, на котором мужские руки разрезают мою одежду, в то время, пока я нахожусь в отключке. Ну да, у меня было очень худое тело, потому что не так давно я несколько месяцев пролежала в больнице с разрывом связки голеностопа, поэтому и со спортом пришлось завязать. Больничная еда в меня не лезла, а приносить что-то из дома отец матери запретил – нечего баловать. А потом пошли экзамены, поступление, любовь – некогда мне было есть. И да, белье на мне было в розовые мишки.

В общем, полетели в мою сторону смешки и «комплименты», а Макару посыпались овации и сочувствующие реплики. Несколько девушек предложили восстановить его боеспособность. А я убежала оттуда, не разбирая дороги. Жила, да и по сей день живу, в доме маминого брата, но в тот момент туда возвращаться было нельзя. Я отправилась к Оле, двоюродной сестре – она на 8 лет старше меня, и к этому моменту уже вышла замуж, и жила совсем недалеко от моей учебы.

Ребята были в шоке от эффектности моего появления. Олин муж, Костик, всё порывался поднять знакомых и устроить «райские» дни каждому, кто принял участие в посвящении. Но я не хотела. Ничего не хотела. Конечно же, меня показали врачу, и когда выяснилось, что я так и осталась нетронутой, следов насилия или недавних постельных игрищ не обнаружено, ребята свой напор поубавили, и дали возможность все решить самой. В институте я появилась считанные разы, чтобы перевестись на дистанционную форму обучения, потом кое-что требовалось сдать лично, ну и диплом. Диплом, на минуточку, красный. А людей все равно боюсь. Все, с кем я открыто общаюсь – это дядина семья, ну и родители, которые за последние шесть лет, приезжали всего один раз, на неделю. И на работе еще, Лилия Николаевна. Поэтому, квалифицированный проектировщик-строитель, сидит и занимается делопроизводством в каморке под лестницей, лишь бы не видеть людей.

Ни дядька с тетей, ни родители всей истории не знают, Оля рассказала просто что-то про некий конфликт интересов, и настойчиво просила меня не трогать. Родители ворчали, но отступили – слишком далеко живут. Мой папа – военный, а мама, словно жена декабриста, везде с ним, работает старшим поваром в армейской столовой. За всю мою жизнь, мы с родителями переезжали трижды, и вот теперь – у них четвертая локация, поэтому меня и затолкали в универ у дядьки под боком, чтобы перспектива была.

Мой дядя – директор компании «Институт жилища», Большов Илья Романович, а его дочь, Игнатьева Ольга Ильинична, занимает должность начальника отдела кадров. В компании никто не знает, что Игнатьева и Большов – родственники, и о родственной связи со мной тоже. Я живу в доме Большовых Ильи и Зои, там же проживают еще и двоюродные братья-двойняшки Паша и Миша, им по 12 лет; и кошка Моника. Да, между Олей и младшими 19 лет разницы. Большовы разогнались как-то, хотя, они еще оба ого-го! Несмотря на возраст “чуть за пятьдесят”.

И вот, сидим мы, значит, чаевничаем, поглощаем мои запасы; а на телефоне фоном идут мультики моего детства. Впервые за долгое время, рассматриваю без стеснения другого человека – Утенка. Мне нравится этот малыш – я бы с удовольствием узнала о нем побольше. Должно быть, особую магию играет его молчаливость. Что меня пугает в людях? Да – они сами, если честно. Но, наверное, больше всего – это слово и касание. Два инструмента для причинения боли, моральной и физической. Утенок молчалив, да и я первая обняла его – так мы преодолели оба барьера, поэтому мальчика я не боюсь. Наоборот, мне давно не было так комфортно. Конечно же, детская непосредственность творит своё волшебство. Смешные герои, мелькающие на экране, задумчивый малыш, и я, которая повторяя за мальчиком, ест руками. Отец бы точно всыпал за такое. Нет, у меня хорошая семья, не взирая на всю родительскую строгость. Да и, разве может быть в семье военного иначе? К тому же, отец всегда сына хотел, но после меня у мамы начались проблемы с почками. Сказали, что беременеть больше нельзя, вероятнее всего, даже не выносит.

Фунтик запевает песенку про карамельку за щекой, как вдруг – дверь с грохотом открывается, и в зоне видимости оказывается разъяренный мужик, лет тридцати пяти, а за ним мельтешат директор, главный инженер и женщина с поста охраны. Лениво разглядываю входящих. Мужчина в деловом костюме насыщенного синего цвета и голубой рубашке, галстук ослаблен. Осанка, походка и подача себя говорят о некой влиятельности, да и администрация наша как-то стыдливо головы повесили. Внешность незнакомца, я бы сказала, в моем вкусе, если бы не дикие волчьи глаза. Рост, должно быть, под метр восемьдесят, телосложение угадывается мускулистое, но не перекачанное, темно-русые волосы, уложенные модной стрижкой, и легкая щетина, образующая красивую бороду. Также, не могу не обратить внимание на дорогие часы и, начищенную до блеска, хорошую обувь в слегка спортивном стиле. Выглядит этот мэн на десять из десяти, но вот, налившиеся кровью, серые глаза как-то отпугивают. А, наверное, этот дядя – криминальный авторитет! Не зря я спряталась от мира в архиве, хотя, и здесь меня приключения нашли.

Мой компаньон сразу сникает, лицо снова становится грустным и каким-то отрешенным. Очень жаль, ведь такой юный красавчик меня посетил.

– Иван, быстро встал и подошел ко мне! – зарычал вошедший мутный тип.

Не знаю почему, но во мне вмиг просыпается наседка. Нет-нет-нет, я очень боюсь этого властного мужика, но гораздо сильнее я хочу защитить Утенка.

– Мужчина, как вы думаете, – нагло перебиваю этого мужлана, вставая из-за стола – если молодая и красивая девушка, выбирает в качестве места работы архив, то что это значит? – делаю небольшую паузу, а потом уже повышенным тоном добавляю, – она любит ТИ-ШИ-НУ! Вон отсюда!

Господи, и откуда во мне мужество заговорить с незнакомцем? Да еще и с таким! Ой, мамочки, что же будет. А он…

Этот волк решает обратить внимание на меня. Скользит цепким взглядом по фигуре, потом по лицу, так, что я превращаюсь в гигантскую мурашку от страха, и хмыкнув, выдает: