Читаем Невеста для высших онлайн бесплатно

Неля

Я опаздывала. Не по своей вине. Но это не имело значения. Наше начальство не любит нерадивых работников. Тем более, что я попала в опалу с недавнего времени.

Вспомнила – и настроение упало ниже эстакады, на которой мы застряли неизвестно ещё на сколько.

Наш босс умный, коммуникабельный мужчина. Симпатичный, немного чопорный. Неудивительно, при его положении. Одна у него слабость – женщины. Пока я жила со своим парнем, он меня и не замечал. Но, стоило нам расстаться, как я сразу стала объектом его пристального внимания.

Откуда только информацию добыл? Подозреваю Лизбет. Но не обижаюсь на неё. Я бы и сама не против встречаться, но не с женатым человеком. Это мой нерушимый принцип. Боюсь, что после отказа от ухаживаний я стала кандидатурой на увольнение. Если не сдамся, конечно.

Самое обидное, что нельзя даже фиксировать на мобильфон произошедшее и скинуть фото, чтобы оправдаться. Потому что катастрофа произошла с аэрокаром высших. Это запрещено.

Никто из водителей даже не смел нажать на клаксон. Стояла абсолютная тишина на нашей ветке.

Мне оставалось совсем немного, чтобы добраться до офиса, всего лишь одна ветка скоростной воздушной эстакады, когда движение остановилось. При аварийных ситуациях автоматически замирает и движение, пока ситуация не разрешится. Всё произошло очень быстро. Раздался хлопок, затем свист, что аж заложило уши, а потом скрежет и отдалённый грохот.

Мой автокар хоть и старой модели, но имеет звукоизоляцию. Однако я всегда оставляю открытым люк. Не люблю закрытых пространств. И автокары тоже, между прочим. После того, как в такой вот аварии погибли мои родители. Поэтому всю палитру звуков ощутила своим слухом.

Затем наступила тишина, нарушаемая только шумом с других веток. Никто даже не пытался выйти из своих аппаратов и подойти к месту аварии. Я заметила, что над обломками появился сизый дымок. А это значит, что будет вакуумный взрыв, и те, кто находились внутри, исчезнут. Просто распылятся.

Я бы не смотрела туда. Сидела бы равнодушно, как остальные. Никто высших не любит. Это как два мира. Обычных людей и высшей касты. Однако глухая боль от своей потери ещё не отпустила меня и дала о себе знать именно сейчас.

Прошло всего несколько минут, но никто не показался ещё, чтобы помочь: ни дорожный патруль, ни службы спасения. Хотя, мало кто остался бы жив после такого. Аэрокар был разбит всмятку.

Кто мне скажет, почему люди совершают глупые, непредсказуемые поступки? Какие силы заставляют их поступать так, а не иначе? Но моё тело и подсознание решили всё за меня. Пока сообразила, что делаю, я уже пересекла два разделительных бордюра, перелезла на соседний пролёт через перекладину, рискуя упасть с высоты птичьего полёта, и уже подбегала к останкам роскошного аэрокара.

Мой мозг автоматически зафиксировал герб одной из самых влиятельных семей высших. Нутро обожгло неконтролируемым страхом, но я уже была у цели и увидела тело. Лицо залито кровью, короткие тёмные волосы слиплись в колтуны. Рука неестественно изогнута. Пальцы скрючены.

– Господи, Неля, ты дура. Определённо спятила. Парень мёртв. Что ты тут делаешь? – пробормотала я себе под нос.

Я кажется всем нутром прочувствовала, что нахожусь под прицелами сотен камер наблюдения.

– Так. Не тушуйся. Надо вытащить его отсюда, пусть он и мёртв. Раз умудрилась сглупить, – всхлипнула я от перенапряжения, – доводи дело до конца.

Вспомнила, что от моих родителей ничего не осталось. Даже пепла, чтобы попрощаться. И это было самым болезненным для меня. Кем бы ни был этот парень, у него должны быть те, кому он дорог. Я не могла оставаться равнодушной.

Вытащить его я смогу. Дверь была оторвана. И вроде тело не зажато. Руку тронуть побоялась: и так сломана. Пришлось тянуть за плечи. От усердия аж вспотела. Тянула изо всех сил. Пострадавший оказался очень тяжёлым, несмотря на стройную фигуру. Длинный, зараза! Увидела, что сизый дымок закручивается и с ужасом поняла, что меня вот-вот затянет в вакуум вместе с обломками и трупом.

– Бежать надо, Неля. Что же ты творишь? Сдохнуть хочешь? – в шоке выдохнула я.

– М-м-м-м! – раздалось возле уха странное шипение. Мой труп вроде ожил.

От неожиданности я упала на спину. Но не выпустила из цепкой хватки парня, который придавил меня своей массой. Быстро спихнула его с себя и потащила подальше от опасного места. Затащить свою ношу за выступ опоры и накрыть парня своим телом успела за секунду до хлопка.

Хорошо, что открыла рот. Иначе бы лопнули барабанные перепонки. Вибрация прошила всё тело.

Когда отпустило, вдохнула и открыла глаза, чтобы увидеть самое красивое мужское лицо, которое когда-либо видела в своей жизни. Даже залитое кровью, оно было совершенно. Ровный аристократический нос, в меру пухлые, манящие губы, высокий лоб, твёрдый подбородок, небольшая сексуальная щетина. Я лежала на мускулистом молодом парне, хотя, судить по внешности о возрасте высших не стоит. Никогда не угадаешь, сколько лет бессмертным.

Он почти не дышал, едва слышное шипение только угадывалось, и сердце билось. Я услышала единичные удары, когда приложилась ухом к груди. Не дотянет, бедолага. Не дождётся помощи. И зачем я его спасала, если он умрёт?

Ещё одна непростительная ошибка, которую я совершила, была следующей. На лацкане делового пиджака у меня красовалась брошь. Единственная ценная вещь, оставшаяся от матери. Уколола палец и выдавила несколько капель в рот парня.

Быстро встала, отряхнулась и вернулась той же дорогой, что и перебиралась сюда. Не уверена, что правильно поступила. Но парень хоть останется жить.

Хорошо, что мой автокар стоял недалеко. Я чувствовала на себе множество недоуменных взглядов. Но была уверена, что меня никто не фотографирует. А файлы с видеокамер будут уничтожены. Всё, что касается жизни высших, не просачивается никуда.

Успокаивая себя этим, спокойно доехала до работы. В клининг-комнате приняла душ, переоделась в почищенную в камере одежду. Поднялась на скоростном лифте до сотого этажа и вошла в офис. Благо, что босса не было видно. Прошмыгнула за свой стол.

– Ты где шляешься? Тебе повезло, что босс сам ещё не приехал, – подкатила ко мне Лизбет. Любопытная особа. Но ко мне относилась хорошо. – С тобой всё нормально? – с сочувствием спросила она.

Я натянуто улыбнулась, кивая.

Из головы не выходил красавчик на трассе. Когда поток автокаров вынес меня на центральную улицу, я видела зависший в воздухе модуль с гербом. Таким же, что был на аэрокаре.

– С ним всё будет в порядке, – произнесла я, видимо, вслух, потому что Лизбет сразу отреагировала:

– С кем? Ты ещё беспокоишься об этом отморозке?

– Нет. Прости. На дороге авария была. Поэтому я и задержалась.

– Ой! Это ты прости. Я же знаю, как тебе тяжело с некоторых пор говорить о таких вещах. Я думала, что ты жалеешь придурка, которого выставила за дверь. Он не достоин даже дышать с тобой одним воздухом. Так бы и прибила гада. Ты молодец, что избавилась от этого балласта, – затараторила она.

– Да. Я тоже так думаю. Давай работать. Я и так опоздала, а мне сдавать отчёт, – виновато улыбнулась я. – На обед сходим вместе в «Сильву», я угощу тебя десертом.

– Конечно, – обрадовалась подруга, и мы приникли к своим рабочим панелям.

Алан

Я быстрым шагом отмерял метры широкого светлого коридора медицинского центра для высших, едва не срываясь на бег, но стараясь сохранить хладнокровие. За мной тенью перемещалась охрана.

В этом месте никогда не увидишь обычных людей. Только автоматику и специалистов из высших. Сейчас коридор был пустым в связи с чрезвычайной ситуацией и важностью личности, что сюда поступила в тяжелейшем состоянии. Мой брат.

К сожалению, модификаты тоже имеют свои недуги. Чаще всего получают травмы после вот таких вот катастроф, что является редкостью. В данном случае – подстроенной.

Центр и так был местом изолированным. И попасть сюда могли только по пропускам со штрихкодом. Но сейчас здесь было столько охраны, что казалось, пациент – президент страны. Хотя, этот пациент был покруче президента, который сам кланялся таким именитым людям, как мы, братья Габсбург.

По пути не встретился ни один работник. Все двери были закрыты наглухо. Помещения пусты.

Передо мной открылись последние двери в просторную палату с широкой функциональной кроватью и капсулой регенерации, в которой находился Рон. Мой неугомонный брат.

– Оставьте меня. Как только придет Марк, пустите его, – сказал я, не поворачиваясь.

– Да, господин.  

Створки дверей с тихим шипением закрылись.

Я позволил себе глубокий вздох, чтобы немного расслабиться. За последние несколько часов с момента, как я узнал об аварии и шла операция, кажется, я потерял с десяток лет жизни.

Постоял немного в тишине, нарушаемой только звуком монитора, отсчитывающим удары сердца и медленно подошёл к капсуле.

– Привет, братец! Как же ты так неосторожно попался?

Я смотрел на лицо, похожее на моё как две капли воды. Такое спокойное и такое непривычное. Вроде, тот же разлёт густых бровей, аккуратные линии. Сейчас расслабленные, как будто парень спит. Под глазами залегли тени, веки припухшие. Волосы полностью удалены с головы. Едва заметный шов, прикрытый прозрачной полоской заживляющей ленты, тянулся от левой брови вверх, к виску.

Рубец исчезнет и волосы отрастут. Только надо выяснить, насколько тяжёлой была травма, если пришлось вскрывать череп. Левая рука обездвижена фиксирующим рукавом. На теле уже отцветающие, безобразно огромные гематомы.

Странно было видеть Рона в таком состоянии. Вечно подвижный, как капелька ртути. Улыбающийся. А сейчас похож на сломанную куклу.

– Алан!? – раздался низкий и мягкий голос врача. Одно время мы дружили с Марком довольно близко, пока жизнь не развела нас по разные стороны. Встречались только иногда, на благотворительных вечерах.

– Прогноз? – мой вопрос прозвучал сухо, как и было в моём горле. Я не мог издать ни одного лишнего звука, чтобы даже поприветствовать человека, который лечил моего брата.

– Ты, как всегда, сразу к делу, – отозвался он.

– Марк!? – мой голос чуть не сорвался.

– Извини. Всё не так страшно, как кажется, – хмыкнул мужчина, подходя ближе к капсуле и сверяясь с показателями. – Я оставлю звук сердцебиения? Мне так спокойнее.

– Поэтому ему вскрыли голову? – последнее предложение было мной проигнорировано. Хотелось сказать, что мне тоже так спокойнее, но промолчал.

– Не только голову, – похоже, его задело такое отношение. Однако, Марк достаточно хорошо знал меня, чтобы не обижаться. Когда что-то касалось брата, для меня остальной мир переставал существовать. Я всегда его оберегал. Он мой единственный родной человек. И такое вот случилось несчастье. – У него переломы позвоночника в шейном и поясничном отделах. Спинной мозг, к счастью, не пострадал. Был в униформе с нанозащитой. А вот голова…

– Понятно. Снова без шлема полетел, – сжал я губы. Рон всегда был беспечным. – Насколько серьёзна травма головы? Эликсир не справится?

– Не понадобился, – заявил врач, и я коротко на него взглянул. – Сказочно повезло твоему брату, друг. Мало того, что его вытащили из аэрокара после начала отсчёта самоуничтожения. Так ещё и… Только не злись, ладно?

– Не понял? – развернулся я полностью к собеседнику. Разговор принимал интересный оборот.

– У Рона было кровоизлияние в правой лобной доле и разбит затылок. Я не говорю о том, что он мог полностью остаться лишённым слуха и зрения. И координация движений…

– Дальше. Не тяни, – странно и неправильно было слышать такие страшные вещи по отношению к Рону.

– Похоже, чтобы спасти ему жизнь, его напоили кровью.

– Повтори, – Марк непроизвольно поёжился от моего тихого вкрадчивого голоса.

– Совсем немного. Сначала даже не обратил внимания на некоторые изменения. Тяжесть состояния позволяла такие огрехи. Но ткани восстанавливались на глазах, пока шла операция. И я заподозрил неладное. Повторные анализы ничего не показали. Пришлось более детально исследовать первоначальные пробы. Там нашлись чужие гены. Уверен, что парень бы не выжил, если бы не своевременная помощь.

– Кто об этом ещё знает? – более спокойно поинтересовался я.

– Никто. Я сам этим занимался. И нигде не оставил следов. Вот, только этот чип содержит полную информацию, – протянул он мне блестящую полоску в пластиковой коробочке.

– Спасибо! Я благодарен тебе. Надеюсь, что эта информация останется между нами, – обжёг я его пристальным взглядом. Он мне соврал. Боится. Меня все боятся, кроме моего братишки.

– Конечно. Если тебе интересно моё мнение, эти крупицы не окажут никакого воздействия на твоего брата. Слишком мизерное количество. Будто тот, кто сделал это, знал, что делает.

– Когда он очнётся?

– Не знаю. Все функции мозга в норме. Внутренние органы в порядке. Переломы почти срослись. Надеюсь, что день-два – и всё будет в порядке.

– Хорошо. Кроме тебя к нему не должна подходить ни одна живая душа. Его будут охранять. Я буду ждать новостей.

Я покинул палату. Но далеко не ушёл. Мне поднесли планшет, на котором была видна палата брата.

Марк нервно потёр руки и уселся за панель. Было прекрасно видно, как все данные исследования стираются. Проверил несколько закладок. Похоже, смотрел, что мог упустить. Уничтожив все файлы, облегчённо вздохнул.

– Лучше иметь Алана в друзьях, чем во врагах, – прошептал он. – Ты мне оказал услугу, Рон, оставшись в живых.

Кивнув охраннику, который сразу же скрылся с планшетом в соседней комнате, я решил заняться поисками.

Неля

После посиделок с Лизбет в любимой забегаловке отправилась домой. Машину брать не стала. Похоже, не совсем смогла отвлечься от утренних событий. Было странное ощущение неприятия тесных пространств. К тому же, скоростные вагончики «Молнии» были комфортными. Так что со спокойной душой оставила автокар на парковке. К тому же, ещё не было случаев аварий с ними. Человек двадцать я уж могла спокойно перенести в течение двадцати минут поездки.

Нечем было себя занять. Читать в одном месте не могу. Бумажные книги – редкость, и их надо читать в более комфортном месте. А с электронными книгами я не дружу. Не та атмосфера. У меня с этим проблемы. Рекламные ролики, что круглосуточно крутили на визорах, были не интересны. Заезжены. А вот вид из окна никогда не надоедал.

Зелени в центре почти не было, кроме декоративных кустиков вдоль эстакад и улиц в самом низу. Климат и кислородная насыщенность поддерживались датчиками, которые чутко реагировали на загрязнение и снижение уровня оптимального кислорода в воздухе. Клининг-роботы «трудились» круглосуточно. Специальная серебристо-серая униформа выделяла их из общего фона, и они не смешивались с толпой.