Читаем Нео-геодак онлайн бесплатно
У Нетты Дюбоне были самые приятные манеры на свете, когда она делала кому-то одолжение.
– Пожалуйста, Уна, – искренне сказала Нетта. – Я не знаю никого, кому бы я доверяла в этом деле больше, чем тебе. Я уверена, ты хорошо о нем позаботишься.
Уна Риттербуш кивнула. Она была слишком растрогана, чтобы говорить. Какой подругой была Нетта, лучшей в системе! Как только Нетта услышала, что Уна пригласила на ужин девушку, с которой Джик был когда-то помолвлен, она предложила ей набор палладиевой посуды и коврики ручной работы из волокна микстл-икстл, и настояла, абсолютно настояла на том, чтобы Уна взяла у нее геодак. Настоящий геодак! У Линдорны Белль глаза бы вылезли, как глазные стебельки у голубого лобстера Афродитиона, когда бы она его увидела. Уна не думала, что в городе есть еще один такой.
– Я буду с ним осторожна, – торжественно ответила она. – Действительно буду. Мне его подкармливать или что-то в этом роде?
– Нет, просто выставляй его на солнце примерно на час каждый день. Это все, что ему нужно. С возвращением его спешить не стоит – на следующей неделе мы с Генри собираемся на остров Врангеля на спортивный карнавал, и геодак мне понадобится только через неделю для выставки цветов. Я собираюсь использовать геодак в композиции.
– Я собираюсь заполнить дно контейнера голубыми бриофитами, сверху положу геодак, а затем разложу вокруг и внутри фиолетовые и маджентовые вельдовые орхидеи, чтобы были видны цвета мантии. Я думаю, что справа у меня будет куча синих, а слева, пониже для соблюдения оккультного баланса – маджентовые и фиолетовые. Когда геодак начнет светиться своим оранжевым светом, эффект должен быть потрясающим, и я буду очень удивлена, если не получу приз. У Джойзель Кэбот-Кэбот, может, и есть два робота-садовника и все деньги в системе, но мы с тобой, Уна, оба знаем, что у нее нет ни грамма вкуса.
– И, как я уже говорила, Уна, спешить с этим не стоит. Не торопись.
После того, как Нетта ушла, Уна обошла вокруг геодака, восхищаясь им. Цвета мантии были действительно прекрасными. Не то чтобы Уна была без ума от геодаков – музыкальный звук, который они должны были издавать, больше походил на звук стерео, включённого на полную мощность, чем на что-либо другое, о чем Уна могла подумать, а свет натриевых паров, испускаемых ими, был просто желтым, хотя и выглядел красиво, когда только разгорался, розовый и мерцающий, а потом становился оранжевым.
Главным в геодаках была идея. На самом деле они мало что делали, кроме как лежали на дне своих вивариев, и выглядели как разноцветные моллюски с дырками. Но это была такая древняя форма жизни, и они пришли из таких далеких мест, с Эсхатона, едва входившего в Солнечную систему, так что они были в моде. Она собиралась поставить его в центр обеденного стола вместо цветов, а когда Линдорна Белль упомянула бы о нем, она отнеслась к нему как к чему-то обыденному.
Теперь, когда все было улажено, главный вопрос заключался в том, кого пригласить на ужин в пару к Линдорне Белль? Единственным неженатым мужчиной, о котором Уна могла подумать, был Лесли Хасентайн, и, конечно, он был ужасно милым, но он был одним из друзей Джика. Он работал лаборантом в одном из крупных исследовательских отделов, и говорил так много, что было не понятно, когда он находил время дышать.
В последний раз, когда Уна принимала его, он уговорил всех гостей вдохнуть небольшое количество нового анестезирующего газа, разрабатываемого его исследовательской группой. Никаких неприятных последствий не было, но кое-кто пришел в себя почти сутки спустя, и Уна пропустила свою любимую стереопрограмму. Тем не менее, он не был женат, и было разумно предположить, что Линдорна Белль заинтересуется им. Большинство девушек в ее возрасте хотя бы раз уже побывали замужем.
Ужин в честь Линдорны Белль, состоявшийся три дня спустя, начался хорошо. Линдорна почти ничего не сказала, когда увидела геодак, но ее челюсть отвисла, и это было лучше, чем если бы она попыталась хоть что-нибудь сказать.
Все, что приготовила Уна, вышло прекрасно, Джик выглядел просто потрясающе в своей новой темно-пунцовой вечерней тунике с бледно-золотой окантовкой на рукавах. Сама Уна была одета в платье нового закрытого фасона – у него были рукава и все остальное – из опалового плетёного стекловолокна. Оно было намного элегантнее и привлекательнее, чем платье Линдорны Белль из темно-зеленого косирея с открытым передом. А ведь фасоны без переда уходили в прошлое.
Единственная проблема вечеринки заключалась в том, что Линдорна Белль и Лесли совсем не поладили. Они пытались говорить одновременно: Линдорна – о своей работе в качестве ведущей стереопрограммы «Девушка из трех миров», а Лесли – о некоторых экспериментах в области пространственно-временных взаимосвязей, над которыми работали в его лаборатории. Каждый раз, когда это происходило, они поворачивались, свирепо смотрели друг на друга и повышали голоса еще больше. Они звучали как клетка, полная зигодактилей. Это было очень неприятно.
Они как раз заканчивали с десертом (меркурианский бомбэ в шоколадной глазури), когда Лесли энергично откашлялся и полез под стул за своим портфелем.
– Вам это будет интересно, миссис Риттербуш, – сказал он, не смотря в сторону Линдорны Белль, продолжавшей разговаривать с Джиком. – Это небольшое устройство, только что разработанное нами и воплощающее в себе принципы хроностазиса, которые мы обсуждали. Что вы о нем думаете?
Он протянул Уне плоскую коричневую коробочку. Она была размером примерно с новую косметичку из кожи риноорга, виденную ей в витрине магазина «Ферт» в пятницу.
– Что он делает? – спросила Уна, крутя его в руках и разглядывая со всех сторон.
Она боялась, что не совсем поняла объяснение Лесли. После первых десяти минут она совсем запуталась.
– Ну, по этому поводу есть некоторые расхождения во мнениях. Я утверждаю, что все, что он делает, – это оставляет составные части того, на что он воздействует, в состоянии, так сказать, расширенной латентности, из которой они постепенно воссоединяются. Идея Джеймса заключается в том, что он на самом деле отправляет объекты в будущее – путешествует во времени, если использовать популярное выражение. Я возражаю ему, ведь если это так, то мы должны иметь возможность отправлять объекты и в прошлое, изменяя режим ожидания. Но мы так и не смогли этого сделать.
– На самом деле, разница в основном философская. Хроностатическое действие достаточно легко продемонстрировать.
Лесли забрал у Уны устройство и задумчиво оглядел обеденный стол.
– Я уверен, вы бы хотели, чтобы я вам его продемонстрировал, – сказал он, – не так ли? Вы – интеллектуальный и проницательный образец современной женщины.
– Ну… наверное… да…
– Если я поверну хроностат к одной из этих чашек тео, – продолжил Лесли, приняв нерешительность Уны за согласие, – поток времени сразу перейдёт в состояние повышенной латентности. Действие исчезнет через три-четыре дня.
– Вам ещё понадобятся чашки с тео. Посмотрим… лучше продемонстрировать пространственно-временной эффект хроностата на том, что вам совершенно не нужно.
Лесли направил плоскую коричневую коробочку на тихо гудящий геодак.
– Нет! – воскликнула Уна, внезапно осознав, о чем он говорит.
Было слишком поздно. Лесли уже нажал на выключатель. На мгновение геодак замерцал, окруженный переливающейся аурой, а затем исчез.
– Он должен вернуться примерно в четверг, – сказал Лесли.
Уна уставилась на него. На ее щеках проступил румянец. Черт бы его побрал! Если бы с этим геодаком что-нибудь случилось, ей было бы все равно, гость он или нет, ведь ему не пристало направлять свои дурацкие коробочки на украшения стола других людей.
– Вы уверены, что он вернется? – спросила она.
– О, конечно. Самое большее, не позже пятницы. Возможно, и раньше. Это ему совсем не повредит, миссис Риттербуш. Мы несколько раз испытывали аппарат на лабораторных животных.
Уна кивнула, хоть его слова ее и не убедили. Вечеринка явно не удалась. Позже, после того как Линдорна Белль и Лесли ушли, она поделилась своим беспокойством с мужем.
– Он точно вернется, Джик? – спросила она. – Я не понимаю, как такое вообще возможно.
– О, конечно. Не волнуйся об этом, дорогая. Конечно, Лесли не следовало пробовать хроностат на твоём геодаке, не будучи уверенным, что ты этого хочешь. Хоть он и слишком много болтает, но действительно знает свое дело. Если Лесли говорит, что он вернется целым и невредимым, так оно и будет.
Уна вздохнула.
– Я просто не знаю, что мне делать, – жалобно сказала она, – если с этим геодаком что-нибудь случится.
Дни до четверга Уна провела в состоянии растущего беспокойства. Нетта Дюбоне должна была вернуться домой на следующей неделе, и Уне нужно было отдать ей геодак. Она старалась не волноваться по этому поводу, но ничего не могла с собой поделать: после обеда в четверг она решила приготовить на ужин маринованный язык болло в барболайзере. Это было сложное, замысловатое дело, и оно занимало ее достаточно, чтобы она не бегала в столовую каждую минуту и не проверяла, не вернулся ли геодак.
День был ветреный и холодный. Пока Уна готовила, за кухонными окнами летали листья и мусор. Она терпеть не могла ветер, он всегда действовал на неё угнетающе.
– Отвратительная погода, детка, – вернувшись домой сказал Джик и тепло обнял Уну. – Я не понимаю, почему они не накроют и эту часть города защитным куполом. Бог свидетель, мы же платим достаточно высокие налоги. Слушай! Знаешь, кого я сегодня видел на улице?
– Нет. Кого? – спросила Уна.
Должно быть, язык болло уже почти готов. Может, ей стоит сходить на кухню и посмотреть? Но она не хотела прерывать Джика, когда он что-то ей рассказывал.
– Лесли и Линдорну Белль. Они ехали по тротуару, держась за руки, и разговаривали одновременно.
– А? Лесли и Линдорна Белль? – Уна не поверила своим ушам.
– Да, именно это я и сказал, когда увидел их. Не мог поверить своим глазам. Они прижимались друг к другу, как парочка одиноких квохогов. Линдорна Белль и бровью не повела, когда увидела меня, но бедный старина Лес покраснел до ушей.
Джик подмигнул Уне и улыбнулся, прежде чем продолжить свой рассказ.
– Я отвёл его в сторонку и спросил, когда состоится свадьба, и тогда он покраснел. Он так покраснел, что стал похож на то парфе Розовый Бутон, что ты частенько готовишь. Похоже, он еще не подарил ей браслет на помолвку, потому что ей не понравился дизайн браслетов в ювелирном магазине, но сейчас ему делают браслет на заказ, и они определенно помолвлены.
– Они планируют тихую свадьбу в следующем месяце. Он хотел поехать в Марспорт и район каналов на медовый месяц, но она говорит, что другие планеты в наши дни – это банально, и что гораздо разумнее отпраздновать их бракосочетание на Земле. Она знает о самой очаровательной маленькой гостинице на Большом Барьерном рифе, до сих пор остающейся довольно простой и неиспорченной. Лишь несколько человек знают о ней.
– Он рассказал мне все об их планах. Проблема с этим парнем в том, что он слишком много болтает. Интересно, какой будет их семейная жизнь, если они оба будут все время разговаривать. В любом случае, нам лучше поискать для них свадебный подарок, детка.
Уна опустилась на пневмопорт, все еще держа в руке вилку, которой она переворачивала язык болло. От удивления она почувствовала слабость в коленях. Лесли и Линдорна Белль! Она-то думала, что они оторвут друг другу головы на её званом ужине. Она просто не могла в это поверить.
Конечно, в конце концов, в этом не было ничего удивительного. Иногда люди ненавидят друг друга именно потому, что их влечёт друг к другу, несмотря ни на что. Лесли был очень милым, на самом деле, как и Линдорна Белл, хотя она и была когда-то помолвлена с Джиком. Уне придется купить им что-нибудь оригинальное в качестве свадебного подарка; Линдорна привыкла к красивым вещам.
– Чем это пахнет? – внезапно спросил Джик. Он поднял голову и принюхался. – Что-то горит?
О, небеса, маринованный язык болло! Уна бросилась на кухню. Когда она открыла дверь, ее встретило низкое облако густого черного маслянистого дыма. Сквозь дым она разглядела слабые красные язычки пламени.
Кашляя, Уна сорвала со стеллажа у двери горсть противопожарных бомбочек и начала швырять их в пламя. Первая бомбочка не попала в язык болло, и дым продолжил валить от него, но вторая попала в цель, и за ней последовали и остальные. Тонкие пластиковые оболочки бомбочек разорвались, выделился углекислый газ, и пожар начал стихать. Джик схватил несколько бомбочек и тоже начал их бросать. Менее чем за три минуты пожар был потушен.
Огонь погас, ужин был испорчен, дом был полон дыма. В дымной темноте Уна слышала, как Джик кашляет, натыкаясь на мебель.
– Я собираюсь открыть все окна, – объявил он. – Надо избавиться от дыма.
Раздалась еще пара глухих ударов.
– Черт бы побрал эту мебель! – с горечью сказал Джик.
Затем он открыл диафрагму, и дым стал не таким густым. Холодный ветер начал кружить по гостиной.
На задворках сознания Уны возникло тревожное чувство. Что это было? Разве не было чего-то, какой-то причины, по которой Джик не должен был открывать окна в… в… в…
В столовой апсиде[1]! Геодак! Он весил не так уж много, и если ветер…
Уна добралась до обеденной апсиды как раз вовремя, чтобы увидеть, как материализуется геодак (или, как сказал бы Хасентайн, выходит из состояния латентного расширения) в ореоле переливающихся цветов. Пока она смотрела, ветер подхватил частично проявившийся объект. Он дважды пронесся по комнате, ярко сверкая и, казалось, увеличиваясь в размерах, его музыкальный гул перешел в тонкое завывание. Затем он вылетел в окно.
Джик и Уна провели следующие час и три четверти, собирая кусочки геодака с травы, деревьев и кустов в зоне отдыха за домом.
Когда они закончили, у них осталась куча фрагментов, которые могли бы уместиться на блюдце диаметром в двенадцать сантиметров. Ни один из фрагментов не превышал трех сантиметров в ширину, и Уна не была уверена, что некоторые из них вообще были частью геодака. Она подобрала их только потому, что не могла придумать, что бы это могло быть еще.
Мгновение Джик смотрел на жалкую кучку. Затем серьезно кивнул.
– Совершенно ясно, что произошло, – заключил он. – Ветер подхватил геодак как раз в тот момент, когда он снова сгущался во времени. Отдельные части соединились, но структура геодака была искажена силой, приложенной в тот момент, когда он был сформирован лишь частично. Он распался на кусочки. Полагаю, сейчас по всему городу разбросаны атомы геодака.
Атомы геодака!
