Читаем Натуральный обмен онлайн бесплатно

Дался мне этот эко-туризм… Природу я любила, но из окна комфортабельного отеля, насекомых на дух не переносила, а на уговоры подруги и красочные рекламные проспекты повелась зря. Австралия со всем этим многообразием устрашающей фауны снилась мне в кошмарах, любой уголок нетронутой природы вызывал приступ чесотки по всему телу, в тридцатиградусную жару я выряжалась в кофты с длинными рукавами и мечтала о том, что это когда-нибудь закончится. Могла бы, конечно, развернуться и просто покинуть это гостеприимное место с запахом свежего навоза, с порога бьющего в нос с такой силой, что подкашивались ноги, но Марина знала меня слишком хорошо.

– Как была размазней, так и осталась, – фыркнула презрительно, ещё в городе, притащив мне те самые рекламные проспекты.

– Да пошла ты, – огрызнулась в ответ и пошла сама. Вещи собирать.

И теперь стоически терпела все невзгоды и трудности, старательно отлынивая от работы во дворе, которая тут была, вообще-то, обязательной.

Не размазня я. Она прекрасно об этом знала. Знала и то, что это касается всего, чего угодно, кроме личной жизни. В браке я была вот уже три года, первый из которых – вполне счастливо. А дальше…

– Мил, он тебе изменяет, – решилась подруга после пол-литра коньяка, который мы уговорили на пару на моей кухне, – прямо сейчас, в очередной командировке.

– Не доказано, – ответила меланхолично и разлила остатки.

– Даже я уже вижу, – поморщилась в ответ, – а ты живешь с ним.

– Духами не пахнет, помады на рубашке нет, как и неучтенных царапин на спине или чего-то подобного, – перебирала вяло, – задерживается, бывает, но у него своя фирма, работы много, это нормально. Командировки тоже вполне объяснимы, приезжает с цветами, заботлив, ласков и внимателен, звонит то и дело. Мне не в чем его упрекнуть, – развела руками и подняла стопку.

Чокнулись, выпили. Подруга, похоже, чокнулась в тот момент не только рюмкой, но и головой.

– Доказательства нужны? – спросила задумчиво, выпив. – Найду. Только пообещай, что подашь на развод.

– Подам, подам, – отмахнулась, чтобы она отвязалась. Могла бы и догадаться, что она задумала, но этот коньяк…

Вообще, Марина была права. Духами от него не пахло, но после тяжелого трудового дня, в очередной раз задержавшись, он возвращался бодрым и свежим и благоухал гелем для душа. Из командировки неизменно с цветами, больше похожими на извинение, в особенно длительные (недели по две), с подарком. Однажды с загаром. Но, предьявить в самом деле было нечего, сцены ревности закатывать было глупо, только настроение себе портить, я работала до седьмого пота, часто брала не свои смены и игнорировала действительность, тайно мечтая лишь о том, чтобы случайно от него не забеременеть. Так себе семейная жизнь, но другой не было и, по чести, не хотелось.

Начиналось все как в сказке. Работаю я медсестрой в областной больнице, в хирургическом отделении, в него-то он и угодил. К приставаниям пациентов я привыкшая, внешностью природа-матушка наградила довольно примечательной, а точнее, фигурой. Крутые бёдра, большая грудь, осиная талия. Короче, хирургию я выбрала не с проста: как правило, пациенты прикованы к постели и на решительные действия попросту не способны. Но Олег отличился. Глаза пялил, подняться вполне мог, всего-то удаление аппендикса, но руки не распускал и за языком следил. Вежлив, аккуратен и, как выяснилось позже, довольно настойчив.

Едва выписался, в тот же вечер, встретил с цветами у больницы. Выпили кофе в ближайшем заведении, пообщались, договорились о встрече. Цветы, подарки, внимание. Замуж выходить я, вообще-то, не планировала, никогда об этом не мечтала, семьей не грезила, но когда через семь месяцев он предложил – просто согласилась. Почему бы и нет? Ещё три месяца в раю, а после начались мелкие стычки по бытовым вопросам, грозящиеся перерасти в скандал. Месяц, второй, третий, я все чаще остаюсь на ночные смены, он из своего офиса практически не выходит, время идёт и вдруг он резко меняется. Вновь цветы, вновь внимание, долгие взгляды, совместные поездки, как будто медовый месяц, но на сердце не спокойно. Однажды не выдержала, в очередную его задержку поехала в офис. Окна чёрные, закрыто все, машины его на парковке нет.

– Как на работе? – спросила между делом, сонно, когда он осторожно ложился рядом.

– Завал, – тяжело вздохнул в ответ, – прости, что разбудил.

– Прощаю, – пробормотала тихо и отвернулась, прикрыв глаза.

Кольцо на пальце чисто номинально, приходит иногда какой-то чужой мужик с цветами, занимаемся сексом без огонька, штамп ещё в паспорте, вот и вся семейная жизнь. Которую подруга спустила в унитаз, где ей было самое место.

Марина большая выдумщица, но в этот раз особо не мудрствовала. Мужа моего она просто-напросто соблазнила. Причём, после того незатейливого разговора за бутылкой коньяка, прошло около двух недель. Три случайные встречи, как потом она отчиталась, и на последней он уже зажимает её в лифте ближайшей гостиницы. Номер комнаты она написала мне сообщением, с пометкой «срочно». Позаботилась о том, чтобы я смогла беспрепятственно войти. Мариновала его два часа, не давая приступить к делу, и шумно выдохнула, с силой оттолкнув от себя, когда я наконец-то появилась.

– Ловко вы придумали, – усмехнулся Олег, качая головой.

– Милка совершенно не при чем! – взвилась Марина. – Но кто-то должен был открыть ей глаза!

– Вали отсюда, шалава, – поморщился в ответ, а я попятилась. – Стой, где стоишь, – сказал вкрадчиво, гипнотизируя меня взглядом, – уйдёт – поговорим.

Я осталась. Только смотрела на него с недоумением, никакого чувства вины, стыда, раскаяния. Забавно даже.

– В общем, ситуация следующая, – начал деловито, когда мы остались наедине, – развод я тебе не дам, можешь об этом даже не думать. Можешь только съехать, на время, разумеется, подумать, осознать, что то, как ты со мной поступила, ни в какие ворота не лезет. И я даже не про сегодня, хер с ним, тут сто процентов твоя долбанутая подруга постаралась. Уверен, ты поняла, о чем я.

– Если честно – нет, – ответила серьезно, а он вновь ухмыльнулся.

– Нет смысла больше притворяться, Милан, – сказал с лёгким укором, – я терпел, долго терпел, но всему есть предел. И он настал. Когда созреешь до извинений, тогда и поговорим. Сегодня не жди.

– Ладно, – слегка пожала плечами и вышла, пребывая в состоянии шока и полнейшей прострации.

– Ну, что?! – Маринка ждала за дверью и тут же потянула меня по коридору, ухватив за руку, а я посмотрела на неё, поджав губы, но не выдержала и рассмеялась. – Эй, ты как? – спросила с заботой, когда смеяться мне надоело и я начала нервно всхлипывать. – Поехали куда-нибудь, выпьем, – и вновь потащила за собой.

Дело было месяц назад, мои вещи мы собрали в тот же вечер, я вновь обосновалась в своей квартире, доставшейся от родителей, с недоумением смотрела на кольцо на безымянном пальце и пыталась сообразить, а что же он такое имел ввиду. Через неделю не выдержала, поехала в дом, застала его спящим перед телевизором в обнимку в полупустой бутылкой коллекционного виски из погреба, с которой он даже не вытер грязь, села рядом, осторожно вытащила из цепких рук и припала к горлышку. Очнулся. Глаза потёр, сел, смотрит хмуро.

– Готова извиниться? – спрашивает таким тоном, что впору кидаться ему в ноги, но я лишь нервно хохотнула и сказала:

– Хоть намекни, за что.

– За измены, – процедил сквозь зубы и отобрал бутылку, шваркнув её на низкий столик рядом. – За измены, Милана! За твои бесконечные, мать их, измены!

Орал уже, багровея лицом, кулаки сжал, а я глаза таращила и понять никак не могла.

– Извиниться за твои измены? – все-таки спросила и он не выдержал, отвесив мне пощёчину.

Я машинально приложила руку к лицу и решительно поднялась.

– Чёрт, прости, – поморщился и ухватил за другую руку, пытаясь усадить обратно, – перегнул, согласен, просто ты… чёрт! Да сядь ты уже!

– Зря я пришла, – пробормотала, пытаясь разжать его пальцы, – и ударил ты меня зря.

– Милана, сядь! – рявкнул с такой громкостью, что я покачнулась и замерла, широко распахнув глаза. – Сядь, – повторил тихо. – Мне нужно лишь одно простое извинение. Все. Хотя, нет… ещё обещание, что этого не повторится.

– Ты в своём уме вообще? – пролепетала, плюхнувшись на диван. Просто ноги не шли от такой дерзости.

– Я – да, – ответил язвительно, – а вот о чем думала ты – большой вопрос!

– Подожди, – остановила его, прикрыв глаза и пытаясь сообразить, – в чем ты меня обвиняешь? В изменах? Это когда я с каким-то другим мужиком, да? Я верно поняла?

– Наконец-то честный разговор, – скривился, схватившись за бутылку.

– Пей до дна, придурок, – ответила равнодушно, – я тебе никогда не изменяла.

Поперхнулся. Кашлял долго, я закатила глаза и облокотилась на спинку, поджидая, когда приступ закончится. Или что он там пытался изобразить.

– В смысле? – прохрипел, вытерев выступившие на глазах слезы.

– В прямом, – ответила со вздохом.

– Да не лечи, – поморщился брезгливо и сделал пару глотков. – Ни одна медсестра столько не работает, это не нормально. По ночам непонятно где шляешься, я ездил в больницу, тебя не было в отделении.

– Правильно, дополнительные смены я брала в другом, – ответила с лёгким кивком, – а у тебя есть второй офис?

Он вновь поморщился и отвернулся, обмякнув на диване.

– Я был уверен, – сказал в пустоту. – За руку поймать так и не смог, но был уверен.

– И нашел отличный выход, молодец, – похлопала его по колену и поднялась.

– Развод не дам, – сказал глухо.

– Для этого есть суд, – пожала плечами и пошла на выход.

Сам идиот или из меня идиотку делал было уже не важно. Он поднял на меня руку, ударил, хоть и не сильно, но я чувствовала привкус крови во рту, поранив щеку о зубы. И это единственное, с чем я никогда бы не смогла примириться. На следующий день наняла адвоката и запустила бракоразводный процесс.

– Иди хоть яйца собери, – нелепая фраза Марины вывела меня из череды воспоминаний.

Я подняла растерянный взгляд на подругу и едва не прыснула, глядя на её всклокоченные волосы с торчащей из-за одного уха соломой.

– Стесняюсь спросить, ты чем там занималась?

– Не тем, чем бы хотелось, – ответила язвительно, – сено ворошила. Вилы, Мил. Нахера мы притащились, а? Ща бы жопу у моря грели…

– Если ты скажешь, что это моя вина… – начала грозно, а он залебезила:

– Ни в коем случае! Мне все нравится, я скинула два кило, а мы тут всего четыре дня. Все на мази, отдыхай, я сама пойду за яйцами.

– Давай сюда, – вздохнула, отбирая у неё плетёную корзинку.

– Ты чудо, – сказала на выдохе и упала на узкую кровать без сил.

Четыре дня мы жили на ферме. Огромный участок, обнесённый низким деревянным забором, большой двухэтажный дом хозяев с кухней и столовой на первом этаже, три сарая со скотиной и четыре крошечных домика, в которых помимо нас проживали ещё семь человек. В одном – молодая пара хипстеров или как их там называют, Владлена и Данислав. С телефонами не расставались, бесконечно снимали видео, восторгались всем и вся и с удовольствием копались в навозе. Во втором жила дамочка, кажется, её зовут Ирма, глубоко за пятьдесят, разгуливает по территории в причудливых шляпках явно ручной работы, срывает полевые цветы и что-то тихо напевает себе под нос днём, вечерами сидит в своём домике и, почти уверена, в одно лицо квасит хреновуху, которой славится это место, а ночами разгуливает в белой ночной рубашке в пол и припадает лицом к соседским окнам, доводя до исступления четверых парней, живущих в третьем доме. Те же намеревались целыми днями париться в баньке, бухать и валяться кверху пузом, но после проделанной за день работы могли лишь вяло переговариваться. Их имена я даже не пыталась запомнить, всячески стараясь избегать. Развод был в самом разгаре, адвоката я выбрала довольно паршивого, против оппонента со стороны Олега он совершенно не тянул, но я не спешила и не дергалась. Рано или поздно разведут, это неминуемо.

Четыре часа дня, солнце палит уже не так нещадно, до курятника метров сто, с пустой корзиной я преодолела их в рекордные сроки, зашла через распахнутую дверь и нос к носу столкнулась с Даниславом.

– Уже собрали? – спросила с надеждой, а он улыбнулся:

– Нет, просто смотрим.

«Очень увлекательно» – съязвила мысленно и почувствовала, как позади меня сопит Маринка.

Обернулась через плечо и прошла в тесное помещение, где даже с моими ста семидесяти сантиметрами от пола приходилось нагибаться.

– Похоже, одна из куриц пробралась на чердак, – заговорила Владлена восторженном шёпотом, спускаясь по шаткой лестнице, – и высиживает там яйца!

– Наседка! – обрадовался Данислав. – Потрясающе!

Поцеловал девушку в лоб и полез наверх, а я перевела взгляд на Марину.

– Да кто бы знал, – брякнула в ответ и потупила взгляд.

– Ты чего притащилась? – спросила со вздохом и занялась делом.

– Короче, – заговорила с запалом, – сейчас собираем и идём гулять.

– И я соглашусь, потому что…

– Потому что делать все равно нехер, – прошипела, покосившись на лестницу, с которой виднелись ноги неуёмной Владлены, – а там… короче, по пути расскажу.

Прогулка хорошей затеей не показалась, но заниматься коллективным приготовлением ужина я была готова и того меньше. В общем, минут через двадцать мы проскользнули за территорию и двинулись через редкие деревья в сторону обмелевшей реки.

– Я разговаривала с Ирмой, – сказала Марина, когда мы удалились на столько, что ферма перестала проглядываться. И только это не дало мне тут же развернуться и зашагать в обратном направлении. – Не злись, Мил, – заныла, увидев мой гневный взгляд, – скучно – жесть. А нам тут ещё полторы недели.

– И что сказала Ирма? – вздохнула обреченно, а Марина тут же оживилась:

– Короче, есть мост через реку. Она подробно объяснила как пройти, не заблудимся. Он типа волшебный, – я закатила глаза и укоризненно посмотрела на неё, а она заулыбалась и махнула рукой: – Да знаю я. Не суть. Волшебный или проклятый, это кому как.

– Миленько, – хохотнула в ответ.

– Ну да, меня тоже прикололо. Короче, смысл в чём. Если порядочный человек проходит, без чёрных мыслей, его жизнь меняется к лучшему. Если человек так себе – его ожидают не лучшие времена. Если совсем урод… ну, это уже нас не касается. Ну и я подумала – тебе точно лишним не будет по нему потоптаться.

– А сама? – фыркнула в ответ, а Марина ответила с готовностью:

– И я пойду.

Вскоре мы вышли из посадки, ещё около часа топали полем под все ещё изнуряющим солнцем, дошли до леса, Марина уверенно прошла вглубь, я за ней, доверяя родному человеку абсолютно, но где-то через два часа мы обе пришли к выводу, что заблудились.

– Блеск! – хохотнула я, задрав голову к небу.