Читаем Набор онлайн бесплатно

— А контейнеры? — спросил Лихачев. — Дюже нам ваши контейнеры по сердцу пришлись.

— Губа не дура, — хмыкнул дружинник.

Я почесал в затылке.

— Я про них даже забыл. Контейнеры тоже будут.

— А сколько артелей собираетесь взять к себе? — уточнил Лихачев.

— Конкретно мне нужна одна.

— А ежели деминская к вам попросится? С Деминым-то вы ходили, Петр Аркадьевич.

Его волнение было непонятным, поскольку по уровню эти артели были несопоставимы.

— Деминские мужики очень хорошие, — признал я. — И артель там правильная, но они все не маги, вглубь зоны не ходят, только недалеко от границы. А мне нужна сильная артель в напарниках.

Лихачевская для этого подходила идеально.

— Но ежели попросятся — возьмете?

— Возьму, — согласился я. — Но скорее как исключение. Они мне очень помогли в начале.

Но мне почему-то казалось, что деминская артель распадется — не зря же они поговаривали, что подумывают бросить это дело. А нынче зона куликовская сдвинулась, придется идти в новые места, которые они не знают. Демин взвесит все за и против и решит, что овчинка выделки не стоит. Начинать заново в заведомо неблагоприятных условиях — не для них. Хотя я ничуть не слукавил, говоря, что мужики они хорошие. Но, увы, для дальних походов они не годились. Даже взять того же сугробня — артель Лихачева выстояла бы против него сама, а вот деминская пошла бы полностью на корм, не вмешайся я. Всё же ментальная защита у них хромала, полагались только на артефакты. Точно, разумеется, я не знал, но признаков владения магией ни у кого не заметил. Хотя Демин вроде как говорил, что поначалу тратил на себя кристаллы.

Разговор с Лихачевым закончился ничем. Как говорится, им и хочется и колется. Привыкли они без указки работать. Что ж, поработаем вместе ещё пару дней и разбежимся, если не надумают. Будем сопровождающих из своей дружины выращивать, хотя, конечно, наличие рядом опытных походников, хорошо знающих местную зону, мне бы очень помогло следующей зимой.

Уговаривая себя, что на лихачевской артели свет клином не сошелся — и без них есть артели, знающие эту зону, я вошёл в главное здание поместья, и мне под ноги сразу же бросился Валерон.

— Пока тебя дождешься — облысеешь, — злобно тявкнул он. — Дуй давай в кабинет.

— Чего это ты вдруг раскомандовался? — возмутился я.

— Того, что мне тоже отдых нужен. Отчитаюсь, пойду поем — и спать, — он мечтательно зевнул.

Очень заразительно зевнул, я сам немедленно захотел спать.

— До завтра отчет не подождет?

— Кое-что там срочное… — намекнул он. — Но не для посторонних ушей.

Я вздохнул и потащился в кабинет вместо спальни. Сел за стол, напротив уселся Валерон, поерзал, потом сдвинулся на край стола, чтобы перед ним было больше пространства.

— Первым делом налоги, — гордо сказал он и принялся выплевывать мешочки с кристаллами, не переставая болтать: — Сейф новый у Рувинского маленький слишком, пришлось в нем корячиться, когда всё собирал, зато ничего не повредил. Этот придурок даже на охранные заклинания расщедрился, но такие редкие, что я без труда между ними протиснулся. А вот сейф мог быть и побольше. Столько там всего. Документы я оставил на месте на всякий случай. Или нужно было захватить?

— Зачем нам армейские документы? Вряд ли там обнаружится приказ о моем устранении за подписью императора.

— Вот и я так решил, — довольно заявил Валерон. — Хотя там была бумага о том, сколько Рувинскому привезли для выплаты подчиненным. Но я подумал, что мы сами можем посчитать, это полезно для развития мозга. Вообще, счёт полезен.

— То есть ты спер армейскую казну? Это не есть хорошо. В делишках Рувинского участвуют несколько человек, а без денег остались все.

— Слушай, а как я различу, где чьи деньги? — возмущенно тявкнул Валерон. — На них не написано, пойдут они хорошим людям или плохим. И потом, крал не я, а Рувинский. Все подумают именно так. И требовать возмещения будут с него. Деньги взял? Взял. В сейф положил? Положил? Ключ от сейфа у кого? У Рувинского. Заклинания кто ставил? Рувинский. Он и на дверь запирающие заклинания поставил лично. А перед кабинетом еще и дежурный стоит, никого не пускает. Так что спер однозначно Рувинский. Ему и возвращать. Он, вообще-то, не бедствует. В сейфе и его личные деньги хранились, и много. А деньги злоумышляющих на нас — наши деньги.

После этого он перешел к выплевыванию уже прихваченных денег. Армейская казна была в двух мешках с имперской символикой и печатями.

— Нужно переложить, — забеспокоился Валерон. — Слишком приметные мешки. Увидит кто посторонний — еще заподозрит, что украли мы, а не Рувинский. А оно нам надо?

— Не надо, — согласился я.

— Так что давай переложим в другие, а я потом Рувинскому пустые мешки подброшу, — предложил Валерон.

— Может, пока не будем вытаскивать и, если что, подбросим вместе с деньгами?

— Как это с деньгами? — всполошился Валерон. — Сдурел?

— В этих мешках — казна. Сперев ее, мы ограбили государство. Это не есть хорошо. А удачно подбросив мешок Рувинскому так, что он вляпается при свидетелях, — мы выиграем куда больше.