Читаем На лезвии любви онлайн бесплатно

В тусклом свете сверкнуло лезвие сабли. Тоненькая фигура в черном спортивном костюме подалась вперед, делая резкий выпад в пустоту, и тут же отступила.

– Что ты здесь делаешь? – как гром среди ясного неба, в тренировочном зале раздался суровый мужской голос. Черная фигура замерла с клинком в руках.

"Черт, он рано вернулся!" – закусила губу Марианна, опустила тренировочное оружие и, нервно приглаживая короткие фиолетовые лохмы, медленно обернулась. Вот и пришел час откровенного разговора.

Она знает, что делает; отчего же тогда страшно?

– Я знаю, дядя, что ты запрещал мне тренироваться... – раздался ее звонкий голос с нотками вызова. От темных стен отскочило эхо. – Но ты не имеешь права! Ладно, не отпускаешь в Лес, это я могу понять, но фехтовать я точно могу без твоего разрешения!

– Да? – резко прервал ее мужчина, прищурив голубые глаза. Уже по тону чувствуется, что готов наложить запрет на все ее желания! У-у-у, тиран!

– Да!.. – выкрикнула Марианна, вспоминая заготовленные доводы. – Ты же сам раньше фехтовал. О тебе до сих пор говорят! Я хочу стать такой же!

За окнами день клонился к закату. В дверях, наполовину скрытый тенями, стоял поджарый молодой мужчина в строгом сером пальто и с черной тростью в левой руке. Правая, как всегда, скрыта в кармане. Темные волосы заведены назад, об острые скулы, казалось, можно порезаться.

– Как будто я не понимаю, что ты тренируешься для похода в Лес, – хмыкнул обычно суровый Бродерик Хэпп. Пальцы до белых костяшек сжали черный набалдашник трости. – Но никакая правда, никакой каприз не стоят твоей жизни, Марианна.

И так это прозвучало... Словно опекун не такой уж бесчеловечный, каким хочет казаться. Но к чему тогда его нарочитое равнодушие к ней? Почему он постоянно избегает ее общества?

Нет, она не поддастся! Он – злодей, запирающий принцессу в башне, и точка!

Марианна молча подошла к стене, повесила рапиру в синий деревянный шкаф и обернулась, пытаясь вернуть себе прежний боевой настрой:

– Почему ты никогда мне не говорил о том походе, где твоя рука... пострадала? – и добавила, подбоченясь: – Знаешь ли, несколько самоуверенно думать, что остальных может постигнуть та же участь! Вдруг я удачливее тебя?

В Лесу не так-то просто выжить. Поэтому поврежденная конечность – достаточно скромная плата за любопытство. Но травма Хэппа – не повод запрещать ей выбирать свою судьбу!

Сейчас Марианна жила на правах несовершеннолетней родственницы у своего дяди и опекуна Бродерика Хэппа, когда-то – лучшего фехтовальщика Великобритании двадцать первого века. Если бы не ряд обстоятельств, то она была бы счастлива находиться рядом со своим кумиром.

Но, увы... Не всегда все бывает так, как мы хотим.

– Я вижу твои провокации, племянница, и они бесполезны, – холодно произнес Хэпп, опираясь на дверной косяк плечом. – Я наблюдал сейчас за тобой. У тебя куча ошибок. Ты точно не сможешь пройти Лес.

– Куча ошибок? – взорвалась она, делая очередной шаг в сторону опекуна. Ей было важно добиться от него согласие на тренировки: сейчас или потом. Лучше сейчас. – Так научи меня или найди другого наставника! Пойми, если я не смогу тренироваться рядом с тобой, то буду делать это вдали!

На лице Хэппа заходили желваки. Марианна тут же прокляла свой неугомонный язык, с ужасом ожидая возмездия за провокацию. Она не должна была говорить подобных слов. В конце концов, у опекуна над ней – полная власть...

Но почему, почему он сейчас замер и молчит, лишь пристально смотрит ей в глаза? Почему не отказывает, если против? Почему не соглашается, если готов идти навстречу?!

Тишина звенела от напряжения.

...Марианна сходила с ума после смерти родителей. Из затяжной депрессии помог выйти психотерапевт – он посоветовал увлечься чем-то, отдаться делу всей душой. И этим наваждением, этой идеей фикс стал для нее Лес.

И одно связанное с ним воспоминание, которое до сих пор не дает ей покоя.

– Я поклялся, что никогда больше не буду фехтовать, – наконец, проговорил Бродерик Хэпп, отведя взгляд, и Марианна поразилась: она еще никогда не слышала в голосе родственника такой горечи. – И учить, соответственно, тоже не буду.

– Но я не могу прожить и дня без сабли, – виновато опустила она голову. Хотя в чем она виновата? Хэпп просто манипулирует ею! – Я должна стать лучше тебя. Я должна пройти Лес.

Дядя поможет ей, хочет он того или нет. Она добьется своего!

– Ни за что! – категорично отказался Бродерик, резко отрываясь от стены и делая яростные шаги навстречу. Марианна оторопела, не ожидая такой импульсивности от всегда отстраненного родственника. – Ты даже не представляешь, что это за место! – и, подходя, выдохнул. – Можешь хотя бы объяснить, почему рвешься туда?!

– Вот такая я капризная! – крикнула Марианна, сжимая кулаки. Озвучивать истинные причины она не собиралась. – Хочу пощекотать нервишки! А ты, вместо того, чтобы замыкаться в своих проблемах, мог бы давно уже помочь!

Было какое-то болезненное наслаждение в том, чтобы переспорить опекуна – чтобы победить его...

– Это я могу, – процедил Хэпп. – Тебе поведать о медвезах или, например, о тигроиде?

Тигроид. Марианна видела его только на картинке. Знакомый, пусть и гигантских размеров тигр с удлиненными когтями, саблями клыков и ядовитым жалом на кончике мехового хвоста. Подготовиться к встрече с таким противником можно только в одном месте – да-да, именно там. В Лесу.

– Значит, ты осознаешь, что я пойду туда, верно? – прищурилась Мари и, скрестив руки под грудью, заявила: – Это моя жизнь, и я сама решу, как ее прожить. – И, как в пропасть, бросила: – Дождусь совершеннолетия – и уйду.

Она может уйти хоть прямо сейчас! Пусть узнает, что она настроена решительно.

– Тебе что, жить незачем? Не для кого?! – вдруг прорычал Бродерик Хэпп, сокращая оставшееся между ними расстояние. Теперь он возвышался над ней Эйфелевой башней. Лазурные глаза, не отрываясь, следили за ней так пристально, будто боялись упустить нечто важное.

Горевшая под потолком лампа мигнула, обращая на миг пространство в темноту.

– А если и не для кого? – тихо произнесла Марианна, испугавшись напора и отступив к свету. Никогда еще замкнутый Бродерик Хэпп не демонстрировал столько эмоций, как сегодня.

Но... А правда – ради кого жить? Подруги и приятели остались в той, прошлой жизни, другие родственники никогда не интересовались семьей Марианны. У нее лишь дядя и остался.

Но его она ненавидит. И она ему не нужна.

– Тогда... – слегка растерялся Бродерик Хэпп и неуверенно приблизился, продолжая этот непонятный танец шагов, так похожих на фехтовальный бой. Марианна, чувствуя себя неловко от необычности ситуации, снова отступила. – Тогда подумай обо мне. Каково старику будет без тебя?

– Старику? – невольно фыркнула она и, перекатываясь с пятки на носок, осмотрела лицо дяди на наличие морщин. Да он ведь молодой еще, осознала Марианна, только сейчас по-настоящему вдумчиво оглядывая мужчину. И, между прочим, она даже без внутреннего сопротивления к нему на "ты" обращается! Разница в возрасте всего, дайте посчитать... в тринадцать лет.

– Тебе всего ничего, – отозвалась, наконец, Марианна. – Найди девушку, женись, заведи детей... – Тут она запнулась. Хэпп очень странно смотрел на нее, и от этого становилось неловко. Казалось, она что-то упускает, чего-то не понимает... Она ведь точно знает, что он ее ненавидит – или тогда почему постоянно ей все запрещает? Но сейчас она начала сомневаться...

– А почему бы тебе, в таком случае, не найти парня, выйти замуж и завести детей? – предложил опекун и шагнул вперед, пугая сверкнувшими непонятной эмоцией глазами.

Сердце екнуло. Что он хочет сделать?..

Сердце екнуло.

– Эй, это мои слова! – потупилась Марианна, не в силах сдержать улыбку. Отчего-то было хорошо – но неловко. Может быть, дело в дистанции, которую ранее Бродерик Хэпп сам возвел, а сейчас сам же и разбивает?

Что с ним такое?

Что с ней такое?! Она же ненавидит дядю!

– Я просто переадресовал твой мудрый совет, – улыбнулся в ответ мужчина, и, о странность! Когда Марианна осмелилась поднять на него глаза, то с изумлением обнаружила, как преобразилось дядино лицо: острые черты лица смягчились, лазурные глаза залучились теплом.

– Обычный совет... – смутилась девушка, вдруг осознавая, что такой Бродерик Хэпп ей... нравится. Он словно бы стал ближе. Спустя долгое время между ними протянулась ниточка взаимопонимания.

Может, сейчас получится договориться?..

– Кому ты клялся-то насчет фехтования? – рискнула Марианна, затаив дыхание. Влажные ладони сжались в кулаки. – Клятву ведь можно взять обратно. И мы могли бы вместе покорить Лес...

До сих пор непонятно, насколько серьезна травма дядиной руки и восстановился ли Хэпп. Но, в любом случае, опыт мастера фехтования бесценен. Как в качестве наставника, так и в качестве напарника в походе.

– Нет, – вмиг напрягся дядя, лишь притворяющийся белым и пушистым. Его лицо закаменело, стало чужим, а от раслабленной миг назад фигуры повеяло арктическим холодом. – Ты никуда не пойдешь.

– Почему?! – не выдержала она. Ее раздирало от желания встряхнуть опекуна, и только разница в весовых категориях останавливала от глупого порыва. Она должна попасть в Лес! Она уже просто не может жить в этой серой обыденности, каждую минуту остро и болезненно ощущая отсутствие родителей... Не может!

...Даже вспоминать больно.

– Добрых снов. – И мужчина, стремительно развернувшись, быстрым шагом скрылся за дверью. Оттуда донесся его равнодушный голос. – Тренировочная отныне будет заперта.

Марианна, всхлипнув, упала на колени и заплакала от обиды и бессилия. Слишком сильны были эмоции. Чертов Хэпп! Деспот! Чтоб он!.. Чтоб ему!.. Чертов опекун... Ненавижу...

***

Марианна прекрасно владела саблей, что бы там кто ни говорил. Ее тренировали далеко не самые плохие фехтовальщики, да и ученицей она была способной, даром, что девушка.

Из-за последнего, кстати, она пережила множество неприятных минут.

Почему-то именно сейчас, – когда опекун окончательно и бесповоротно дал понять, что фехтование для Марианны под запретом, – именно сейчас вспомнились все трудности ее пути.

И не успели еще высохнуть на щеках слезы, как она кристально ясно поняла:

– Это всего лишь очередная трудность! – и, подбадривая себя, воскликнула, поднимаясь. – Хэпп против? Что ж, его право, – а я все равно поступлю, как считаю нужным! Фехтую нормально, авось не пропаду в Лесу... Особенно на его окраине, где почти никого из мутантов и нет.

Лес... Это жуткая и опасная территория. Она появилась в результате глобального пожара в местном зоопарке-заповеднике. Однако безумные поджигатели, прежде чем покинуть задымленную территорию – если успели, конечно, – распространили мутационит.

О нем ходит множество слухов. Говорят, что это похищенное из лаборатории вещество, которое изменяет тело на генетическом уровне. Разработки, вероятно, попали в чужие руки, в результате чего на карте современной Англии появилось несмываемое пятно – Лес, или, как его иначе называют, Город – почти то же, что Зона отчуждения в Украине.

– Значит, ты запрещаешь фехтовать, да? – приговаривала Марианна у себя в комнате, трясущимися руками собирая самые необходимые вещи. – Не хочешь, чтобы я попала в Лес? Плевать на мои желания, да?!

Она достала подаренную папой саблю и, не расчехляя, закинула ее на плечо вместе с большим черным рюкзаком. Мысли лихорадочно скакали, в крови бурлил адреналин. В голове стучало: надо рвать когти! Сейчас – или никогда!

Смерть родителей образовала глубокую дыру в душе девушки, и этот провал требовалось как можно скорее заполнить. Подходящее время и состояние для того, чтобы разгадать тайну прошлого.

"Жаль, что в Лесу не действуют пистолеты", – мельком пожалела Марианна, чувствуя, как неудобно висит оружие, мешая при движении.

"Теперь ты увидишь, что я могу все, что захочу, – шипела она про себя, выскальзывая из комнаты на втором этаже. – И хорошенько подумаешь перед тем, как в следующий раз отказывать мне".

Она не боялась опасности – адреналин бушевал в крови, затмевая инстинкт самосохранения. Да и чего ей бояться, если в прошлый раз все прошло без сучка, без задоринки! Опыт есть – прорвемся...

Охваченная самыми разными чувствами, Марианна накинула в прихожей кожаную шипастую куртку и помчалась по красивой широкой каменистой аллее к выходу, даже не подумав скрываться. Охрана не остановила исчезающую за кованными воротами девушку – привычные к подобному поведению дюжие мужчины прекрасно знали и ее вспыльчивый характер, и отходчивость. Они могли бы заподозрить неладное, если бы пригляделись, но Марианна мелькнула перед глазами – и пропала.

– Опять поссорились, – поцокал языком самый молодой из охранников, отвлекаясь от веера карт в руке на пронессшуюся в окне фиолетовую голову. Пепельные волосы говорившего упали ему на лоб, прикрывая довольно блеснувшие стальные глаза.

– Сечь бы девку, – отбивая, проворчал лысеющий старожил в черном костюме охраны, – ремня ей не хватило в детстве...

– Думаю, мне и без БДСМ удастся ее укротить, – лукаво проговорил первый, скидывая карты в отбой. Сидящий у камер коллега обернулся на диван, где происходила карточная битва, и смерил парня снисходительным взглядом.

– Не твоего поля ягодка, – хмыкнул он. – Если только она назло Хэппу захочет... Тогда ты победишь.

– Поживем-увидим, – хитро усмехнулся парень и небрежно бросил на поле оставшийся на руках козырь.

***

Марианна бежала от ворот в прилегающую к дому рощу, чувствуя легкость в ногах. Сбежала! Ей удалось! А охрана, небось, думает, что она скоро вернется! Вот умора!

Девушка расхохоталась от облегчения и потихоньку стала снижать скорость. Двухэтажная серая усадьба Бродерика Хэппа скрылась за пунцово-желтыми деревьями, и можно было перевести дух.

– Времени мало, – пыталась сохранять трезвость рассудка Марианна, но ликование упрямо вырывалось через сжатые губы. – Го-осподи, я свободна! Да, да, да! Нет, Мари, соберись: он может в любой момент тебя нагнать. Иди скорее через рощу, лови машину и езжай прямиком к Лесу... Свободна, Боже!

Роща закончилась как раз тогда, когда сошел на нет восторг от первой победы. Наконец-то заработал мозг: где взять еды, где найти карту...

"Эх, надо было заранее готовиться к побегу!.." – с досадой подумала Марианна, поджимая губы. Но не в ее характере было отчаиваться. Тем более, что для исполнения ее задумки взятого с собой должно было хватить.

Подойдя к неогороженной трассе, она стала ждать появления машин. Конечно, к самому Городу ее никто не повезет – камикадзе тут вряд ли водятся. Уже вряд ли.

– Но хоть до Знака... – шептали обкусанные губы. Тонкие девичьи руки то и дело хватались за перевязь, которую за время пути по роще Марианна успела надеть на бедра. Прицепленная к ней сабля мешалась и казалась неуместной здесь и сейчас. Но нужно было перестраховаться и держать оружие рядом на случай непредвиденных сюрпризов.

Да и с ним было гораздо спокойнее.

Дорога пустовала. Казалось, вот-вот по серому асфальту промчится перекати-поле, и в отдалении зазвучит музыка Дикого Запада. Уже слышится этот перебор струн...

...А ведь дядя может в любой момент проведать племянницу и обнаружить ее отсутствие! И как же он поступит?