Читаем На грани риска онлайн бесплатно

Пролог

Рука дрожит. Я не убийца, да и не умрет он, хотя если горло. Я перевела взгляд на его кадык, который, как и мое  сердце ходил ходуном.

– Ну же Алиса, ты же сильная девочка. – тянул он слова, рассматривая мое бескровное лица и вдавливаясь в острие ножа.

Он вообще знает, что такое страх? Я точно знаю.

– Многого добилась. Иностранкой стала. Или нет? Или ты все та же покорная овечка, готовая лечь под того, кто проявит грамм заботы, – его слова прозвучали настолько унизительно и лживо, что рука с ножом затряслась сильнее.

Я понимала, что он специально провоцирует меня, но куда больше?

– Это не правда! – крикнула, пылая гневом, чувствуя как слеза скатилась по щеке.

Я хотела надавить сильнее, всадить нож в его отвратительную плоть по самую рукоятку, но просто не успела. В жизни, как в дикой природе. Один раз замешкался и ты лишь звено в пищевой цепочке.

Богдан, рукой словно хлыстом ударил меня по пальцам, выбивая нож и вдавливаясь в меня уже сам, прижимая к столешнице.

Я вскрикнула, но он же задрал рубашку, стягивая ее через голову и мои руки не стали ему помехой. Он сильно сжал грудь, одетую в тонкий кружевной бюстгальтер и я снова стыдливо застонала, ощущая, как мощные импульсы увлажняют место между ног.

Но почему!

Почему это так действует на меня?

И его поцелуй. Грубый до боли, резкий.

И, как это я не узнала это движение языка в клубе, как не поняла, кто оттягивает соски. Кто поглощает все силы и гордость одним движением руки от поясницы к заднице.

Когда-то я жила ради этих поцелуев, касаний, когда-то я любила настолько сильно, что меня потряхивало от одного властного приказа: «на колени» или даже дебильной фразы: «сними трусики, хочу твою пизденку».

В Богдане нет, и не могло быть ничего романтичного. Он был скорее жестокой машиной, позволившей себе маленькую слабость. Меня.

Меня он сейчас раздевал, целуя, чтобы пробраться пальцем туда, где так влажно и горячо.

Это все не было романтичным, это было самым настоящим насилием!

Алло, мозг! Хватит утекать вместе со смазкой, что растирал по клитору Богдан. Хватит! Очнись! Он насильник! А ты просто шлюха, никогда могущая ему отказать.

В нем ничего не изменилось, только стало еще хуже, а я плыву, теку как похотливая сука и уплываю вдаль нирваны.

Рука на столе сползла чуть дальше нащупав еще один нож, а рука Богдана уже забралась внутрь меня, растягивая лоно для своего крупного шланга.

Я знала, что его член уже рвется из джинс, чтобы заменить палец, чтобы разорвать мое тело на тысячу осколков экстаза.

– Нет! – резкий взмах руки и нож оставляет полосу на его щеке.

Он отшатнулся, прижав пальцы к ране, и диким взглядом осмотрел мою руку с ножом. В его взгляде было все что угодно, кроме человечности. Там была непроглядная тьма, накрывшая меня с головой.

От испуга я разжала пальцы, и оружие выпало, застревая острым лезвием в полу.

– Ты никогда не хотела по-хорошему, – прорычал он, словно зверь, глазами демонстрируя бешенство. – Сука!

Глава 1. Алиса

Неоновая вывеска «Парадиз» озаряла ночное пространство похлеще городского освещения.

Она словно заявляла всем и каждому, кто имел не осторожность пройти мимо: «Здесь дорого и пафосно».

Простому человеку попасть в клуб нереально, но если ты красива, молода, а юбка напоминает скорее широкий пояс, то тебе здесь самое место.

А если имелась VIP проходка, принесенная Маринкой из соседнего отдела, то можно было даже не отстаивать длиннющую очередь.

В конце которой ждала пара безэмоциональных амбалов, проверяющих достаточно ли откровенен твой наряд.

Мой наряд – самое то. Бордовое в блестках платье на тонких бретельках, то, чтобы почувствовать, как обнаженные участки кожи обдувает уже прохладный августовский ветерок.

Пока девчонки давали полапать себя мужчинам у входа, хихикая как идиотки, я взглянула на вывеску и общий фасад здания.

Безвкусица.

Как впрочем, и внутреннее убранство, что я увидела спустя пару минут. Но черная кожаная мебель, мигающий свет, басы, долбящие по мозгам, полуголые официантки и  жадные мужские взгляды – это то, что мне сейчас было нужно.

То, что нужно, чтобы отметить свою маленькую победу, которая ознаменовалась появлением в моих руках долгожданных документов на развод.

Свобода!

Немного покрутившись у зеркала на входе, поправив и без того идеальные прически, мы с девчонками двинулись вперед. Отжигать. Зажигать.

Да и просто поджигать танцпол.

Не смотря на то, что я не была душой женского коллектива, мою идею сходить в клуб приняли с поросячим восторгом.

И вот спустя несколько часов я, заправив рыжую прядку за ушко с улыбкой наблюдала, как коллеги предвкушающе осматривают до отказа заполненный клуб.

Здесь было душно, да так что сделать вдох полной грудью было крайне затруднительно. Вентиляция явно работала на последнем издыхании, создавая вокруг отдыхающих призрачную, пропахшую запахами пота, сигарет и секса, дымку.

Её было еще хорошо видно из-за бьющих по глазам софитов, мигающих в такт музыке, которой управлял ди-джей на самом верху.

Судя по довольным лицам людей, он знал свое дело.

– Ну что? – кто-то из девчонок подал голос, стараясь перекричать музыку. – Найдем место?

Вопрос был совершенно рациональными и мы все весело кивнули, а вот жжение в затылке таковым не было.

Я на миг обернулась, но на меня смотрело так много народу, что выделить кого-то одного, не представлялось возможным.

Мужики буквально пожирали взглядом мое тело..  Но не один не сравнится с тем как давным давно смотрел на меня… Он.

Так что сначала хотелось спрятаться, а потом покорится. Просто лечь и ждать когда он возьмет то, то принадлежало ему по праву силы. Не потому что можно, а потому то захотел.

Наконец мы добрались до вип-зоны и плюхнулись на, не вполне к месту, мягкие диванчики. Такие, скорее должны стоять в гостиных, потому что манили отдохнуть, а не отрываться на танцполе.

Пока девчонки делали заказ, шумно обсуждая коктейли, я разглядывала крупное помещение, очевидно бывшее когда-то складом.

Розоватые фонари создавали атмофсферу бурного праздника. По переметру был балкон, с которого, как на ладони раскинулся паркет для танцев, как часто любила говорить тетя Юлия.  Именно из-за нее я когда-то…

– Тебе секс?

– Что? – взглянула я на Марину, с которой мы с первых дней моей работы в редакции журнала невзлюбили друг друга, но сегодня оставили конфликты позади.

– Коктейль. Секс на пляже?

– Да хоть секс на столе, главное выпить, – развязно, натянуто улыбнулась я, чувствуя внутри настоящий кайф от собственной свободы, стараясь отречься от вечного чувства вины.

Кайф растекался во мне гуще любой патоки, горячее любого спиртного, острее любого ножа. И мне хотелось выплеснуть это, скинуть с себя оковы неудачного брака, неудачной юности и просто танцевать.

Но мое устремление прервал, как всегда не вовремя зазвонивший телефон.

И там, к сожалению был не слон, и требовал он не шоколада, а объяснений. Какого черта я развелась без его ведома?

Я устала его слушать, я вообще устала только от одной мысли о его лощеной физиономии, поэтому на радость, замершим в предвкушении развязки девчонкам, крикнула:

– Да, пошел ты в жопу!

Он что-то пролепетал, про то, что не понимает русский слэнг, на что я, пуще прежнего рассмеялась.

– Если не понимаешь, учи язык. Козел!

С этим я и закончила период жизни, который длился почти шесть лет. Пять из них я была замужем за одним из самых известных театральных режиссеров Лондона.

И брак мог быть вполне удачным и долгим, если бы не моя так называемая фригидность, и не его актрисы.

Я была для него вызовом, первой, кто не поддался чарам, и он планомерно меня окучивал. Я ведь действительно думала, что влюбилась, но эти чувства не были и долей того, что я испытывала когда-то.

С ним.

Ничто не могло сравнится с той бурей любви, страсти, ненависти и боли, в которой я захлебывалась.

Тогда.

Еще совсем молодой.

– Лиска, ты вот задумалась, а вон кто-то задумался о тебе,. Смотри  какой шикарный мужик, – вырвала меня из раздумий Марина и кивнула головой на противоположную сторону балкона.

Девчонки неделикатно посмотрели туда же и одобрительно заулюлюкали.

Я проследила за их взглядом, но прокуренное облако не дало мне понять, кого конкретно они имеют ввиду.

– Ты о чем?

– Глазки то, открой. Вон тот «тарзан» уже минуты три глаз с тебя не сводит.

И правда, что тарзан. Крупный, волосатый. Причем, с дредами, интерес, к которым, я вообще никогда не понимала. Кожаная куртка, джинсы.

Крут конечно, но меня бандиты никогда не привлекали.

И взгляд тяжелый, нахальный. Когда он подмигнул, меня передернуло, к этому прибавилось чувство тошноты из-за двух брюнеток, буквально вылизывающих ему шею.

Не удивлюсь, если под столом сидела третья и активно ему отсасывала.

– Не в моем вкусе, – отвернулась я, но успела заметить, как он подзывает

официанта.

– А чего?

– Есть исследование, что парни с длинными волосами, так компенсируют длину члена, – совершенно серьезно произнесла я, но девчонки все равно рассмеялись.

– Серьезно? – спросила Ленка, сидящая напротив, широко открыв глаза.

– Не знаю, – со смехом ответила я, как раз принимая у официантки стакан с коктейлем. – Я это только что придумала.

Очередной взрыв хохота и алкоголь добавили мне в кровь адреналина, и мне захотелось выплеснуть его в жарком танце.

– Хочу вниз! – встала я с дивана. Поманив пальчиком подруг и виляя обтянутой тканью попкой, я направилась по лестнице вниз. И даже пятнадцатисантиметровые каблуки не были помехой. Потому что я хотела движения, я хотела жить.

Мгновенно подхватив ритм, я задвигалась под стрелами пристального мужского внимания.

Сегодня я его хотела, впервые за много лет оно не вызывало раздражения. Лишь легкий отголосок возбуждения, прокатившегося по моему, извивающемуся в танце телу.

Я полностью отдалась мелодии, проглядывающей сквозь тяжелые басы и ударные. Мое тело пело, и я вместе с ним, лаская себя, покачивая бедрами.

Подняв руки в верх, я запустила ладони в волосы, перебирая темно-рыжие, благородного оттенка, как говаривал Дэвид, пряди.

Я пропускала их сквозь пальцы, чувствуя как меня, старательно, раздевают мужские взгляды. О, какой же я ловила кайф.

– Лиска, да ты секс – бомба! – прокричала мне на ухо Марина, и, повернувшись спиной, прижалась своей тощей задницей, подхватывая плавные движения моих бедер.

Её удивление было понятно. Закрытого вида одежда и стянутые в пучок волосы мешали разглядеть во мне, не то что секс-бомбу, а просто женщину.

Мымра, сказал бы Новосельцев из известного советского фильма. Осталось найти своего и познать, наконец, женское счастье.

Но сейчас я была счастлива и от алкоголя, залитого в желудок по третьему кругу.

– Сто лет так не отрывалась, – прозвучал в ухо голос Оли, давно уже замужней девушки, когда мы, пошатываясь вернулись наверх.

– Не уверена, что уйду на своих ногах, – хихикнула Настя. – И судя по тому, как она переглядывалась с парнем с соседнего столика, говорила она в прямом смысле.

– И он снова не спускает с тебя глаз, – заговорщически шепнула Марина, пропуская очередной мартини. Она была помощником главного редактора в журнале, где я работала переводчиком.

Знание четырех языков позволяли мне неплохо зарабатывать. Я знала, что как только получу наследство родителей, открою свою языковую школу.

– Слушай, а может тебе стоит проверить свою выдуманную теорию, – предложила Марина, когда я покачала головой на очередное подмигивание настойчивого поклонника.

– Что самое страшное. Так. это то, что он наверняка даже не откажется достать член на всеобщее обозрение, – скривилась я, стараясь не смотреть на мужчину, взгляд которого уже мог бы выжечь во мне дыру. Да, сколько можно?

В этот же момент к нашему столику подошел администратор, по крайней мере, точно не официант, ибо его торс был прикрыт рубашкой.

Он поставил на стол поднос с графином, рюмкой и нарезанной селедкой. Склонившись ко мне, он собирался что-то сказать, но я не выдержала и рассмеялась.

– Водка? Кто дарит девушкам водку?

Девчонки меня поддержали, что вызвало на лице парня явственное недовольство.

– Я бы на вашем месте не отказывался.

– Ну, так и не отказывайтесь, выпейте, – хамовато заявила я, откинувшись на спинку диванчика, уже зная, что перегибаю палку, но не хотела давать мужику с внешностью бандита ни одного аванса. Конечно парни могут понимать под нет, да… но я была не из таких.

Парень ушел, а взгляд мужика стал ледяным. Он долго смотрел, как водка на подносе возвращается в бар.

Еще спустя пятнадцать минут я поняла, что пять коктейлей давят на мочевой пузырь. Девчонки уже меня не различали.

Одна пересела на чужой столик, Марина с Леной что-то бурно обсуждали. И еще одна, имени я ее не помнила, ушла танцевать.

Я долго пробиралась сквозь тесную толпу. Улыбнувшись нескольким, приятного вида мужчинам, я подумала, что такие вот, лощенные, простые, мне подходят больше, чем всякие хозяева мира.

Найдя наконец нужную дверь я порадовалась чистоте и свежести внутри покрытой черным кафелем уборной. Здесь царил полумрак, окрашиваемый розоватым светом, льющимся из ламп над раковинами.

Вообще я любила розовый. Он шел мне и красиво оттенял волосы, но в этом клубе его было чересчур много.

Когда я входила в кабинку, в помещении было трое, когда вышла, не осталось никого. Учитывая переполненность зала, это было странно. Правда странно. Но размякший от спиртного мозг этому факту не уделил должного внимания.

Зато я уделила внимание себе.

Поправила волосы, ополоснула лицо и шею.

Опершись руками на раковину, я разглядывала красную помаду, блестящую ткань платья обтянувшее тонкую талию и крупную грудь. Когда-то я усиленно худела, но на зависть всем, сиськи, так осталась третьего размера.

Сегодня весь мой вид говорил о желании найти мужика. И если честно, я бы не отказалась от какого-нибудь деликатного любовника, способного утолить жажду по ласкам, что испытывали мои соски.

Я улыбнулась сама себе, потому что действительно выглядела потрясно.

– Сама бы себя трахнула.

– Давай лучше я.

Глава 2. Богдан

*** Богдан***

Мужчина не прощает, он забывает, а женщина – она все прощает, но не забывает никогда. Макс Фрай

Хотелось в кровать. Не трахаться. Лечь на прохладное свежестиранное белье и забыться сном, в которым всегда мелькало одно и тоже.

Яркие, цвета огня волосы и стоны. Сначала болезненные, а потом от наслаждения.

Впрочем и здесь было неплохо. Пацаны. Музыка. Телки поджарые на танцполе зажигают. Официантки полуголые так и жаждут, чтобы забрал их из этого пропахшего алкоголем и сигаретами места и сделал своей.

И главное ведь, что?

(Визуализация Богдан Самсонов)

Мое это все. Каждый сука болтик, каждый осколок разбитого где-то стакана.

Раньше моей была только Лиска. Только ее отвоевал у своры детдомовских волков. Чтобы ебать, чтобы любить. Она сука, конечно, не ценила ничего.

Хватит голову прошлым забивать и без того дел много. Выборы. Имиджмейкеры эти, достали, почти на шею сели. Я вчера так и спросил:

– Вы отпердолить меня хотите? Поэтому так тесно прижимаетесь?

Поржал я с их рож, знатно. Вот и сейчас можно поржать над какой-то пошлой историей Рванного. Мы его так зовем из-за груди. В нее как-то питбуль вцепился. Выжил ведь.

– Самсон.