Читаем My personal angel (СИ) онлайн бесплатно

========== Часть 1 ==========

В магазине стоит стойкий запах разлагающейся плоти. Я настолько привыкла к этому, что это больше не кажется чем-то ненормальным. Я больше не закрываю нос пальцами и не морщусь. Считаю, что это моя маленькая победа. Полки в магазине давно пусты, ничего полезного для меня здесь нет. Но я пришла сюда не за припасами, хотя это был бы приятный бонус. Нога при каждом шаге отдает острой болью: убегая от мертвецов в лесу я здорово подвернула ногу. Мне нужно потуже перебинтовать её и дать отдохнуть хотя бы на ночь, и, надеюсь, этот супермаркет сможет послужить хорошим ночлегом.

Окна целы как и двери, вокруг никого. Бросаю сумку на грязный кафель и издаю тихий, едва слышимый всхлип. Осмотрев помещение не нахожу ни одного ходячего. Я истощена. У меня нет сил, чтобы драться или убегать. Я хочу есть, а воды осталось на день.

Сажусь рядом со своей сумкой и вытягиваю пострадавшую ногу. Заправляю мешающую прядь волос за ухо и жалею, что давно не отстригла их. Раньше мои волосы были тем, за что меня чаще всего хвалили. Светло-русые завивающиеся длинные волосы, которые сейчас превратились в бремя и мешались во время бега или боя.

Я должна снять свои ботинки, но не знаю могу ли я так рисковать. Жизнь превратилась в гребаный кошмар. За любым углом меня поджидают ходячие мертвецы, которые реагируют на любой шорох и запах. Они раздирают людей голыми руками и зубами и после этого ты ничем не сможешь помочь человеку, ведь он уже заражен.

Дни сменяются неделями, затем месяцами. Ты перестаешь считать какое сегодня число, единственная твоя забота — это выжить.

Не очень хочется жить, когда единственная твоя цель — это спастись. Завидую тем, у кого остались те, ради кого стоит бороться. У них есть смысл жизни. У них есть те, ради кого стоит жить. Я не из их числа. Я потеряла всех, кого можно было. И я бы с радостью перестала бороться и отдалась в руки смерти, если бы не была трусихой. Умирать страшно. А превратиться в одного из тех чудовищ ещё страшнее.

Кладу рядом с бедром пистолет и до боли прикусываю губу, когда прощупываю лодыжку. В наше время повредить ногу равносильно самоубийству. Без бега здесь не выжить.

— Дерьмо, — говорю в полный голос, но не слишком громко.

Роняю голову на согнутую в колене ногу и обреченно улыбаюсь. В глазах стоят слезы и я не нахожу в себе сил смахнуть их. Еще немного и я сдамся. Сколько я ещё так протяну?

Взгляд невольно падает на сверкающий пистолет рядом. Беру его в руки и палец машинально ложится на курок. Холодный метал не отрезвляет. Я сглатываю колючий ком в горле и качаю головой. Я не верю, что думаю об этом.

Но если я решусь, то это наконец закончится. Я буду свободна. Руки дрожат и я боюсь, что выстрел может быть даже незапланированным, ведь я перестаю контролировать свои пальцы. Меня всю бьет дрожь, что вероятнее всего от высокой температуры и лихорадки: подхватила простуду в результате сна на холодной земле и купания в холодной реке.

Может, если я это сделаю, я наконец воссоединюсь с семьей? Шмыгаю носом и наконец подвожу пистолет к виску. Дуло с силой упирается в кожу. Остервенело вытираю грязной ладонью стекающие слёзы и сильно жмурюсь. Эта жизнь полное дерьмо последние пол года, никто не сможет осудить меня за это решение.

Мне двадцать три, но я чертовски сильно хочу к маме. Мне кажется, я ещё никогда в жизни так не хотела вновь увидеть её. Мама являет собой иллюзию безопасности и дома. И мне наконец хочется перестать бороться и почувствовать себя защищенной кем-то.

Всего один выстрел и это закончится. Одно движение и я буду с семьёй.

Я буду с мамой.

Задерживаю дыхание и считаю до трех.

Но я гребаная неудачница, которая даже не может покончить с собой нормально. Кто-то выбивает из моих рук пистолет и он звонко ударяется об кафель, вместе с моим сердцем.

Какого хрена я только что чуть не натворила?

Делаю судорожный вдох, словно не дышала вечность. Перед глазами всё плывёт из-за слёз, я не могу собраться с мыслями. Пальцы всё еще помнят холод метала, но теперь я могу сжать ладони в кулак, чтобы унять крупную дрожь.

— Ты что творишь?

Хриплый незнакомый голос врывается в моё сознание. Впервые за долгое время я слышу голос другого человека. Не хрип и стоны мертвецов, а настоящий живой мужской голос. И он звучит как спасательный круг или как пение ангела. Я поднимаю глаза, чтобы посмотреть на этого человека, чтобы убедиться, что это не галлюцинации.

Надо мной стоял высокий мужчина. Я не могу рассмотреть его лица, ведь он оборачивался вокруг себя в поисках какой-либо угрозы. Уголок моих губ вздергивается вверх, когда вижу на его жилетке выбитые на спине крылья ангела. Или это и вправду плод моего воображения или жизнь стебется надо мной.

Когда он оборачивается и смотрит прямо мне в глаза, то я вновь теряю умение дышать. Светло-голубые глаза смотрят мне прямо в душу. Я не могу прочитать его эмоций, но ежусь от его пристального взгляда. В его руках арбалет, но он не направлен на меня. Это хорошее начало знакомства.

— Привет, Робин Гуд.

Сама удивляюсь со своего голоса. Я звучу тихо и хрипло и мне хочется прочистить горло, но мне трудно сделать даже вдох. Я смотрю на своего спасителя как на восьмое чудо света и борюсь с желанием потрогать его. Я так давно не видела живых людей. Или старалась избегать встречи с ними, ведь не знала как они настроены по отношению ко мне. Не сложно догадаться, что апокалипсис мог сделать с людьми и их человечностью.

Мужчина скользит по мне взглядом, пытаясь составить обо мне какое-то мнение и решить не опасна ли я. Я же тянусь к своему пистолету, отчего незнакомец тут же направляет на меня арбалет. Поднимаю руки вверх в знаке капитуляции и не могу подавить смешок от всей абсурдности ситуации. Он спас меня от самоубийства, чтобы убить самому?

— Я не опасна. Просто раз уж ты помешал мне покончить с собой, то я должна таскать с собой эту огнестрельную штуку, чтобы выживать дальше, потому что сомневаюсь, что вновь решусь на это.

Мужчина немного щурит глаза, пытаясь уличить меня во лжи. И видимо решает мне довериться на слово, ведь опускает своё оружие, уже не направляя его мне в голову. Хотя вероятнее всего, я выгляжу настолько жалкой, что во мне очень тяжело увидеть угрозу.

— Если бы ты выстрелила, то сюда бы сошлись все ходячие. В следующий раз выбирай метод самоубийства потише.

— Ну прости, я не знала, что здесь кто-то кроме меня.

Звучу саркастично, но меня это даже веселит. Черт побери, как давно я ни с кем не разговаривала.

— Где твоя группа? — Спрашивает он с любопытством, подавая мне руку, чтобы я поднялась.

Я хватаюсь за его ладонь, чувствуя людское тепло и шумно выдыхая через нос, когда он рывком поднимает меня, отчего я по привычке встаю на левую больную ногу.

— Я одна.

Он отходит от меня на шаг и пристально смотрит. Всё еще открыто опасается, но это неудивительно. Будь у меня чуть больше мозгов, я бы его тоже опасалась.

— Ты одна? — Спрашивает он с недоверием, словно не верит, что такая как я смогла в одиночку выжить без чьей-либо помощи. Криво улыбаюсь и вздергиваю подбородком. Жить мне надоело, но гордости я не потеряла.

— С самого начала.

Мужчина хмыкает, а затем смотрит на мою левую ногу. Видит, что я стараюсь не наступать на неё и пытается найти кровь.

— Ты укушена?

— Нет. Подвернула ногу, когда бежала от толпы этих тварей. С больной ногой сильно не выживешь в наше время…

— Поэтому ты решила…? — Он недоговаривает, но смотрит на пистолет в моей руке. Я вздергиваю плечами и прохожусь вдоль полок, решаясь найти хоть что-то, что может быть полезным для меня.

Разворачиваюсь к нему спиной и пытаюсь вытереть следы моей минувшей истерики. Ходить безумно тяжело и поэтому я цепляюсь рукой за стеллажи, чтобы не рухнуть на пол от бессилия. Я бездумно оставила незнакомца рядом со своей сумкой где лежало оружие, вода и некоторая одежда. Любой другой на его месте уже схватил бы сумку и убежал, оставив меня ни с чем. Но этот продолжает стоять на месте и с интересом рассматривать меня как новый объект. Он не вызывает у меня страха, хотя должен бы. Но мои инстинкты самосохранения настолько притупились, что только это меня и начинает пугать.

— Что мне оставалось делать? О мой Бог, смотри, это же Vogue!

Хватаю журнал с полки и начинаю с радостью листать его, не вчитываясь в строчки и особо не всматриваясь в картинки. Смотрю на фотографию Джонни Деппа и ярко улыбаюсь. Мой любимый актер и часть моей прошлой нормальной жизни. Его фотография навеивает воспоминания о том, как мы часами с друзьями могли смотреть «Пираты Карибского моря» и я прижимаю журнал к груди как нечто ценное, оглядываясь в поисках ещё чего-нибудь интересного.

Вспоминаю про незнакомца и смотрю на него. Он воспринимает меня точно за идиотку, ведь его брови приподняты в удивлении, а руки с оружием вообще опущены вниз.

— Я бы мог тебе помочь.

Я замираю в оцепенении и не моргая жду продолжения. Сам Бог услышал мои молитвы о помощи. Я почти уверена, что человек передо мной ангел хранитель.

— В чём подвох?

— Это место кишит мертвецами. Ты раненая здесь долго не протянешь, — говорит он, считывая мою реакцию. — Я бы мог подкинуть тебя в более безопасное место, но дальше ты сама.

Это предложение звучит как глоток свежего воздуха. Как мой второй шанс. Как проблеск надежды.

— А что взамен?

Я не настолько глупа, чтобы поверить, что он это делает из доброты душевной. Люди и раньше не были особо милыми, а сейчас надеяться на человечность в них бесполезно.

— Обещание, что никогда больше не станешь пытаться убить себя.

— Тебя и вправду мне послал сам Бог.

Останавливаюсь в нескольких шагах от него и убеждаюсь, что он намного выше меня. Незнакомец давно не стригся, на его щеках недельная щетина и также след от грязи. Он выглядит грозным, но это ни секунду не пугает меня. Я протягиваю ему ладонь и коротко улыбаюсь:

— Моё имя Мэделин.

— Дэрил.

Он пожимает мою руку и она буквально тонет в его. Смотрю на его ладонь и улыбаюсь. Он непонимающе смотрит на меня и я спешу объясниться:

— Я всегда мечтала про татуировку, но как понимаешь, сейчас тату салоны закрыты.

Дэрил впервые за всё время кривит губы в усмешке на долю секунды и вновь принимает серьезное выражение лица. Он подхватывает мою сумку и я не спешу возмущаться и бояться, что он украдёт её. За несколько минут между нами протянулась тонкая ниточка доверия созданная на моём тупом юморе и его попытке поиграть в супергероя. Он молча предлагает мне свою помощь, ведь мне больно идти самостоятельно и я не вижу причин отказываться. Я хочу поберечь силы, а не тратить их впустую.

Закидываю руку ему на шею, тем временем как он обхватывает мою талию, помогая мне упереться об него. Этот человек рядом со мной действительно реальный. Идти, упираясь об него гораздо легче.

Волосы лезут в лицо, меня всё ещё лихорадит и мне хочется выблевать все свои внутренности. Я долго не ела, а пережитый стресс вызвал тошноту. Я молюсь, чтобы меня не стошнило на моего нового знакомого, ведь он итак слишком дружелюбен и снисходителен ко мне.

— Ты дрожишь, — замечает он и я в состоянии кивнуть головой, чувствуя, что адреналин проходит и появляется слабость.

— Да, приболела.

— Ты выглядишь как моя новая проблема, — говорит он совсем негромко, но это вызывает у меня тихий утробный смех.

Мы идем по тихой улице. Замечаю на асфальте несколько ходячих с пробитыми головами, которых раньше не замечала. Подмечаю про себя, что иметь лук или арбалет очень удобно. Не нужно быть слишком близко к ходячему, чтобы убить и не нужно создавать лишний шум выстрелом.

— Далеко нам? — Спрашиваю настороженно, замечая в нескольких метрах ходячего мертвеца.

Я смогла привыкнуть к их виду спустя столько месяцев, но черт побери, когда они начинают хрипеть в попытке догнать меня мурашки невольно появляются на моей коже.

— Недалеко за поворотом стоит мой байк и машина моих друзей.

— Стоило догадаться, что ты не один. Почему ты на байке? Разве не безопаснее ездить на машине?

Мне ужасно плохо, но я так долго не говорила с людьми, что готова заболтать Дэрила до смерти. Хотя с виду он не кажется особо общительным. Вытаскиваю свой нож и всаживаю уже подошедшему к нам ходячему прямо в голову. Раздается неприятный хруст и капля крови попадает мне на руку, от чего я моментально вытаскиваю нож и брезгливо морщусь.

— Фу, гадость какая, — вытираю ладонь об джинсы и засовываю нож обратно. — Я их столько убила, но до сих пор не привыкну к крови. Ты уже привык или тебе тоже противно?

— Привык.

Он отвечает так коротко, что мне самое время понять, что пора заткнуться. Наверняка он пожалел уже тысячу раз, что помог мне. Идти всё тяжелее и я понимаю, что мне необходим сон. В последний раз я спала где-то около двух суток назад. Дэрил чувствует, что моё тело обмякает всё сильнее, но не жалуется. Только удобнее перехватывает и успокаивающе говорит о том, что почти пришли.

— Какого хрена? Кто это такая?

Слышу словно сквозь толщу воды мужской голос. Он кажется смутно знакомым, но мозг чувствует себя в безопасности и поэтому дал сбой и ненадолго отключился от реальности, хоть тело до сих пор в сознании.

— Это моя проблема. Отвали нахрен.

— Ты не можешь таскать к нам разных девок…

Приподнимаю голову, чтобы посмотреть на этого обозленного кретина. Волосы мешают глазам и я небрежно дергаю головой, смахивая их в сторону. И в который раз за день теряю дар речи. Мне кажется, я всё таки умерла и это мой мозг в агонии выдумывает иллюзию, чтобы умирать было не так обидно. Смотрю в знакомые карие глаза в нескольких метрах от меня и судорожно вздыхаю. Мне хочется кричать и ущипнуть себя, чтобы осознать, что я не сплю.

— Я умерла?

Я шепчу едва слышимо, но Дэрил улавливает каждое моё слово. Он видит как мы оба замерли и сам напрягается, с недоумением переводя взгляд с меня на стоявшего передо мной в неверии мужчину. Я не вижу никого кроме него. Сейчас для меня словно не существует никого больше. Я забываю о возможных ходячих вокруг, о болевшей ноге или ознобе. Я верю, что Бог существует. И я наконец не одна.

— Шейн?

Мой голос ломается на последнем слоге. Ноги вконец подгибаются и Дэрилу приходится ловить меня, чтобы я не повалилась на асфальт. Я практически не слышу его вопрос: «Вы знакомы?». Мне кажется я сейчас вообще ничего не слышу, кроме своего громко стучащего сердца, которое свидетельствует о том, что я всё ещё жива.

— Мэделин.

Моё звучит как чужое. Произнесенное Шейном, как много месяцев назад. Словно этого кошмара не было в наших жизнях. Я отталкиваюсь от Дэрила, и забывая обо всем, прихрамывая несусь в сторону старого друга. Он всё ещё пребывает в некотором шоке, он смотрит на меня как на призрака. Глаза вновь начинает щипать от подступивших слёз, но теперь от радости.

Ударяюсь об тело Шейна, крепко повиснув на его шее. Я не думала, что у меня есть ещё силы хоть на что-то, но Уолш доказал мне обратное.

Я вжимаюсь в него так сильно, что могу задушить. Но когда сильные руки смыкаются на моей талии, отрывая от земли и обнимая настолько же крепко, я срываюсь на рыдания. Черт побери, я не рыдала так, когда приставляла дуло пистолета к виску.