Читаем Молох (СИ) онлайн бесплатно

— Ангел, ты в порядке? — сестра приложила прохладную ладонь к его лбу. Холодный и весь в поту. — Хочешь я заварю тебе чай с кардамоном из папиных сомалийских запасов?

— Не хочу. Просто… съел, наверное, что-то не то.

Юноша по"eжился и плотнее завернулся в толстовку. Хотел даже накинуть капюшон и прогнать сестру, но это было неуважительно по отношению к Самине, и она могла запросто пожаловаться отцу. Он и так получил нагоняй за драку.

— Настроения нет? Может, посижу с тобой, уроки я уже сделала.

Она присела на корточки рядом с его креслом и стала ниже его на две головы. На лица обоих падал голубой свет от экрана ноутбука. От летней жары кондиционер не спасал даже ночью, и у Самины над верхней губой выступили маленькие капельки пота.

Ангел украдкой взглянул на младшую сестру, и под ее прилипшей к телу футболкой глаз выхватил очертания едва сформировавшейся груди.

Нервно сглотнув он попытался отодвинуться. Несмотря на жару конечности била зябкая дрожь. В голове немного кружилось, он даже и забыл, что хотел посмотреть на компьютере.

— Самин, иди, все-таки, сделай чаю. Пожалуйста. — Сказал он только для того, чтобы сестра ушла. Она недовольно посмотрела на него своими большими карими глазами, отражая в них вкладки открытого на википедии браузера.

— А ты что вампирами интересуешься? — Лукаво улыбнулась она. — Папа тебе голову оторвет.

— Если не узнает, то не оторвет. Иди. — Он подтолкнул ее пальцем под ребра, чтобы она пошевеливалась. Легкий шорох домашних штанов и босых ступней по ковру сообщили ему, что она неспеша покинула комнату и направилась на кухню греметь посудой.

В детстве они хорошо ладили, имея разницу в возрасте чуть больше года, но со временем их пути стали пересекаться все реже: Самина надела хиджаб и начала помогать старшей сестре по дому, а брат ушел с головой в учебу и стал пропадать за дверями своей комнаты или в сервисном центре по ремонту компьютерной техники в трех кварталах от дома. Они могли не видеться неделями, но младшая все равно тянулась к нему при любой возможности.

Ангел устало потер мокрый лоб и откинул назад влажные светлые волосы. На сестру он был не похож, впрочем как и на отца. Курчавый темноволосый ливанец Хуссейн говорил, что Ангел пошел в мать, но фотографий е"e не сохранилось. За свою бледную кожу и серые глаза он и стал Ангелом для всех с самого рождения. Никто и не думал его дразнить, прозвище ему нравилось. Оно звучало по-арабски и не выделялось, в отличие от его непривычно редкого составного имени.

Сосредоточившись на вкладке, посвященной заражению вампиризмом, Ангел нажал на ссылку ведущую к разделу с симптомами. Надо торопиться, пока не вернулась сестра.

Черт бы побрал этого мерзавца Рашида, привязавшегося к нему из-за ерунды. Ангел никогда не обещал ему ничего насчет лишних серверных запчастей, а тот взъелся, да еще посмел требовать. Видимо, давно искал повод пробираться в компьютерный центр по вечерам, когда там работает порядочный Ангел.

В банде у Рашида было трое крупных парней, и у каждого за поясом оттопыривалась рукоять карманного ножа. Связываться с хулиганами из трущоб Бейрута не хотелось, вот Ангел и сбежал. А Рашид того и ждал, выследил его с дружками после работы в центре. Ангел в жизни не дрался. Ему и не нужно было. Все знали, что с рождения у него были проблемы со здоровьем, и работа его отца-фармацевта наверняка спасла бледному мальчишке жизнь. Говорили, что он добрый и невезучий парень, и в свои шестнадцать лет уже на таблетках, и при том следит за сестрами, отцу помогает в аптеке. Да, и злого Ангелом не назовут и обижать не станут.

Но в тот вечер на него нахлынула накопившаяся от усталости агрессия. Одного удара по лицу хватило, чтобы, собрав себя с пола с разбитой губой, он бросился на Рашида с кулаками. Катались они по земле недолго. Ангел вцепился зубами в ухо обидчика и до крови прокусил его. Рашид, конечно, победил и гордо, с порванной мочкой и расстегнутой рубахой, удалился, плюнув Ангелу на грязные вываленные в песчаной пыли брюки, обещав вернуться через неделю за запчастями.

Обида долго не давала униженному парню подняться. Лицо и руки были в крови, губа с треснувшим синеющим уголком обещала взбучку от отца.

Когда он прикоснувшись ко рту грязной рукой, скривил лицо от мерзкого привкуса крови вперемешку с землей, он и не думал, что самым страшным станет не поражение, и не ожидание наказания от Хуссейна. И даже не загноившаяся рана на губе, а чужая кровь, попавшая к нему в рану.

Похоже, Рашид был заражен вампиром. Иначе как объяснить лихорадку, которая не спадала третий день. Ангел не мог ни есть, ни пить. Бледная кожа стала еще белее и покрылась испариной и узором вен. Пришлось взять выходной на работе, и, отчаянно перебирая справочник фельдшера в отцовской комнате, Ангел наконец догадался проверить симптомы заражения вампиризмом.

За спиной раздался звон и ворчание Самины на кухне. Ангел натренированным движением свернул браузер и кинулся в кухню.

Ленивая Самина не зажигала свет. В полутьме он различил ее силуэт напротив раковины и разбитую зеленую чашку на полу.

— Моя чашка, Самина! — Рассерженно воскликнул Ангел, лучше бы не посылал ее за чаем. Кружку он выиграл на прошлогоднем чемпионате по футболу между дворами и очень берег. Его не часто брали в команду.

— Ну, прости. Я не специально.

— Давай помогу. — Ангел отстранил сестру от осколков и, схватив веник, быстро смел осколки с темнокожим футболистом на керамической чашке.

Закинув совок и метелку на место, он глубоко вдохнул и выдохнул. Раз уж пришел на кухню, надо принять лекарства. Две таблетки из банки на автомате залетели в горло. Губа болела, не стоило так сильно открывать рот, но Ангелу было плевать на боль, лишь бы он ошибался с диагнозом.

Сердце ёкнуло. Лекарства он принял поздновато, в обед пропустил, да и вчера тоже. Безалаберность, которую надо искоренить, решил Ангел.

В нос ударил резкий запах металла, и парень прикрыл глаза.

— Самина? — прошептал он, глядя на застывшую рядом сестру. Она была на год младше и на голову ниже ростом. Луна через маленькое круглое окошко на кухне освещала ее виноватый вид. Руки с полотенцем за спиной, заискивающие глаза. Ну как можно на нее злиться. — Ладно, проехали. Давай свою кружку, так уж и быть.

— Сам нальешь. — Выпендрилась сестра и попыталась треснуть Ангела полотенцем по плечу, но он успел перехватить край тряпки.

— Ты что порезалась? — насторожился он, пристально глядя на ее обмотанный полотенцем большой палец. На полотенце темнело бурое неровное пятно.

— Из-за твоей дурацкой чашки, между прочим. — Самина размотала полотенце и на свет явился кровоточащий порез не больше длины фаланги.

Ангел нервно выдохнул и постарался не дышать, во рту тут же скопилась вязкая слюна. Глаза не хотели смотреть ни на что другое, только гипнотизировали маленькую изящную ладонь.

— Дай посмотрю. — Вкрадчиво начал он, надвигаясь на Самину, за спиной которой стоял высокий двухкамерный холодильник.

— Пустяки, пройдет. — Беспечно отозвалась она и странно посмотрела на брата, но не отошла.

— Опять ты за свое? — Ангела раздражало, что в последнее время сестра стала вести себя необычно. Садилась ближе или долго смотрела на него, не моргнув глазом. А один раз будто случайно чуть не появилась в гостиной без хиджаба. Все это Ангелу не нравилось. Но он не мог и глаз оторвать от пореза на ее руке и словно магнитом ведомый навис над ней, протянув руки к порезанной ладони.

Самина вытянулась как струнка и вся подалась к нему, расправив плечи. Сам не ожидая от себя, Ангел быстро наклонился и слизнул каплю крови с пореза на ее руке. Карамельные глаза Самины расширились, и зрачки стали словно черные озера. Она сама протянула ему руку и дала облизать струйку крови на большом пальце, поддавшись неведомому безумию.

Так они и стояли почти неподвижно несколько минут, лишь Ангел ласкал языком протянутую ему ладонь. В груди у него закололо, боль резко стала невыносимой, и тогда Ангел замерев на мгновение, набросился на Самину, срывая с головы намотанный платок. Платье на плече разошлось, и перед ним обнажилось хрупкое еще почти детское плечо. Она глубоко и призывно дышала, от чего юная грудь то поднималась, то опускалась, очерчивая под футболкой две маленькие горошинки возбужденных сосков.

— Ангел… я хотела… — Робко залепетала Самина, когда на заднем дворе раздался скрип отцовского велосипеда, и она резко обернулась, поправляя платье.

Когда отец вошел в кухню, привычным движением включил свет и бросил полиэтиленовый пакет с молоком на пол, он застал Самину одну в растерянности.

— Ты почему сняла платок. А ну надень, бесстыжая. — Рявкнул отец. — Ангел еще не приходил? Убери молоко. Сестра сейчас принесет твой табель из школы, есть что сказать, пока я его не увидел?

— Нет. — Шепотом ответила Самина и бросилась в свою комнату.

В комнате Ангела хлопнуло окно.

— Ангел, ты дома? — отец отворил дверь и уставился на включенный компьютер. На заставке плавали египетские яркие рыбки, заливая всю комнату цветными пятнами от монитора. — Что за беспорядок…

Отец проворчал, осматривая комнату сына. Из ящиков то там, то здесь высовывалась перемешанная одежда. Распотрошенный шкаф, и копилка разбита. Странно все это.

Хуссейн Сари прикрыл настеж распахнутое окно, чтобы ночной ветер не сорвал занавески. Рюкзака нет. Значит сын еще и не приходил.

В жарком летнем воздухе витали запахи ночных доков и дохлой рыбы. Ангел бежал, не разбирая дороги пока не добрался до бейрутского порта. Сердце билось как ненормальное. Ему все чудился за спиной крик отца и плач Самины.

Домой нельзя. Он для них опасен. Во рту сладко саднили зубы, на которых еще остался привкус человеческой крови. Ночь только вступала в свои права, и у него было время, чтобы уйти как можно дальше. Чтобы его не нашли. Туда, где не знают Ангела, где отец не будет искать. Где не придется смотреть в глаза позору.

Здесь ему нельзя находиться.

Рабочий день у Александры не задался с самого утра. Опоздав на автобус, она словила такси, и даже пришлось залезть в потайной кармашек в сумке и заплатить водителю из "общего" конверта, в который девочки собирали на подарок Инге к пятнице. Ничего, потом добавит.

Тоня прикрыла е"e пятиминутное недоразумение, и на рабочем месте Саша появилась в фирменном галстуке и даже с аккуратно уложенной челкой, а не с клочком торчащих волос в форме шапки. Только румянец выдавал, что она только-только забежала с морозца в отделение кредитной организации, которую администрация гордо именовала филиалом известного банка. И хотя погода уже стояла по-весеннему теплая, утром дороги еще покрывала корка бугристого льда, который таял к обеду.

Посетители шли вяло и тоже не в духе. Вдобавок девочки за стойками шепотом обсуждали сегодняшнее полнолуние и прогноз местного астролога-нумеролога. Не то, чтобы Саша всерьез верила в эту чушь. Знаками Зодиака она интересовалась временами и то только для общей эрудиции. Но к фазам луны стоило отнестись серьезно. Не даром в дни полнолуния у всех погодозависимых случаются срывы. Сегодня стоило ждать полоумных старушек и готовых слить недельный негатив истеричек. Работа такая. Потерпи, скоро сдохнешь.

Саша поправила голубой галстук, глядя в отражение в маленьком карманном зеркальце под монитором, и приветливо улыбнулась очередному клиенту.

В обед решили сбегать за лапшой. Вредновато, но располнеть Саша никогда не надеялась. Комплекция болезненной и щуплой девушки всегда держала ее в образе "девицы в беде". Синяки под глазами прикрывала консилером, старалась красить губы, а не крупные глаза, чтобы не выглядеть жалостливо. То, что Александра принимает таблетки от эпилепсии из-за сердца, знали немногие домашние. Болезнь, вовсе не смертельная, стала спутником жизни и уже превратилась в норму: спать и есть по режиму, не нервничать, избегать перепадов температур — и "доживешь до старости", говорили врачи.

Вечером неожиданно нагрянуло начальство. С проверкой. Но к ней весь персонал офиса всегда был готов безупречно. И надо же так случиться, противный клиент, и прямиком к ней пошел.

Что делать, Саша знала на зубок. Высокий сервис, отличное знание корпоративных предложений. Отработала как по учебнику, иногда бросая мимолетный взгляд на комиссию за своей спиной. Попросила клиента секунду подождать и, вернувшись с разменом от старшего кассира, привычным движением открыла свою кассу и рассчитала недовольного мужика. А ведь не оставил отзыв даже, уходя. Что ему стоило ткнуть на улыбающийся смайл на кнопке возле ручки. Ну и ладно, не очень-то и хотелось так идеально. Можно и просто хорошо.

Через стекло Саша посмотрела на часы в зале: 5 минут до закрытия. Пора сдаваться. Никто, похоже, уже не придет. И комиссия уже ушла в директорский кабинет.

Дважды пересчитала кассу. Да что ж такое. Рубля не хватает. Саша судорожно перебирала в памяти всех посетителей. Когда она могла ошибиться. Может, с той женщиной с собачкой? Шпиц на стойке, прижавший меховую попу к прозрачной переборке, на несколько секунд действительно привлек ее внимание. Но к деньгам она всегда относилась очень скрупулёзно. Нет, не могла она ошибиться. Но рубля нет. Недостача. Покосившись на камеру, Саша заслонила кассу бедром и аккуратно вытянула из сумки свой потрепанный кошелек. Девчонки были заняты, каждая сосредоточенно сдавала кассу.

Никто и не заметил, как Саша выудила рубль из кошелька, прикрываясь носовым платком и, зажав в ладони, провела рукой над горсткой мелочи на столе. Сумку отпихнула под стол ногой, театрально высморкалась в платочек и на всякий случай еще раз пересчитала мелочь.

Сложив точную сумму в бокс для выручки и захватив отчетную распечатку, Саша выдохнула.

Сердце поднывало из-за стакана кофе в обед. Нельзя ей его пить, каждый раз корила себя Александра, но нравился вкус и запах. Да и ради ощущения себя беспечной девицей с чашечкой кофе, где-то не здесь, а в другой стране, в Париже, Нью-Йорке, Берлине, можно было и потерпеть. В ребрах кольнуло, когда Саша встала и направилась к начальству закрывать день.

— Все хорошо, Сашенька? — С теплотой поинтересовался Аркадий Юрьевич, передав главному бухгалтеру бокс и внося цифры в колонку на своем компьютере. Комиссия из двух неулыбчивых женщин молча чаевничала в метре от них за столом для конференций.

— Да, все отлично, Аркадий Юрьевич, — привычной фразой ответила Саша, когда кто-то сетовал на ее бледность.

— Сумма сходится, Аркадий Юрьевич. Там сисадмины прислали видео с камер сегодняшнего дня. — Внимательно посмотрела на него бухгалтер.

Все присутствующие повернулись к Александре и уставились на хрупкие подрагивающие от частого дыхания плечи под белой рубашкой.

— На видео смотреть не хочу, уверен, ты честный и ответственный сотрудник, Александра, да? — Директор сложил руки перед собой, соединив тонкие пальцы в замок на моей отчетной ведомости.

— Я… э. Сегодня опоздала на пару минут, Аркадий Юрьевич, этого больше не повторится. — Честно призналась Александра, глядя на свои туфли.