Читаем Мой любимый пациент онлайн бесплатно

Горячее мужское тело давит на меня с такой силой, что я не могу ни то что пошевелиться, даже пискнуть!

А что делать?!

Что вообще делают в таких случаях?!

Не попадают в них!

Губы озабоченного извращенца скользят по моей шее. Он бесстыдно клеймит меня обжигающим дыханием.

Рефлекторно втягиваю носом раскалённый воздух.

Дергаюсь.

На что этот кобель медленно высвобождает из-под меня свои руки, так же неспеша ведёт ими по моим рукам, стискивает сильными пальцами запястья и, окончательно смяв моё сопротивление, заводит их в изголовье кровати.

Резко вдыхаю, чтобы через мгновение огласить все своим ультразвуковым визгом, но… в последний момент закашливаюсь от внезапной мысли.

У "моего" хренова пациента, лапающего меня со звериной одержимостью и явно не собирающегося останавливаться, нет никакого похмельного синдрома! У него жар! Самый, мать его, настоящий жар!

– Хочу тебя… Всю… Я… Скучал… – в полубреду шепчет он, так и не открыв глаза, зато нащупав мои губы своими.

Настойчивое прикосновение.

Требование открыться.

Язык, пробивший непрочную защиту губ. Секундное помутнение моего разума в желании поцеловать в ответ и…

Приличных размеров инородное тело, неожиданно упершееся мне между… бедер.

А-а-а!

Татка! Я убью тебя за такую подработку!

Полтора часа назад

– Валера, ты где? – я отвернулась от яркой блондинки за соседним столиком, бросившей на меня снисходительный взгляд.

– Ира… Милая… У меня появилось срочное дело. Я задерживаюсь. – Голос Валеры был серьезен и полон раскаяния.

– Ничего. Бывает, – я спокойно приняла небольшое нарушение моих идеальных планов на вечер и уточнила: – Ты же скоро?

Молчание Валеры затянулось.

Я напряглась.

– М-м-м… Да. Максимум полчаса, – наконец ответил он.

Я облегчённо выдохнула.

– Тогда я сделаю заказ, хорошо? А то на меня тут уже начинают коситься.

– Конечно, Ир. Я полностью доверяю твоему вкусу, милая. Хотя, – он понизил голос, – нет ничего вкуснее тебя.

Мои щеки моментально покраснели, и я прикрыла глаза, предвкушая продолжение вечера уже у Валеры дома.

– Я тоже люблю…

– Что любишь? – мой любимый мужчина моментально отреагировал на провокацию.

Я облизнула губы и с неподдельным возбуждением проговорила:

– Твой вкус.

– Ир-р-ра… – с укоризной и явно сдерживая свой запал, прорычал он.

От этого низкого гортанного звука внутри все скрутило. Захотелось наплевать на ресторан, еду и тотчас оказаться рядом с Валерой, почувствовать его возбуждение, ощутить силу рук, срывающих с меня всю одежду, а потом утонуть упоительных ласках и нашей близости.

– Поторопись. Жду, – хрипло проговорила я, завершая разговор, улыбнулась, протянула руку к бокалу с водой, чтобы смочить пересохшее горло и…

– "Поторопись. Жду", – противно пропищал женский голос в моем наушнике, явно меня передразнивая…

– Похоже.

Я вздрогнула, потому что это с усмешкой произнес… Валера. – Но у тебя сексуальнее.

– Конечно сексуальнее. Я же не овца, изображающая из себя львицу. Р-р-р! Мой ле-е-ев! Я настоящая льви-и-ица…

– Да-а-а… – с придыханием застонал Валера.

Сердце закололо. Руки затряслись. Меня чуть не вывернуло. Первым порывом было немедленно отключиться. Я рывком подняла руку к наушнику, но не успела.

– Когда ты уже бросишь эту Ирку, Вал? – капризно протянула "львица".

– Кис, я же уже сто раз объяснял: найти хорошую медсестру не так-то просто. А она знает свое дело. В этот раз я полностью готов к соревнованиям. И не собираюсь менять коней на переправе.

– Ха, это она то конь?

– Ну кобыла.

– Вы готовы сделать заказ?

Я подскочила на стуле. Резко развернулась в сторону так неудачно подошедшего официанта, рукой зацепила бокал с водой и сбила его со стола.

Звон бьющегося стекла, совпал с тревожно-удивленным вопросом Валеры:

– Ира?..

И я не нашла ничего лучше, как хлопнуть себя по уху, разрывая связь.

– Заказ? – напомнил мне официант, немного отступив в сторону и позволяя клининг-менеджеру устранить следы моей неловкости.

– Нет. Счёт, – едва сдерживаясь, чтобы не разрыдаться, попросила я.

На вечере моей мечты можно было поставить крест.

Да и не только на вечере.

Я вылетела из ресторана, успев по пути заблокировать номер Валеры и набрав Татку, мою подругу и коллегу по профессии.

Нет, делиться с ней произошедшим я не могла. Во мне бушевали только рыдания и маты. Вываливать весь этот ужас на подругу было жалко. Но мысль остаться одной пугала ещё больше!

Мне нужно было на что-то отвлечься. Например, на… Работу!

Точно! И я даже знала на какую! Потому что сама днём отказалась подменить подругу из-за своего свидания мечты. Главное, чтобы подруга не нашла замену!

Через час я, с красным носом, заплаканными глазами, но уже почти спокойная, выбралась из такси, нажала на кнопку переговорного устройства у ворот шикарного особняка и хрипло представилась.

Никакой реакции не последовало.

Что заставило меня осмотреться.

Уже стемнело. Улица дорогого загородного поселка была хорошо освещена, но вокруг не было ни души.

Я судорожно полезла в сумочку за телефоном, проверить заряд. Не хватало, чтобы кроме наивной кобылы, я стала ещё и тупой овцой, оставшейся без связи!

Раздалось несколько лязгающих звуков и дверь открылась.

Я горестно всхлипнула от осознания, что все же не настолько безнадежна и зашла внутрь.

Дверь закрылась.

Далее я четко следовала указаниям Таты.

Ее постоянный пациент был очень состоятельным бизнесменом. Встречи и возлияния с партнёрами были обычным делом, поэтому ему регулярно требовалась поддержка организма.

Вот и сегодня. Проблема оказалась в том, что к Тате без предупреждения нагрянула свекровь, которую подруга очень не хотела оставлять дома одну и искала, себе замену на вызов к Дмитрию Петровичу.

На её первую просьбу я ответила отказом. Но мольбы Татки, видимо, оказались сильны, и судьба решила, что я лучший кандидат на замену.

В доме, похоже, не было никого кроме хозяина. Подруга об этом упомянула. А он должен был быть в спальне, где обычно и проводились все процедуры, облегчающие бедолаге жизнь.

Я быстро обнаружила подсобное помещение со всеми необходимыми медикаментами и расходными материалами, включая медицинский халат. Засада оказалась в том, что надеть его поверх платья я не смогла. Красиво задрапированные рукава моего наряда делали из меня не профессионала, а стероидного качка. Поэтому, опять вспомнив про кобылу, я всхлипнула, стянула с себя платье и надела халат.

Слишком обтягивающий.

Слишком короткий.

Я несколько раз нагнулась, чтобы убедиться, не выглядывает ли из-под подола кружево чулков.

Ой, ладно!

Пациенту с похмельным синдромом точно не до разглядывания окружающих.

Подхватив штатив для капельницы и раскладной медицинский столик, я прошла по широкому коридору, остановилась перед дверью в спальню, негромко постучала и вошла, не дождавшись ответа.

Тата предупредила, что Дмитрий Петрович может спать. В этом случае нужно все подготовить и разбудить его перед самой процедурой.

В этот раз всё было именно так.

В спальне было темно, но на мое появление среагировала ночная подсветка, вполне комфортно позволив оценить обстановку.

Первым, что бросилось в глаза, была конечно же огромная кровать, в которой, как на белоснежном облаке распластался мужчина.

И какой мужчина!..

Несмотря на то, что до пояса он был прикрыт одеялом, я видела потрясающе красивую спину, широкие мускулистые плечи и мощные руки, обнимающие подушку.

Последняя мысль вышвырнула меня в реальность, напомнив про гада Валерку. До Дмитрия Петровича он точно не дотягивал, но… я его… любила. А он!.. Кобелина!

Втряхнувшись, в таком же полумраке подготовила все необходимое.

Протянула руку к пациенту, аккуратно прикоснулась, чтобы разбудить и… через секунду оказалась затянутой в кровать и подмятой под чертова Дмитрия Петровича!

Что вообще происходит?!

– Дмитрий Петрович! Я Ирина. Медсестра от Таты! – отказавшись от визга, но до предела суровым голосом выговариваю я невменяемому пациенту в надежде его хоть чуть-чуть отрезвить. – У вас высокая температура! Мне нужно по…

– Ничего не нужно… – прерывает он, растекаясь по мне своей неподъемной мышечной массой. – Просто останься… Со мной.

– Дмитрий! – взвизгиваю, понимая, что от его непрекращающегося движения туда-сюда пуговки халата расстегнулись, и мой живот и грудь жжёт его раскаленная кожа. – У вас жар!

– Но ты такая приятная… Прохладная… Остудишь меня…

– Остужу! Только слезьте с меня!

– Не могу. Ты моя… – Дмитрий приподнимается на локтях, слегка меняя положение, и я задыхаюсь от возмущения, чувствуя, как его член проталкивается у меня между ног, с лёгкостью сдвигая мои тонкие трусики-паутинку!

– Дмитрий! Я не ваша! – начинаю бешено извиваться под мощным, целенаправленно метящим в меня прицелом. – Вам в вашем состоянии вообще противопоказано занимался секс… Ай! – вскрикиваю, задыхаясь от наглого засоса, поставленного обнаглевшим Дмитрием поверх моего соска, прямо через кружево лифчика.

– Сладкая, как вишня…

Миг, и я выгибаюсь в спине, ошалев от второго такого же засоса. Грудь моментально реагирует, набухая и выталкивая вперёд напряженно-отвердевшие соски, которые тут же берет в оборот бесстыжий Дмитрий.

Его язык проскальзывает под кружево лифчика и начинает издевательски вылизывать мой сосок.

– Дми-и-итрий… – мычу я, стараясь не как можно плотнее сжимать губы, потому что с них вот-вот начнут срываться стоны.

Конечно же, стоны протеста!

Угу… М-м-м…

Член, уже приучивший меня к своему нежному, деликатному присутствию, внезапно отступает, а затем дёргается вперёд, шлепая по влажному и набухшему клитору.

– Ах, – захлебываюсь пронзительной волной возбуждения.

– Мечта! – выдыхает мне в грудь свое заклятье Дмитрий, наконец-то освобождая запястья, но лишая их силы к сопротивлению. – Моя! – второе заклинание струится уже по моим губам, а его пальцы с силой сжимают мои бедра, разводят их в стороны, и он входит в меня одним мощным толчком.

Валерка, его девка, кобыла, ресторан с разбитым стаканом, мои дурацкие планы на совместную счастливую жизнь вспыхивают ярким пламенем, сгорая в один миг.

И я позволяю совершенно чужому человеку заполнить меня собой. Да так, что во мне не остаётся ни миллиметра свободного пространства.

Ему словно меня мало!

И он хочет ещё и ещё! Глубже, плотнее, быстрее

Поддаюсь, отвечая, растекаясь и принимая.

И когда, кажется, я уже не выдержу его напора, он последним рывком рассекает, затянутый во мне узел, и я освобождаюсь от бешеного, жгучего напряжения с криком и стекающими по щекам слезами радости и облегчения.

Так.

Измерить пульс, температуру, давление. Поставить капельницу против интоксикации организма при жаре.

Передать пациента специалистам, для дальнейшей постановки диагноза и назначения лечения.

К счастью, все показатели кроме температуры были некритичными.

Замечательно, а то с меня сталось бы ещё добить пациента своим внезапным решением ответить на его поползновения.

Тело звенело пустотой и мышечной радостью.

Дмитрий Петрович был в полузабытьи. Умаялся. Труженик.

При воспоминании о произошедшем щеки пытались краснеть, но вяло. Словно у моего организма не осталось на это сил.

Вот и славно, ещё десять минут на капельницу, и можно собираться.

Я подошла к кровати.

Навела термометр на его красивый широкий лоб, обрамлённый темно-русыми взлохмаченными вихрами.

Тридцать семь и пять.

Отлично, два градуса минус.

Я облегчённо выдохнула и…

– Ай!

Рука Дмитрия ощутимо схватила меня за бедро выше колена, не позволяя отступить, и он спросил голосом вполне здорового человека:

– Ты кто такая, и кто впустил тебя в дом?

Не так, ой, не так я представляла наше очное знакомство.

Да я весь сегодняшний вечер представляла совсем по-другому!

Но имеем, что имеем.

Я смотрю Дмитрию прямо в глаза, при этом склоняюсь и аккуратно накрываю рукой его кисть с закреплённой пластырем иглой системы.

Из рабочей практики знаю, первое, что делает недовольный пациент, это дёргает рукой, чтобы прекратить процедуру.

Глаза Дмитрия хищно сужаются, он приподнимается на кровати, а его пальцы сжимают мое бедро с новой силой.

– Дми… – я пытаюсь начать объясняться, но в следующее мгновение этот неадекват дёргает меня на себя, сбрасывает мою руку, на хрен выдергивает иглу, и я отказываюсь в уже знакомом мне положении, но теперь под крайне взбешенным Дмитрием.

– Что за дрянь ты мне ввела?!

– Немедленно успокойтесь и заклейте вену! Не хватало, чтобы вы тут все заляпали кровью! – я на секунду теряю самообладание и отвечаю скорому на расправу хозяину в его же манере.

Я то уже знаю, что он умеет добиваться своего и другими словами.

– Не заляпаю, если ты ответишь на мои вопросы, – склоняется он к моему уху, зловещим шепотом выдвигая свое условие.

– Отвечу, – шепчу в ответ я.

– Отвечай. – Прикосновение губ к моему виску, и внутри все сворачивается от тембра его голоса.

Шумно сглатываю, прогоняя совсем неуместное воспоминание.

– Позвольте мне встать.

– Зачем? – склоняет Дмитрий голову вбок, игнорируя мой взгляд, зато пристально разглядывая губы.

– Затем, что и мне, и вам так будет удобнее.

– Мне так удобно, – уже откровенно издевается он.

– Мне неудобно.

– Тебе и не должно.

– Правда? – охреневаю я от такого вывода.

– Ты залезла в мой дом, вколола мне снотворное, на что ты рассчитывала?

Ого! Ах ты козел!

– Конечно же на то, что смогу воспользоваться вашим безвольным телом, – с язвительным смешком отвечаю и вздрагиваю от моментально вспыхнувших глаз Дмитрия. – Я от Таты! Она не могла сегодня освободиться и прислала меня, – тут же переключаюсь на деловой тон, чтобы не провоцировать его ещё больше.

– От какой Таты? – с искренним недоумением спрашивает он.

– От вашей медсестры.

– Это теперь так называется?

– Что?

– Это, – нос Дмитрия указывает на мою грудь, и я только тут замечаю, что предатель-халат опять расстегнулся и я, откровенно себя предлагаю.

– Нет. Это не входит в услугу.

– Уверена?

– Абсолютно.

– А если так? – Я не успеваю и глазом моргнуть, как Дмитрий хватает меня за талию, резко перекатывается на спину, утягивая за собой и усаживая на себя в позу наездницы. – А ты хороша, – присвистывает он, пялясь на меня под полностью раскрывшимся халатом.

– Я – да! А вот вы – нет! – предпринимаю ещё одну попытку перевести наш разговор на его физическое состояние и всё объяснить, но допускаю фатальную ошибку!

Дмитрий принимает мои слова за вызов, и через секунду обе его руки уже стискивают мою грудь.

– Ты не имеешь ни малейшего представления, насколько я хорош!

Угу… Вот вообще никакого!

– Я верю вам на слово. Ай!

Но моей веры на слово Дмитрию, оказывается, недостаточно. Он берет меня в захват классическим скручиванием, зажимая между согнутыми в коленях бедрами и своим отлично прокачанным прессом. А чтобы, видимо, окончательно подстраховаться, заключает меня в объятья и максимально приближает свое лицо к моему.

Глубокий вдох, закрытые глаза, секундное молчание и очень уместный в нашей ситуации вопрос:

– Откуда я тебя знаю?

– Не знаю. Первый раз вас вижу, – чересчур преувеличенно отпираюсь я, чем вызываю ещё большее подозрение.

– Какое-то странное ощущение…

Дмитрий всматривается в мои глаза, а затем утыкается носом в мою щеку.