Читаем MIT: Malfoy Information Technology (СИ) онлайн бесплатно

========== Пролог ==========

Огромная витрина пестрела всеми цветами радуги, заманивая богатым ассортиментом неискушённые детские взоры. Каждый привереда мог найти лакомство по вкусу в этом сладком многообразии: конфеты всевозможных форм и размеров, пончики во фруктовой глазури, печенье с шоколадными прослойками и кексы с различными начинками — истинный рай для сладкоежек.

До официального открытия нового магазинчика под названием «Пряничный домик» оставались считанные минуты. И это грандиозное событие освещалось во многих газетах под лозунгом: «Каждому, кто придет в «Пряничный домик», достанется по вкусному подарку! Спешите! Акция действует только двадцать седьмого сентября!»

А что может быть заманчивее бесплатных конфет для ребёнка?

Дети, начиная от детсадовцев и заканчивая выпускниками начальной школы, столпились возле окна, заляпанного отпечатками их же пальцев. Шумно и весело щебеча, они делились впечатлениями от видов кондитерских изделий и предположениями о вкусах желанных лакомств. Каждый ребёнок был так возбуждён, словно грядёт масштабный праздник наряду с Новым годом или днём рождения.

Вот и скромная девочка, стоявшая с краю пёстрой толпы, искрящимся от нетерпения взглядом карих глаз блуждала по вытянутым, кручёным и округлым леденцам на палочках. Её родители не могли в силу своего финансового положения позволить себе часто баловать малышку, а она в свои неполные одиннадцать лет всё прекрасно понимала, даже не смея заикаться и уж тем более капризничать на эту тему.

Однако был здесь и тот, кто выделялся среди общей массы детей. Он стоял немного поодаль и не решался подойти к магазину, словно боролся с внутренними сомнениями, которые, в свою очередь, отражались на его миловидном лице в виде скоротечно сменяющихся эмоций. Мальчишка был одет в тёмно-зелёную форму элитной гимназии и начищенные до блеска кожаные ботинки. Однако всё это мелочи: то, что действительно бросалось в глаза — зализанные назад светлые волосы. Только по его внешнему виду становилось понятно, что он ребёнок далеко не из бедной семьи, но отчего же он тогда менжуется неподалёку от третьесортной лавки со сладостями? Вроде и мимо не проходит, но и подойти не решается.

А объясняется это тем, что Драко — так звали мальчика — обманул своего личного водителя, сославшись на внезапно появившиеся дополнительные занятия, а сам улизнул через задние ворота и самостоятельно добрался до лавки. Хоть он и являлся ребёнком из хорошо обеспеченной семьи, вся его короткая жизнь протекала в сплошных запретах: гулять после занятий нельзя, есть вредную для растущего организма еду нельзя, даже игры, и те были под запретом.

Чуть вздёрнув подбородок, Драко направился прямиком к двери, что располагалась правее широкого окна, вокруг которого и столпилась местная детвора. По мере приближения всё больше заинтересованных взглядов было направлено в его сторону, на что горделивый мальчик лишь высокомерно ухмыльнулся. Ведь он знал, что стоило ему только сказать любому взрослому свою фамилию, как тот сразу преобразится, чуть ли не на четвереньках начиная ползать перед наследником известной корпорации. А эти жалкие дети бедняков только и могли жалобно вымаливать за копейки самые простенькие лакомства. Подобные мысли грели мелкую душонку, позволяя ребёнку чувствовать себя особенным.

Будучи уже у входа, зазнавшийся мальчишка внезапно отшатнулся назад, так как дорогу преградило возникшее из ниоткуда пушистое чудо — девочка с сильно вьющимися каштановыми волосами.

Она выглядела так непривычно, что мальчик невольно загляделся. Сама миниатюрная, а пышные, объёмные волосы и длинный полосатый жёлто-красный шарф казались просто огромными на её фоне. Большие, воинственно смотрящие карие глаза, выразительные брови в сочетании с кудрявыми локонами смотрелись, по неосознанному мнению Драко, особенно симпатично, и подтверждением этому был появившийся лёгкий румянец на молочной коже.

— Магазин ещё не открыли, — важно заверила девочка — Гермиона.

Её звонкий голос отрезвил холёного пацанёнка. И он тут же обвёл взглядом серых глаз толпу, что успела вокруг них образоваться. Мальчик не чувствовал себя неловко в центре внимания, скорее наоборот, ему нравилось быть обсуждаемым, но, конечно, лишь в положительном ключе. Поэтому, ещё сильнее раздухарившись, он впился взглядом в помеху на своём пути.

— И тут очередь, — смело заявила Гермиона, совсем не робея под враждебно настроенным взглядом.

— Очереди для бедняков. Если я что-то хочу — я это беру.

— Будешь стоять вместе со всеми бедняками в очереди.

— С чего бы мне, Драко Малфою, стоять в очереди? Если я захочу, то куплю весь этот магазин! — мальчишка самодовольно ухмыльнулся. — А если ты хорошо попросишь, я и тебе…

— Вперёд. Покупай, а мы посмотрим, — сквозь смех произнесла девочка, не дожидаясь, пока Драко закончит свою фразу.

Дети, стоявшие вокруг, тоже заулыбались, кто-то посмеивался вместе с Гермионой. Никто не принял слова Драко всерьёз, и его это не на шутку разозлило. Да как они смеют смеяться над ним — сыном одного из самых влиятельных людей этой страны?! Как они могут не знать его имени?!

Сжав губы так сильно, что они превратились в одну бледную полоску, и нахмурив светлые брови, мальчик шумно выдохнул.

— Драко? — окликнул его спокойный, но со стальными нотками знакомый голос. На что Малфой, круто развернувшись, практически подбежал к чёрному лимузину, а точнее быстро подошёл, так как воспитание не позволяло ему бегать в подобных ситуациях, как бы ему ни хотелось. Он, возбуждённый перепалкой, не вглядываясь в лицо отца, требовательно попросил:

— Папа, купи этот магазин.

Люциус даже не взглянул в сторону, куда с такой страстью смотрел его сын. Всё его внимание было приковано к светловолосому затылку, который только сильнее его выводил из себя. Сквозь зубы, сдерживая рвущуюся наружу злость, мужчина процедил:

— Что ты здесь делаешь, сын? В этой, — отец скривил в презрении губы, — бедняцкой дыре?

Медленно повернув голову, мальчик боязливо посмотрел на Малфоя-старшего. Только сейчас он заметил языки голубого пламени в его холодных серых глазах.

— Я… я всё объясню, а сейчас ты бы не мог… — мальчишка осёкся, видя, с какой беззвучной яростью на него смотрел отец. Он робко оглянулся на волновавшую его девочку. Та стояла, ехидно улыбаясь, и смотрела в его сторону, явно чего-то ожидая, — купить?..

— В машину, — властно приказал Люциус, после чего, не дожидаясь реакции сына, скрылся в салоне автомобиля.

Драко испытывал смешанные чувства страха, отчаянья и унижения. Он всем своим нутром хотел доказать маленькой воительнице во имя справедливости свою авторитетность. Вот только идти против отца не смел, поэтому, скривив недовольную рожицу, мальчишка кинул на прощание полный раздражения взгляд Гермионе и смиренно последовал за предком.

========== Глава первая ==========

***

Жадно и рвано глотая воздух, девушка, не сбавляя скорости, вошла в очередной крутой поворот. Она бежала так, словно за ней гнались сами черти из преисподней, но на деле торопилась на встречу к одному слишком коварному и лживому демону, даже не подозревавшему о её скором визите. Длинный коридор практически в сто метров юная спринтерша преодолела за каких-то пятнадцать секунд и, совершая очередной манёвр, едва ли не налетела на вальяжно ступившего из-за поворота молодого мужчину.

Высокий и статный, с благородной сталью в волосах, мягко перетекающей в аристократичную бледность, незнакомец показался девушке слишком красивым для того, чтобы быть реальным: он словно сошёл с изысканной картины эпохи романтизма. Вот только чарующий аристократ не разделял восторгов залюбовавшейся простушки: он в свою очередь окинул её весьма высокомерным взглядом, не забыв изогнуть губы в явном презрении. Мало того, что на ней болталось безвкусное дешёвое шмотьё: выцветшие синие джинсы и такая же застиранная серая толстовка, надпись на которой вся истрескалась, — даже на её голове творился настоящий бардак, в простонародье именующийся «взрывом на макаронной фабрике». Ко всему прочему, её и так не идеальный образ завершался измазанными в чернилах руками.

С трудом переборов желание назвать это жалкое существо убожеством, парень распознал в ней одну из самоучек-программистов, которыми забиты их тесные каморки подвальных помещений.

— Имя, — небрежно кинул незнакомец в сером деловом костюме.

Девушка не сразу отреагировала, какое-то время всё ещё блуждая по нему мечтательным взглядом, затем, резко всполошившись, будто боясь опоздать, негромко вскрикнула:

— Гермиона! Гермиона Грейнджер! — заправив за ухо выбившуюся кудрявую прядь волос из наспех сделанного пучка, помощница системного администратора скромно улыбнулась и уже более робким голосом попыталась объясниться. — Извините, сегодня мой третий день… — Гермиона внезапно оборвала себя на полуслове, наблюдая за тем, как молодой мужчина безразлично развернулся и зашагал дальше по коридору, звонко цокая каблуками дорогих лакированных туфель.

— Вот хорёк белобрысый, — сражённо произнесла она, оторопело провожая взором незнакомца, показавшегося на первый взгляд чуть ли не принцем.

Тряхнув головой, чтобы отогнать ненужные мысли, новенькая работница наконец вспомнила о своей первоначальной цели, из-за чего снова сорвалась на бег, ибо жизнь ничему не учит, но внезапно была остановлена громко заверещавшим в тишине безлюдного коридора рингтоном, доносившимся из кармана толстовки. Звонил не кто иной, как её непосредственный начальник — системный администратор, перед которым новоиспечённой помощнице приходилось по каждому его вздоху бегать на задних лапках, прижимая ручки к груди под стать дрессированному пуделю.

При всём своём желании, Гермиона не могла позволить себе такой роскоши, как проигнорировать звонок. Увольняют тут и за более мелкие проступки, а показывать свой особый статус, по крайней мере из-за такой мелочи, не хотелось бы.

— Где тебя носит?! — закричал Симус из только что поднесённого к уху динамика. Гермиона запоздало попыталась отдёрнуть руку, в которой держала телефон, но в голове уже нещадно зазвенело.

— Кофе мне захотелось, — совершенно спокойно соврала она, нехотя разворачиваясь на сто восемьдесят градусов и медленно отправившись в обратную сторону.

— И чем же тебе не угодила здешняя кофемашина?

— Не люблю американо.

— Ух, какие мы гурманы, — нарочито мягко произнёс Финниган. Затем, изменившись в голосе, требовательно выкрикнул: — Чтобы через минуту была тут!

***

Аккуратно, но уверенно толкнув дверь с табличкой «кадровый отдел», не по годам солидный юноша вошёл в набитое шумом офисное помещение, где с разных сторон раздавались телефонные звонки. В один сплошной звук смешались женские и мужские голоса: одни что-то буднично обсуждали между собой, другие подчёркнуто важно кидали пафосные фразы удалённым собеседникам, мня себя первоклассными специалистами. Однако реакция на появившегося в помещении человека у всех была практически одинаковая: каждый внезапно замолкал и почтенно преклонял голову перед важной персоной. Девушки то и дело стреляли глазками или кокетливо улыбались, хотя отчётливо понимали, что им на деле ничего не светит.

Окинув толпу надменным взглядом, платиновый блондин прошёл между столами прямиком к стеклянной двери, тонированной так, что снаружи было не разглядеть, кто или что находится внутри. Не утруждаясь предварительно постучать, он сразу привычно толкнул дверь, словно заходил к себе в кабинет.

Темнокожий мужчина, чуть нахмурив брови, внимательно смотрел на монитор, не сразу обратив внимание на посетителя. Дождавшись, когда гость пройдёт в нескромные апартаменты местного начальника, услужливо прикрыв за собой дверь, глава кадрового отдела наконец перевёл взгляд внимательных карих глаз на человека, так беспардонно нагрянувшего в его кабинет.

— Малфой?.. — удивлённо выдохнул он, едва заметно растянув пухлые губы в лёгкой плутовской улыбке, но тут же, словно спохватившись, вернул своему лицу абсолютно невозмутимый вид. — Какими судьбами, господин начальник?

— Да вот, пришёл проверить, насколько продуктивно работает мистер Забини, — в тон ответил закадычный приятель и по совместительству исполнительный директор филиала, присаживаясь на продолговатую софу, обитую тёмно-коричневой кордовской кожей. Драко расслабленно откинулся на мягкую спинку, прислонив затылок к деревянному выступу её изголовья. Прикрыв глаза, он томно наблюдал за тем, как его друг лениво встал из-за рабочего стола, заваленного якобы важной документацией, направился к высокому шкафу, что-то достал из его недр и направился прямиком к нежданному гостю.

На лице Малфоя читались вселенская тоска и усталость. А по остекленевшему взгляду серых глаз становилась ясна причина его визита. По крайней мере, Блейзу с его проницательностью за десятки лет дружбы подметить даже еле ощутимые изменения в нём было несложно.

Мягко опустившись в соседнее кресло, Блейз поставил на стеклянную поверхность журнального столика два кристально чистых бокала. Принявшись откупоривать вино, он, даже не взглянув на собеседника, буднично поинтересовался:

— Отец?

— Типа того, — после затяжной паузы ответил Драко. Последнее время его порядком доставал отец. Хотя, чего уж там мелочиться. Буквально одним своим видом приводил в бешенство. Точнее, не сам отец, а скорее его убеждения. Он так настырно старался затащить его в ряды мафиози, точно видел в этом возможность стать владыкой человечества. Вот только папаше абсолютно плевать, что Драко разнится с ним в принципах и морали, чем только сильнее настраивает против себя, пробуждая в нём не свойственное ему бунтарство.

— Есть ли смысл упираться? Всё равно в конечном итоге примешь сторону отца и примкнёшь к рядам Сам-Знаешь-Кого.

Блейз не знал, из-за чего или кого Малфой так сильно изменился в последнее время. Ещё пару месяцев назад он вёл себя как заносчивый мальчишка, кичился достижениями отца и страстно желал пойти по его стопам. Но затем его словно подменили.

— Не в этот раз, — зло выплюнул Драко, взглянув на друга, как на заклятого врага. На деле он тоже сомневался в собственной непоколебимости. Ведь идти против отца не столько неправильно, сколько страшно. А он тот ещё трус. Да и Люциус для него всегда был примером сильного и надёжного главы семейства, поэтому он рос, подражая тому во всём и стремясь вырасти мужчиной ему под стать. И когда же в его светлую голову забрались эти сомнительные мысли, что до скрежета зубов заставляли злиться на собственную судьбу, временами впадать в отчаянье и вновь неистово свирепеть?

Забини, не проронив больше ни слова, с каменным выражением лица разлил по фужерам вино. Взяв один бокал, он откинулся так же, как и гость в кресле, аристократично закинув ногу на ногу.

Прошла минута-другая. Мужчины сидели в полной тишине, наслаждаясь терпким вкусом старого вина.