Читаем Метель онлайн бесплатно

Разр. ГУРК 20/XII 1939 г. № 603/т/39.

пьеса в 4 действиях

Действующие лица

СТЕПАН СЫРОВАРОВ, директор завода.

КАТЕРИНА, его жена.

ПОРФИРИЙ, его брат.

ЗОЯ, дочь Катерины от первого брака.

МАРФА КАСЬЯНОВНА, слепая, тетка Сыроваровых.

ЛИЗАВЕТА КАСЬЯНОВНА, председательница колхоза, ее сестра.

ЗИНОЧКА, свой человек при Марфе.

ЛОПОТУХИН, человек из бывших.

ВАЛЬКА, его дочь.

САРПИОН ТЕТКИН, ИВАН ТЕТКИН, колхозники, приехали с Лизаветой.

СЕРЕЖА, МАДАЛИ НИЯЗМЕТОВ, товарищи Зои по архитектурному институту.

АНДРЕЙ ДАНИЛОВИЧ ПОТАШОВ.

ОСТАЛЬНЫЕ — друзья и подруги Зои.

Действие происходит на периферии в наши дни.

Сыроватая, неопределенного назначения комната у Степана Сыроварова, с низким потолком и теплой кафельной печкой. Отпечаток опрятной бедности лежит на всем. Между стареньким пианино и шкафом — телефонный столик. На стене карта Европы, на столе — накрытая салфеткой еда. За аркой с большой, линялого плюша, занавеской — прихожая. Невысокий порожек и несколько колонок по краю, а за ними стеклянный балкон и в замороженном окне новогодняя вьюжная ночь. Блики печного огня играют на ковре и спинке кресла, где сидит МАРФА КАСЬЯНОВНА. КАТЕРИНА с газетой у настольной лампы. ЗИНОЧКА кроит что-то на краешке стола.

КАТЕРИНА(просматривая газету). Тут еще новогодние пожелания. Летчики, артисты… И все.

ЗИНОЧКА. Вы мелкостное-то почитайте, Катерина Андреевна. Теперь самое важное-то мелким почерком печатают.

КАТЕРИНА. Вот главное-то и просмотрела! Портрет Лизаветы Касьяновны и уже с орденом.

МАРФА. Дай-ка сюда. (Она шарит пальцами по газетному листу.) Где это тут, покажи.

КАТЕРИНА (кладя ее руку на фотографию). Здесь, самом уголке. (Зиночке.) Лекарство Марфе Касьяновне пора…

ЗИНОЧКА (с пузырьком из-за плеча Марфы). Двух мужей схоронила, а детишек не нажила. А уж как ей хотелось детишек-то! (И тихо засмеялась. Марфа вопросительно повернула голову.) Колхозники круг ей стоят, и борода у одного. Какие иногда бородатые мужчины попадаются на земле! (И принялась отсчитывать капли в рюмку.)

МАРФА (Катерине, которая отошла к карте). На фабрику к нам, за год как мне в тюрьму садиться, мастер нанялся. Бородища, как у святителя, и в ней губы баранкой. Бывало, как в цех заявится, у Зиночки останов, а то и челнок вовсе выскочит… Замуж тебе надо, Зиночка!

ЗИНОЧКА. Женихи мои уже внуков нянчат. (Ведя счет каплям.) Тринадцать, четырнадцать, пятнадцать… Конечно, твой Данилыч бороды не носил.

МАРФА. А что мой Данилыч!.. В пятом годе неделю в полицейском погребе вместе просидели. (Отдавая газету.) Лизку мне сохрани. В кого она такая неистовая? В роду у нас все строгие, черные. (И провела рукой по седой голове.) Сестру Верку, степанову мать, и в хороводе за монашку принимали. Эх, жить бы тоже женщине-то!

ЗИНОЧКА. Это сыночек, это ее Порфишка доканал.

МАРФА делает резкое движение, шаль соскользнула на пол. КАТЕРИНА подает укоряющие знаки Зиночке.

МАРФА (жестко). Сказано: имени этого не поминай при мне. Он был беглец. Мертвей его нет у меня. (Молчание.) Пошумели бы немножко. Разбили бы что-нибудь. Тишины не хочу…

ЗИНОЧКА. Накличешь. Капли-то выпей, Марфинька.

МАРФА отстраняет ее руку, лекарство проливается на пол.

МАРФА. Каких врагов мы с тобой ломали, Зиночка. Какие грозы над нами совершалися…

ЗИНОЧКА. Ты меня из темноты на свет вывела.

МАРФА…и вот пришел наш длинный вечер, зимний вечер. (Она поднялась. Движение воздуха заставляет ее остановиться. Вошли Сережа и Зоя, румяные с холода и молодые.)

ЗОЯ. Это мы с Сережей, Марфа Касьяновна. Елочные украшении принесли.

МАРФА(целуя ее в лоб). И звезду купили?

СЕРЕЖА. Звезду, кило инея и прочие мечты и грезы.

КАТЕРИНА(Зое). К тебе Валька елку украшать пришла.

ЗОЯ. А елки-то и нету.

СЕРЕЖА. Я искал. Вторые сутки метель. Подвоза нет.

ЗОЯ (Сереже). Ты отнеси пока все это Вальке. Мне с мамой поговорить надо.

СЕРЕЖА уходит.

МАРФА. Веди и ты меня куда-нибудь, Зиночка.

Они уходят. ЗОЯ ждет, пока не затихнут их шаги.

ЗОЯ. Мама… опять.

КАТЕРИНА. Не забыть: Ниязметов звонил. Спрашивал, купила ли ты елку.

ЗОЯ. Снова раздали анкету: кто, что, когда и почему…

КАТЕРИНА молчит, ее выдают только руки.

Спрашивают про отца.

КАТЕРИНА. Он умер.

ЗОЯ. Я не могу больше лгать, мамочка. Уже столько раз, столько раз… Через это я поступила в институт, стипендию получила, овладела дружбой товарищей. Ведь это все кража, мамочка. (Сквозь слезы.) Мне так совестно, что я такая молодая и уже такая дрянь.

КАТЕРИНА. Все пройдет, Зоя… Зоя! Завтра твоя последняя елка. Будешь устраивать ее для своих детей. Сережа еще не говорил с тобой?

ЗОЯ. Я не хочу красть себе и мужа. Когда-нибудь он скажет мне, что я воровка.

КАТЕРИНА. Все не без пятнышка!.. Только одни таскают его на плечах, а другие прячут за пазухой…

ЗОЯ.…как вошь.

КАТЕРИНА. Детка, пощади меня.

ЗОЯ(дрожа). Я говорю — как вошь!

КАТЕРИНА. Тогда… тогда напиши, что твой отец, Порфирий Сыроваров, бежал с белыми заграницу. У Степана сорвется заграничная командировка. Скажут — скрывал, что брат в эмиграции. А Марфа, если узнает, что ей врали про смерть Порфирия… А это доверие всего города. Она работала вместе… (Шепчет что-то на ухо.) Останешься без диплома, одна, и никто не посмеет даже кивнуть тебе в окошко!

ЗОЯ раздумчиво чертит ногтем по столу.

Холодно на улице?

ЗОЯ. Нет, потеплело. Снег идет. (Покорно.) Хорошо. В котором году он умер?

КАТЕРИНА. В девятнадцатом, от тифа. (И погладила дочь по голове.) Дальше пиши правду: техник, из крестьян. Его дед возил с сыновьями лед в Москву. Пиши, лишнее в анкете не повредит.

ЗОЯ. Какой он был из себя?

КАТЕРИНА. Кто?

ЗОЯ. Ну, этот… Порфирий. Красивый, наглый, хлюст такой, да?.. Чего ты смутилась?

КАТЕРИНА. Он был длиннорукий, неуклюжий, сильный очень. Это тоже в анкете требуется?

ЗОЯ. Нет, это для себя. Не могу же я ненавидеть пустое место. Проклятый, проклятый…

Она сдержалась. В ее руке появляется конверт.

Месяц назад я опять получила от него письмо.

КАТЕРИНА… прочла?

ЗОЯ. Нет. И, знаешь, оказывается — нет места на земле, куда можно спрятать такую маленькую вещь.

КАТЕРИНА. Дай мне… на марку взглянуть.

ЗОЯ(отдавая). Марка заграничная.

КАТЕРИНА вертит письмо у лампы. Потом мать и дочь смотрят в глаза друг другу.

КАТЕРИНА. Спрячем это в огонь, дочка, непрочитанным.

ЗОЯ. Спрячем, мама. (Она бросает письмо в огонь. Звонок в прихожей.)

КАТЕРИНА(тихо). Побей его прутом… пепел. Хорошенько.

ЗОЯ исполняет приказание. ЗИНОЧКА проходит открывать дверь.

Вытри глаза, чтобы Сережа не заметил. И привыкай к жизни.

ЗОЯ. Я уже привыкаю, мама.

Вернулся СТЕПАН. Бросив портфель на диван, оп протянул руки ЗОЕ. Та опустила голову.

СТЕПАН. Иди, взгляни, что тебе Ниязметов притащил. А глаза заплаканы!

ЗОЯ. Я только что с улицы пришла, Степан Петрович.

СТЕПАН. Благополучие дома измеряется количеством проливаемых там женских слез.

ЗОЯ. Читаете просветительные доклады, а дома говорите такие скользкие вещи.

Пожав плечами, СТЕПАН перевел взгляд на Катерину.

КАТЕРИНА. Будь справедлива к Степану, Зоя… хотя бы за его заботы о нас.

ЗОЯ. Хорошо, мама. (Отдернув занавеску.) Мадали… вы с ума сошли, Мадали!.. Мама… (В дверь.) Сережа, Валька, смотрите, какая к нам елка пришла.

КАТЕРИНА уходит, СТЕПАН несет за нею какую-то покупку. НИЯЗМЕТОВ втаскивает в комнату огромную елку. ЗОЯ трогает ее тяжелые ветки.

НИЯЗМЕТОВ. Два часа выбирал. Вам нравится? (Почти монотонно.) Я люблю вас, Зоя.

ЗОЯ. Вы милый, удивительно милый, Мадали!.. Где же ты, Сережа?

Влетает ВАЛЬКА, секунду спустя — СЕРЕЖА.

ВАЛЬКА. О-ля-ля, какая! Из нее шубу можно сшить…

ЗОЯ. Сережа, поблагодари же Мадали.

СЕРЕЖА(роясь в кармане). Сколько ты заплатил за эту елку?

НИЯЗМЕТОВ. У меня уже покупали ее по дороге. Я сказал, что здесь мне больше дадут.

СЕРЕЖА(с деньгами в руках). Я спрашиваю, Мадали, сколько ты заплатил за елку.

ЗОЯ. Наверно безумная цена.

НИЯЗМЕТОВ. Я ходил за город. Я рубил ее сам.

ВАЛЬКА. Так ведь метель же. Даже домов не видно.

НИЯЗМЕТОВ. У нас на Памире тоже бывает метель.

СЕРЕЖА. Елка вполне приличная. Сколько ты хочешь получить за нее?

ЗОЯ. Перестань, Сережа!

НИЯЗМЕТОВ(сдержанно). Я лучше домой пойду.

СЕРЕЖА. Ты назови цифру, не стесняйся!

НИЯЗМЕТОВ(слегка акцентируя от волнения). Если хочешь узнать цену подарка любимой девушке, выйдем немножко. Я назову ее тебе… там.

Он повернулся и ушел. ВАЛЬКА даже зажмурилась от страха.

СЕРЕЖА. Ужасный чудак.

ЗОЯ. Немедленно догнать и извиниться.

СЕРЕЖА. Не ставь меня в фальшивое положение, Зоя…

Она закусила губку. Он потоптался и ушел. Вернулся СТЕПАН, вытирает руки полотенцем.

ВАЛЬКА(Зое). Тащи пока елку, я приду через минутку

ЗОЯ уходит с елкой. ВАЛЬКА прикрывает за нею дверь.

ВАЛЬКА. Поругались, чудаки! (И махнула рукой.) Степан Петрович, у меня к вам есть одна жуткая тайна…

СТЕПАН. Давайте. Обожаю всякие тайны.

ВАЛЬКА. Даже боюсь говорить. Только абсолютно между нами: я все, все про вас знаю…

СТЕПАН слушает, прищурясь, Валькину скороговорку.

…и что вы женились на жене покойного брата, чтобы ей и Зойке было хорошо. И что вы от дачи отказались. И про ревизора знаю, который приехал ваш завод обследовать. Только вы на Карякину наплюйте. Она хоть и грозится рассказать про вас, ей все равно никто не поверит. О-ля-ля, ревизоры дураки не бывают. Я сама в ревизионной комиссии состою!

СТЕПАН. Это вам отец… Лопотухин, что ли рассказывал?

ВАЛЬКА. Нет, а просто у меня жуткий нюх. (Вполголоса.) И знаю, что вы отцу… помогаете. Вы жутко добрый, и все, все вас обожают. И я тоже. Но вы не бойтесь, я не как женщина вас люблю. Как женщина я никого еще не любила. Только абсолютно между нами: даже Ваську Жаворонкова!

СТЕПАН. Да вы сядьте рядком. Чего вы все прыгаете, Валя?

ВАЛЬКА. Жутко волнуюсь. (Присев возле.) Мне так стыдно перед вами за Лопотухина. Вы сами бедный, а он на ваши деньги… Миленький, ведь он уже без передышки пьет. Вчера опять припадок был.

СТЕПАН. А вы отберите у него шубу и не выпускайте никуда.

ВАЛЬКА. Не повезло мне на папке (Отвернувшись.) Я его разлюбила еще, когда мама умерла. В нем и тогда эта змея сидела.

СТЕПАН. Какая змея, Валя?

ВАЛЬКА. Ну… тайна эта. Вот он ее и поит водкой, чтобы не шевелилась. Третьего дня, только абсолютно между нами, Васька Жаворонков меня на машине катал. Жутко обожаю машину… Вернулась, а он уже напомадился. Лопотухин, и штуки разные орет.

СТЕПАН(вкрадчиво). Это какие штуки, Валя?

Голос Зои: «Валя».

ВАЛЬКА. Зойка зовет. Ой, нам еще работы-ы!

СТЕПАН придержал ее возле себя.

Ну, всякие… про вас. А у нас жуткий сосед по комнате. Коридор-то общий!… Табуретку поставит у двери и слушает, как в театре. Всегда за порожком свеженькие окурочки лежат. (Озабоченно.) Да говорят еще, что теперь через электрическую лампочку подслушивать научились… верно это, а? Миленький, не давайте ему денег. Уж я сама немножко зарабатываю. Я ведь жуткая работяга. А на мои-то он не посмеет пить.

СТЕПАН. Я поговорю с ним, Валя.

ВАЛЬКА. Хорошо бы накричать на него. Только вы безвольный, не сумеете.

СТЕПАН. Ладно, и накричу.

ВАЛЬКА. Как странно вы смотрите на меня. (Оглядывая себя всю.) У меня что-нибудь сбилось, а?

СТЕПАН. Вы очень хорошенькая стали, Валя.

Она отступает в дверь под его взглядом. СТЕПАНобернулся, когда КАТЕРИНАпозади него поставила чайник на стол.

СТЕПАН(с маленьким раздражением). Пить хочу. Куда ты пропала?

КАТЕРИНА(за занавеской. Иронически). Не хотела тебе мешать.

Он взглянул на нее с улыбкой. КАТЕРИНАснимает салфетку с тарелок. Там хлеб и яйца.

Ужинай. Что с твоей командировкой?

СТЕПАН. Послезавтра получаю заграничный паспорт. (Он разбивает яйцо.) Будь добра соль.

КАТЕРИНА(подавая солонку.) Этот ревизор еще не вызывал тебя?

СТЕПАН. И даже личного дела моего не затребовал.

КАТЕРИНА. Какая-то вьюга поднялась вокруг тебя… и в ней хари, хари какие-то!

СТЕПАН. Ничего, она утихнет.