Читаем Метафизика власти онлайн бесплатно

В наше время всеобщих духовных подмен мы живем в так называемом государстве или гражданском обществе, от которых подсознательно ждем, что они как-то сами собой в будущем непременно улучшатся. Будущее почему-то видится чем-то более совершенным, чем мрачное и темное настоящее. Различные представления о «конце света» если и ожидаются, то когда-нибудь в далеком и недосягаемом будущем, которое кажется почти фантастическим и нереальным. При этом совершенно забывается, что именно в современном духовном мире произошел надлом, что нынешними духовными авторитетами строится, по сути, новая эра, противостоящая Христу и Его Церкви. Бездны преисподней («бездны преисподней») уже разверзлись, и оттуда сладостно струится и проникает в наш безбожный мир блудодейственный дух противника Христа, имеющий разнообразные, внешне духовно благочестивые, часто государственные обличья.

Мы наблюдаем ложь и обман во всем многообразии различных духовных представлений. Истина настолько опутана ложью, что порой кажется, что правды не существует, вместо нее в запутанном жизненном лабиринте предстают лишь бесконечные фантомы. Знания человека о вечных истинах стали дробны и множественны, стройная концепция мира, как созданного Божественным Логосом, разрушилась в людских душах и умах. Бытие без Бога Слова перестало иметь смысл, все жизненные явления приобретают характер абсурдности и нереальности.

Темное и мрачное начало вошло во все многообразие бытийственных проявлений. Культура, государство, Церковь, общественные отношения, наука – все приобрело нездоровый оттенок ложного и бессмысленного существования. Подлинных божественных смыслов вещей почти не видно, вернее, человеческое сознание не хочет их видеть, ум и душа человеческие замкнуты на собственной конечной и условной самости. Слова и понятия утратили свой первоначальный смысл, во всем господствует неустойчивость, ложь и подмена понятий.

Мы видим, как наше бытие постепенно, словно клещами, сжимается железной хваткой чуждой и враждебной силы. Вся окружающая общественная и государственная жизнь выглядит как сплошная ложь и духовное разложение. Человеческое существование становится тлетворным, все лгут друг другу, никто не задумывается об Истине. Клевета стала добродетелью, а блуд и различные пороки воспринимаются как заслуги. Человек превращается в беспощадного хищника, желающего только денежного лихоимания.

Поэтому надо отдавать себе отчет, что мы находимся в мире духовных руин. Отсюда на первое место выходит не пошлое морализаторство, а понимание того положения, в котором мы оказались. Это понимание может быть достигнуто только тихим преображением, совершающимся в глубине человеческой души. Люди, осознающие себя в этом мире, способные отличить добро от зла, полезное от вредного, могут быть бедными или богатыми, наемными работниками или предпринимателями, богословами, инженерами, крестьянами или даже политиками. Но они с необходимостью должны понимать внутренние различия между ясным, мужественным, упорядоченным миром и стандартизированной, конформистской, пошлой серой жизнью, где господствует пустая «мораль».

Это возможно лишь при достижении такого духовного состояния, когда можно уже с презрением воспринимать одурманивающие оковы порочной политической системы. На первом месте должно находиться пренебрежение к любой идеологии, устанавливающей ложные «социальные» ценности и подменяющей подлинные духовные начала, находящиеся исключительно в Божественном Порядке. Чтобы выстоять в этом хаосе, вначале необходимо понять, что ни при каких условиях нельзя вступать во внутреннюю, духовную сделку с силами разрушения.

Попытка уладить дело с этими силами мирным путем равноценна сдаче, поражению сегодня и окончательному уничтожению будущего. Надо удержаться от скольжения к животному, примитивному, а подчас и растительному началу, находящемуся в нас и желающему свести нашу жизнь к биологическому уровню. Мы осознаем, что против этого выступает наше «я», желающее остаться сознательным и независимым. Для этого, прежде всего, надо уяснить ту темную и нижайшую часть нашей души, все более и более берущую над нами верх. Необходима точная и беспристрастная оценка нашего одряхлевшего и ветхого состояния, а это, в свою очередь, поможет отвернуться от собственной соблазнительной личины искаженного бытия, отраженного в кривом зеркале.

Эта верная оценка нашего состояния относится, в том числе, и к такому многозначному понятию, каким является государственная власть. Почему нами управляют примитивные люди, лишенные чести и совести, не останавливающиеся перед любым преступлением? Отчего «правители» обманывают и унижают граждан, а люди не только не восстают против порока, но и сами желают войти в число властей предержащих или их всячески поддерживают? По какой причине сама политическая власть уже имеет только внешний вид благочестия, но отвергает его силу?

Мы попытаемся рассмотреть эти вопросы, а также исследовать смысл власти государства над человеком и человека над человеком. Мы представляем себе непосильность этой задачи, окончательно разрешить ее вряд ли в человеческих силах. Но всегда остается возможность в некоторой степени прояснить этот сложный предмет, несмотря на условность и относительность нашего земного пребывания, ибо «я человек грешный и неразумный и многой грубостью наделенный»[2] ()[3].

Человеку, ищущему не вещественной выгоды и чувственных удовольствий, а совершенства и истинного знания, очень сложно существовать в этом враждебном мире. Поэтому единственный и подлинный путь – это внутренний уход от навязываемых политических «услуг», понимание их никчемности и сиюминутности. При этом надо осознавать, что уход в чистые области мышления и идеального бытия не делает такого «понимающего» человека только и исключительно созерцателем. Достижение возможного для человека уровня истинно сущего приводит к обнаружению идеального бытия в наличном существовании. Только в этом случае кривое и треснутое зеркало восприятия действительности очищается, выравнивается и становится способным правильно отражать вещи.

Предлагаемый на суд уважаемых читателей труд имеет несколько претенциозное название «Метафизика власти». Такое наименование в первую очередь подразумевает некий мистический, сверхфизический смысл исследуемого понятия, хотя речь здесь идет не только о метафизике. Так как предложенный метафизический способ исследования природы власти порождает двусмысленность и видимое противоречие, то возникает необходимость краткого изложения основных целей этого труда.

Во-первых, это нужно сделать, чтобы сразу отделить в изучаемом вопросе психологический аспект от логического, что поможет нам рассмотреть такой чрезвычайно сложный феномен, как власть, с исключительно «холодным вниманьем» рассудка[4]. Во-вторых, это необходимо по той причине, что представленный взгляд на государственную власть может вызвать возмущение и неприятие у людей с противоположными воззрениями. Поэтому краткое изложение моей точки отсчета в самом начале позволит несогласным людям сразу закрыть эту книгу и не утруждать себя дальнейшим чтением.

Я не скрою, что отвлеченные идеи о демократии как «лучшей форме власти», о «братстве народов» и некоем абстрактном благе для всех и каждого мне совершенно чужды. Более того, я считаю их чрезвычайно вредными и губительными для человеческого общества, в том случае, если их пытаются механически воплотить в жизнь людей. Впрочем, о пагубности этих представлений свидетельствует вся история бытования подобный учений. Я считаю, что каждый народ должен думать, прежде всего, о своих собственных интересах и об интересах своих союзников, а не об абстрактной идее всеобщего блага.

Всемирное братство народов и племен вряд ли наступит в скором времени. И достижимо ли оно вообще, кроме получения обезличенного человеческого муравейника? Поэтому подменять смысл власти ее формой, сводить систему управления людьми исключительно к механическому процессу выбора непонятных лиц и различных социальных трутней, является, на наш взгляд, простой манипуляцией, социальным мошенничеством. Поэтому меня мало трогают и интересуют отвлеченные рассуждения на этот счет.

Если систему взаимоотношений в человеческом обществе представить как магазин модной одежды, с идеологическими одеяниями на любой вкус, где платье можно выбирать в соответствие с сиюминутной модой, то это может дорого обойтись тому народу, который выбирает себе власть по заказу. Образцом может служить история политических учений. Например, в устах любителей социального прогресса конституция (или пакт политических прав) приобретает почти абсолютные атрибуты. При этом совершенно забывается, что любые государственные законы – это воплощение субъективной, а следовательно, условной мысли.

Часто история создания текстов самих «конституций» выглядит как анекдот. Наглядным примером может служить французская демократическая конституция 1793 года, которая была написана Эро де Сешелем в кафе, за один раз[5]. Жан Жак Руссо также старался «конституционно» облагодетельствовать поляков и корсиканцев. Даже в самом современном «сияющем граде на холме» – США знаменитую конституцию сочиняли, сообразуясь не с законами штатов и обычаями собственной страны, а опираясь на Esprit des lois[6] Монтескье.

Поэтому взгляд из модного (идеологического) бутика, одевающего в модные мировоззренческие одежды государственную власть, нас совершенно не устраивает. Политические идеи и учреждения не могут сообразовываться с относительным человеческим мнением, а должны соответствовать нравам той или иной страны. Насильственно утверждаемая демократия на английский лад в любой мусульманской стране является такой же очевидной нелепостью, как когда утонченный английский лорд во фраке и цилиндре вдруг, всерьез, обряжается в хохляцкие шаровары и говорит на «мове» или «гваре». Также и копирование английского и американского парламентов в России еще более абсурдно, так как объединяет в одном месте ограниченных, самодовольных невежд и беспринципных темных личностей с психологией преступников. Глядя на них, нормальному человеку становится не по себе.

Поэтому сведение смысла власти к простому и примитивному юридизму предоставляется мне весьма вредной затеей. Английскую конституцию никто не сочинял, она выросла из собственных начал. Как сказал один из русских дипломатов XIX века, если бы в Великобритании захотели создать конституцию, то не создали бы никакой. Но при этом основания англосаксонской «демократии» навязываются как единственно верные для всех народов. Наша задача – не бесплодные рассуждения о форме власти, она может быть любой в определенный исторический период. Все эти разговоры – путь к непрекращающейся интеллектуальной стагнации. Интересен и практически полезен сам смысл понятия власть, а не ее формы или институты. Отсюда нет доверия любым отвлеченным словам, важным для нас являются сами действия и смысл власти.

Только в этом случае понимание идеальных (метафизических) начал власти поможет выйти за пределы замкнутого, формального, юридического круга, когда, с одной стороны, власть, независимо от своей формы, приобретает самодовлеющие, абсолютные черты и в силу этого не чувствует никакой ответственности перед людьми (народом). С другой стороны, народ, при следовании формальным юридическим положениям, не в состоянии нести ответственности за свой выбор. Такой народ вручает свою собственную судьбу никому не известным людям, часто не способным к управлению и не понимающим основных принципов власти.

Подчас во главе народа могут встать закоренелые преступники, с помощью ловкой пропаганды убеждающие подданных, что будущее только в их надежных и цепких руках. Причем один циничный и беспринципный правитель с легкостью сменяется другим, но при этом в системе власти и ее отношении к людям ничего не меняется. Выход из создавшегося положения видится в просвещении всего общества, когда из массы индивидуумов-потребителей так же массово начнут появляться мыслящие личности. Не смена идеологии ведет к благоденствию, а осознание реальной ответственности за свое будущее и правильное понимание настоящего. Не блуждание в лабиринтах различных идеологий, не игра в идеальные смыслы, а их действенное воплощение в человеческой жизни является выходом на подлинный путь развития.

Учитывая все приведенные обстоятельства, наша задача значительно усложняется. Когда мы говорим об истинности абсолютных положений, то доказательства здесь бессильны, так как их начала превышают пределы физического мира. В то же время мы должны каким-то образом исследовать, как эти идеальные основы проявляются в политической и социальной жизни. Другими словами, надо разделять изучаемую сущность, наше понятие о ней и именующие ее символы. Мы исходим из того, что одним и тем же символом могут обозначаться совершенно разные предметы, или, напротив, два различных значения могут указывать на один и тот же предмет, но имеют различный смысл.

В изучении понятия власть часто смешиваются объективное и субъективное. Кроме того, оно рассматривается в изолированном контексте, когда утрачивается необходимое различие между понятием и предметом. Преодоление этих противоречий позволит представить феномен власти не только с юридической (формальной) стороны, но и приблизиться к ее скрытым, метафизическим основам. Другими словами, изучению подлежит не только само явление, но причины его появления. Прежде чем понять феномен власти, надо в общих чертах представить, каким образом воспринимается политическая власть или, вообще, власть в обыденном сознании. Поэтому настоящая работа не задается целями только изобличения или, наоборот, апологии власти: задача ее заключается в выяснении самого смысла и сущности этого сложного и таинственного явления. Нашей целью также не является подробное рассмотрение различных политических теорий, обращение к ним предполагает смысловые акценты к заявленной теме исследования.