Читаем Механика счастья онлайн бесплатно

Несколько человек скучали в небольшой приемной. Вошла Сона, нагруженная продовольственными сумками. Секретарша, миловидная женщина в летах, улыбнулась ей.

— Пришел? — спросила Сона.

— Пришел. Но только что вызвали в горсовет на совещание.

— Может, мне все-таки войти?

— Попробуй, — улыбнулась секретарша.

Сона уже собралась войти в кабинет, как дверь открылась, вышел мужчина лет пятидесяти и, не замечая никого в приемной, обратился к секретарше:

— Если придут из горводоканализации, скажешь, чтобы пришли часа в два. — Он шагнул к выходу.

— Здравствуйте, товарищ Даниелян!

Сона догнала его в коридоре.

— Здравствуйте, — не останавливаясь, ответил тот.

— Наш вопрос так и остался нерешенным.

— В ваших делах, Маркарян, не хватает некоторых документов.

— Каких документов? — удивилась Сона. — Я принесла все, что требовали.

— В ордере вас пять человек, — говорил Даниелян, уже спускаясь по лестнице, — а у вас в семье убыль произошла. Нужна справка из домоуправления о фактическом составе семьи, нужна справка, что вы не записаны в кооператив… Словом, там многого недостает. Я сейчас не припомню.

— Вопрос ведь упирался только в квадратные метры, — недоуменно заметила Сона.

— Да, и в это тоже.

— Вы сказали, что займетесь…

— Надо подумать. Такой вопрос трудно сразу решить.

Они вышли из здания райсовета.

— Мне уже неловко ходить к вам, — смутилась Сона.

— А ты не стесняйся, не стесняйся, — направляясь к машине, доверительно сказал Даниелян.

— Говорят, вы скоро в отпуск собираетесь…

— Что ж, теперь мне и в отпуск не идти? — Он широко улыбнулся. — Вам куда? Садитесь, подвезу.

— Спасибо, — ответила Сона. — Когда мне прийти?

— Завтра или послезавтра. Когда вам удобней. До свидания!

— До свидания, — ответила Сона и, повернувшись, побрела вдоль улицы.

Даниелян некоторое время пристально смотрел ей вслед, потом сел в машину.

В свое конструкторское бюро Сона пришла в обеденный перерыв. Краем глаза взглянула в сторону стола начальника. Шефа не было, и Сона успокоилась, подошла к своему столу, положила сумки и, наконец, села, глубоко вздохнув.

— О тебе спрашивал… — сказала Лилит, сидящая позади Соны.

— Что ему надо?

— Спрашивал, куда ушла…

— Куда, куда! К черту на рога, вот куда! — взорвалась Сона. — В райсовете ничего не получилось, решила зайти на рынок.

— Что купила? — поинтересовался сидящий за соседним столиком пожилой мужчина, жуя бутерброд. — И мне надо зайти на рынок.

— Почему не получилось? — спросила Лилит.

— Потом расскажу. Чертежи подписал?

— Подписал.

— Тархун, небось, по пятьдесят копеек брала, зелень по пятьдесят, лук тоже по пятьдесят. Так ведь? — спросил лысый мужчина.

— Так, так. А когда чертежи из копировки отдадут, узнала? — повернулась Сона к Лилит.

— Говорят, поставим на очередь…

— То есть как это — на очередь?! И вы тут так спокойно сидите? — обратилась она к лысому.

— Я спокойно не сижу, товарищ Маркарян, — продолжая жевать, ответил он. — Я ходил к главному, он их вызвал и выдал как полагается… А на рынок надо идти после работы, к концу дня все дешевле.

— Ты что-нибудь ела? — спросила Лилит.

— Когда? — пожала плечами Сона.

Лилит достала из ящика стола кусочек гаты в бумажке:

— Ешь, твоя доля…

— Схожу на копировку… — Сона поднялась и вышла из комнаты.

…Когда она вернулась, шеф уже сидел за столом. Это был худой мужчина лет пятидесяти, в очках с толстыми стеклами. Сона хотела было незаметно пройти к своему столу, но ей это не удалось.

— Маркарян! — позвал шеф, и в тишине голос его был похож на воронье карканье. — Принесли коэффициенты?

— Я была в райсовете, — сказала Сона. — И, между прочим, поставила вас в известность…

— Чтобы завтра же коэффициенты были на моем столе, — строго сказал шеф. — И я говорю не между прочим.

— Пусть кто-нибудь другой пойдет. Вы же знаете, как я занята.

— Занятой человек не станет по четыре часа рассиживаться по всяким райсоветам.

— Во-первых, не четыре часа, а три, — не уступила Сона. — Во-вторых, можете быть спокойны: я работаю дома… Пошлите кого-нибудь другого, пусть перепишет и принесет.

— Другим я не доверяю. Если спутают цифры, что станем делать, а? Снова будем рассчитывать?

— Что мне ваше доверие… — сказала Сона и, не дожидаясь ответа, повернулась и вышла в коридор.

Лилит сразу же выскользнула за ней:

— Что ему от тебя надо?

— Не знаю, — пожала плечами Сона. — Одно ясно: всю черную работу на меня валит.

— Ты работы не боишься. Разве много у него таких, как ты?

— Ладно, помолчи, — оборвала ее Сона.

Инженер по технике безопасности Рубен Бадалян крепко поспорил с одним из электриков. Тот включил сварочный аппарат и, разбрасывая вокруг снопы искр, принялся варить трубу.

— Ты же не имеешь права, — кинулся к нему Рубен. — Почему порядок нарушаешь?

— Шел бы ты отсюда… — ответил электрик.

— Послушай, раз нельзя — значит, нельзя. Если что случится, кто будет отвечать?

— И откуда ты на мою голову взялся? — Электрик вновь склонился над трубой.

— Хоть бы ведро воды рядом поставил, ведь пожар может начаться…

— Не разрешаешь?! Ну и не надо! Мне что?! — взвился электрик. Он отложил аппарат, защитную маску и побежал в кабинет к начальнику цеха.

— Ты куда это сорвался? — крикнул ему вслед Рубен. — Вот ведь люди, а? Слова им не скажи…

Вышел начальник цеха и строго сказал:

— Ты бы лучше не совал свой нос, куда не просят!

— Спокойно! — ответил Рубен. — Спокойно.

— Мы не такие бездельники, как ты, чтобы всегда быть спокойными! — повысил голос начальник цеха.

Он потянул Рубена за рукав, и они направились к главному инженеру.

— Что-то случилось? — испуганно спросил главный инженер, когда они ворвались в его кабинет.

— Ничего не случилось… — начал было Рубен, но начальник цеха перебил:

— Что может случиться?! Ничего! А вот этот путается под ногами, не дает работать!.. Саботирует!

— Электрик ведь не сдавал экзамена, он не имеет права работать на сварке, — объяснил Рубен.

— Все ясно. — Главный инженер повернулся к начальнику цеха: — Ты иди, работай. Когда монтаж кончишь?

— Скоро уже… Права не имеет… — передразнил он Рубена и, фыркнув, вышел из кабинета.

— Если что случится, кто будет отвечать? — спросил Рубен.

— Мы будем отвечать. — Главный закурил, прищурив от дыма глаза. — Ты и я.

— Но ведь нельзя так…

— Можно, можно. Запретить легко, проследил бы лучше, чтобы люди вовремя сдали экзамены…

Рубен понял, что разговор окончен.

В своей комнатке Рубен присел к столу, задумался. Снаружи послышался девичий смех и затих. Рубен очнулся, достал из ящика стола кофейник и спиртовку, принялся варить кофе.

Зазвонил телефон. Он поднял трубку:

— Ну…

— Послушай, — сказали ему, — а вдруг тебе директор позвонит, а ты нукаешь.

— Директор… — улыбнулся Рубен. — Скажи еще — министр…

— Отвечай хотя бы: «Безопасный Рубен слушает!»

— Ты лучше выкладывай, что там у тебя, а то кофе сбежит.

— Чем вечером занят?

— Приходи, в шахматы сыграем.

— Приду, но только не один.

— Брось.

— Не девушка — ангел!

— Интересно, а что ты своей жене говоришь? — усмехнулся Рубен.

— Хочу девушке показать, во что ты превратил свою квартиру. Рассказываю — не верит!

— Чему тут не верить, — не без гордости отозвался Рубен.

— Значит, договорились? Мы к тебе заглянем.

— Хорошо, — согласился Рубен. — Только потом ты не проси, чтобы я ушел.

— Не буду… Выпить принести или у тебя найдется?

— Найдется.

Для холостяка у Рубена была довольно удобная квартира: большая комната, просторная кухня. В комнате — книжный шкаф, гардероб, стол, стулья, тахта, телевизор — словом, ничего лишнего, необычного. Странно выглядели, пожалуй, только светильники в четырех углах потолка и вделанный в стену деревянный бочонок. Кухня была разделена шторами на две части. За шторами, в самом уютном уголке, стоял большой самодельный стол с множеством выдвижных ящиков и маленьким токарным станком. Прямо над станком, на стене, были аккуратно развешаны инструменты, чуть правее красовалась сложная электронная схема, испещренная пометками. Чувствовалось, что этот уголок на кухне — любимое место Рубена.

Вернувшись домой, Рубен поджарил яичницу, скорлупу завернул в бумагу, подошел к стене, нажал какую-то кнопку. В стене неожиданно отворилась дверца, оттуда показалась движущаяся резиновая лента, нечто вроде транспортера. Рубен положил мусор на ленту, и сверток уплыл к мусоропроводу.

Поев, он взял сигарету, но тут послышался звонок в дверь. Рубен усмехнулся:

— Ясно, ты должен был прийти именно сейчас, вечером жена тебя из дому не выпустит…

Рубен открыл дверь. На пороге стояли высокий, довольно симпатичный мужчина лет тридцати и молоденькая девушка.

— А вот и наш безопасный Рубен! — заявил мужчина, расплываясь в улыбке.

— Вардан… — начал было Рубен, но тот не дал ему договорить:

— Видишь, какую гостью я к тебе привел!

— Здравствуйте. Нора, — представилась девушка.

— Здравствуйте, — ответил Рубен. Девушка ему понравилась.

— Ты его не стесняйся, — сказал Вардан. — Совершенно безопасный человек. Сейчас ты увидишь чудеса.

— Какие там чудеса, обычное дело… — пробормотал Рубен.

— Когда входишь в дом с улицы, надо вымыть руки. Вот и иди, мой, — Вардан подвел девушку к ванной. — Иди, иди.

Нора растерянно взглянула на Рубена, пожала плечами и, улыбаясь, подошла к двери. Хотела толкнуть ее, но та открылась сама, одновременно в ванной зажегся свет. Девушка вскрикнула и испуганно отскочила назад.

— Ну, что я говорил! — в восторге завопил Вардан. — Нет, что я говорил!

Нора, видно, здорово испугалась. Она посмотрела на хохочущего Вардана и сдержанно улыбнувшегося Рубена, кое-как взяла себя в руки и обиженно сказала:

— Да ну вас…

— Постой, — схватил ее за руку Вардан. — Ты здесь еще не то увидишь. Со временем, — он подмигнул Рубену. — А не пропустить ли нам по одной?

Рубен нажал другую кнопку. На окна тут же упали занавески, создав в комнате уютный полумрак, бочонок в стене повернулся, превратившись в бар, уставленный бутылками, зазвучала стереомузыка, и в такт ей светильники под потолком заиграли всеми цветами радуги.

— Сказка! — не сдержалась девушка.

— Подходящих стаканов у меня нет, — сказал Рубен, — придется пить из чашек.

Пока Рубен искал на кухне чашки, Вардан придвинулся к девушке, обнял ее, стал целовать.

Вошел Рубен, девушка медленно отстранилась, пересела в кресло.

— Вам водки или шампанского?

— Шампанского, — ответил Вардан. — Не таким бы бутылкам стоять в этом баре… Все свои деньги тратит на эту вот ерунду, — продолжал он, обводя комнату рукой.

— Это не ерунда, — сказала Нора, и Рубену стало хорошо. — Это сказка.

— Сказка — это ты, — Вардан поднял чашку. — Нынче, правда, не принято говорить сентиментальных слов, но как прожить в этом мире человеку без сентиментальности? Все вокруг такие деловые, черствые… И стоит встретить светлое пятно среди окружающей тебя серости, как уже неудержимо тянешься к нему, хочешь непрерывно кружиться вокруг этого света, порхать, как мотылек… Так выпьем же за светлое пятно в моей жизни, за тебя, дорогая!

— А для меня светлое пятно — это Рубен, — ответила Нора, заглянув Рубену прямо в глаза.

— Нора! — Вардан шутливо погрозил ей пальцем.

— За ваше здоровье! — мягко улыбнулась она Рубену, отпила глоток, поднялась и направилась к двери. — Я сейчас…

Музыка стала глуше, приугасли и волны света.

— Всем говоришь одно и то же, — пробормотал Рубен.

— А что же еще говорить? — удивился Вардан. — Я ведь не поэт, чтобы для каждой новое придумывать.

— И как только они тебе верят…

— Так ведь именно такое и надо травить, чтобы они в себя прийти не могли. Учу я тебя, учу — все без толку.

Вернулась Нора, держа в руках коробку.

— Это мармелад, — сказала она Рубену. — Любите?

— Ему что ни дай — все съест, — вмешался

Вардан. — Сейчас мы выпьем за его здоровье.

— За хозяина пьют в конце, — ответил Рубен.

— Считай, что сегодня я в этом доме хозяин. — Вардан взглянул на часы. — Тебе ведь надо уходить. Ну, ничего, ты иди, а мы тут с Норой похозяйничаем.

— Ни в коем случае! — сказала Нора. — Рубен никуда не уйдет.

— Я говорю, ему надо идти.

— Если он уйдет, я тоже здесь не останусь.

— Вот тебе раз! Тебе что, здесь не понравилось?

— Наоборот, очень понравилось.

— Так в чем же дело?

— Именно в этом, — ответила Нора.

— Не беспокойтесь. Я никуда не уйду, — сказал Рубен.

Был вечер. На кухне Сона ловкими движениями нарезала овощи. Мать, надев очки, пришивала пуговицу к рубашке. Из комнаты был слышен голос Карена:

— Наш лагерь расположен в очень живописном месте…

— А он говорит: муж у тебя умер, а ордер на квартиру на его имя, — продолжала свой разговор Сона. — Мне сейчас справка нужна о фактическом составе семьи…

— Э? — Мать взглянула на нее поверх очков.

— Говорит, принесите документ о смерти мужа…

— Вот и отнеси.

— Говорит, пока не будет документа, ничего не выйдет…

— Ах, чтоб им пусто было! — покачала головой мать и вновь склонилась над рубахой.

— Вардан, Мисак и я… — читал Карен.

— Пишем «Вардан», а читаем «Вартан», — крикнула мальчику из другой комнаты Анна, старшая дочь Соны.

— Понятно, — ответил Карен.

— Мам! — позвала самая маленькая, Лилит.

— Посмотри, что она хочет, — сказала Сона матери.

Мать встала и, шлепая тапочками, пошла в туалет. Малышка сидела на горшке.

— Пусть мама придет, — сказала она, увидев бабушку.

— У мамы нет времени, — отозвалась Сона, продолжая резать капусту.

Анна вошла на кухню и протянула матери тетрадь для рисования:

— Красиво?

— Красиво, очень красиво, — взглянув, ответила Сона.

— Бадалян, тебя секретарша спрашивала, — сказал начальник охраны, когда Рубен пришел на работу.

— Доброе утро, — ответил Рубен. — Что ей нужно?

— Интересовалась, пришел ты уже или нет… А я сказал, мол, не помню.

— Правильно сказал.

Рубен прошел мимо доски почета, на которой висели выцветшие фотографии передовиков, вошел в здание канцелярии и поднялся на второй этаж.

— Тебя Арутюнян спрашивал! — сообщила молоденькая секретарша.

— Что ему надо?

Секретарша зевнула так, что на глазах выступили слезы.

— Ах, Рубен, — сказала она. — Как тебя увижу, сразу меня в сон клонит.

— Бывает… — улыбнулся он.

— Слушай, а если у тебя дома пожар случится, что будешь делать?

— Когда случится, тогда и подумаю. — Рубен кивнул в сторону кабинета. — Есть у него кто-нибудь?

— Никого. Заходи.

Главный инженер поднял голову:

— Пожалуйста.

— Звали меня?

— Тебя? — Главный напряженно пытался вспомнить, потом на его лице появилось недовольное выражение, он нажал на кнопку селектора и сказал секретарше:

— Ты что, Бадеяна от Бадаляна не отличаешь? Найди Бадеяна и пришли ко мне.

Рубен повернулся, собираясь уходить.

— Погоди, — остановил главный. — Раз ты сам пришел, дам тебе задание. — Он загадочно улыбнулся. — Что дашь за то, что познакомлю тебя с одной красавицей?

— Ничего не дам.

— Я серьезно.

— Красавица! — усмехнулся Рубен. — Опять шуточки.

— Было бы время, я бы сам ею занялся, — с сожалением сказал главный. — Значит так, пойдешь в конструкторское бюро, найдешь там красивую девушку, скажешь ей, что я тебя прислал. Ясно? Познакомишь ее с инструментальным цехом, покажешь все, пока вернется Манукян, даст ей какие-то коэффициенты. Понял?

— Ладно… — пожал плечами Рубен.

— Чего же стоишь, иди.

Рубен махнул рукой и вышел из кабинета.