Читаем Медиаторы онлайн бесплатно

Сеть была сплетена заранее. Лёгкая и невесомая, как паутина. Прочная.

Августин произносил заклинание медленно, едва ли не по слогам. Втягивал носом спёртый подъездный воздух и шумно выдыхал через сжатые зубы, пытаясь успокоить сердцебиение.

Не получалось.

Сила послушно питала искусную вязь, и её течение отзывалось в теле Августина. Колдун поднимался по лестнице, и с каждым шагом, который возносил его к цели, плетение становилось ещё мощнее, ещё прекраснее.

Совершенное оружие.

«Нет, орудие», – поправил себя Августин. Он сам – орудие. У него есть цель, есть предназначение. Функция, дарованная ему высшим промыслом.

Где был этот промысел, когда вершилась величайшая несправедливость и мерзость в мире? Августин не знал. Но он верил, что пришло время всё изменить. Вернуть на круги своя.

Августин прижал ко лбу кулак и закрыл глаза. Нужно было сосредоточиться и расслабиться. Как же это возможно? Ведь на его плечах ответственность за судьбу всего колдовского сообщества.

Августин подвигал шеей, разминая мышцы. Сегодня будет суд. Один из первых – из многих.

Он долго закрывал глаза на их наглость, но больше так продолжаться не могло. Одна из них перешла черту. Ей не принадлежало ничего – но она решила взять всё. За это она расплатится единственным, что у неё есть, – своей жизнью.

Августин преодолел ещё один лестничный пролёт. Третий этаж. Осталось немного.

Навстречу ему спускалась пожилая женщина в накинутой на плечи дутой куртке и с мусорным мешком в руках. Она сперва равнодушно смерила Августина взглядом, потом испуганно вскрикнула, выронила мешок – мусор веером разбросало по лестничной клетке – сжала ладонями голову и тихо завыла, забившись в угол. Колдун милостиво прошёл мимо, позволяя человеческой женщине жить. Сегодня день суда – а значит, не только он имеет право на радость.

К моменту, когда Августин собирался нажать на дверной звонок, плетение сети было таким плотным и густым, что колдун едва сдерживал его мощь. Он произнёс последнее слово заклинания, и оно эхом пронзило узкую подъездную шахту. Затряслись стёкла в окнах, загудели чугунные радиаторы.

Распахнулась дверь.

– О, как быстро! У вас будет сдача с тысячи?

Девушка осеклась. Зрачки расширились – Августин с удовлетворением понял, что и она тоже поняла. Всё поняла.

Медиаторка отступила вглубь квартиры. Августин позволил ей сделать пару шагов, с интересом наблюдая. В прихожей стояла тумбочка, на ней поверх вязаной шапки, серого палантина и перчаток лежал металлический браслет, украшенный плотной вереницей разноцветных камней. Девушка, словно поверив в свою удачу, потянулась к нему.

Когда её рука была в сантиметре от браслета, Августин обрушил на жертву сеть. Плетение сковало тело медиаторки, не давая двигаться. Девушка закричала, извиваясь в крепких объятьях невидимых нитей, царапнула ногтями воздух над браслетом.

– Мерзкое отродье, – произнёс Августин. – Даже сейчас всё, о чём ты думаешь, всё, к чему ты стремишься, – это воровство.

Он зашёл в квартиру и закрыл дверь.

– Паразиты, – прошипел Августин, брезгливо осматривая браслет.

Ему на миг показалось, что камни угрожающе вспыхнули.

– Неужели тебя мама в детстве не учила, – он схватил девушку за подбородок двумя пальцами, – что воровать – это плохо?

Медиаторка смотрела на него зло, в глазах у неё стояли слёзы. Она знала, что сейчас произойдёт. Но не догадывалась, как именно она умрёт. Эта мысль развеселила Августина.

Он достал из кармана электрошокер. Обычный, купленный в интернете за несколько тысяч.

Медиаторка настороженно следила за каждым его действием, отчаянно пытаясь дотянуться до браслета. Августина это не волновало: он знал, что плетение не подведёт.

– Ты хотела силу, да? Признайся! – колдун погладил девушку по голове, спокойно встречая её отчаявшийся ненавидящий взгляд. – Ты пришла в этот мир, чтобы паразитировать. Чтобы воровать и разрушать. Ты – паразит. Ты хотела стать колдуньей? Получить то, чем владеем мы? Ты правда верила в то, что так сможешь стать нам ровней? Одной из нас. Ты верила в это?

Августин засмеялся и вытер слезу на щеке медиаторки.

– Твоя жизнь – это нелепая ошибка, которую я исправлю. Само твоё существование – это ошибка. В природе паразиты – часть экосистемы. А ты… Такие, как ты, – это мерзость, возникшая из-за нелепой ошибки. Из-за недосмотра.

Августин поднял руку с шокером.

– Ты же хотела отобрать всё, что у меня есть? Хотела моей магии? Хотела поживиться моей силой? Попробовать волшбу на вкус? Ну что ж, теперь ты получишь её сполна.

Наэлектризованные волосы мёртвой девушки нимбом очертили полукруг. Остекленевшие глаза смотрели в потолок прихожей. Девушка лежала на коврике: руки закинуты за голову, ноги согнуты в коленях. Так позируют на камеру, прыгая на песочном берегу моря на фоне заката. А не умирают на третьем году службы в… Майор убойного отдела Яна Воинова помнила, что точно видела жертву где-то. Да, на корпоративе. Они обмывали новые погоны Сан Палыча. Угрозыск всегда праздновал на широкую ногу, и тогда гуляло чуть ли не всё Министерство. И эта девушка там была – совсем молодая, недавняя выпускница магнада. Теперь мёртвая. Где же она служила?

Последний вопрос Яна произнесла вслух. Послышался торопливый шелест страниц, и звонкий голос стажёра Дениса доложил:

– Федеральная регистрационная служба, Отдел контроля перемещений. Коломийцева Марина Геннадьевна. Двадцать шесть лет. Поступила на службу в Министерство магического надзора три года назад, идеальный послужной список.

Яна оглянулась на говорящего и отобрала папку с отчётом. Стажёр не выглядел испуганным, но был бледнее обычного. Запускал ладонь в белокурые кудри, ерошил волосы. Тревожно поправлял огромные круглые очки, часто и глубоко дышал, отчего его тщедушная грудь под голубым кашемировым свитером поднималась и опускалась. Он старательно ловил взгляд Яны, ожидая поручения.

– Так, а ну садись, – Яна положила отчёт на тумбочку и достала из рюкзака бутылку воды. Указала на табуретку, принесённую кем-то из криминалистов и забытую. – Держи. Денис, постарайся дышать медленнее и спокойнее. У тебя сейчас гипервентиляция наступит. Смотри на меня: глубокий вдох, медленный выдох. Через десять секунд ещё один. Вот так, молодец. Продолжай.

Денис покраснел и кивнул.

Яна вновь взяла папку и, прежде чем открыть её, размяла шею. Точно, Марина – так её звали. На корпоративе она была в синем коротком платье, громко смеялась и танцевала с Эдиком из прокуратуры.

Сейчас мёртвая Марина лежала прямиком у входной двери в собственной квартире. Безоружная, в домашней одежде. Она жила в одной из многочисленных новостроек Новой Москвы в однушке. То ли из-за того, что квартира располагалась вдалеке от МКАДА и от городской суеты, то и потому что это была новостройка с новёхонькой мебелью и только что сделанным ремонтом, то ли по какой ещё причине, но в квартире легко дышалось: было свежо, как в ясный день после дождя. Пахло ландышами и грозой – должно быть, где-то на полке прятался очиститель воздуха.

Дышалось прекрасно, раздольно и легко – если бы не труп Марины на полу.

Из комнаты доносились короткие фразы и щелчки фотоаппарата – оперативники выполняли свою работу: изучали, как жила жертва, осматривали квартиру на предмет чего-то подозрительного. Бригада Яны приехала первой в десять вечера, затем прибыли эксперты-криминалисты: они уже успели снять отпечатки пальцев и следы обуви, осмотреть тело жертвы и прихожую и теперь присоединились к оперативникам в единственной комнате квартиры.

Яна в прихожей терпеливо дожидалась предварительного заключения, хоть и понимала, что точную информацию криминалисты предоставят только к завтрашнему дню, когда изучат все собранные материалы в лаборатории, а тело вскроет судмедэксперт.

Приоткрытая дверь в квартиру распахнулась шире, впуская напарницу и подругу Яны, капитана Алину Ким, обладательницу корейской не только фамилии, но и внешности. Руки её были заняты двумя картонными держателями для кофе. Чтобы закрыть дверь, Алина, не разворачиваясь, пнула её каблуком чёрной туфли.

– Привет всем! Держите, котики, это вам.

Денис хмыкнул:

– Кофе на место преступления. Теперь я точно как в американском сериале.

– Ну нет, для полного сходства ещё пончики нужны. Двойной эспрессо с молоком для Яны и… Что будешь, Денис, карамельный латте или арахисовый капучино?

Денис побледнел и принялся снова отсчитывать секунды между размеренными глубокими вдохами.

– Алин, завязывай. Все квартиры удалось обойти?

– Ага, время удачное. Ну, для меня. Почти все уже с работы вернулись по домам. Вдобавок, кто-то растрезвонил, что убита молодая девушка, вот бабки и собрались на первом этаже на народное вече. Я походила, послушала…

– Даже мы ещё не знаем, убийство ли это, – недовольно пробормотала Яна. – А подъездные бабки, конечно же, в курсе… Что-то интересное удалось узнать? Подозрительные незнакомцы, чужаки?

– Пару часов назад милейшая Евдокия Олеговна из квартиры тридцать шесть выходила выбрасывать мусор. Рассказывает про мутного типа, который поднимался по лестнице и так глянул – цитирую – «своими глазищами окаянными, что я все взмокла от ужаса, наверняка, наркоман».

Яна информацию учла.

– А ещё?

– Больше ничего. Марина ни с кем не общалась, толком про неё никто ничего не знал. Как жила, с кем жила – ноль инфы.

Яна понадеялась, что осмотр квартиры криминалистами и оперативниками даст больше полезной информации.

Очень кстати из комнаты, тихо переговариваясь, вышли двое криминалистов, оба в бахилах и перчатках. Приземистого пожилого мужчину с гладко выбритым подбородком и лысиной на макушке звали Евгением Петровичем, и он служил в Министерстве уже лет двадцать. Парень лет тридцати пяти, худой и высокий, одетый в строгий костюм, был его напарник и протеже по совместительству, и звали его Антоном Прокофьевым. Пока Антон на ходу убирал фотоаппарат в большую чёрную сумку, Евгений Петрович, задумчиво протирая голубым платочком голову, начал рассказывать.

– Смерть наступила совсем недавно, часа три назад. Следов взлома нет.

– Она ждала доставку пиццы, – подтвердила Яна. – Тело нашёл курьер. Когда принёс заказ, дверь в квартиру была не заперта.

– Марина могла сама открыть. Так часто делают, если ждут курьера, – пожала плечами Алина.

– Допустим, – согласился Евгений Петрович. – Браслет жертвы в последний раз был активен в восемнадцать часов – то есть в конце рабочего дня. Больше она камнями не пользовалась. Первичное обследование никаких насильственных травм или следов борьбы не обнаружило. По всем признакам я мог бы констатировать внезапную остановку сердца. Точнее скажет судмедэксперт, когда получит результаты вскрытия.

– Так что… – Денис неловко запнулся. – Евгений Петрович, мы считаем, что это… никакого криминала? Сердце не выдержало? Или всё-таки…

– Если бы не парочка удручающих обстоятельств, я бы, безусловно, именно такое заключение и подписал! – бодро закивал Евгений Петрович. – Но всё несколько сложнее. Антоний, вещай!

Антон едва заметно поморщился, отзываясь на прозвище, и принялся загибать пальцы.

– В квартире – да и в подъезде тоже, но здесь ощутимей всего, – обнаруживается необъяснимое повышение общего магического фона. Раз. Оно могло быть вызвано нереализованным плетением, сетью от почти любого заклинания… Ещё есть ряд каменных техник, которые оставляют после себя подобный магический шум – например, «аркан», «пирамида» или «бабочка» из нефрита и кварца. Однако…

– Однако браслет Марины не активировался в последние четыре часа! – перебил криминалиста Денис.

Антон смерил стажёра укоризненным взглядом, сделал выразительную паузу и продолжил:

– Однако жертва не активировала камни в браслете как минимум четыре часа, а значит, этот магический фон остался от чужой магии. Два.

– Могла она пригласить друга? Это же не обязательно убийца наследил? – предположила Алина.

– Разве что друга-убийцу, – фыркнул Евгений Петрович. – Но в любом случае это странно. Браслет Марины-то в полном порядке. Пришёл друг, разрядил вхолостую как минимум целый браслет – и ушёл?

– Целый браслет? – присвистнула Алина. – Мощно…

Повисло молчание.

– А колдун или анимал могли оставить после себя такой фон? – дотошно спросила Яна.

– Анимал – точно нет. Колдун мог. Ну а дальше… Классика. Плетение сети не завершилось, но успело достаточно напитаться силой, чтобы стать плотным. Взорвалось, расплёскивая магию по округе.

– Какое ж это тогда было заклятье… – Денис поёжился.

– Есть ещё варианты, откуда тут могло появиться столько энергии? – спросила Яна.

Евгений Петрович пожал плечами.

– Возможно, и есть. Но я про них не знаю.

Яна закрыла глаза, пытаясь восстановить ход событий.

– Марина пришла с работы, разделась, кинула вещи на тумбочку. Сняла браслет. Она была дома – чувствовала себя в полной безопасности, – Яна размышляла вслух. – Вдруг врывается враг. То ли дверь была открыта, то ли Марина сама её открыла убийце – не важно. Допустим, это был колдун. Он приготовил атакующее заклинание. Мощное. И что дальше? По какой-то причине плетение распалось, энергия вырвалась на свободу. Как вариант. Но почему тогда Марина не воспользовалась камнями? Браслет лежит совсем рядом – только руку протяни. Убийца ей помешал физически?

– Следов сопротивления нет, – покачал головой Антон.

– Значит, ничто не мешало Марине активировать камни. Плетение опустело, заново его напитать – пара минут. Марина сто раз успела бы если не отразить нападение, то хотя бы послать сообщение в Штаб и вызвать подмогу.

– Значит, ей помешали, – высказалась Алина. – Мы что-то упускаем. Может, браслет был разряжен?

– Нет, камни на максималке, – ответил Антон.

– Коллеги, обратите внимание на вот эти красные точки на запястье нашей жертвы, – предложил Евгений Петрович.

Кряхтя, он опустился на корточки около мёртвой девушки, взял её руку и указал на два крохотных пятнышка – в другой ситуации Яна бы их и не заметила, решила бы, что это след от укуса комара.

«Какие комары в ноябре?» Яна мысленно дала себе подзатыльник.