Читаем Маленьких все обижают онлайн бесплатно

Дневная Сова

Маленьких все обижают

  Глава 1

  Внезапно очнувшись, сидя на полу, а точнее на мягком ковре, я сначала покачнулась, но, быстро взяв себя в руки, подняла голову. Передо мной лежали кубики с написанными на них английскими буквами и нарисованными там же животными и разнообразными вещами.

  - Вот смотри, Айрли, это буква N. Посмотри-ка, у нас получилось 'SUN', - рука придвинула еще один кубик к стоящим двум.

  Подняв еще немного взгляд, я встретилась глазами с довольно немолодой женщиной, скорее даже бабушкой. Чуть желтоватая от старости кожа, много морщин, особенно у глаз, и старомодное темное платье с белыми рюшками на воротнике. Но особенно чепчик на ее голове выбил меня в нирвану. Голос ее просто лучился добротой и нежностью. Будто с маленьким ребенком разговаривает, причем с умственно отсталым. Всегда такое раздражало.

  - Ладно, может быть, соберем пирамидку? Невилл, давай тоже, - женщина посмотрела налево.

  - Хорошо, бабушка.

  Проследив за ее взглядом, я увидела маленького пухленького пацаненка лет шести-семи в шортиках на лямках и белой сорочке с расклешенными рукавами. Бабушка (да, всё-таки бабушка) отодвинула кубики и достала типичную пирамидку: палка и кольца. Так, что за развивающие игры для детей?! Хм, говорят они вроде на английском, но я их понимаю, хотя сама русская и английский учила только по школьной программе. Естественно, знания мои довольно посредственные, но при этом я почему-то отлично понимаю говорящих. Но вообще-то что я забыла в такой компании? Похоже на ролевую постановку... Неужели я куда-то успела записаться?!

  Пока я размышляла, бабушка с малым начали с энтузиазмом собирать пирамидку. Малыш крутил в руках кольца и так и сяк и пытался одно даже кусать, но женщина отобрала и приказала не заниматься глупостями. И всё бы ничего, но они хотели привлечь к этому 'увлекательнейшему' занятию меня! Я же вообще детей не люблю и не знаю, как с ними найти общий язык. Как-то ни сестренок, ни братиков никогда у меня не было за все мои семнадцать лет жизни, да и у малочисленных знакомых родственников тоже. Нянчиться не люблю и не умею. Ладно. Я взяла в руки зеленое колечко и хотела уже надеть его на палку (при этом у бабульки такое радостное лицо было!), но тут заметила, что что-то не так с моими руками. Они маленькие! Малепусенькие! Какого черта?! Тут я попыталась вспомнить, какого черта я здесь делаю и какого хрена тут происходит вообще?

  И при первой же попытке вспомнила.

  Я, обычная девушка-студентка семнадцати лет отроду, как всегда утром ехала на учебу в техникум на автобусе. Автобус, выехавший в 7:45, был большим, а потому места хватало, но я стояла, равно как и еще несколько человек. По крайней мере, не 'консервная банка', которая должна была ехать через полчаса. Так что сонная, но с довольно неплохим настроением я стояла в конце. Всё было как всегда. Но тут какой-то чертов козел разогнался и решил не пропускать автобус на повороте! Я заметила всё краем глаза и не успела ничего толком понять. Может быть, всё было бы не так плохо, если бы автомобиль ехал медленнее и просто воткнулся в середину автобуса, но он врезался туда на огромной скорости. Такого удара хватило, чтобы развернуть автобус поперек дороги, из-за чего нас протаранили еще несколько машин. Лихач, кстати, наверняка умер. Сомневаюсь, что в той каше, в которую превратилась машина, кто-то смог бы выжить. После встряски, когда всё наконец закончилось, я открыла глаза, еще не осознавая весь ужас случившегося. Воспринималось всё как-то отстраненно. Везде была кровь, много крови, разбитые стекла усыпали весь пол, и несколько осколков выглядывали из-под моей блузки. Глаза выхватили сидящих в креслах мужчину и женщину. Мужчине кусок какой-то арматуры проткнул голову (слава богу, я не видела его лица!), женщине этот же кусок проткнул живот. Никогда не видела кишечник человека. Некоторых людей выбросило из кресел, и в проходе валялось несколько тел. Как-то слабо верилось, что кто-то выжил. При этом было много дыма и сильно пахло горелой смолой. Меня сразу же замутило, и я поспешила опустить взгляд. Глаза были широко распахнуты и закрываться были не способны физически. Всё тело болело, а из груди, прямо посередине, торчал кусок небольшой трубы. Если сейчас не прилетят медики на голубом вертолете с мороженым, то я, похоже, труп. Как печально. Еще и бок с ногой распороты. Как я еще в сознании? Наверное, болевой шок. И я потеряла сознание. Хотя, может, и умерла.

  Я по натуре флегматична и даже меланхолична, но сейчас ко мне подкрадывалась непривычная для меня истерика. Я попыталась не обращать на нее внимания и разобраться во всём. Посмотрела на свои руки. Маленькие, в правой до сих пор это дурацкое кольцо. Батюшки-светы! Да я вся маленькая! Как этот пацан! Да даже меньше! Так, спокойно! Мне срочно нужно зеркало. Я, надеясь, что мои глаза меня обманывают, вскочила и стала оглядываться по сторонам.

  - Что случилось, Айрли? - обеспокоенно спросила меня бабушка.

  Плевать, мне нужно зеркало! Всё остальное потом! Ага! На столе стоит небольшое. Сойдет!

  Я пошла к столу. А, черт, высоко! Схватила стоящий рядом стул и потащила его к столу. Схватила зеркало. Оттуда на меня смотрело бледное детское, но не такое пухлощекое, как у пацана, лицо. Брови нахмурены, лицо сосредоточено. По-детски светлые волосы, причесанные и завязанные в высокие два хвоста. На лице отобразился пережитый мной шок.

  Как я уже сказала, я человек невпечатлительный. Проще говоря, как любят говорить некоторые люди, пофигистка. Но это не помешало мне впасть в депрессию на несколько недель. Постепенно я немного разобралась со всем вокруг, просто наблюдая и не проявляя инициативы. Я, любительница почитать книги жанра фэнтези и приключения, с ужасом для себя поняла, что попала. То есть я теперь попаданка, да не куда-нибудь, а в мир Дж. К. Роулинг 'Гарри Поттер'. Несмотря на всю мою любовь к книгам и фильмам подобной тематики, я посмотрела только три первых фильма по 'Гарри Поттеру'. Какой для меня был шок, когда я осознала, куда попала!

  На следующий день после того, как очнулась, я сидела за завтраком в глухой депрессии и пофигизме относительно своей судьбы. За большим столом сидела бабушка (выяснилось, что ее зовут Августа), Невилл (вроде как мой брат), дядя Элджи и тетя Энид - какие-то дальние родственники, которые, судя по разговорам, приехали в гости. При этом все мило беседовали, любезно снабжая меня информацией. Да, похоже, детей они во внимание не принимали. При мне разговаривали всегда не стесняясь. Что может понять пятилетний ребенок? Разговор зашел 'о былом' как раз тогда, когда тетя Энид кормила меня с ложки. Приходилось терпеть. Не хочу пока выходить из образа. А Невилл, гад, ел сам!

  - После стольких лет судебной волокиты Нотты, как и Малфои, откупились! Врут, что были под Империусом, - сказал дядя, читавший в это время газету.

  Известие вызвало бурный шквал эмоций у двух женщин. И если Энид сдержанно негодовала, то Августа сразу же показала свой пылкий нрав.

  - Откупились, твари такие! Завтра же отправлюсь в Министерство! Сколько можно! Зачем нам вообще органы правопорядка, если можно так просто уйти от ответственности! - с жаром ответила бабушка.

  - Августа, здесь же дети! - окликнула ее тетя.

  - Да, я помню. Но, протянув столько лет после пропажи Сами-Знаете-Кого, эти Пожиратели всё-таки выбрались из своего дерьма!

  Элджи осуждающе посмотрел поверх газеты, но только вздохнул и ничего не сказал. Видимо, он был с ней полностью согласен.

  - Говорят, что он умер.

  - Не думаю. Он был очень силен. Хотя, некоторые верят, что он умер. В любом случае нас всех спас годовалый ребенок! Жду не дождусь, когда он чуть повзрослеет: очень уж хочется на него посмотреть, - сказала бабушка.

  - Теперь этот мальчишка - герой магического мира. Каждый будет знать его имя! Гарри Поттер станет легендой, - засмеялся в ответ дядя Элджи.

  У меня отвисла челюсть. Тетя тут же попыталась засунуть мне в рот ложку, но я только отмахнулась, забыв о своем решении вести себя как ребенок.

  - Кто? - переспросила я.

  Тут уже у всех челюсти отвисли. И чего, спрашивается? Не могли же они меня раскрыть? Взрослые мгновенно повскакивали с мест и принялись обнимать и тискать меня, что-то радостно крича. Разобрав слова, поняла: они рады, что я разговариваю. Только не говорите мне, что это пятилетнее тело до сих пор не говорило!

  Вот так я поняла, куда попала.

  Депрессия у меня была еще и оттого, что дома я, скорей всего, умерла. А там остались моя семья и немногочисленные друзья... В новой семье я старалась не отсвечивать лишний раз. И вот бабушка повела нас в Косой переулок. Это было... хм... необычно. Куча нового и потому интересного. Фильм смотреть - это одно, а вот побывать лично - совсем другое. Было классно. Бабушка повела нас в аптеку за какими-то корешками. Семья Лонгботтомов, как оказалось, жила не очень богато. Естественно, это отражалось и на внешнем виде, и на образе жизни. Где находятся родители Невилла и по совместительству мои, так и не удалось выяснить. Бабушка получала какое-то пособие, и я предположила, что они попали в какую-нибудь автокатастрофу. Детям, естественно, она ничего не говорила.

  В доме я видела, конечно, волшебные вещи: летающие ковры и метелки, самомоющаяся посуда, говорящее зеркало. В Косом переулке такого было полным-полно. Говорящие и смеющиеся взрослые, бегающие восторженные дети, чьи-то внутренности в аптеке, острые шляпы, возвышающиеся над толпой, - всё это вывело меня на время из депрессии и позволило насладиться прогулкой, почувствовав себя на карнавале. Разговаривала я мало, дабы не вызвать подозрений, всё же когда (а лучше 'если') они обнаружат, что их ребенок - вовсе не их ребенок...

  Когда мы вернулись, меланхолия накинулась на меня с новой силой. Отвергать и игнорировать существование незнакомого мира, каких-то совершенно чужих мне людей уже не получалось. Запершись в своей комнате, я улеглась на кровать и попыталась бороться. Борьба затянулась на несколько часов, так как за окном потемнело, а тоска находила что-то новое в моей душе.

  'Ну и что, теперь будешь всё время таким унылым говном ходить? Хватит! Умерла так умерла! Ничего не поделать и не изменить. Так чего ты? Может быть, ты и не та студентка, всеми правдами борющаяся за стипендию, а этот ребенок - будущий маг? И эта душа или сознание просто переместились в это тело? Или они слились? Есть еще время до того момента, как с меня начнут что-то спрашивать, а значит, я успею освоиться. А если кто-то и был в этом теле до меня, то меня никто не спрашивал, хочу ли я выгнать настоящего хозяина тела. Это не мой выбор, а значит, я не должна винить себя. Всё, что я должна, - это жить. Возможно, вместе с тем, кто здесь был до меня...'

  Дав себе мысленный пинок, я спустилась вниз, чтобы просто поговорить с этими людьми. Постепенно я вливалась в жизнь этой семьи. Магические игрушки оказались довольно интересными даже для моего возраста. Ну а что? Скажете, никому переросшему детский возраст не будет интересна машинка на радиоуправлении? А тут даже не электроника - магия!

  Бабушка, как я успела понять, очень строгая, этакая 'железная леди', но о нас с братом она заботилась, и это чувствовалось. По крайней мере, она следила, чтобы мы себе головы не поразбивали. А сам брат - слабохарактерный и нерешительный. В свои семь лет он был довольно полноватым и с комплексом неполноценности. Нет, я не на психолога училась, но, глядя на этого забитого, нерешительного мальчика, боящегося сделать хоть что-то, именно это и приходило на ум. Бабушка только подливала масла в огонь, постоянно сравнивая Невилла с отцом и вместе с тем удерживая от всех мальчишеских радостей; впрочем, тот и сам не рвался их творить. Боялся что-то поломать или, как пример, разбить коленку, потому что бабушка будет ругаться.

  Ко мне же Августа Лонгботтом относилась с нежностью, заботой и... какой-то жалостью. Это мне не очень понравилось. Когда я задала по-детски наивный вопрос, с соответствующей детской непосредственностью, почему она жалеет меня, Августа стала всё отрицать в максимально дружелюбной форме. Тело мое было маленьким, и даже вроде бы бледность отдавала болезненностью. Решив, что в этом причина, я забила на это. Поэтому не очень удивилась, когда бабушка сказала утром, что мы вдвоем идем в больницу Святого Мунго. Что за Мунго? Хрен его знает. И вот мы пришли в эту больницу. Зашли мы через стену магазина на оживленной улице. Сразу поднялись на пятый этаж и вошли в кабинет. За столом сидела женщина в желтом халате и что-то писала пером. Очевидно, она нас ждала, так как сразу встала и поздоровалась:

  - А, миссис Лонгботтом! Вы как раз вовремя.

  - Добрый день, миссис Моусли.

  - Драсте, - не будем отставать от толпы.

  Женщина ошарашенно на меня уставилась, будто обнаружила перед собой звезду эстрады. Хорошо хоть визжать не стала, только рот, как рыба, открыла.

  - Когда вы мне написали, миссис Лонгботтом, скажу честно, я не поверила вам... - начала целительница, когда снова обрела дар речи. Выглядела она при этом абсолютно потрясенной. И чего это она?

  - Да, теперь вы сами видите. Вот уже неделю Айрли говорит. Немного, правда, но всё же. И даже сама ложку держит и ест, - сообщила довольная бабушка.

  Так. Я сейчас не поняла. Я что, в дауна вселилась? Трижды себя поздравить и пирожок взять.

  - Это просто невероятно! Невиданно! Чудо! Но надо бы закрепить успех... да... Продолжим курсы реабилитации... Когда вам будет удобно, миссис Лонгботтом?

  - Я не хочу, - сказала я.

  Целительница присела на корточки.

  - Ты не хочешь к нам приходить, Айрли? - я кивнула, сдерживая себя от длинных, проникновенных и всё объясняющих речей. Кстати, и про свое вселение никому не расскажу, а то еще выгонят или опыты проводить станут. - Почему? Ты же помнишь, как у нас раньше была? С добрыми дяденьками и тетеньками?

  Вот только таких мне и не хватало для полного счастья.

  - Не хочу. Домой хочу, - я показательно подошла к бабушке и взяла ее за руку. Надеюсь, этого хватит.

  - Миссис Моусли, может, я смогу проводить с ней занятия?

  - Да, пожалуй, возможен и такой вариант. Лучше будет, миссис Лонгботтом, если у Айрли также будет возможность пообщаться со сверстниками и со взрослыми людьми. Но сегодня мы просто обязаны ее обследовать.

  Я отделалась малой кровью. Да, кровь у меня тоже брали на анализ, в количестве трех капель. А также 'присядь, полежи тут, посмотри сюда'. Под конец я уже была прилично раздражена и еле сдерживалась. Хорошо хоть часто ходить сюда не придется. Раз в месяц я переживу. И мы с бабушкой, радостные и довольные каждая по своему поводу, наконец-то ушли оттуда.