Читаем Ложь моего монстра (ЛП) онлайн бесплатно
Ложь моего монстра (ЛП)
В нашем жестоком мире не существует такой вещи как правда. Ложь переполняет нас, пока не становится реальностью. Но я полна решимости выяснить правду, что именно случилось с моей семьейсемьёй. Но есть одна проблема. Мой монстр - Кирилл. Мы больше не те, что были раньше. Стало трудно доверять друг другу. Но также совершенно невозможно быть вдали друг от друга. Это безумно, хаотично и неправильно, но это мы. И нам, возможно, придётся заплатить за это кровью.
Романы / Современные любовные романы / Зарубежные любовные романыСодержание
Примечание автора
Аннотация
Список воспроизведения
Пролог – Кирилл
1. Кирилл
2. Саша
3. Саша
4. Саша
5. Кирилл
6. Саша
7. Кирилл
8. Саша
9. Саша
10. Кирилл
11. Саша
12. Кирилл
13. Саша
14. Саша
15. Саша
16. Кирилл
17. Саша
18. Кирилл
19. Саша
20. Кирилл
21. Саша
22. Кирилл
23. Саша
24. Саша
25. Кирилл
26. Саша
27. Саша
Что будет дальше?
Об авторе
ЛОЖЬ МОЕГО МОНСТРА
ТРИЛОГИЯ МОНСТРОВ
КНИГА 2
РИНА КЕНТ
Все права защищены.
Никакая часть этой публикации не может быть воспроизведена, сохранена или передана в любой форме или любыми средствами, электронными, механическими, копировальными, записывающими, сканирующими или иными без письменного разрешения издателя. Копирование этой книги, размещение её на веб-сайте или распространение любыми другими способами без разрешения запрещено законом США, за исключением использования кратких цитат в рецензии на книгу.
Этот роман – полностью художественное произведение. Имена, персонажи и происшествия, изображённые в нем, являются плодом воображения автора. Любое сходство с реальными людьми, живыми или мёртвыми, событиями или местами полностью случайно.
ПРИМЕЧАНИЕ АВТОРА
Здравствуй, дорогой читатель.
Если вы не читали мои книги раньше, то возможно вы не знаете, что я пишу мрачные истории, которые могут тревожить и расстраивать. Мои книги и главные герои не для слабонервных.
Трилогия монстров:
#1 Кровь Моего Монстра
#2 Ложь Моего Монстра
#3 Сердце моего монстра
Книги Рины Кент
Порядок чтения
Для получения дополнительной информации о Рине Кент посетите:
www.rinakent.com
Аннотация
В нашем жестоком мире не существует такой вещи как правда.
Ложь переполняет нас, пока не становится реальностью.
Но я полна решимости выяснить правду, что именно случилось с моей семьёй.
Но есть одна проблема.
Мой монстр – Кирилл.
Мы больше не те, что были раньше.
Стало трудно доверять друг другу.
Но также совершенно невозможно быть вдали друг от друга.
Это безумно, хаотично и неправильно, но это мы.
И нам, возможно, придётся заплатить за это кровью.
Перевод группы https://t.me/OneKillChaos
PLAYLIST
Saints – Echoes
Blur – MO & Foster The People
The Raging Sea – Broadside
Shoot and Run – Josef Salvat
Cursive – VOILA & Kellin Quinn
How Villains Are Made – Madalen Duke
Bleeding Out – Molly Hunt
Pyrokinesis – 7Charlot
Stay – Thirty Seconds to Mars
A Beautiful Lie – Thirty Seconds to Mars
Victim – Halflives
Cosmic Lover – Florence + The Machine
Still Worth Fighting For – My Darkest Days
Вы можете найти полный список воспроизведения на Spotify.
Если ты проиграешь, это будет твоя вина.
Если ты выигрываешь, это в порядке вещей.
Эти слова мой отец запечатлел в моей памяти с тех пор, как я научился говорить. Я пришёл к осознанию того, что я для него не более чем имущество. Он вложил в меня деньги и ожидает отдачи в любой форме, которую сочтёт необходимой.
Роман Морозов – не мой отец. Он мой владелец.
Однажды я выберусь из этого проклятого дома и заберу Константина и Карину с собой. А ещё лучше, я выгоню его и Юлию и буду жить в особняке со своим братом и сестрой.
Почему мы должны уходить, если они ненормальные?
Я выхожу за школьные ворота и жду, когда водитель приедет за мной. Хмурое небо бросает тень грусти на территорию школы, но определённая весёлая атмосфера наполняет воздух, так как это последний день перед рождественскими каникулами.
Все, кто учится в этой частной школе, либо богаты, либо влиятельны, либо и то и другое вместе. Само собой разумеется, что мой отец записал меня в этот грёбаный цирк, где первый вопрос каждого «Чем занимается твой отец?». Но я не могу ответить «Он убивает людей», потому что это вызвало бы неодобрение из-за их хрупкой морали. Вместо этого я просто игнорирую их.
Обычно Виктор был бы приклеен ко мне, как магнит, и его каменного присутствия достаточно, чтобы отвлечь от нежелательного внимания. Однако сегодня ему было запрещено присутствовать, из-за какого-то мероприятия по охране.
Всякий раз, когда Роман чувствует, что Виктор слишком сблизился со мной, он не упускает случая напомнить ему и остальным членам моей личной охраны, что они всего лишь охранники, слуги, от которых он может избавиться, когда пожелает.
Или, скорее, он делает это, чтобы напомнить мне, что, если он захочет, он может изолировать меня от всех. Мой отец пытается мне внушить, что моя единственная роль в жизни – быть его наследником. Не чей-то друг, брат или сын.
Я просто чёртова вещь.
Несколько учеников перешёптываются, проходя мимо. Мне не нужно их слышать, чтобы знать, что они говорят обо мне.
— Я слышал, что его отец состоит в русской мафии.
— Однажды он станет гангстером.
— Не смотри на него, а то он может тебя убить.
— Ты видел, как он смотрит?
Если бы Виктор был здесь, он бы запугивал этих детей, пока они не обмочились бы. Мне? Мне все равно. Пусть сплетничают сколько им заблагорассудится. В конце концов, это единственное, что могут сделать слабые люди.
Адриан неторопливо идёт в моем направлении, затем останавливается рядом со мной. Он на несколько лет старше меня, но поскольку у меня раннее созревание, я ненамного ниже его ростом. В то время как я игнорирую всех других детей, у меня отличные отношения с учителями, я ставлю перед собой задачу расположить их ко мне хорошими оценками. Адриан, однако, в основном общается только со своим телохранителем Колей, который в данный момент стоит на небольшом расстоянии. Потому что он намеренно сделал себя изгоем.
Выражение его лица нечитаемое, а руки засунуты в карманы брюк цвета хаки. Я немного озадачен, что он подошёл ко мне, так как ученики обычно избегают меня, как чумы. Хотя у него определённо нет причин бояться меня, учитывая, что его и мой отец – два короля Нью-йоркской братвы.
У него также нет причин инициировать контакт. Мы не друзья.
На самом деле, понятия друзей в нашем мире не существует. Есть две категории – союзники и враги. Он не подпадает ни под одну из них.
— Тоже ждёшь, когда тебя заберут? — спрашиваю я, склонив голову набок.
Он ничего не говорит и продолжает смотреть вперёд своими печальными серыми глазами, которые можно принять за мятежные облака.
Мать Адриана была любовницей, которая каким-то образом получила место жены после долгой драмы. Такое ощущение, что он никогда не чувствует себя комфортно ни на одном из мероприятий, на которых нас объединяли вместе. Так же он редко разговаривает, как бы мы с другими детьми ни пытались его разговорить и вытащить его из скорлупы.
Он ведёт себя как «королева драмы», как будто у него все хуже, чем у нас.
— Ты знаешь, — я киваю подбородком в его сторону. — Ты никогда ничего не добьёшься в этом мире, с таким отношением.
Он встречается со мной взглядом, а затем кивает на мою шею.
— Беспокойся о себе и о тех синяках, которые ты хреново скрываешь.
Я улыбаюсь, несмотря на покалывание, которое возникает в моем затылке и скользит вниз по позвоночнику.
— Боевые шрамы не должны быть скрыты.
— Это называется жестоким обращением, Кирилл.
— Ах, да? Ты являешься экспертом?
— Я узнаю это, когда вижу, — он поворачивается ко мне лицом и подходит ближе, так что мы стоим лицом к лицу. — Это
— Отвали!
— То, что ты защищаешься, так же результат жестокого обращения.
— Эй! Не испытывай свою удачу и не лезь в мои дела.
— Замыкание в себе – это тоже симптом, как и защита своего обидчика.
— Если ты сейчас же не заткнёшься, я тебя ударю.
— Это ещё одна форма...
Прежде чем он закончил свои слова, я уже заехал кулаком ему в лицо. Он отступает на шаг, но затем размахивается и бьёт меня рукой по щеке.
Я отшатываюсь, так же делая шаг назад, удержавшись от падения.
Мы обмениваемся ещё несколькими ударами, пока кровь не потекла из наших носов и не были разбиты губы. Нам обоим пришлось опереться о каменную стену для равновесия. Вокруг собирается несколько зевак, но телохранитель Адриана, примерно его возраста, наводит на них страх, топая ногой по земле и прогоняет их. Он действительно пытался остановить нас в какой-то момент, но одного взгляда Адриана было достаточно, чтобы он не вмешивался.
Мы оба тяжело дышим, глядя друг на друга, наклонившись, чтобы отдышаться.
— Ты должен остановить это, или это будет продолжаться вечно, — говорит он.
— Черт возьми, Адриан, я клянусь, если ты не заткнёшься...
— Что ты собираешься делать? Ударить меня, как девчонка?
— Я собираюсь убить тебя, — я снова бросаюсь на него, но он готов ко мне, его глаза сверкают. Похоже, этот ублюдок сегодня проснулся и выбрал насилие. Как я мог не исполнить его желание?
Он не поднимает руки, чтобы защититься, а вместо этого сквозь стиснутые зубы процедил:
— Ты можешь остановить это.
— И как мне это сделать, гений? — стоя перед ним я опускаю кулак. — Пока я не стану сильнее, я не смогу ничего остановить.
— Тогда делай это быстрее. Для начала, перестань бить, как девчонка.
— Ты бы так не говорил, если бы видел, как
Он хмыкает и поворачивается к своему телохранителю.
— Мы идём домой пешком, Коля. Некое присутствие испортило мне настроение.
— Это я должен был так сказать! — кричу я ему в спину. — Я желаю тебе дерьмового Рождества!
Он не оборачивается и не обращает на меня внимание, и мне хочется побежать за ним и сбить его с ног. Я этого не делаю, потому что даже я понимаю, что уже поддался насилию больше, чем должен был себе позволить. Я пытаюсь лучше контролировать эту часть себя, а для этого мне нужно быть более уравновешенным. Я дотрагиваюсь до уголка своей губы и морщусь. В один прекрасный день этому ублюдку Адриану перережут горло во сне.
Передо мной появляется чёрный фургон, но прежде чем он полностью останавливается, боковая дверь открывается, и пронзительный, возбуждённый голос кричит:
— Киря!!!
Мой брат выпрыгивает из машины и врезается в меня, нарушая моё равновесие. Я глажу его по светлым волосам на макушке. Несмотря на то, что он всего на два года младше меня, он намного ниже ростом. У меня большой скачок роста, за которым он не может угнаться.
— Привет, малыш Костя.
— Я не малыш! — он все ещё утыкается носом мне в грудь, как в детстве. Мои ребра болят после того, как Адриан ударил меня, но я все равно обнимаю его.
— Кирилл! Кирилл! — другая, гораздо меньшая фигура врезается мне в бок.
Моя пятилетняя сестра Карина протягивает ко мне руки, хотя я сказал ей, что она слишком тяжёлая, чтобы носить её. Понимает ли она эту логику? Ни за что на свете.
Сегодня она выглядит прелестно в розовом платье с белыми лентами. Её светлые волосы уложены локонами и ниспадают до середины спины.
— Кара! — несмотря на моё больное тело, я все же поднимаю её высоко, и вот она уже уютно сидит у меня на плечах.
Она похлопывает меня по макушке и затем ахает.
— Кровь, кровь! Ты ранен?
Именно тогда Константин отстраняется, чтобы по-настоящему посмотреть на меня, и его глаза расширяются.
— Почему…что случилось?
— Просто бессмысленная драка. Не о чём беспокоиться.
Он надувает губы, а Карина начинает плакать, так что мне приходится утешать их обоих и уверять, что со мной действительно все в порядке. Если бы я знал, что они приедут, чтобы забрать меня, я бы не поддался на провокации Адриана и вообще не разговаривал бы с этим скользким ублюдком.
Возможно сейчас, я недостаточно силен, чтобы положить конец испытаниям и тренировкам моего отца, но я буду. Хотя бы для того, чтобы защитить своих брата и сестру.
В машине находятся двое охранников моего отца и водитель. Независимо от того, под каким углом я смотрю на ситуацию, странно, что мой отец послал Константина и Карину забрать меня из школы. Ещё более странно, что Юля упустила Константина из виду, потому что обычно она его чересчур опекает.
— Почему вы, ребята, пришли вместе? — спрашиваю я.
— Потому что мы скучаем по тебе! Скучаем по тебе! — Карина кричит, а затем закатывается приступом хихиканья. У неё есть привычка повторять свои слова, потому что наша дорогая мама всегда говорит ей говорить чётко, а не как идиотка.
— Папа сказал, что мы едем на рождественские каникулы, — Константин улыбается, его лицо сияет от волнения. — Как семья.
Я прищуриваю глаза. Мы никогда, я имею в виду всей
На самом деле, я чертовски переживаю по поводу такого поворота событий.
На Рождество я обычно наряжаю ёлку для брата и сестры и дарю им подарки, потому что Роман этого не делает, а у Юли есть рождественские подарки только для Константина. Я привык ожидать этого от неё, но это все равно заставляет плакать Карину каждый год. Поэтому Константин делит свои подарки между собой, мной и Кариной за спиной Юлии. Я их не принимаю, но его поступок успокаивает обиду нашей младшей сестры. Она из тех, кто любит блеск, яркие цвета и все красивое.
Юле все равно? Абсолютно точно. Как будто мы с Кариной невидимы для неё. Я бы хотел, чтобы она была нашей мачехой. Таким образом, все это презрение имело бы смысл.
Как женщина, которая на самом деле родила нас, могла так обращаться с нами, это та часть, которой я не могу найти объяснения.
— Это то, что сказали охранники? — спрашиваю я своего брата.
Он кивает.
— Мы наконец-то отправляемся в путешествие вместе!
Я оглядываюсь по сторонам. Все остальные ученики ушли, так что остались только мы. У меня внутри все переворачивается, когда я опускаю Карину и позволяю ей схватить меня за руку, а затем свободной рукой сжимаю руку Константина.
— Мы должны покинуть это место.
— Но почему? — он пытается сопротивляться мне. — Мы с Карой хотим поехать на рождественские каникулы.
— Мы хотим поехать, поехать! — Карина тоже тянет меня за руку, но у неё ничего не выходит.
Потому что я уже тащу их по улице.
— Сэр, вернитесь сюда, — тяжёлые шаги охранников звучат позади меня, и вскоре они догоняют нас.
— У нас есть чёткие инструкции, куда вас отвезти.
— Мы идём пешком. Возвращайтесь сами, — говорю я, не оборачиваясь.
Тяжёлые шаги исчезают, но на смену им приходят другие, лёгкие, но их больше. Я поднимаю Карину так, что она прижимается ко мне, и кричу:
— Беги, Костя!
Наступает небольшая пауза, прежде чем он кивает и подчиняется. Он даже не спрашивает меня, зачем и куда мы бежим. Константин всегда и во всем доверял мне. Включая мысли о том, как он иногда ненавидит Юлю, потому что она относится ко мне и Карине как к дерьму.
Он рассказывал мне, что однажды нас будет только трое, потому что мой младший брат решил, что моя мечта – это и его мечта.
Мы не оглядываемся назад, когда бежим по улице, проносясь мимо украшенных для рождества магазинов. Но мы недостаточно быстры. Карина замедляет меня, а Константин продолжает отставать. Внезапно, видимо слишком ошеломлённый темпом, он спотыкается и падает, выкрикивая моё имя.
