Читаем Любовь. Нарушая правила онлайн бесплатно

Автор: Вильда Кранц

- Вам очень повезло, что перелома нет, - смотрю на молодую красивую женщину чуть за двадцать. - Но я настаиваю на том, чтобы заявить в полицию.

- Прошу вас, доктор, - она вцепляется в моё запястье двумя своими изящными тонкокостными ручками. - Я сама упала.

Тут же убирает руки, складывает на коленях.

Да твою же... Упала она!

Да я даже сейчас вижу отпечаток мужской ладони! Могу сказать куда каждый из пальцев пришёлся в момент удара.

От одного этого внутри кровавой пеной поднимается на поверхность что-то тёмное и тяжёлое.

- По статистике, - с трудом заставляю себя говорить ровным голосом, - домашнее насилие одна из самых частых причин женских травм. И смертности.

Смотрит на меня своими глазами загнанной лани.

И ведь совсем не похожа на тех, кто постоянно оказывается в подобной ситуации в моём кабинете. Скорее наоборот. Очень аккуратная и домашняя. В светло-голубом платье в белый горошек.

Надо в первую очередь оставаться профессионалом. И делать свою работу до конца.

- Я вам выпишу обезболивающее. Принимать будете три дня, дольше нельзя, - кивает, но тут же от резкого движения чуть кривится. - Могу сейчас укол сделать. Но тогда лицо частично онемеет. Лечили хоть раз зубы?

Её чуть передёргивает.

Нашёл, что вспомнить. Зубы лечить. Ещё про бормашину напомни.

- Я потерплю. Мне надо домой.

Готовлю ампулу препарата и шприц. Надрываю упаковку и запах спирта в кабинете усиливается от салфетки. Для меня это не запах алкоголя, а выздоровления.

Быстро делаю укол, пока не сопротивляется.

Сейчас полегчает. Потерпит она. А я-то думал, что это мы мужики до последнего терпим.

Не знаю какая у тебя жизнь, но твоему ангелу-хранителю я бы в лицо плюнул. Это же надо такую красоту не беречь.

А тому кто такое с тобой сотворил, самому бы челюсть набок свернул.

- Спас-сиб, - губы у неё начинают неметь.

- Вас есть кому забрать? - красноречиво взглянув на дверь кабинета, отрицательно качает головой. - Я такси вызову. Адрес по прописке?

Зажимается и становится ещё меньше, но кивает. Показывает на телефон, словно тыкает пальцем по экрану. Ну да. Сейчас мало кто звонит. Всё через приложения.

- Дома лёд приложите к щеке, чтобы отёк быстрее спал.

Уходит, а я не могу соредоточиться на работе. В кабинет заходит следующий пациент и я возвращаюсь к работе.

В небольшой перерыв между пациентами в травматологии, иду к заведующему отделением.

Стучусь в дверь и тут же захожу, не дождавшись разрешения.

- Василий Иваныч, разговор есть, - падаю в кресло напротив стола.

Заведующий, человек опытный, и в силу своей долголетней работы в медицине, циничный.

- Догадался. Что опять?

- Пациентка, с травмой челюсти, - начинаю коротко, оба мы люди занятые. - Избили, сильно похоже на домашнее насилие.

- Заявила об этом? Или ты сам так решил?

- Сам, - признаюсь я. - Говорит упала.

- И что я должен сделать? Подать данные в полицию, а потом отбиваться от проверок за самоуправство? Правила придуманы не просто так.

- А если она снова у нас окажется? - не могу успокоиться. - Только уже с переломами?

- Давай Денис Борисыч, не нагнетай, - Иваныч откидывается на спинку кресла и крутит в руках ручку. - Заявит, тогда и мы заявим. Тебя там и другие ждут. Или у нас выходной и никого в приёмном покое нет?

- Есть. Как всегда полным-полно, - нехотя отвечаю я.

Работу свою я люблю всем сердцем. Потому у пошёл в своё время в мед. Чтобы людям помогать. А не как некоторые, в надежде на частную клинику и большие заработки.

- И всё же я считаю, что мы не правы, - не могу не высказать своё мнение перед уходом. - Мы должны помогать людям.

- Вот и помогай, в частном порядке. В нерабочее время. Но я тебе этого не говорил, - Иваныч возвращается к своим отчётам.

В частном порядке? Как Бэтмен что ли?

- Ты должна меня простить. И понимать, что сама меня вынудила.

Борис протягивает мне замороженный кусок мяса, с белой ледяной корочкой поверх полиэтиленовой упаковки.

В первый миг опасливо дёргаюсь. И только потом вспоминаю, что он меня никогда не бил.

До сегодняшнего дня.

Я была уверена, что оказавшись в полиции он просидит там хотя бы день. За дебош или хулиганство. Или ещё за что-нибудь.

Вот только я снова забыла про его немаленькие возможности. Одно то, как быстро он нашёл нас с Колей в гостинице, должно было навести меня на правильный ход мыслей.

Но я была так беспечна, в своей попытке побега, что не учла всех возможностей мужа. И не только в рамках закона.

- Карина, ты меня вообще слышишь? Приложи, - немного резко прижимает ледышку к моей щеке. Забираю и держу сама. - Не хочу, чтобы ты ходила с синяком. Да ещё на лице. Это наносит ущерб моей репутации.

Может быть не надо было тогда влеплять мне ту пощёчину? Может надо было хотя бы обойтись словесным давлением, как всегда?

- Почему ты не поехала в салон красоты, после травматологии? Я же тебе велел это сделать.

- У меня голова кружится, - вру, только для того, чтобы он отпустил меня. - Я прилягу ненадолго.

- Тебя на сотрясение проверяли? - Борис наклоняется и нависает надо мной, заглядывает в глаза. - Наверняка не проверили. Понабрали практикантов. Надо было в нормальную платную травму ехать. А не в эту городскую, - он бросает взгляд на дорогие наручные часы. - У меня сегодня ещё встреча. Надо работать. Если станет хуже, скажи. Отправлю тебя в нормальную клинику с томографом. И не допотопным рентгеном.

Киваю с измученным видом. Ухожу в спальню, всё так же прижимая ледышку к щеке.

Борис только и делает, что работает и отдаёт распоряжения. Иногда я просто не понимаю, как он нашёл в своём графике время, чтобы со мной познакомиться.

Сегодня он даже сам отвёз Коленьку в детский сад. Небывалое дело при его постоянной занятости.

А всё для того, чтобы сын не видел моё лицо.

Никогда прежде Борис не поднимал на меня руку. Но вчера он сорвался из-за того, что я забрала документы и сына. И просто попыталась спрятаться.

Не очень-то у меня это получилось. Ну, да. Я не эксперт в том, как "залечь на дно". Это только в кино такое видела.

Да и учёбу мою никто не отменял. Остался год. И академический отпуск мне уже не дадут. Использовала эту возможность, когда забеременела Коленькой.

Сын, вот собственно тот клей, который сейчас приклеивает меня к Борису. Не будь сына, я бы и ему не нужна была.

Доказательств у меня нет. Но подозрения никуда не спрячешь. Шлейф чужих духов, или долгие вечера в компании партнёров по бизнесу.

Борис считает это нормальным.

Я так не считаю.

У него свои правила, по которым он живёт сам. И вынуждает жить меня. И сына.

Коленька действительно не должен видеть меня в таком состоянии.

Кусок мяса в полиэтилене понемногу оттаивает, и с него мне на платье капает конденсат. Расплываясь пятнами.

Надо хотя бы следы замазать. Сын и без того побаивается отца. Хотя тот и обходится без физического насилия.

Так же как и в общении со мной, Борис доминирует и подавляет. Он всё решает за всех. Он всегда прав, и знает, как будет лучше.

Всё должно быть согласно его правилам.

А если я всего лишь хочу ощущать себя не в клетке? И ещё чуточку искренней заботы. Совсем чуть-чуть, чтобы чувствовать себя любимой миром девочкой.

А не ещё одной витриной успешного успеха моего мужа.

Я даже испытываю сейчас что-то вроде удовлетворения. Борис не сможет обвинить меня в том, что выгляжу несоответствующе. Ведь это его "заслуга". А не моя небрежность.

И внутри слабенькое желание оставить всё, как есть. И пускай он каждый раз, глядя на синяк на моём лице, вспоминает о своей вспышке гнева.

Которую я не заслужила.

Ведь Борис мог бы попытаться, всего лишь попытаться, узнать. Спросить. Может быть я несчастна? Может быть мы можем что-то исправить в наших отношениях? Может мы оба можем что-то сделать для этого?

Конечно это бред.

Мы живём в реальном мире, а не в выдуманном сюжете. И такие вот ночные мстители быстро оказываются в приёмном покое.

С переломами или с колотыми ранами.

Благо хоть не так часто. Наверное потому, что мало кому приходит в голову лезть в чужие дела.

Но я-то знаю, чего не стоит делать? Могу за себя постоять, да и здоровьем Бог не обидел.

Да и страха перед травмами нет от слова совсем. Всё же обучение и последующая работа оставили свой отпечаток.

Так что, не надо рассказывать самому себе истории. Не из-за этого ты в мстители хотел записаться.

Просто девочка страсть как хороша. И по моему простому и прямому мнению, тот кто её ударил, не достоин человеческого отношения к себе.

Ох, как легко самого себя уговорить. А потом очередные сломанные в драке пальцы. И мысли о том, куда ты полез, дурак. Есть же полиция.

Так в полицию я и хотел передать данные о травме. Всё согласно правил и установлений государства. Но нет, блядь. Сама упала.

Разжимаю сжатые зубы.

Нельзя так с женщинами. Просто нельзя. Ты мужик? Найди себе ровню для вымещения гнева. Получи по ебальнику и успокойся.

Наверное мне сейчас тоже именно этого не хватает.

Получить по голове и пойти спать. Предварительно обработав раны.

Или остаться лежать в луже крови, посреди улицы.

Злость никак утихает. И я буквально ощущаю себя псом, рвущимся с поводка в приступе ярости.

Может и девочка так же под удар попала? Может быть даже разнимать кого-то полезла?

Осознание того, что я сейчас ничем не лучше того, кто её ударил, обрушивается на голову, словно ведро холодной воды.

Мороз пробегает по спине, кожа буквально ощущает на себе этот холод.

Нет. Я не такой. Профессионал. Холодный и аккуратный.

Ага. А ещё циничный? Ещё лет десять-пятнадцать, и стану таким же равнодушным циником, как Василь Иваныч?

Может быть даже сменю его на посту заведующего отделением, когда на пенсию уйдёт?

Ну уж нет. Я себе такой жизни не хочу. Хочу человеком остаться. Со своими чувствами. А не роботом с набором правил в голове, вбитых на подкорку.

Паркую машину возле дома и иду в свою холостяцкую берлогу.

Много ли мужику надо? Не так уж и много. Место где можно поспать, и поесть. А ещё время от времени привести туда очередную претендентку на руку и сердце.

Вот только они быстро проявляют своё разочарование. Конечно. Врач сейчас не самая денежная профессия. Ну так и деньги не самое важное. Хорошо, когда их хватает. Но тут уж многое зависит от потребностей.

Мои скромны. Строить семейное гнездо нет никакого желания. Потому что стоит этим заняться, и всё. Считай остался только один путь в жизни.

А мне нужна хоть какая-то свобода.

Захожу в свою двушку. Закидываю продукты в холодильник. Ставлю кастрюлю с водой на плиту.

Пельмени далеко не самая полезная еда. Но иногда очень хочется чего-то именно такого. Вкусного и наваристого. С бульоном и мясом.

Супы что ли научиться варить? Или завести для этого женщину в доме?

Ага, чтобы она потом свои правила устанавливала. И все полки в ванной заняла.

Нет уж. Это точно не сегодня. И вообще не сейчас. Когда-нибудь потом.

С моим хреновым характером лучше быть одному.

Только какого хрена из головы не выходит сегодняшняя девушка. простое и скромное, но с таким вкусом подобранное, платье в пол. И этот её взгляд.

Скидываю одежду и залезаю под душ. Надо прогнать её из головы. Иначе так и засядет.

Ещё и член торчком на неё. Как пацан, блин.

А когда мужик не думает о сексуальном удовлетворении?

Правильно. Только сразу после него.

Дорогие друзья!

Решили всё же показать вам Карину. Так сказать в живую.

Отёк немного спадает. Прав был врач. Холод помогает.

А ещё от него лицо не так больно. Или это действие укола ещё не прошло?

Меня устраивает любой из вариантов.

После родов я вообще не испытывала такой боли. Физической уж точно. Психическую боль оценить сложнее.

Внимание привлекает вспыхнувший экран телефона.

Подхватываю его с тумбочке, на которой он заряжается. Быстро принимаю вызов.

- Карина, как ты? - раздаётся из трубки строгий голос.

- Привет, мам.

- Колю я сегодня заберу из садика, - не даёт она мне даже нормально ответить.

- О чём ты? Зачем? - на миг замираю.

- Вам же с Борисом надо побыть наедине, - даже не услышав моих вопросов, продолжает мама. - И тебе надо загладить перед ним свою вину. Обязательно надо.

- Мам.

- Как ты могла такое устроить? Ты разве не понимаешь, чем это может для тебя кончиться?

- Мам, дай мне хоть слово сказать.

- Не передо мной тебе надо оправдываться, - продолжает мама.

- Да, с чего я должна оправдываться? И тем более что-то заглаживать?

Не могу стоять на одном месте и делаю шаг. Телефон на зарядке, как поводок дёргает меня назад. Нервно выдёргиваю провод из трубки.

- Это ты у меня спрашиваешь? Так я тебе скажу с чего. С того, что ни одна нормальная жена не станет вот так исчезать, да ещё и с малолетним ребёнком на руках.

- Я не исчезала, мам. Я...

- Да-да, мне Борис звонил вчера. Тебя искал. А я и не в курсе была. Ты же знаешь, мне нельзя волноваться. У меня сердце.

- Мам, а как же моё сердце?

- Да, что там твоё-то сердце? Придумала себе непонятно что.

- О чём ты мам? Я всё больше теряю нить разговора.

- Да не нить ты теряешь. А разум. О чём ты вообще думала? А если бы Борис тебя не нашёл? А если бы подумал, что у тебя есть другой?

- Какой ещё другой?

- Другой мужчина, - мама замолкает всего на миг и тут же продолжает. - Только не говори мне, что у тебя действительно есть другой мужчина.

- Мам, ты с ума сошла? Какой мужчина? Я всегда Борису была верна.

- Была да? Значит правильно материнское сердце беспокоилось? Тогда тем более надо помириться. Признать свою ошибку и помириться. Борис тебя очень любит. И Колю. Он всё поймёт. Ты только одумайся.

Разрываюсь между двумя желаниями. Отстоять свою невиновность. И послушаться маму, которая давит своим материнским авторитетом.

- Мам, ничего такого. Я на мужчин вообще не смотрю. Мне же кроме института и ходить некуда. Борис не разрешает.

- И правильно делает. Ты молодая и глупая. Запудрит тебе голову какой-нибудь жиголо. И всё ему на блюдечке понесёшь!

- Мама, прошу тебя. Мне и без того плохо.

Едва не плачу от несправедливости обвинений. Да ещё от самого родного человека.

- Вот и правильно, - она видимо слышит по голосу, что я на пределе. - Пойди к мужу, упади в ноги, и поплачь. Мужчины они не выдерживают такого. И Борис не выдержит. Простит тебя. И всё у вас будет по-прежнему.

- Не будет мам. Ты не понимаешь...

- Да, куда уж мне-то недалёкой понимать? Ты это хотела сказать?

- Нет мам. Даже не думала про тебя такого.

- Вообще про мать не думала! Так и скажи. Только о себе и думаешь. О сыне лучше подумай!

О нём-то я и думала, когда хотела уйти. Дать ему хоть надежду на шанс, не вырасти таким, как отец.

- Колю я сама заберу, мам. У нас сегодня секция.

- Придумала тоже мне, секция. Пф, - мама пренебрежительно фыркает. - С детства будет по голове получать?

- Это Борис придумал, - вру я.

Чем заставляю маму спустить воздух, набранный для очередного обвинительного спича.

- Может и правильно, - тут же меняет она риторику. - Научится мальчик быть сильным. И постоять за себя.

Мне так и слышится продолжение фразы "в отличие от тебя". Но откровенно перечить и дерзить маме я не умею.

И никогда не умела.