Читаем Любовь. Две половины онлайн бесплатно

Автор: Вильда Кранц

Сижу на холодных, бетонных ступенях отдела полиции. И меня сейчас это нисколько не трогает.

Внутри тоскливая пустота. Делающая всё вокруг серым и безвкусным.

Даже лёгкий вечерний ветерок, иногда касающийся кожи. Я просто существую в этой пустоте, и ничего не хочется менять.

Достаю из сумочки маленькую пачку влажных салфеток. В ноздри тут же въедается запах ароматических отдушек. Липкая закрывашка плохо прижата к упаковке, и пропускает воздух вместе с запахом, стоит только чуть сильнее сжать пачку в руке.

Очень хочется что-нибудь сломать. Выплеснуть всю накопившуюся горечь. Но умом понимаю, что за сегодняшний день уже успела натворить делов. И лучше не усугублять.

Старательно тру салфеткой испачканные в красной краске пальцы. Но только больше размазываю по ним пятна.

Какая хорошая краска. Так просто не отмыть будет.

С безразличием слышу, как открывается за спиной дверь районного отдела полиции. Я и сама только пару минут, как из него вышла.

И теперь сижу на ступеньках, подложив под попу, удачно подвернувшуюся картонку. Видимо, кто-то из сотрудников оставил, чтобы не курить стоя.

- Застудишься, - спускающийся по ступенькам мужчина говорит безразличным тоном.

В тон его безразличию киваю, но сама постукиваю коротким ноготком по картонке. И продолжаю сидеть.

Мне некуда пойти.

Точнее, у меня есть дом. И даже муж.

Вот только после того, что он мне сегодня устроил, ехать домой совершенно не тянет.

Я скорее готова просидеть тут всю ночь. Благо соседство с полицией даёт некоторое чувство безопасности.

Мужчина спускается и идёт к внедорожнику. Чёрному и строгому, подстать своему хозяину.

Провожаю его спину взглядом. В другое время меня бы наверное впечатлил его рост и ширина плеч, обрисованных тёмным пиджаком в лучах оранжевого заката.

Но сейчас мне всё безразлично.

Мужик и мужик. Вышел из отдела полиции, но не в форме. Значит не работает там, а по своим делам приезжал. Может быть тоже заявление писать.

Совсем как любовница моего "благоверного" на меня саму.

Даже немного любопытно, по какому делу он тут был. Хотя любопытство это вялое, почти механическое.

Внедорожник пикает сигналкой.

Ну, да. Даже под боком у полиции нельзя терять бдительность.

Мужчина открывает дверь и поворачивается. Смотрит на меня с каким-то сомнением во взгляде из-под бровей.

Закрывает дверь и идёт обратно. От его внедорожника до ступенек всего несколько метров, и я слежу за его приближением. Подтягиваю ноги в кроссовках ближе к себе. Мало ли, придётся спасаться. Может его тоже из камеры выпустили. И он вообще бандит.

- Идти некуда? - спрашивает он чуть рычащим низким голосом.

- Есть, - тихо отвечаю я.

- Ну, так иди, - грубовато говорит он.

- Не хочу, - продолжаю тереть пальцы очередной салфеткой, горка которых постепенно растёт рядом со мной на ступеньке.

- Садись в машину, домой отвезу.

- Не надо, правда, - до меня не сразу доходит, что он не уточнил к кому домой. И я на всякий случай уточняю. - Я с чужими мужчинами не езжу.

- И не знакомишься, - добавляет мужчина с усмешкой в голосе.

- Да, - глядя на него снизу-вверх, киваю.

Под его тяжёлым взглядом по спине бегут мурашки и я бы с удовольствием ушла. Но он стоит совсем близко, загораживая последние лучи закатного солнца. От него едва уловимо пахнет дорогим парфюмом. Древесные ноты с примесью свежести

- Значит обойдёмся без знакомства.

Он протягивает в мою сторону руку и пальцы смыкаются на моём запястье.

Даже представить страшно, как я смогу вырваться из его хватки.

Надо кричать. Там же в отделении ещё работают люди.

- Никто тебя не тронет, - он даже как-то аккуратно тянет меня за запястье.

Поднимает меня за руку, я оглядываюсь на оставленный мусор и на дверь.

Мужчина замечает и чуть ухмыляется. Почему-то от него исходит ощущение силы и уверенности.

- Я сам мент, - с иронией говорит он.

Привычным жестом достаёт из кармана и раскрывает перед моим носом красную корочку. Ничего не успеваю прочесть. Только мельком вижу фотографию и синий круг печати, закрывающий её часть.

Он практически закидывает меня на пассажирское сиденье. Обходит капот и садится за руль.

- Адрес? - вставляя ключ в замок зажигания, говорит он.

- Мне туда нельзя, - стараюсь держать руки при себе, чтобы не испачкать салон красными пятнами, бормочу я. - Мне бы в гостиницу, только документов нет. Они дома остались, - добавляю неуверенно.

- Но туда нельзя? - поворачивая ко мне голову, переспрашивает он.

- Нельзя, - обречённо отвечаю я.

Дорогие друзья!

Мы приветствуем вас на страницах нашей новой истории.

Хотим вас порадовать.

Книга останется БЕСПЛАТНОЙ до самого завершения.

Кто успел, тот и съел.

И да, не забывайте добавлять книгу в библиотеку, и тыкать "нравится". Так мы поймём, что герои и их история вам действительно понравились.

- Товарищ полковник, разрешите? - голос подчинённого звучит чуть напряжённо. С той самой интонацией, которая обычно появляется, когда дело выходит за рамки обычной рутины.

Киваю в ответ и перевожу на него взгляд.

Он стоит в дверях кабинета, едва ли не переминаясь с ноги на ногу. И это непривычное поведение сразу цепляет внимание.

- Тут такое дело, - начинает он. - Я даже не знаю, как описать.

- Словами, через рот. Чего ты как девочка мнёшься? Я тебя не узнаю совсем, - говорю я.

- Поступил значит нам вызов. Ну, пэпсы метнулись. И привезли девушку.

- И? Первый раз что ли? Или у нас преступления только мужики совершают и женских колоний мало? - испытывая растущее любопытство вместе с раздражением, и откидываясь на спинку кресла, поторапливаю я.

- За такое, не припомню. А я не первый год в полиции служу.

Мне всё больше становится интересно. Даже раздражение загоняю поглубже. Потому что редкие случаи, которые выбиваются из привычной картины, всегда заставляют мозг работать активнее.

- В общем. Вызвала одна дама полицию. Вроде как её машину портят прямо возле дома. А вторая, которую задержали, утверждает, что это её машина.

Закрываю крышку служебного ноута с тихим щелчком, чтобы ничто не отвлекало.

- И?

- Ну, вот. Задержанную значит в обезьянник посадили, до выяснения. Я её данные пробил, машина действительно принадлежит ей. Точнее, её мужу. Официальному. Но вторая не унимается. Настрочила заявление о порче имущества. Якобы ей эту машину подарил тот самый муж.

- Подожди, - поднимая ладонь, останавливаю подчинённого. - То есть, муж подарил какой-то бабе свою машину, а жена решила подарок подпортить?

- Именно, Мирослав Леонидович.

- И чего она там портила? Гвоздём царапала или ещё чем?

- Краской написала. Вторая на этой самой машине к отделу и приехала. На стоянке стоит, можете сами в окно глянуть.

Показываю подождать несколько секунд и встаю. Только глянув в окно сразу цепляюсь взглядом за машину. Неплохая иномарка, на дверях которой с водительской стороны красуется надпись.

Буквы крупные с потёками в некоторых местах, словно кистью водили в спешке, но с явным старанием.

"Моя половин".

И судя по тщательности, делалось всё обдуманно. Но видимо наряд не дал закончить. Последней буквы не хватает.

- И что ты от меня хочешь? - чувствуя, как в груди шевельнулось что-то вроде лёгкого азарта от этой нелепой, но яркой истории, снова сажусь за свой стол.

- Что мне с заявлением-то делать? Не принять я не могу. А приму на каком основании? Никаких подтверждений дарения нет.

- Порча своего личного имущества не запрещена законом, если не несёт опасности жизни других людей или их имуществу, - подсказываю я, барабаня пальцами по столешнице. - Если только муж задержанной завление не напишет. Но его, я так понимаю, нет?

- Нет.

- Вот и объясни это второй.

- А с задержанной чего делать? Она ещё одному из пэпсов форму краской уделала. Я так понял, случайно. Когда закончить художество не дали.

- Пэпса ко мне отправь, а задержанную отпусти, - смотрю на наручные часы на запястье. Стрелки медленно приближаются к концу рабочего дня. - Через полчаса после того, как первая уйдёт. Не хватало нам ещё тут разборок двух баб из-за кобеля. Да и для будущей законопослушности полезно будет.

- Понял, товарищ полковник.

Остаюсь в кабинете один.

Открываю ноут, но ничего не вижу на экране. Перед мысленным взором девушка, с высунутым от старательности языком, выводящая кисточкой красные буквы на собственной машине.

Не каждый день встретишь женщину, которая вместо слёз и скандалов берёт краску и идёт портить свою же машину. Чтобы оставить мужу и его любовнице недвусмысленное послание.

В этом есть какая-то отчаянная решимость, которая вызывает определённое уважение.

Рабочий день закончен, и я выхожу из отдела.

Привычно спускаюсь по ступеням, на которых сидит блондинка.

- Застудишься, - бросаю не глядя, и иду к машине.

И только уже открыв дверь понимаю, что у неё рука в красной краске была.

Та самая что ли? Чего она тогда тут сидит?

Обычно те, кому в обезьяннике посидеть посчастливилось, стараются поскорее смыться.

Возвращаюсь к ней. Короткий диалог. Смотрит на меня снизу, чуть потеряно и с мелькающим во взгляде страхом. Закатное солнце светит в спину, и я загоряживаю её, чтобы глаза не слепило.

Ну, да. Я не в форме. В кабинете переоделся в "гражданку", рубашка и костюм.а во голубых глазах такая тоска и безразличие к жизни, каких я давно не видел.

Судя по её виду, готова сидеть прямо тут. И вообще, как бы чего не учудила в таком состоянии.

Сажу в машину. Не собираюсь даже слушать возражения.

Пускай боится. Это её дело.

Привлекательная просто пиздец.

Но мне офицерская честь не позволит воспользоваться ситуацией.

Чем я тогда буду лучше тех мразей, которых мой отдел по району ловит?

Конечно, ехать в машине, в неизвестном направлении, с полицейским чуть менее страшно.

Если бы он не показал корочки, я бы скорее весь район на уши подняла своим криком.

Не сразу, но в мыслях всплывают картины из заполонивших все каналы сериалов. В которых полицейские поголовно продажные и сами ещё похуже бандитов. Эти образы, подкреплённые яркими сценами из телевизора, заставляют сердце сжиматься.

Но меня с детства воспитывали в уважении к власти и к старшим. И это уже вбито на подкорку. Доверие на уровне инстинктов сработало.

И всё же, я настороженно посматриваю на водителя, пытаясь уловить в его лице хоть какие-то признаки угрозы.

Он молча ведёт внедорожник по вечерним улицам. Свет фонарей и витрин магазинов отражается в тонированных стёклах. Создаёт причудливые блики внутри салона.

Стараюсь не нервничать. Но апатия и безразличие к происходящему постепенно сменяются беспокойством.

- Куда вы меня везёте? - наконец решаюсь спросить.

- Тут недалеко гостишка есть.

- Спасибо. Я заплачу, у меня есть немного денег на карте.

Бросает на меня какой-то немного странный взгляд. Но никак не комментирует. Только хмыкает и небрежно почёсывает коротко подстриженную тёмную бороду двумя пальцами.

Внедорожник останавливается возле гостиницы. Небольшая вывеска мягко светится тёплым жёлтым светом, освещая вход и часть тротуара.

"Городские огни".

Как взрослый человек я предполагала, что в городе должны быть гостиницы. Но сама даже не знала, как может называться одна из них.

- В машине посиди, - командует мужчина таким тоном, словно привык к беспрекословному подчинению окружающих.

Голос его звучит низко и уверенно, не оставляя места для возражений.

Уходит и скрывается в дверях.

А я думаю только о том, что надо бы хоть баллончик перцовый купить, для самозащиты.

Раньше у меня и мыслей не возникало на тему того, что мне может понадобиться нечто подобное. Всегда рядом был муж, на которого я рассчитывала и полностью полагалась.

Теперь же эта привычная опора рухнула. И мир вокруг кажется куда более опасным и непредсказуемым.

Работая главбухом в фирме его родителей, у меня никогда не возникало сомнений в его честности.

Я видела его каждый день на работе, мы вместе возвращались домой. И всё казалось таким стабильным и правильным.

И совершенно напрасно, как оказалось.

Видимо это всё из-за работы. Иначе я никак не могу себе объяснить того, как. Как, я могла не заметить его роман?

Мысленный вопрос вызывает новую волну горечи и стыда за собственную слепоту.

Ну, да. Период пламенных чувств у нас давно прошёл. И Владлен на работе всегда сохранял отстранённый вид. Словно у нас не семья, и мы не живём вместе уже столько лет. И я привыкла списывать это на усталость и ответственность за семейный бизнес.

- Идём, - заставляет меня вздрогнуть мужской голос.

Мужчина открывает дверь и подаёт мне руку. Смотрю на неё, как на нечто необычное, и этой самой своей необычностью, пугающее.

Владлен никогда мне руку не подаёт. Даже когда мы вместе приезжаем на работу. Для него такие жесты ненужная сентиментальность.

Бровь мужчины медленно ползёт вверх, собирая кожу на лбу в хмурые складки.

Протягиваю руку, но вспоминаю о краске, и чтобы не испачкать его одежду, как получилось с другим полицейским, стараюсь выбраться сама. Без посторонней помощи.

Едва не оступаюсь от неожиданности, когда его сильные пальцы сжимают мой локоть.

На ресепшене девушка встречает нас дежурной улыбкой. Не сводит заинтересованного взгляда с меня и моего провожатого.

А я всё равно продолжаю немного опасаться. Мало ли чего он себе напридумает.

Мысли о возможных сценариях продолжают крутиться в голове, несмотря на все попытки их прогнать.

Но он останавливается перед лестницей и кладёт в мою ладонь ключ-карту.

- Номер на карте, - говорит он.

Опускаю взгляд.

13.

Ну конечно. Каким ещё он мог оказаться с моей-то удачей? Особенно сегодня. Число тринадцать выглядит особенно иронично.

Поднимаю взгляд. Мужчина разворачивается и явно собирается уйти, так ничего и не объяснив.

- Стойте! - говорю ему в спину.

Он останавливается, и бросает взгляд на наручные часы. Поворачивается вполоборота ко мне.

- Спасибо, - уже не таким уверенным тоном, продолжаю я.

Что ещё я могу сказать совершенно чужому человеку, выручившему в трудный момент? Только спасибо. Слово звучит слабо и беспомощно, но других у меня просто нет.

- Прими душ, закажи ужин в номер, чего-нибудь сладкого, - он с сомнением проходит взглядом по моей фигуре от лица до ступней, и снова смотрит в глаза. - И не натвори глупостей.

Не очень-то понимаю о каких ещё глупостях он говорит. Не намекает же на...

У меня глаза расширяются, и я энергично трясу головой.

- Нет-нет, никогда. Что вы такое...

- Вот и ладушки. Всё.

Он снова поворачивается к двери. Уходит.

Остаюсь стоять возле массивной мраморной лестницы. Провожаю взглядом широкую спину своего непрошенного решателя проблем.

Ох, если бы все проблемы можно было решить так же просто.

Тяжело и медленно вздыхаю. И иду заселяться.

Ничем не примечательный номер. Добротная мебель не самой первой свежести. Но свежее бельё уже лежит на кровати. Всё запаяно в целлофановые пакеты.

Даже не сажусь, а практически падаю на край постели. Сумочка падает рядом, на пол. Из неё выглядывает уголок телефона, поставленного на "не беспокоить".

Экран горит входящим вызовом. Беру его, но не успеваю сразу ответить. А когда вижу надпись "Любимый муж" на экране, то желание вот прямо сейчас с ним говорить, тает.