Читаем Люби меня онлайн бесплатно

Перевод: Aquamarine, Женя

Бета-коррект: Lisyono4ek

Редактор: Eva_Ber

Обложка: Poison Princess

Оформление: Eva_Ber

Глава 1

Рейн

Когда я вхожу в кафе, срабатывает сигнализация, но после ввода кода меня окутывает тишина. В воздухе витает слабый запах лука и чеснока, и меня охватывает ностальгия, как и всегда, когда я переступаю порог этого места.

Я открываю жалюзи и впускаю солнечный свет в окна, после чего начинаю опускать стулья со столов. Ножки стульев скрипят, когда я скольжу ими по старому деревянному полу, каждое сиденье отличается от соседнего. Винтажная мебель отражает многое из того, кто я есть. Не могу не улыбнуться воспоминаниям, которыми обзавелась здесь.

Поскольку мы открыты лишь с одиннадцати до трёх, я не прихожу раньше девяти, чтобы начать готовить на день. К тому времени, как я заканчиваю резать овощи и варить суп, входит Полли — моя сотрудница и официантка.

На её лице всегда сияет улыбка.

— Доброе утро.

— Привет. Как дела?

— Отлично. Ещё один день, понимаешь? — она вешает сумочку на крючок, и мы выходим в зал, пока она скручивает свои рыжеватые волосы в пучок.

— Конечно, — каждый день так и проходит… с тех пор как он уехал, прошло ещё двадцать четыре часа.

Как только мы заканчиваем накрывать столы и варить кофе, я включаю табличку «открыто», и начинается суета. Полли рассаживает гостей и принимает заказы, пока я готовлю ланчи. Ланч-бокс известен своими вкусными домашними супами и сэндвичами. Это единственное, что есть в меню. Мы также подаём картофель фри или чипсы, но небольшое меню и качественные ингредиенты делают это место популярным, прежде всего среди местных жителей.

Мои родители совместно открыли это кафе двадцать лет назад. Я с радостью взяла на себя управление этим местом, в то время как они отправились в заслуженный и необходимый им трёх с половиной недельный круиз. Они уехали всего пару дней назад, и, хотя мне нравится представлять, что я главная, не могу дождаться их возвращения. Управлять кафе в одиночку — отстой.

Завсегдатаи толпятся наряду с мужчинами в грязных майках и другими, в деловых костюмах. Я бегаю туда-сюда из кухни к столикам. Мне нравится быть такой занятой, и я люблю смотреть, как люди наслаждаются едой, приготовленной мной, но выполнять работу за троих человек утомительно. Мягкая рука обхватывает моё запястье, и я молниеносно оборачиваюсь.

— Привет, Эд, — я похлопываю старика по плечу и подливаю ему кофе.

— Сегодня ты невероятно хорошенькая, мисс Рейн. С этой блузкой твои глаза похожи на океан, — он «строит мне глазки» своими поблёкшими голубыми глазами.

— Вы и сами весьма привлекательны, мистер Казанова.

Он отпускает моё запястье и делает знак наклониться ближе. Улыбаясь, я подношу ухо к его губам.

— Если бы я не сидел со своей женой, то попросил бы тебя выйти за меня замуж.

Я хихикаю и смотрю на Дорис, которая качает головой в ответ на выходки своего мужа. Мне приятно видеть эту парочку каждую неделю. Знать, что любовь может длиться вечно. То, что связь между двумя людьми действительно сможет выдержать проверку временем. В какой-то момент у меня это было.

— Ну, это очень мило с вашей стороны, но, боюсь, мне придётся отклонить ваше предложение, — я кручу кольцо на ожерелье, встаю и улыбаюсь Дорис. — Вы счастливая женщина.

Эд качает головой.

— Мне очень повезло.

Сдерживая эмоции, грозящие вырваться наружу, я машу им пальцами и возвращаюсь на кухню, чтобы выполнить следующие заказы. Я теряюсь в этом. Люблю готовить. Это у меня в крови.

Полли возвращается без десяти три и бросает фартук на стойку.

— Все ушли.

— Нет смысла задерживаться на десять минут. Хочешь уйти? — спрашиваю я, когда заканчиваю мыть посуду.

— Ты уверена?

Я смеюсь.

— Я бы не спрашивала, если бы это было не так.

Она улыбается и хватает свою сумочку.

— Спасибо, Рейн. Хорошего дня.

— Тебе тоже.

Из-за того, что во время уборки руки находились в воде, кожа на моих пальцах сморщилась, но я к этому привыкла. Я хватаю полотенце, чтобы вытереть руки, когда звонит колокольчик.

— Привет, — говорю я, проходя через двери, открывающиеся в обе стороны и отделяющие кухню от основного зала. Дверца бьёт меня по заднице, так как я приросла к полу. У меня перехватывает дух, и мужчина передо мной ухмыляется.

Немного удлинённые каштановые волосы, темно-карие глаза, линия подбородка, способная резать стекло, и чёрная футболка, сидящая на нём как перчатка, делают его образцом сексуальности. Его джинсы так низко сидят на бёдрах, буквально умоляя стянуть их. Он проводит пальцами по волосам, и край его футболки обнажает плоский живот.

— Привет.

Даже голос у него сексуальный. Глубокий. Соблазнительный.

Он усмехается, и я в буквальном смысле мотаю головой, чтобы сосредоточиться.

— Чем могу помочь?

— Я собирался взять сэндвич, но, похоже, вы закрываетесь.

О боже, у него южный акцент.

— Нет, всё в порядке, — делаю шаг вперёд. — Какой бы вы хотели?

Его взгляд неторопливо скользит по моему телу, и когда он останавливается на моей груди, я борюсь с желанием скрестить руки. Я прочищаю горло, и он снова ухмыляется и, наконец, смотрит мне в лицо.

— Мне всё равно, дорогая. Любой, какой ты можешь быстро приготовить.

— Хотите содовой, пока ждёте?

— Нет, — мужчина разворачивает стул, садится на него и достаёт из кармана телефон. — Мне и так нормально. Спасибо.

Прежде чем отправиться назад, я вновь бросаю на него взгляд, затем быстро толкаю дверь, чтобы сделать ему дежурный сэндвич на ржаном хлебе. У меня дрожат руки, поэтому я делаю глубокий вдох, достаю кольцо, которое ношу на серебряной цепочке, и тереблю пальцами золотой ободок. Его текстура успокаивает меня. Воспоминания усмиряют мои нервы. Я прячу кольцо под рубашку и заканчиваю готовить ему еду.

Вернувшись к его столику, протягиваю ему бутерброд в завёрнутом пакете.

— Всё готово.

Он смотрит на пакет в моей протянутой руке, облизывает губы и встаёт.

— Выгоняешь меня?

— Что? Нет. Мне показалось, что вы торопитесь.

Я отказываюсь признавать, что его присутствие нервирует меня. Никто и никогда на меня так не действовал. По общему признанию я обычно закрываюсь внутрь раковины, но тут что-то из другой оперы. Он привлекателен, не более того. Я могу посмотреть, верно?

— Торопился.

— А теперь уже нет?

Его длинные пальцы обхватывают мои, все ещё держащие пакет, и я втягиваю воздух от внезапного прикосновения, что является ошибкой, потому что запах его кожи и тёплых специй сливается с напряжением в воздухе и заставляет мои колени дрожать.

— А теперь нет, — он осторожно забирает у меня пакет и садится. Я начинаю отходить, но он выдвигает стул рядом с собой. — Присаживайся.

— О, эм, спасибо, но мне нужно…

— Садись, детка.

О, нет. Я не куплюсь на его обаяние. То, что он использует ласковое обращение, которое, вероятно, опробывает на каждой женщине, с которой хочет переспать, не означает, что я буду одной из них.

— Не называй меня так.

Его брови резко поднимаются.

— Хорошо. Как тебя зовут?

Я скрещиваю руки на груди и не двигаюсь с места. Не знаю, кем этот парень себя возомнил. Вероятно, у него были женщины, сидящие, лежащие или стоящие на коленях от одного лишь проблеска его идеально ровных зубов.

— Рейн.

— Рейн, — моё имя слетает с его языка. — Красиво.

— А тебя?

— Вон.

— Вон? — повторяю я по причинам, которых даже не знаю. Необычное, но чертовски сексуальное имя.

Он откусывает кусочек от своего сэндвича, а я, как приветливая хозяйка, наливаю ему стакан воды.

— Спасибо, — бормочет он между укусами. — Это действительно чертовски вкусно.

Наконец я сдаюсь и плюхаюсь на стул. Обслуживание клиентов и всё такое.

— Знаю, — я пожимаю плечами. Мы семь лет подряд выигрываем награду за самые лучшие сэндвичи. Мы знаем своё дело.

Он облизывает губы, стирая с них особый соус.

— Ты забавная, Рейн.

— А ты — ходячая проблема.

Я знаю этот тип мужчин. Нахал. Бабник. Потаскун. Такого мужчину хочет изменить каждая женщина. Включая меня.

Он не возражает и продолжает есть. Запихнув в рот последний кусок, он комкает бумагу и допивает воду. Я иду за ним к мусорной корзине, а затем к двери.

— Спасибо. Я умирал с голоду.

— Пожалуйста.

Проходит мгновение, и воздух сгущается, напряжение усиливается. Похоже, он хочет что-то сказать, но качает головой и открывает дверь.

— Увидимся позже, дорогая.

— До встречи.

Я закрываю и запираю за ним дверь, затем кладу руку на сердце. Этого не может быть. Нечто подобное никогда не повторится. Я этого не допущу. Я отказываюсь. Последние два года я держала своё слово и сейчас не время колебаться.

Когда он называл меня «дорогая», я позволила ему. Мне даже понравилось. Нет, это не так. Да, это так. Чёрт.

Суетясь по залу кафе, я протираю все столы, переворачиваю стулья и вытираю пол. Закончив, закрываю кассу, кладу деньги в конверт на молнии, беру сумочку и выхожу.

Поскольку здание довольно старое, у меня возникают проблемы с дверью, и приходится довольно сильно её дёргать, чтобы активировать замок. Я дёргаю изо всех сил и поворачиваю ключ, удовлетворённая тем, что замок защёлкнул. Обернувшись, я натыкаюсь на стену из мышц и кожи.

— Вау, — глубокий голос Вона проникает мне в голову, когда он удерживает меня за руки, чтобы я не упала.

— Извини, — я отстраняюсь и выпрямляюсь. — Я тебя не заметила.

И снова это напряжение между двумя шагами, разделяющими нас, почти электрическое, и я покусываю внутреннюю сторону щеки, чтобы сосредоточиться на чём-нибудь другом.

— Я забыл тебе заплатить.

Он пытается дать мне денег, но я качаю головой.

— Всё нормально.

— Нет, бл*дь, не нормально.

Мои глаза расширяются.

— Серьёзно, всё в порядке.

— Женщина, возьми деньги.

— В любом случае, я уже закрыла кассу.

Я прячу конверт под мышку. Обычно мои родители уходят вместе с задатком, особенно после того, как нас ограбили много лет назад. Отпустив Полли домой пораньше, я не подумала о том, что уйду отсюда одна с кучей денег. Вот ещё одна причина, по которой меня не следовало оставлять за главную.

Он издевается надо мной, как над ребёнком.

— Ты уходишь отсюда одна со всеми этими деньгами?

— Эм, полагаю, что да.

— Это не разумно, Рейн. Ты напрашиваешься на то, чтобы какой-то отморозок попытался ограбить тебя или же, бл*дь, причинил тебе боль.

Я ощетиниваюсь на его замечание, будучи упрямой, и начинаю протискиваться мимо парня, но он хватает меня за руку. Я пытаюсь высвободиться из его хватки, но Вон лишь крепче сжимает меня.

— Отпусти меня.

Он немедленно отпускает меня и поднимает руки, сдаваясь.

— Успокойся. Я, правда, не хочу, чтобы ты уходила одна, хорошо? Не волнуйся, я не сделаю тебе больно.

— Ты ведь даже не знаешь меня.

— Я хочу это изменить.

Вместо того, чтобы бороться с ним, я уступаю.

— Не знаю, что творится в твоей голове, но то, о чем ты думаешь, не случится.

— Случится, — Вон даже не колеблется.

— Нет.

Моё активное сопротивление начинает ослабевать. Он может показаться самоуверенным, но что-то в его глазах говорит мне, что это ещё не всё. Что это игра. Что за тьмой есть свет, ведущий борьбу за то, чтобы пробиться сквозь неё.

— Опять же кое-что, что мне необходимо изменить.

Я пожимаю плечами. Ему ничего не известно обо мне. Иначе он бы знал, что между нами ничего не может быть.

— Здесь нечего менять. Я даже не знаю тебя и знать не хочу.

— Вот почему я должен кое-что сделать.

— Почему?

— Я всё ещё пытаюсь выяснить это, Рейн, — мужчина удивляет меня, когда нервно переминается с ноги на ногу. Затем он улыбается, и его жемчужно-белые зубы блестят. — Позволь проводить тебя до машины.

— Мне всё равно, — он следует за мной, и когда я добираюсь до машины, то щелкаю брелоком и удивляюсь, когда он открывает мне дверь. Не то чтобы я думала, что рыцарство мертво, просто не ожидала, что этот парень будет использовать это на практике. — Спасибо, — бормочу я, садясь на место водителя.

— Можно попросить твой телефон?

Я смотрю на мужчину, его тело заслоняет заходящие лучи солнца позади него.

— Зачем?

— Хочу, чтобы ты всегда звонила мне, когда собираешься уходить.

— Вон, мне не нужно…

— Я работаю по соседству. Это не трудно.

— Что? Тут всё ещё пусто, — помещение рядом со мной пустует уже семь месяцев. То, что раньше было симпатичным антикварным магазином, пришлось закрыть, и мне было очень грустно видеть, как местный бизнес покидает торговый центр. В небольшом торговом центре также есть бар, магазин витаминов, парикмахерская и ипотечная компания.

— Уже нет.

— Ты арендуешь его сейчас?

— Да.

— Чем ты занимаешься?

— Татуировками.

Как только он это говорит, я разражаюсь смехом. Ничего не могу с собой поделать. Даже хрюкаю один раз, но безуспешно пытаюсь прикрыть это кашлем.

Его брови взлетают вверх.

— По-твоему это смешно?

— Нет, — я мотаю головой. — То есть да, но не потому, о чём ты подумал.

— Просветишь меня?

— Моя официантка, Полли, и я сделали ставки на то, какой бизнес здесь откроется, и я оказалась права.

— Ты предположила, что это будет тату-салон?

Я киваю и вытираю влагу под глазами.

— Но самое приятное то, что я выбираю ей наряд, когда мы пойдём праздновать мою победу.

На его лице отражается замешательство, и я закатываю глаза, заводя машину. Меня мало что забавляет. Думаю, это нормально, потому что в моей жизни и так мало юмора.

— Неважно. Спасибо, что проводил до машины.

— В любое время. И я не шучу. Хочу, чтобы ты брала меня, когда будешь таскать с собой кучу денег.

Я бормочу что-то в знак согласия, хотя и не собираюсь этого делать. Вон закрывает мою дверь, и я машу ему рукой, отъезжая. Останавливаюсь у банка, вношу деньги на депозит, а потом еду домой, где беру телефон и звоню ему, оставляя сообщение, когда срабатывает его автоответчик.

— Привет, это Брайан. Я не могу ответить, потому что делаю что-то потрясающее, поэтому оставьте сообщение.

— Привет, это я. Угадай что? Я выиграла пари между мной и Полли. Какой-то парень снимает помещение по соседству, и он татуировщик! Разве это не смешно? Я собираюсь найти ей совершенно отвратительный наряд. Она ещё не знает, но мне не терпится ей рассказать. Думаю, сначала мы немного прогуляемся по центру, чтобы её увидела куча людей. Блин, она меня возненавидит. Пожалуй… это всё, что произошло сегодня. Я пахну луком, так что пойду приму душ. Поговорим завтра. Люблю тебя.

Глава 2

Рейн

Несколько лет назад мои родители решили закрывать кафе по субботам. Я считала, что это ошибка, потому что это напряжённый день, однако в итоге всё каким-то образом сложилось благополучно. Это подразумевает то, что в пятницу вечером я иду куда-нибудь, танцую и забываю обо всём остальном. Я мало что люблю в жизни. Своих родителей. Приготовление еды. Танцы. И своего парня.

Поэтому, натягивая укороченный жакет поверх платья без бретелек, я испытываю головокружение от волнения, зная, что будет вечером. Помолвка моего друга Кенни тоже сегодня вечером. Когда звонок на мобильнике предупреждает меня, что такси снаружи, я беру пакет с подарками и запираю за собой дверь.

Клуб недалеко от моего дома, но я не собираюсь идти целую милю на четырёхдюймовых каблуках. Даю водителю на чай и иду в начало очереди, махая вышибале, Тайни, когда прохожу через дверь в «Хитросплетения».