Читаем Лист ожиданий онлайн бесплатно
Лист ожиданий
Двое людей, Он и Она, встречаются через равные промежутки времени, любят друг друга. Но расстаться со своими прежними семьями не могут, или не хотят. Перед нами проходят 30 лет их жизни и редких встреч в разных городах и странах. И именно этот срез, тридцатилетний срез жизни нашей страны, стань он предметом исследования драматурга и режиссера, мог бы вытянуть пьесу на самый высокий уровень.
Драматургия / КомедияОН — Константин
ОНА — Вера
ОНО — Время
1975 год.
Номер гостиницы с четырьмя раздельными кроватями. Приглушенно слышна песня, которую исполняет ресторанный ансамбль:
Входит совсем не трезвый молодой человек лет 25, в костюме, без галстука. В руках у него бутылка шампанского и коробка шоколадных конфет. Гостеприимным жестом распахивает дверь. Входит красивая женщина в элегантном костюме, с огромным букетом роз. Походка её не слишком тверда, видно, что она навеселе, но в тоже время смущена и чувствует себя достаточно неуютно.
ОН. …А он мне говорит: случай — это псевдоним Бога, когда он не хочет подписываться своим именем… Заходите. Чувствуйте себя как дома. Простите за некоторый беспорядок.
ОН. Ну вот, мы почти одни.
ОНА. Куда же всё-таки поставить цветы?
ОН. В графин, в любой из них.
Возле каждой из кроватей на тумбочках стоят одинаковые, пустые кувшины.
Женщина кладёт цветы на одну из тумбочек и уходит с в ванную. Мужчина включает телевизор, из него доносится знакомая мелодия, сопровождающая информацию о погоде в ночных новостях. В этот момент раздаётся настойчивый стук в дверь. Мужчина выключает телевизор, но стук не прекращается. Из-за двери доносится голос:
— Это администратор гостиницы, откройте, гостей после 23 часов проводить в номер запрещено. Откройте!!!
Он судорожно ищет по карманам десятку, находит её и, зажав в руке, как гранату, открывает дверь, одновременно закрывая своим телом дверной проём, не позволяя ворваться в номер блюстительнице нравственности. После недолгого противостояния на секунду исчезает в коридоре, громкий голос администратора неожиданно смолкает. Он возвращается, как человек, совершивший бессмертный подвиг и оставшийся при этом в живых. Победно озирает 4-местный номер, ныряет в чемодан и добавляет к натюрморту, состоящему из бутылки шампанского и конфет, пачку «Marlboro» и бутылку армянского коньяка «Арарат».
Из ванной доносятся звуки текущей воды. Он срывает лепестки у одной из роз, приподнимает покрывало на одной из постелей, собираясь посыпать лепестками простыню. Что-то его останавливает, и он проделывает эту процедуру на следующей кровати. Снова включает телевизор, но передача закончилась. Включает «точку», она мелодично потрескивает. Открывает шампанское, наполняет два осиротевших без графина стакана и направляется с ними к двери ванной. В это время из «точки» звучит голос диктора: «В Москве — полночь». Звучат куранты, бой часов на Спасской башне. В дверь ванной он стучится под звуки гимна СССР, дверь открывается, гаснет свет, через несколько секунд гимн замолкает, а ещё через секунду исчезает звук текущей воды.
На сцене темно. Голос диктора: «В Москве 6 часов утра». В темноте вновь начинает играть гимн. Зажигается свет, мужчина, прикрываясь подушкой, движется от выключателя к точке и, преодолевая препятствия в виде других кроватей, выключает точку. Гимн затихает. Он возвращается на цыпочках к выключателю. Она прячется с головой под простыню. Свет гаснет.
Это действие продолжается несколько секунд, но зритель успевает заметить, что по всей комнате разбросаны так и не поставленные в графин розы вперемешку с предметами мужского и женского туалетов, на антенне телевизора вновь мужские носки, постели разобраны на всех четырёх кроватях.
Следующее пробуждение, происходит уже при заполнившем номер дневном свете.
Комната наполняется светом. Пустая разобранная постель в лепестках роз. Мужчина спит на другой, через одну, кровати. Звуки воды из ванной, вероятно, будят его. Он просыпается, садится в постели, сбрасывает простыню, с удивлением смотрит на брюки, в которых он почему-то досыпал остаток ночи, на надетую задом наперед майку, с переодевания которой начинаются его первые движения.
Потирая голову, он произносит, проверяя дееспособность речевого аппарата: «Если выпил хорошо — значит утром плохо. Если утром хорошо — значит, выпил плохо». Встаёт с постели, подходит к телевизору, снимает носки с антенны, напевая: «Свой уголок я убрала носками…». Надевает их. Включает телевизор, телевещания ещё нет, зато слышен голос радиодиктора, сообщающий о трудовых победах строителей БАМа.
Из ванной появляется она. Её наряд состоит из жакета вечернего костюма и юбки-сари, роль которой выполняет простыня.
ОНА. Доброе утро… Костя.
ОН
ОНА. Костя, Вы не видели моих, ну, этих…
ОН. А-а…
ОНА. Спасибо, юбка есть.
ОН. Вера, а Вы не помните, я в ресторане был в галстуке?
ОНА. Да, но потом Вы его сняли и связали розы, которые забрали у цветочницы.
ОН. Как — забрал?
ОНА. Наверно, хотели произвести на меня впечатление. Цветочница не возражала, но настаивала на пересчёте. Оказалось 25, а вчера было 25-ое. Вы сказали, что это судьба, и от неё нам не уйти, и заказали такси, чтобы ехать в гостиницу, хотя ресторан в этом же здании, на первом этаже.
ОН. Это я всё помню, а деньги, деньги я ей отдал?
ОНА. И не сомневайтесь.





