Читаем Личности онлайн бесплатно
Она лишь не учла одного, что быть матерью одного клона тяжело. Но совсем невыносимо наблюдать, как точно такой же ребенок, рожденный на год позже от другой женщины, в итоге все же окажется взаперти стеклянного куба.
Старший Александр, которого генетически роднила с Паулиной лишь общая митохондриальная ДНК, сидел напротив доктора Дитриха и загадочно улыбался. С самого рождения он знал кто он, как он был рожден и какой учесть сумел избежать. Его растили не в клетке, не ставили над ним опытов, не говорили, что он должен соответствовать легендарному оригиналу, канувшему в пески времен. Все его детство не проходило под неусыпным прицелом камер и не транслировалось на миллионы зрителей. Этот Александр мог бы сойти за самого обычного ребенка. Однако и у него была цель.
— Вы думаете, что Александр Великий одобрил бы вашу работу? — Наконец произнес мальчик.
Доктор смутился. Получается ребенок осознал свою вторичность, но как? Наверное лучше подыграть его любопытству, чтобы выяснить что ему известно и как он это интерпретирует.
— Я думаю, что не смотря на всю легендарность и, кхм, божественность, он не смог бы в полной мере осознать величие нашей работы.
На удивление доктора мальчик лишь поморщился, услышав подобный ответ.
— Я думаю, что он бы просто казнил вас. Вас всех.
Теперь поморщился доктор Дитрих. Мальчик изменился.
Раньше при разговоре с ним доктор видел лишь любознательного ребенка, достаточного одаренного памятью и внимательностью. Жадного до знаний и несомненно доброго по натуре. Но ребенок, который сидел перед ним сейчас, казался взрослее и… злее.
А что если? Странная мысль вдруг сверкнула в мозгу и осветила давно запрятанный страх. Что если это другой клон?
Доктор Дитрих погладил бороду. Александр же не сводил с него пытливого взгляда.
— К чему такая излишняя жестокость? Александр, ты помнишь как там было у Гомера? В твоем любимом отрывке.
Доктор думал, что сможет подловить ребенка на лжи, если задаст правильный вопрос. Никто кроме них двоих больше не знал, что больше всего сценам сражений и кровавых дуэлей, маленький Александр предпочитал плачь Андромахи. Доктор видел, что именно этот кусок текста в свитке мальчик отметил еле заметным символом — тонкой змейкой.
Неожиданно ребенок поднялся с ложа и повернулся к доктору спиной. Александр практически вплотную подошел к одной из стеклянных стен своей камеры и молча прислонил ладошку к стеклу. Доктор же готов был поклясться, что увидел по ту сторону стекла силуэт своей ассистентки Анны Дамико.
— Мне больше нравится Энеида Вергилия, c ее предупреждением, — наконец произнес ребенок, — «Боюсь данайцев и дары приносящих».
— Кто ты? — Доктор Дитрих поднялся на ноги, резко пересек комнату, чтобы рывком развернуть неизвестного клона к себе.
Взгляд мальчика снизу вверх был полон триумфа.
— Я сын Зевса и Ра. И я говорю тебе, что век твой окончен.
Доктор хотел что-то возразить, но все его слова утонули в гуле поднявшейся тревоги и писке распахнутых дверей стеклянных камер.
— Liberia arbitrium, — подытожил первый клон Александра Великого, — свобода воли. И ее подчинить невозможно.
Младший Александр уснул так крепко, что даже не почувствовал прибытия и того, как один из мужчин легко подхватил его на руки, чтобы спустить с лодки на берег.
Мальчик проснулся лишь спустя несколько часов. Он лежал на кровати в небольшой походной палатке. Внутри было тепло от работающих обогревателей, а сквозь ткань просачивались первые предрассветный лучи солнца. Александр присел, тело отозвалось неприятной болью. Оглядевшись, ребенок увидел, что недалеко от кровати, на складном табурете, лежал его знакомый робот-скарабей. На спинке его корпуса снова поблескивали огоньки.
Затем мальчик услышал снаружи шум и увидел, как полог палатки отодвинулся, и вместе с утренним светом внутрь вошла женщина. Волосы ее чуть тронула седина, но на лице не было ни единой морщинки.
Сам не зная почему мальчик резко сел в своей кровати и поправил волосы.
Женщина заметно нервничала, но старалась держать как можно более дружелюбно. Она чуть приблизилась к Александру и приветственно помахала ему рукой.
— Привет. Я Паулина. А здесь ты можешь чувствовать себя в безопасности.
Мальчик не сразу понял, что она имеет в виду.
— Разве дома мне что-то угрожало?
— То место не было твоим домом, малыш.
Паулина сделала еще пару шагов вперед и присела на одно колено, чтобы при разговоре смотреть Александру прямо в глаза. — Клетка не может заменить дома, семьи и родителей.
Ребенок потупил взгляд. Вся та смелость, которая помогла ему последовать за скарабеем зиждилась на простом детском желании отыскать родных.
— Но у меня нет родителей. Я никогда их не видел.
Женщина закусила губу, а затем протянула Александру руку:
— Я могу быта твоей матерью.
