Читаем Лера и Челориллы онлайн бесплатно

Трое вышли из Старого Леса. Стоял тихий летний день. Косые лучи солнца пробивались сквозь мачтовые сосны и бросали причудливые тени на широкую опушку. Птицы радостно чирикали в кустах. Легкий ветерок шевелил широкие папоротники. В малиннике перекликались ранние ягодницы. Во дворах мычали коровы и кукарекали петухи. Пахло хвоей и свежестью начала лета. Спокойную жизнь Старого Села ничто не нарушало. И никто не обратил внимания на хмурую тучку, набежавшую на задорное солнышко.

Трое остановились на краю леса и осторожно огляделись по сторонам. Слева виднелась глубокая и узкая канава – остатки высохшего ручья. Трое, низко пригнувшись, в несколько прыжков скатились на дно.

– Это правда, патрон, что Ложа Бессмертных сегодня приняла эдикт внедрить в жизнь людей Зло? – почтительно спросил Второй, низкорослый и косматый, посверкивая разноцветными глазами и вспахивая землю стальными когтями.

– И теперь мы навсегда покончим с Вечной Угрозой Верховному Ладону? – проскрежетал скрипучим, как несмазанная калитка, голосом Третий карлик, одноглазый и скрюченный.

– Да, вчера Верховный Ладон Да созвал со всех уголков темного мира членов Ложи Бессмертных, – прошелестел Первый карлик. Был он горбат, лицо его было плотно укутано капюшоном. – Ждать больше нельзя. Ведь с каждым новым поколением качество жизни улучшается. Люди стали добрее и внимательнее друг к другу и позабыли про беды. Ложь, жестокость и обман уже не царят повсеместно в человеческом мире. Мы помним, кто тысячу лет назад составил Заговор против Зла, и цивилизация стала развиваться не по нашему плану. Люди обязаны были стать покорными исполнителями нашей воли, но кучка непокорных разрушила наши коварные планы!

Второй и Третий карлик угодливо закивали головами и захихикали. Первый топнул копытом и продолжил:

– Но иммунитет ко Злу слабеет с каждым новым поколением. И вот настало время возмездия! Придется напрячь все силы темного мира, чтобы помочь им перешагнуть барьер добра. Раздор и взаимная вражда низложит их во прах. Испытают они все напасти человеческие. Бесконечные войны и пандемии воцарятся в мире, в них погибнут миллионы. И тогда выжившие добровольно придут в наш мир. На нас возложена миссия изменить мировой порядок. – Лицо карлика заострилось, глаза горели враждой и жаждой мести.

Второй и Третий некоторое время молчали, переваривая услышанное.

– Патрон, а если люди сумеют изготовить новый Заговор против Зла? – робко возразил Третий. – Или восстановят старый?

– А вдруг они к тому же отыщут Вечную Угрозу Верховному Ладону, которую мы сами разыскиваем уже тысячу лет, и что им найти категорически нельзя? – поддержал Второй. Его переливающиеся разноцветные глаза недобро сверкнули.

– Значит им нужно всячески помочь в поисках, – свирепо рыкнул Первый. – И заставить отдать нам все их находки. А для этого мы внедримся в их жизнь и будем неотступно следовать за каждым их шагом.

– И вправду, – обрадовался Третий. – Для нас ведь это пара пустяков.

– Отныне повелеваю начать операцию под кодовым названием «Пандора», – медленно и отчетливо произнес Первый карлик. – Впереди самый важный месяц в истории ВЕЛИКОГО ЗЛА. Главное – не пропустить день, когда Зло может смешаться с нечистыми водами и распространиться по всей Земле. К этому моменту Зло должно быть выпущено на волю и успеть заразить как можно больше всего живого…

Он перевел дух.

– Важно заставить людей стать слепыми исполнителями воли всемогущей Ложи Бессмертных карликов. Предлагаю распределить роли, – обратился он к спутникам.

– Я пойду первым, – вызвался Второй. – Меня они точно не заподозрят. Я умею завоевывать любовь людей.

– Я буду на подстраховке, – объявил Третий и опасливо оглянулся по сторонам. – В случае, если люди подберутся слишком быстро к Вечной Угрозе Верховному Ладону, попытаюсь опередить их. Я быстро бегаю, – похвастался он.

– Решено, – подвел черту Первый. – И начнем вот с чего…

Он пригнул к себе головы Второго и Третьего карлика и быстро зашептал им что-то прямо в уши. Причем уши тех удивительнейшим образом вытянулись и изогнулись наподобие тромбона, намертво прилипнув к дырке в черепе у Первого. Потому что лица у того не было. Голый череп без шеи переходил в плечи. И глаз не было, и рта. Просто на этих местах были небольшие углубления. Зато были длинные клыки.

Закончив поучение, Первый с силой выплюнул чужие уши, которые в тот же момент скрутились до нормальных размеров.

Трое Бессмертных осторожно выглянули из канавы. На опушке, по-прежнему, никого не было, не считая стайки воробьев на ветках березы. Солнце наконец прогнало непрошенную тучку и радостно засияло над Старым Селом.

Трое, пригнувшись, разбежались в разные стороны. Второй развернулся и скрылся в Старом Лесу. Третий, низко пригибаясь, рысцой побежал влево по направлению к Реке Смородиновой. А Озл решительно зашагал по дороге в Старое Село. И хотя солнце стояло в зените, ни один из Бессмертных не отбрасывал тени. Но вокруг никого не было, кто бы обратил внимание на это странное обстоятельство.

Только кружились в небе и отчаянно чирикали воробьи. Но кому могли они сообщить об опасности?

– Рит-ка-а-а! Прячься-я-я-я! Бы-ы-стро-о-о-о!

Я отчаянно голосила, но было поздно. На моих глазах голубую толстовку плавно подхватил черный ветер и плавно кружа, как в вальсе, потащил за собой…

– А-а-а-а! – слышалось в ответ.

С ужасающей скоростью она неслась прямехенько на березовую рощу, из которой мы вышли полчаса назад с приятно тяжелыми корзинками, наполненными лисичками.

Мое положение было чуть лучше Ритиного. В момент появления смерча я как раз вышла из леса на просеку. Стоя на широкой лесной дороге, я ясно видела закрывшую небосвод огромную черную тучу.

Резкий порыв ветра всколыхнул белые березки, жавшиеся по краю болотца. Я судорожно схватилась руками за что попало. К счастью, этим «что попало» оказался квартальный столбик с цифрами «88», прочно врытый в землю. Обняв деревяшку изо всех сил, я ожесточенно завертела головой, отыскивая в зарослях Ритину голубую толстовку. Конечно, она оказалась в эпицентре бешеного смерча. Не зная, чем еще помочь старшей сестре, я погнала ее прочь дикими криками.

Пролетев несколько метров по дороге в потоке мутного вихря, Рита налетела на сломанное дерево и свалилась, но не на землю, а куда-то еще ниже, потому что голубая куртка внезапно выпала из поля зрения.

Лес вокруг гудел неприятным и тревожным шумом.

– Ри-тка-а-а! Ты где-е-е? – Теперь я вопила, не переставая, заглушая волны поднявшейся паники. Воздух в легких закончился. Я судорожно втянула тошнотворную смесь, разлитую в воздухе, и тут же закашлялась. Вдруг где-то справа и внизу раздался глухой низкий голос, искаженный ветром:

– Да здесь я, хватить орать.

Я в ужасе подпрыгнула от этого загробного зова:

– Кто это? Рит, это ты? Ты где? Под землей?

– Под какой еще землей? В канаве я. Угомонись уже, что ты как сирена воешь. И так глаза все в песке, ничего не вижу, так теперь еще и уши заложило.

Я осторожно скосила глаза и увидела, как прямо из-под земли высунулся голубой капюшон, а следом за ним и сама Рита, целая и невредимая, только страшно грязная, вся в каких-то потеках и прилипших листьях. Вместо тщательно уложенных утром волос во все стороны свисали неопрятные космы. Под мышкой она что-то держала.

– Я, когда об березу треснулась, упала прямо в канаву, поползла по ней и выползла сюда, к дороге. Смотрю, а тут ты, как флаг на древке развеваешься. Отлепляйся уже, давай думать, что делать будем, – мрачно буркнула моя старшая сестрица.

Хорошо ей говорить: «Отлепляйся». Мои руки и ноги, казалось, навсегда слились с этим самым лучшим на свете столбиком. С большим трудом мне удалось расцепить онемевшие конечности. Как куль рухнула я в песок. От страха меня всю трясло, зубы стучали, наверное, на весь лес.

И тут грянул гром. Мощное эхо прокатилось по лесу, гремя покатилось в самые отдаленные углы его, дошло до Белой Горы и возвратилось к нам. Казалось, от его силы валятся все деревья по лесу. Мы оцепенели от страха, на всякий случай пригнув головы и сжавшись в комок.

Вдобавок полил жуткий ливень. Мы сидели в канаве и наблюдали, как ветер понес черную тучу в сторону Старого Села, унося гул с собой.

– Вроде пронесло? – неуверенно предположила я. – Пошли домой, что ли?

– А с этим как быть? – Рита ткнула мне что-то прямо в лицо. – Вот, забирай, в канаве валялся. Это и есть тот бесценный клад, из-за которого мы поперлись в лес без разрешения?

Я присмотрелась. Да ведь это тот проклятый саквояж, который я нашла в Стеклянной Бане и который вызвал возникшую ниоткуда бурю.

– Ну ты даешь! – восхитилась я. – В такой ситуации сообразила его захватить! А я думала, что кладу нашему каюк. Значит, как и планировали, тащим домой и покажем дедушке.

Кое-как отряхнувшись и определив по столбику нужное направление, понуро побрели мы по просеке, на ходу придумывая оправдания перед дедушкой за самовольную отлучку. Вдруг Рита остановилась, как вкопанная. Я, погруженная в свои мысли, с разгона налетела на нее.

– Чего тормозишь без предупреждения? – накинулась я на сестру. – Так и ногу сломать недолго!

– Смотри, – перебила меня она, завороженно глядя влево, в сторону села, куда улетела туча.

Я проследила за ее направлением и, как пригвожденная, застыла на месте!

В лесу, насколько хватало взгляда, стояли голые, от корней до верхушек, деревья с почерневшими стволами, словно после грандиозного пожара. Не только с дубов и берез листья облетели, даже с сосен и елей иголки попадали. Даже мох как будто выгорел и торчал из земли неопрятными темными пятнами. А между черными обрубками стволов, прямо на моих глазах, начинала виться неприятная паутина с огромными пауками посередине.

Я ошеломленно посмотрела на Риту, та на меня. Сомнений не могло быть никаких: все это натворила тучка, которая вылетела из нашего саквояжа! Интересно, что она наделает в селе, когда долетит?

Забыв об усталости, мы припустили вперед. Если бы мы знали, что Катастрофа уже случилась, мы бы сделали разворот на 180 градусов и сломя голову побежали прочь, в чащу, к волкам, за кордон, который начинался через три километра, пешком к маме за шестьсот километров, куда угодно, только подальше от того кошмара, в который нам предстояло окунуться.

Только кто бы нас, интересно, предупредил? Разве что воробьи, неведомо как залетевшие в самую гущу леса и отчаянно чирикавшие. Поэтому мы со всех ног неслись в Старое Село, навстречу Великому Злу…

Темной гущей стелется до горизонта Старый Лес. Живут в лесу добрые духи, и если обнять на рассвете дерево, то их добро перейдет к тебе. Только нужно не ошибиться в выборе: мужское дерево – это дуб, женское – сосна. Леса много, лес везде. И только маленький островок в самом своем сердце выделил он для проживания людям.

Илько спешил. Он знал, что времени осталось очень мало. Если до захода солнца он не успеет надежно спрятать то, что составляет Заговор против Зла, вечную власть над миром приобретут злобные карлики. И тогда все пропало. Превратятся люди на земле в бездушных Челорилл, как вчера жители Старого Городища.

То, что он сам погибнет, Илька не пугало. Он был готов к этому после того, как в смертельной битве погибли его отец и братья, а уцелевшие соплеменники превратились в ужасных чудовищ. Чудом уцелели только он и старый Пересвет. И карлики начали за ними охоту, методично сжимая кольцо.

Его пугало другое. Возможность не выполнить задание, погибнуть раньше, чем спасительный Заговор против Зла не укроется в тайнике, а тайные знаки не будут начертаны в нужных местах. Пересвет надеется, что по этим меткам, умные потомки обязательно найдут и расшифруют Заговор против Зла. И тогда новые поколения справятся с Челориллами.

Им самим это не удалось. Силы были слишком не равны. И если Илька схватят раньше, чем он выполнит свою задачу, тогда потомкам уже не помочь. И от этого сжималось сердце, холодели руки и терзалась душа.

Мальчик вспомнил, как злобные карлики выпустили ночью вонючее облако над Старым Городищем. Сначала люди ничего не заметили: крепко спали и не ведали, что вдали, за Белой Горой, поднялись столбы дыма. Проснувшись, занялись привычной работой: мужчины точили косы для покоса, женщины стелили на траве холсты, сновала и горланила ребятня на лугу. К речной переправе спускался воз с дровами. Плескали крыльями голуби вокруг землянок.

Потому и не сразу обратили взор куда следовало, а обратив, не сразу уразумели, что этот черный дым, тающий вдали, – знак опасности, весть, что надвигается ВЕЛИКОЕ ЗЛО.

И тут внезапно набросился ветер, нашла черная туча, разрезали небо молнии, громыхнул гром. Смертоносный вихрь пронесся над Старым Городищем. Заметались люди, завизжала скотина, обрушились деревья, неистово завопили напуганные дети…

Илько забежал на самую вершину Белой Горы и всмотрелся туда, откуда грозила напасть. И разглядел дальнозоркими молодыми глазами, как ползут в траве невиданные чудища. Ползут медленно, вразвалку, как ползают в травах большие жуки. И, как жуки, то разбредаются, то собираются в кучки.

Разом природа угомонилась, снова воцарялись тишина и покой. Изрыгая из разинутых пастей клочья смрадного дыма, разбрелись по городищу мерзкие чудища с драконьими головами и туловищами крокодилов. И стали выгонять из землянок людей, из овинов скотину. И погнали всех скопом к Реке. И заставили окунаться с головой несколько раз. А кто не хотел, тому сразу голову откусывали острыми клыками. Спустя час разрешили людям и зверям назад из Реки выползать. Но это были уже не люди! А мохнатые обезьяны с когтистыми лапами и человеческими лицами! И не домашние питомцы, а свирепые дикие мутанты с тремя головами, налитыми кровью глазами, когтистыми лапами.

– Челориллы! – в ужасе прошептал Пересвет. – Из древних свитков.

И после того, что произошло, остался только обжигающий клубок горя, что клокотал в груди вместо сердца.

Илько мотнул головой. Прочь грустные мысли. Пора за работу. Три Важных Дела есть у него.

Первое Важное Дело он уже сделал. Черным вечером, когда, кроме звезд, ничего не видать, а злобные карлики отправились в Старый Лес, он прокрался на Белую Гору.