Читаем Крид – Пир костей онлайн бесплатно

Снег падал на землю тяжёлыми хлопьями, словно боги севера обрывали перья с небесных птиц. Тишина, нарушаемая лишь скрипом саней и приглушённым ржанием лошадей, стелилась по заснеженному лесу. В такие ночи, когда луна прячется за пеленой туч, а звери забиваются в норы, лишь самые отчаянные или безумные рискуют выходить за стены поселений.

Караван из трёх саней медленно пробирался по извилистой лесной тропе. Впереди, на передних санях, восседал человек, закутанный в медвежью шкуру так, что виднелись лишь его глаза — два холодных угля, неотрывно следящих за дорогой. За ним, на вторых санях, сидели трое воинов, чьи руки никогда не покидали рукояти мечей. Замыкали процессию сани с двумя крепкими мужами, охранявшими деревянный сундук, окованный железом.

Тропа петляла между вековых сосен, уходя всё глубже в чащу. Здесь, где древние деревья помнили времена первых людей, сама земля, казалось, дышала иным временем — более диким, более свободным.

— Далеко ещё до Ладоги? — спросил один из воинов, поёживаясь от холода.

— До рассвета доберёмся, — ответил возница, не оборачиваясь. — Если доживём до рассвета.

— Типун тебе на язык, Хольг! — огрызнулся воин. — Мы под защитой самого Рюрика едем.

Возница лишь усмехнулся, и усмешка его затерялась в густой бороде.

— Князю Рюрику до нас нет дела, Свен. Мы лишь послы данов, везущие дары. А в этом лесу сила Рюрика… не так крепка, как за стенами Ладоги.

Свен нахмурился и плотнее закутался в шубу. Он давно знал Хольга и понимал, что старый воин не станет впустую болтать о дурных предзнаменованиях.

Человек на передних санях внезапно поднял руку, и караван остановился. Тишина стала абсолютной, будто сам лес затаил дыхание.

— Что там, Виктор? — тихо спросил Хольг.

Виктор медленно повернул голову, и лунный свет, пробившийся сквозь облака, осветил его лицо — изрезанное шрамами, с выступающими скулами и неестественно бледной кожей. Но самым странным были его глаза — тёмные и бездонные, как воды озера Ильмень в безлунную ночь.

— Мы не одни, — произнёс он тихо, и голос его был подобен шороху мёртвых листьев.

Воины тут же обнажили мечи, а Хольг снял с плеча лук и наложил стрелу. Свен закрыл собой сундук, сжимая в руках секиру.

Виктор медленно стянул с плеч медвежью шкуру, обнажая плечи, покрытые затейливыми татуировками, напоминающими руны, но не принадлежащими ни к одному из известных алфавитов. Несмотря на мороз, казалось, холод не имел над ним власти.

Он сошёл с саней, и снег захрустел под его сапогами. Рука легла на рукоять меча — древнего оружия с рукоятью, украшенной потемневшим от времени серебром и янтарём.

— Выходи, — произнёс Виктор в темноту. — Я чую твой страх.

Лес ответил тишиной, но через мгновение из-за деревьев выступили тени — два десятка воинов в грубых шкурах, с обнажёнными клинками и раскрашенными в синий цвет лицами.

— Древляне, — процедил сквозь зубы Хольг. — Лесной сброд.

Вперёд выступил высокий мужчина с всклокоченной бородой, перехваченной костяными бусинами. На плечах его лежала шкура волка, чья оскаленная морда служила капюшоном.

— Богатая добыча, — прорычал он, оглядывая караван. — Давно такой не видали.

— Убирайся, пока цел, древлянин, — ответил Виктор, и голос его был спокоен, как перед бурей. — Мы везём дары князю Рюрику, и тот, кто помешает нам, познает его гнев.

Предводитель древлян расхохотался, и смех его подхватили остальные разбойники.

— Гнев Рюрика? Здесь, в наших лесах? — он сплюнул на снег. — Здесь правим мы, а не ваш князь. Отдайте всё, что везёте, и, может быть, мы позволим вам уйти… без рук и языков, чтобы не могли ни воевать, ни рассказать о нас.

Виктор вздохнул, словно сам разговор утомил его больше, чем предстоящая битва.

— Я предупредил, — сказал он, и в этих простых словах прозвучала тысячелетняя усталость.

Затем всё случилось очень быстро.

Древляне бросились вперёд с воем, но ещё быстрее оказался Виктор. Его меч покинул ножны с серебристой вспышкой, и двое нападавших упали, не успев даже понять, что произошло. Третий разбойник замахнулся топором, но встретил лишь пустоту — Виктор скользнул под ударом, словно тень, и его клинок вошёл под рёбра противника.

Хольг выпустил три стрелы с такой скоростью, что казалось, будто они летят одновременно, и трое древлян рухнули, пронзённые насквозь. Свен и остальные воины сражались спина к спине, не позволяя врагам приблизиться к саням с сундуком.

Но центром битвы, её сердцем и яростью был Виктор. Он двигался среди врагов подобно смертоносному вихрю, и каждое его движение завершалось чьей-то смертью. Его меч оставлял за собой дорожку крови на снегу, рисуя причудливые узоры.

Вождь древлян, видя, как один за другим падают его люди, закричал что-то на своём наречии и бросился на Виктора, размахивая тяжёлым боевым топором.

Виктор встретил его удар своим клинком, и воздух наполнился звоном металла. Они кружили по поляне, обмениваясь ударами, и каждый из них был достаточно силён, чтобы свалить быка.

— Ты сражаешься хорошо, чужак, — прохрипел древлянин, когда они на миг отпрянули друг от друга. — Кто ты?

— Никто, — ответил Виктор. — Тень. Воспоминание.

И он прыгнул вперёд с нечеловеческой скоростью, уходя от удара топора и нанося свой собственный. Меч вошёл в тело вождя древлян, и тот рухнул на снег, широко раскрыв глаза от удивления.

— Как… как ты можешь… двигаться так быстро? — прошептал он, когда жизнь уже покидала его.

Виктор наклонился к умирающему.

— Я делал это слишком долго, — сказал он тихо.

Остальные древляне, увидев смерть своего вождя, в ужасе бросились бежать, но некоторым не суждено было уйти — стрелы Хольга настигли их среди деревьев.

Когда последний враг исчез в лесу, на поляне воцарилась тишина, нарушаемая лишь хрипом умирающих и тяжёлым дыханием воинов. Виктор стоял, опираясь на меч, и кровь его врагов стекала по лезвию, окрашивая снег в алый цвет.

— Они вернутся, — сказал он, вытирая клинок о плащ одного из мёртвых древлян. — Их слишком много в этих лесах. Нужно двигаться быстрее.

Хольг подошёл к нему, держа в руке флягу.

— Выпей, — предложил он. — Силы-то даже тебе нужно восстанавливать.

Виктор покачал головой.

— Мне не нужно, — ответил он. — Оставь для тех, кому это действительно поможет.

Хольг пристально посмотрел на него, а затем перевёл взгляд на одно из тел древлян, которому клинок Виктора почти отсёк голову.

— Никогда не видел, чтобы человек мог так сражаться, — сказал он тихо. — Словно сам Один вселился в тебя.

Виктор усмехнулся, но улыбка не коснулась его глаз.

— Ты льстишь мне, старый воин. Я всего лишь человек.

— Человек ли? — ещё тише произнёс Хольг, но Виктор, казалось, услышал его, несмотря на расстояние между ними.

— Поторопимся, — сказал он громче. — До Ладоги ещё долгий путь.

Они собрали своих павших — двух воинов, сражённых древлянами, — и уложили их на сани. Виктор сам закрыл им глаза и прошептал что-то на языке, которого не понял ни один из его спутников.

Караван тронулся дальше, оставляя за собой поляну, усеянную телами врагов.

Они миновали торговую площадь и поднялись по широкой улице к детинцу — внутренней крепости, где располагались хоромы князя. Здесь стража была ещё более многочисленной и лучше вооружённой. Воины носили не только кольчуги, но и пластинчатые доспехи, привезённые из далёких южных земель. У некоторых на поясах висели мечи франкской работы с богато украшенными рукоятями.

Хольг присвистнул, глядя на это богатство.

— Рюрик умеет тратить серебро на то, что действительно важно, — заметил он, разглядывая стражу.

— Князь понимает, что власть держится на силе, а не на золоте, — ответил Виктор. — Золото лишь помогает приобрести силу, но не заменяет её.

Они спешились у входа в княжеский терем — огромное деревянное строение, возведённое на каменном фундаменте. Резные столбы поддерживали навес над крыльцом, а двери были украшены бронзовыми накладками с изображениями сражений и охоты.

Из терема им навстречу вышел высокий человек в богатых одеждах, расшитых золотом. Его светлые волосы и борода были заплетены в сложные косы, а на шее висела массивная золотая гривна с рубинами.

— Добро пожаловать в Ладогу, гости с севера, — произнёс он, раскинув руки в приветственном жесте. — Я Олав, дружинник князя и его советник.

Хольг склонил голову в поклоне.

— Приветствуем тебя, Олав. Мы привезли дары от конунга данов и вести, которые предназначены для ушей князя Рюрика.

Олав кивнул и перевёл взгляд на Виктора. Его лицо на мгновение изменилось — в нём промелькнуло что-то похожее на страх, но он быстро совладал с собой.

— Клык Рюрика вернулся, — сказал он уже другим тоном. — Князь будет рад. Он уже получил весть о твоих… деяниях на юге.

Виктор молча кивнул, и от этого простого движения Олава словно обдало холодом.

— Проходите в терем, — поспешно сказал советник. — Вас разместят в гостевых палатах. А тебя, Клык, князь желает видеть немедленно.

Они вошли внутрь, и перед гостями предстала главная палата терема — просторное помещение с высоким потолком, поддерживаемым резными столбами. Вдоль стен стояли скамьи, покрытые мехами, а в центре находился длинный стол, способный вместить не менее пятидесяти человек. В дальнем конце палаты возвышался помост с княжеским креслом, вырезанным из цельного дуба и украшенным серебряными накладками и драгоценными камнями.

Хольг и другие даны, пораженные великолепием княжеского жилища, с любопытством оглядывались. На стенах висели щиты и оружие, а также боевые трофеи — знамёна поверженных врагов, золотые кубки из разграбленных городов и странные реликвии из далёких земель.

— Дары сложите здесь, — указал Олав на стол у входа. — А сундук с главным подношением отнесите в сокровищницу, — он кивнул двум дружинникам, которые немедленно направились к саням, чтобы забрать окованный железом сундук.

— Я провожу вас в ваши покои, — обратился Олав к данам. — А ты, Клык, иди за мной. Князь ждёт в своих личных палатах.

Виктор кивнул своим спутникам и пошёл вслед за Олавом. Они миновали главную палату и свернули в узкий коридор, освещённый лишь редкими факелами. Стены здесь не были украшены — только голое дерево, потемневшее от времени и дыма.

— Как прошло твоё путешествие к ятвягам? — спросил Олав, не оборачиваясь.

— Как и следовало ожидать, — ответил Виктор. — Крови было много.

Олав поёжился.

— Князь будет доволен. Эти племена слишком долго беспокоили наши восточные границы.

— Их больше нет, — просто сказал Виктор.

Олав остановился и повернулся к нему, не скрывая удивления.

— Всех?

— Всех, кто поднял на нас оружие, — уточнил Виктор. — Женщины и дети ушли на запад. Земли теперь принадлежат Рюрику.

Олав помолчал, обдумывая услышанное, затем молча кивнул и продолжил путь. Они прошли ещё несколько коридоров и поднялись по лестнице, прежде чем оказались перед тяжёлой дубовой дверью, окованной железом. Два дружинника в полном вооружении стояли по обе стороны от неё, сжимая в руках боевые топоры.

— Клык Рюрика к князю, — объявил Олав.

Стражники расступились, и один из них открыл дверь.

Олав остался снаружи, а Виктор шагнул внутрь.

Личные покои Рюрика были просторны и роскошны. Пол устилали меха редких зверей, стены были завешаны дорогими тканями, а в центре стоял низкий стол, уставленный серебряными кубками и блюдами с фруктами и сладостями. Огонь в очаге давал достаточно света и тепла, но воздух всё равно был наполнен дымом от множества благовоний, горевших в медных чашах.

Рюрик сидел в глубоком кресле у очага. Он был одет просто — в тунику из тонкого льна и меховую накидку. На первый взгляд он казался обычным человеком лет сорока — крепким, но не огромным, с русыми волосами и бородой, в которых уже проглядывала седина. Только глаза выдавали в нём нечто большее — светло-серые, почти прозрачные, они смотрели на мир с холодным расчётом человека, привыкшего повелевать.

— Мой Клык вернулся, — произнёс Рюрик, и голос его был неожиданно мягким и глубоким. — Подойди, сядь рядом. Выпей со мной.

Виктор приблизился и сел в кресло напротив князя. Рюрик сам наполнил два кубка медом из серебряного кувшина и протянул один гостю.

— За успешный поход, — сказал князь, поднимая свой кубок.

Виктор молча отпил из своего. Руки его были все ещё покрыты засохшей кровью после ночного боя, но князя это, казалось, не смущало.

— Расскажи мне, — потребовал Рюрик, откинувшись в кресле. — Расскажи о ятвягах.

Виктор помолчал, словно собираясь с мыслями, затем заговорил:

— Я нашёл их там, где ты указал. Три племени, собравшиеся вместе. Они готовились к большому походу на твои земли. У них было много воинов — почти тысяча.

Рюрик присвистнул.

— Ты справился с тысячей ятвягов?

— Нет, — ответил Виктор. — Я справился с их вождями. Остальное было проще.

Князь подался вперёд, его глаза заблестели от любопытства.

— Как?

— Я пришёл к ним ночью. Убил стражу. Потом вошёл в шатёр, где спали трое вождей со своими жёнами и наложницами. Они умерли во сне, не успев понять, что происходит. Их головы я насадил на копья перед лагерем. К утру среди ятвягов началась борьба за власть. Они перебили друг друга наполовину, прежде чем я вмешался.

Рюрик рассмеялся, и смех его эхом разнёсся по палате.

— Значит, ты использовал не только силу, но и хитрость! Мне это нравится, Клык. Ты становишься мудрее.

Виктор не улыбнулся в ответ, его лицо оставалось бесстрастным.

— Я выполнил твой приказ. Восточные границы теперь безопасны.

Рюрик кивнул, внезапно став серьёзным.

— Да, ты хорошо служишь мне. Но скажи, что ты нашёл? Я имею в виду другое… то, что я просил тебя искать.

Виктор опустил взгляд на свои руки, словно рассматривая запёкшуюся кровь.

— Ничего, князь. Никаких следов Дара Теней. Если ятвяги и владели им когда-то, то теперь его у них нет.

Рюрик нахмурился, и тень легла на его лицо.

— Это… разочаровывает. Я был уверен, что ятвяги хранят один из Даров. Их шаманы владели слишком большой силой для простых смертных.

— Их шаманы были просто стариками, пьющими отвары из грибов, — ответил Виктор. — Я убил троих, прежде чем понял, что они не более чем обманщики.

Князь тяжело вздохнул и отпил из кубка.

— Что ж, значит, поиски продолжатся. У меня есть сведения о другом племени, далеко на востоке. Говорят, их вождь не стареет уже сотню лет. Это может быть признаком…

— Князь, — прервал его Виктор, и в голосе его впервые прозвучало что-то похожее на эмоцию. — Я служу тебе верой и правдой. Я убиваю твоих врагов. Но эти поиски… они ни к чему не приведут. Дары Теней — лишь сказки, которыми пугают детей.

Рюрик резко поставил кубок на стол, расплескав мёд.

— Не смей так говорить! — прошипел он. — Ты, из всех людей, должен знать, что они существуют. Ведь ты сам…

Он осёкся, словно сказал слишком много. Виктор смотрел на него пустым взглядом, не выказывая ни страха, ни гнева.

Князь глубоко вздохнул, успокаиваясь.

— Прости мою вспыльчивость, верный Клык. Ты устал с дороги. Отдохни сегодня, а завтра я устрою пир в честь твоего возвращения и прибытия данских послов.

Виктор поднялся, собираясь уходить, но Рюрик остановил его жестом.

— Ещё кое-что. Ты знаешь о конфликте с древлянами? Они отказываются платить дань и нападают на наши торговые караваны.

— Знаю, — ответил Виктор. — Мы столкнулись с ними по пути сюда.

— И?

— Они мертвы. Но это лишь малая часть. В лесах их тысячи.