Читаем Коснусь тебя (ЛП) онлайн бесплатно

Переводчик: Дмитрий С.

Редактор: Дания Г.

Обложка: Виктория К.

Вычитка: Екатерина Л.

Пролог

Дорогая Сиенна,

Я должен был знать, что все так закончится.

То, что я причиню тебе боль, было неизбежно, и я никогда не прощу себе, что не смог предотвратить это.

Я пытался держаться от тебя подальше, но мои попытки оказались тщетными. Связь между нами была осязаемой нитью, которая держала меня привязанным к тебе, и я был слишком слаб, чтобы бороться с ней.

То, что я чувствую к тебе, сильнее моего инстинкта отгородиться от всех. Мне никогда не было так страшно, как в тот момент, когда стало понятно, кто ты для меня. Ты — вода. Ты — воздух. Ты — то, что мне нужно для существования.

Я помню тот день, когда ты открыла дверь. Такая красивая, молодая, сердитая… потерянная. Свет от хрустальной люстры рисовал твой силуэт с совершенством, целуя твои рыжие локоны, словно не мог насытиться. Мне знакомо это чувство. Я знаю, каково это — хотеть тебя. Смотреть на тебя, когда эта непреодолимая потребность прикоснуться к тебе, исследовать твое тело толкает против последней унции моральных устоев, оставшихся во мне.

Ты была единственной вещью, которую я не мог иметь, Сиенна… но я все равно взял тебя. Это был самый эгоистичный поступок в моей жизни. Я жалею о многих вещах, когда дело касается тебя, но поцелуй с тобой не входит в их число. От тебя у меня перехватывает дыхание, и каким-то образом тебе удалось растопить мое сердце одним прикосновением твоих губ.

Мне жаль. Мне чертовски жаль. Я не буду просить у тебя прощения. Оно мне не нужно. Мысль о том, что ты никогда меня не простишь, облегчает мне путь обратно во тьму, из которой ты сумела меня вытащить. Так мне легче держаться подальше.

И хотя эта мысль убивает меня, я надеюсь, что ты сможешь забыть меня.

Я знаю, что никогда не забуду тебя. Никогда.

Ной

Это те слова, которые я должен был написать. Но я этого не сделал.

Даже близко.

ГЛАВА 1

СИЕННА

— Сайлас, убери свою шлюху с нашего обеденного стола.

Келли бросила в мою сторону свирепый взгляд — ее густая подводка размазалась, как грязь, под глазами — и закинула ноги в рваных чулках на стол. Мой брат знал, кого выбирать. Самых доступных. Тех, у кого были проблемы, которые они компенсировали желанием привлечь внимание.

Тех, у кого были проблемы с папочкой.

Потерянных сирот, которые никуда не вписывались.

И, наконец, те, у кого низкая самооценка, кому нужно было регулярно трахаться, чтобы чувствовать, что они действительно стоят того, чтобы их трахнули, — извините за каламбур.

Келли была одной из последних. На прошлой неделе была шлюха с проблемами с папочкой, которая плакала всякий раз, когда они занимались сексом. И что сделал мой дорогой старший братец? Постучал в мою дверь и засунул плачущую занозу в заднице мне в лицо, оставив меня разбираться с непрекращающейся вечеринкой жалости.

Сайлас подошел с двумя пластиковыми стаканчиками, полными пива, в руках.

— Хватит приставать к моей девочке.

— Тогда убери эту грязную шлюху с нашего обеденного стола. Я бы хотела завтра утром позавтракать, не думая о том, сколько раз она протащила свою пизду по красному дереву.

Он прищурил на меня свои зеленые глаза, сдувая темную прядь волос со лба.

— У тебя слишком грязный рот для девушки.

— Вот, что происходит, когда растешь с двумя братьями. Приспосабливайся или умри. И я выбрала адаптацию и процветание.

— Для человека, который провалил все занятия, я бы не назвал это процветанием.

Мои ноздри раздулись.

— Интересно, что скажет папа, когда узнает, что его маленькая принцесса облажалась… снова, провалив первый год в Уотерфордском университете.

Я ухмыльнулась и протянула руку, поправляя воротник его белой рубашки поло, притворяясь, что мы брата и сестра, которым на самом деле не наплевать.

— Во-первых, давай подождем, пока толстая леди не запоет, прежде чем мы пойдем петь папе об этом. Во-вторых, ты тот, кто разговаривает после того, как два месяца назад разбил свой подарок на день рождения о внешнюю стену дома нашего соседа, что стоило папе кучу денег.

— Ну, мне же не нужно занимать здесь место нашей покойной мамы, не так ли?

Это ранило меня чертовски глубоко. Это было как сталь против моих костей, как Сайлас мог говорить о нашей маме так, словно он ее ненавидел.

Я шагнула к нему, раскаленная ярость обжигала мои внутренности.

— Во-первых, никто не сможет заменить маму. Даже шлюха, на которой наш отец собирается жениться в следующие выходные. Во-вторых, пошел ты нахер, Сайлас. — Я выхватила стаканчик из его руки, сделала глоток и ушла, не желая больше ни секунды разговаривать с ним.

— Эй, Сиенна?

— Что? — Я повернулась к Сайласу.

— Окли уже в пути.

О, мой гребаный Бог.

— Господи, Сайлас. Зачем ты его пригласил?

— Это вечеринка года, Сиенна. Конечно, я приглашу своего лучшего друга. — Он одарил меня одной из тех высокомерных ухмылок, которые я обещала себе стереть с его лица однажды перед смертью. Лишь одно дерьмо из длинного списка дел.

Мы с Сайласом почти никогда не ладили. Не то, что мы со Спенсером. Если бы они не были однояйцевыми близнецами, я бы отказалась верить, что Сайлас и Спенсер родственники. Спенсер был самым уравновешенным из нас троих, тем, кто не жаждал внимания и не совершал нелепо больших промахов, чтобы его получить. Он также был единственным, кто знал меня лучше, чем я сама себя. Жаль, что в последнее время он редко бывал дома, предпочитая университет на другом конце страны. Опять же, достаточно уравновешенный, что скорее уедет из дома, чем останется, чтобы посмотреть, как развиваются отношения папы и его новой подруги.

— Сволочь. — Я развернулась, делая еще глоток пива, и скривилась. Горький вкус был отвратительным и напоминал о том, почему я предпочитала дорогое шампанское и маргариту.

— Сиенна, вот ты где.

Я посмотрела в сторону, когда Клео прорвалась сквозь толпу, и моя лучшая подруга, спотыкаясь, направилась ко мне.

— Я везде тебя искала.

Я поставила пиво на один из столиков у стены, вытирая ладонь о юбку своего черного платья.

— Боже, я должна перестать носить Вера Вонг, когда речь идет об алкоголе.

Клео выпрямилась, перекинув свои темные локоны через плечо.

— Окли здесь.

— Я знаю. Сайлас сказал мне, что он приедет.

— Ну, он только что подъехал на новой машине.

— Дай угадаю. Белый Ламборгини.

— Ага. И несколько девчонок намочили трусики, когда увидели, что он вылезает из-за водительского сиденья.

Я закатила глаза.

— Гребаные сучки. Им так легко угодить.

Из толпы, танцующей в фойе, раздались радостные возгласы, и мы с Клео посмотрели в том направлении.

Подруга встала рядом со мной.

— Что-то мне подсказывает, что Окли только что вошел.

— Какого хрена, он что, Иисус?

— Вполне может быть. Этот парень здесь практически Бог. Парни либо хотят быть в его кругу, либо хотят быть им. А трусики девушек волшебным образом падают на пол, когда он входит в комнату.

Девичьи визги прорезались сквозь музыку, и Клео пожала плечами.

— Видишь?

Я схватила пиво, которое только что поставила, и опустошила его одним махом. Затем вытерла рот.

— Да, ну, он не такой.

Я сканировала толпу, пока не заметила Окли, пробиравшегося в нашу сторону. Его черные волосы были уложены в идеальную прическу, а куртка от Гуччи, которую тот носил, демонстрировала его богатство. Я прекрасно понимала, почему сучки так возбудились из-за него. Видит Бог, я была одной из таких сучек когда-то давным-давно, когда желание привлечь внимание Окли было важнее, чем дышать. У парня было все. Полный комплект. Его идеальная улыбка и сексуальные ямочки заставляли женщин падать в обморок, словно он был Адонисом на крэке. Тот факт, что в нем было шесть футов четыре дюйма чистой мускулатуры и сексуальной привлекательности, заставлял каждую девушку в Атертоне думать, что у него хватит выносливости, чтобы трахаться до самой смерти.

Меня до сих пор поражало, как он мог быть одновременно сексуальным качком и умным, правильным, невинно выглядящим парнем, с которым родители хотели, чтобы их дочери встречались. Если бы они только знали, какой член у этого парня, они бы заставили своих отпрысков носить пояса целомудрия двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю.

Темные омуты соблазна встретились с моим взглядом, и я тут же почувствовала, как нож сердечной боли снова вонзился в мое нутро.

Не показывай ему свою боль.

— Сиенна! — Его голос пронесся по толпе.

— Черт. — Я огляделась слева направо, решив, что протиснуться к входной двери — мой лучший шанс на спасение.

— Сиенна, — позвала меня Клео. — Куда ты…

Ее голос пропал, пока я пробиралась сквозь толпу в противоположном от Окли направлении. Я ни за что на свете не позволила бы ему увидеть, что наше недавнее расставание было похоже на зияющую рану в моем нутре. Ни за что. Моя боль только раздула бы его и без того гигантское эго.

Мы встречались более трех лет, и это было отстойно — быть хрупкой бывшей девушкой для парня, которого я вроде как любила. Парень, который знал, как выжать из себя все возможное, когда дело доходило до романтических отношений с девушкой, но все, же поднял дерьмовость и ревность на совершенно новый гребаный уровень.

Большие двойные двери с львиными головами, вырезанными из цельного дуба, появились в поле зрения, и мое сердце ударилось о ребра, когда я поняла, что почти выбралась, не столкнувшись с Окли. Я просто не могла иметь с ним дело. Не сегодня. Не сейчас, когда я все еще зализывала свои раны, как чертова собака, рискуя показать всем присутствующим, насколько я была уязвима, разрыдавшись. Нет. В этих джунглях выживали только сильнейшие. Покажи этим животным хоть унцию слабости, и тебя разорвут на куски и выбросят, как вчерашний мусор.

Вдохнув, я схватилась за дверную ручку и распахнула дверь, увидев мужчину, стоящего снаружи, который дернулся от неожиданности, с рукой в воздухе, словно он собирался постучать.

На секунду я забыла, как дышать, уставившись на стоящего передо мной незнакомца, глаза которого переливались бесконечными оттенками синего. Никогда не думала, что льдисто-голубые глаза могут гореть жарким огнем. До этого момента.

Время словно остановилось, пока я рассматривала его, оценивая его сильную челюсть, щетину, ухоженную и просто чертовски идеальную. Потом облизала губы, глядя на его нижнюю губу, более полную, чем верхняя, идеальную в своем асимметричном несовершенстве.

Он огляделся вокруг и через мое плечо.

— Это резиденция Уитлоков?

Я взглянула на его застегнутую рубашку и повседневные шорты-карго, прежде чем заметила позади него грузовик, двое парней доставали пивные бочонки из кузова.

— Вы, должно быть, ищете Сайласа. — Я положила руку на бедро и почувствовала, как на моем лице отобразилось легкое разочарование. — Пивные бочонки стоят на заднем дворике.

— О, я не…

— Сиенна! — Голос Окли раздался позади меня, и нервы взорвались в моем мозгу, разбудив глупость, заставляя меня сделать… ну… что-то неразумное. Я схватила голубоглазого незнакомца за рубашку, приблизила его к себе, приподнявшись на носочки, и припала губами к его губам. Я не могла точно сказать, было ли это пиво, которое только что выпила, или адреналин, вызванный побегом от Окли, но ощущение теплых губ этого мужчины на моих не просто вызвало вспышку в моем животе; это зажгло чертов огонь, который пронесся через всю мою систему в течение одного удара сердца.

Увлеченные моментом, наш поцелуй стал еще глубже. Две сильные руки обхватили меня за талию и притянули к себе, когда он погрузил свой язык в мой рот, дразнящий вкус перечной мяты и бурбона дразнил мои вкусовые рецепторы, заставляя меня желать большего. Наши языки танцевали, его язык исследовал каждый уголок моего рта, а мой подчинялся ритму нашего поцелуя. Это было чертовски безумно. Мы целовались так, будто делали это уже тысячу раз. Наш поцелуй горел химией, которая потрескивала вокруг нас, мягкость его губ уносила меня, а его непреклонный поцелуй держал меня в плену.

Боже. Что это было? Что происходило?

Мой позвоночник покалывало, а затылок вспыхнул от ощущения, что кто-то наблюдал за мной. Это был он. Окли. Я чувствовала это.

Сильнее прижимаясь к мужчине, чьи губы в данный момент терзали мои, я согнула ногу, воспроизводя одну из самых клишированных поз для поцелуев, которые можно увидеть почти в каждом дрянном романтическом фильме. Мне следовало отдать должное этому парню, он играл свою роль идеально. Слишком чертовски идеально.

Сзади нас я услышала, как кто-то назвал имя Окли, и мой сексуальный незнакомец подался назад, прижав большой палец к моему подбородку, прежде чем оторвать свои губы от моих.

— Он ушел? — прошептала я, задыхаясь.

Мужчина взглянул через мое плечо.

— Если ты имеешь в виду парня, который только что пытался убить меня взглядом, то да.

Я отступила назад и сделала глубокий вдох, проводя пальцами по своим кудрям, смущение залило мои щеки.

— Если твоей целью было заставить своего парня ревновать, то я бы сказал, что это был огромный успех. — Он ухмыльнулся, его губы блестели от нашего поцелуя. Боже, я была такой идиоткой.